Глава 20
Девушка растрёпанными чёрными волосами и потёкшей из-за слез тушью сидела на холодном кафеле туалета поджав под себя тощие ноги. Самолёт, на котором как предполагалось она должна была улететь, покорил небесную гладь раньше чем та успела добраться до аэропорта. Но даже в таком случае, Аризу не могла вернуться. Следующий же спасительный рейс был только через три часа и она прекрасно понимала, что идущий за ней по пятам парень не допустит такого исхода. Фёдор не любит проигрывать. Ему по душе гладить Аризу по волосам, а после хватать за них же и, в зависимости от настроения, целовать или швырять ту. Он получает удовольствие от страха той, когда она несмотря на все бежит и прячется в его объятьях, плачет, ругается, но не может перестать сжимать ткань плаща. И самое главное, Фёдор заметно кайфует давая той шанс на спасение. С первой же встречи, поначалу неосознанно, но после уже специально, как и сейчас. Демон обязательно придёт по её душу, она нужна ему. Не как предмет тёплых чувств, даже не как важный соратник, вещь, но не простая побрякушка, а как монета. Спустя время, эта монета пригодится, Фёдор кинет её в автомат и сорвёт куш. Кукольное платье порвалось в некоторых местах и уже не выглядело парадно, скорее траурно и жалко. Туфли, снятые в спешке и вовсе валялись по всей уборной. Послышался стук в дверь. Аризу вздрогнула и закрыла рот руками.
— Закрыто. — это был детский голос. Но девушка все равно старалась не издавать лишних звуков.
— Мам, он сломался?
— В таких случаях табличку вешают. — отозвался уже более взрослый. — Ладно, пошли, в кафешке тоже туалет есть. Как раз закажем тофу.
— Ура! Спасибо Ханако-сан! *
Они удалились. И сразу после этого, Аризу встала направляясь к выходу.
— Плевать, плевать, плевать, плевать! — под нос шептала она. — Хотел бы убить, убил бы до этого. Разве я сама не виновата? Бросила его. А почему я виновата?! Это было моё решение. Он же не советуется со мной перед своими суперскими подарочками. — она легко коснулась запястья, которое скрывал большой кусок пластыря. То сразу откликнулись жуткой болью. Она закусила губу сдерживая звуки, что должны были заглушить боль.
— Разве девушки со шрамами красивы? У тебя ужасный вкус Федя. Хоть в чем-то мы похожи...— Аризу вяло улыбнулась, словно не хотя этого. Она как можно тише убрала из-под ручки швабру и отодвинула щиколотку. Выдохнув и улыбнувшись, словно первоклашка в первый день школы, Аризу вышла из своего убежища. С боку на неё сразу была накинута чёрная меховая накидка.
— Спасибо Федь. — не сомневаясь в ошибке с опознанием сделавшего это человека сказала Аризу. Поправив мягкую вещицу, она, не переставая притворно улыбаться зашагала прочь из набитого людьми помещения. Спустя всего пару шагов, парень остановил её и поднеся платок к лицу принялся вытирать чёрные подтёки. Смотря на это и не двигаясь, Аризу поняла, что самый страшный Достоевский — это молчаливый и спокойный Достоевский. Закончив, он сложил ныне белоснежную ткань так, чтобы не запачкать свои брюки и положил её в карман.
— Так-то лучше. — на его каменном и не вызывающим ничего кроме тихого страха лице появилась мягкая, даже добрая улыбка. Словно перед ней стоял не Фёдор, а его альтер-эго. После парень слегка задрав голову поцеловал Аризу в лоб и заключил в объятия.
— Нельзя же вот так просто сбегать. — его голос так же не выражал угрозы, а Аризу прекрасно знала, после какой интонации должно произойти что-то угрожающее её жизни. — Особенно во время нашей совместной прогулки. Отодвинувшись от девушки, Достоевский взял ту за руку и повёл за собой. Краем глаза он видел, что люди смотрят на них. Эти любопытные взгляды вызывали отвращение. Лишь одна радость, Аризу не строит сцен и ведёт себя спокойно, а значит не устроит лишних неприятностей.
— Федь… — неуверенно проговорила девушка смотря на явно спешащего парня.
— Да Ризу?
— Ты убьёшь меня? — шёпотом спросила Аризу. К сожалению, ей был не виден оскал осветивший лицо Фёдора.
— Конечно нет. — с притворным удивлением ответил тот. А люди, которые уже порядком потеряли интерес к этой паре даже и подумать не могли, что у этого вопроса прямое значение. Многие считали Аризу психологически больной, а внешний вид полностью подтверждал их догадку.— Согласись, это было бы слишком просто, Ризу.
— Тогда скажи, что мне мешает сейчас закричать и попросить о помощи?
— А ты думаешь тебе кто-то поможет? А если так, почему до сих пор не помогли?
— Я…
— Никто не поможет тебе Ризу, смирись и вспомни свои же слова. Если ты не приносишь выгоды, они не заметят тебя и ты умрёшь так же глупо, как Данко. — он сжал её руку сильнее. — Ты до конца жизни будешь одинока, такова твоя природа. Но я всегда буду рядом и хочешь этого или нет, разделю твоё одиночество. Они вышли из аэропорта.
— А знаешь, все не так уж и плохо. Да, находиться со столь гнилым человеком как ты сложно, но для тебя Ризу, я могу это потерпеть.
— Кто бы говорил.
— Ну не из-за меня же сейчас умрёт пара десятков человек.
— Что?! — она резко обернулась к уже находящемуся позади зданию полностью уверенная, что Достоевский говорил именно про него. Не прошло и минуты как раздался взрыв. Он вызвал неприятный звон в ушах и бешеное сердцебиение. Из аэропорта кинулись люди. Он был не полностью повреждён, лишь малая часть, сравнимая с одной трёхкомнатной квартирой. Однако это не отменяло факта, что сейчас погибло и осталось ранеными не мало людей.
— Пошли домой, Ризу. — это были последние услышанные ею слова. Фёдор, невзначай схватил ту за свободное от бинтов запястье и всадил иглу, припрятанную между пальцев в вену.
***
— Прости меня! Прости! — в очередной раз взмолилась девушка. Она попыталась освободить привязанные к стулу руки, но Достоевский позаботился о качестве верёвки.
— Не-е-ет, Ризу, если ты ещё раз попросишь, я уйду. — насмехаясь сказал парень. Из глаз вновь потекли слезы. Ещё сидя на холодном кафеле и осознавая, что ей придётся вернуться к Фёдору, Аризу не сомневалась, что все закончится иначе. Перед ней стоял небольшой телевизор в очередной раз повторяющий один и тот же момент из вечерних новостей.
— Сегодня в восемнадцать тридцать было совершено террористическое нападение на аэропорт Йокогамы. Бомба была заложена в кафетерии расположенном возле зала ожидания. По последним сведениям насчитывается около тридцати двух погибших и пятидесяти восьми раненых. Из-за случившегося все рейсы отменены. За дело взялось Вооружённое Детективное Агенство. — проговорила ведущая явно напуганная случившимся. К сожалению, это не было видно по лицу, но даже если и так, случившееся оставит равнодушными только самых зачерствелых. Тех, кто потерял всю человечность. Её монолог не закончился, но статичная картинка из студии сменилась на демонстрацию нанесенного урона.
— Федь… Хватит… Я все поняла… Правда…
— Да? А мне кажется не все. Тебе стоит лучше приглядеться к последствиям своего безрассудства. Все эти тридцать два человека мертвы, а сколько ещё умрёт в больнице. И во всем виновата только ты. — Чокнутый псих…
— Ну, я же предупреждал, что будет если ты сбежишь. Без подробностей конечно, я понадеялся на твою догадливость.
— Я не виновата, что ты помешанный на библии придурок, вечно несущий свою чушь. Если такой, как ты Бог, то мир явно обречён!
— Грубо Ризу, сделаю вид, что не слышал этого. Ведь сейчас покажут мой самый любимый момент. Аризу сразу же зажмурилась не желая видеть, что будет происходить дальше. В то же время на экране телевизора появилась женщина преклонного возраста. Отчаяние обнажило её истинную натуру, а слезы смыли остатки молодости. Она принялась дрожащими губами рассказывать о своих погибших дочери и внучке. Аризу же мысленно вспоминала постучавшихся в уборную и их слова о походе в злосчастное кафе. Дальше «интервью» принялись давать свидетели. Они рассказывали об испытанном страхе и ужасе. Называли сделавшего это монстром и даже кто-то желал ему смерти.
— Ты так прекрасна когда молчишь. Я так сожалею, что не могу видеть твоего лица. — сказал Фёдор опираясь на дверь дабы услышать даже самый тихий ответ.
— Прошу… Прекрати…
— Почему ты просишь меня прекратить? Ведь ты сама можешь заставить их замолчать. Думаешь я просто так оставил пульт под твоей рукой?
— В этом ящике только один канал, а если я его выключу то, окажусь во тьме.
— И? — издеваясь протянул Фёдор.
— Гори в аду!
— Ты очень кстати напомнила про ад, уже поздно, я пойду спать.
— Т… Ты просто оставишь меня здесь?! — Почему бы и нет? К сожалению у меня нету с собой снотворных, но ты можешь развлечься этой ночью. Посмотреть телевизор например.
— Зачем? Ответь мне! Зачем ты это делаешь, чёртов садист?! — голова уже болела от нескончаемого плача, а голос почти сел. — Ты так хотела быть хорошей Ризу. Но, ведь сама знаешь, это противоречит твоей природе. Пойми, твоё существование само по себе феномен. Где бы ты не была, с кем бы не сближалась, останешься лишь с Ней. Но не бойся, я не отдам тебя даже собственной покровительнице. Поэтому просто смирись и запомни, однажды ты не успела потушить упавшую спичку, теперь поздно пытаться сбить огонь.
— Что ты черт возьми несёшь? — хрипло прошептала Аризу.
— Говорю, спокойной ночи. — как ни в чем не бывало ответил Фёдор и уходя бросил на прощание. — Надеюсь, ночью не отключат электричество.
***
— Давай я помогу тебе. — предложила Аризу. — Думаешь я не справлюсь с двумя вилками? Ах, ты меня настолько недооцениваешь. — Николай приложил руку ко лбу и слегка запрокинул её назад. — Терпеть не могу вилки. Больше не говоря ничего Аризу ухмыльнулась. Не обычной, а более грациозной и изящной походкой она взобралась сначала на стул, а после перешла на стол. Гоголь не без улыбки глянул на неё, а после и вовсе рассмеялся. Та же в свою очередь, словно домашняя кошка обходила еду и лишь у самого края, смотря на парня сверху вниз задела ногой вилку. Железный прибор упал на пол характерно звякнув.
— Можно было и обойти. — хитро прищурившись и улыбаясь чуть ли не до ушей сказал Николай уже сгибаясь чтобы поднять вилку, но Аризу спрыгнула со стола делая это быстрее.
— Я подниму. — вскрикнула та, присев на корточки. Мгновение и четыре зубчика летят прямиком в лицо клоуна. Тот немедля задвигает его плащом и девушке приходится сразу же отпустить столовый прибор. Она улыбается, прямо как и Николай. Ничего смешного, нету даже малейшей причины на радость, но Аризу довольна. Её взгляд полностью сфокусирован на его неприкрытом игральной картой глазе. Зрачок слегка сужен, что делает его и так странный внешний вид более похожим на безумца. Рука вновь проходится по столу и на этот раз уже пытается атаковать Гоголя ножом. Он быстро подставляет под удар вилку. Плоское лезвие застревает ровно посередине.
— За что я тебе люблю, так за то, что с тобой не бывает скучно. — смеясь проговорил клоун. Аризу, даже не попытавшись вытащить нож отпустила его и слегка подпрыгнув попыталась достать до спрятанного под белокурыми волосами виска. Однако очередная неудача. Николай, как и Достоевский знал повадки Аризу наизусть. Пускай каждый раз она дополняла их, но никогда не меняла.
— «Как подловить его, чтобы он выдал информацию? » — Аризу по привычке рассчитывала на скорость своих действий, но в этом случае Николай так же не позволял себе медлить. Он знал, что девушке нужны сведения о плане Фёдора и даже про себя хотел пропустить удар и дать ей узнать всё. Он был не согласен с мнением Фёдора о том, что Аризу куда прекрасней в отчаянии, он считал прекрасным только безумие на её лице. Как же получается так, что каждый может найти в этой обычной девушке нечто своё?
— Что с твоими руками? — под усталые смешки девушки спросил Гоголь поднимая за запястья забинтованные ладони. Не успела Аризу ответить, как послышался звук открывающейся двери. Николай сразу же перехватил ту так, чтобы она повернулась к нему спиной, но руки девушки так и не отпустил, лишь сильнее сжал их.
— Что вы делаете? — недовольно спросил вошедший Фёдор. Ушанка на его голове слегка съехала на лоб, а волосы были до неприличия растрепанны.
— Ризу-тян помогала мне накрывать на стол. — весело сказал Гоголь и принялся медленно, словно в вальсе, передвигать её лёгкое тело из одной стороны в другую.
— Я премного благодарен тебе Николай. А теперь, используй верёвку и уходи.
— «Верёвку?!» — Аризу никогда бы и не подумала, что словно бездомный котенок прижмётся к телу стоящего позади парня. Она испытывала страх, ей хотелось просто забраться в его плащ и переместиться в пустоту, но уверенность, что Фёдор достанет её даже оттуда заставила издать последний нервный смешок.
А Достоевский улыбался, прямо как и присуще дьяволу…
_________________________
Ханако-сан - японская городская легенда о призраке девочки, который появится, если три раза постучать в дверь третьей кабинки.
__________________________