7. Заключение
Лето неумолимо подходило к концу, а вместе с ним и надежды на примирение Шарля и Элоди таяли, словно утренний туман. Гоночный сезон должен был вот-вот возобновиться, но Шарль, терзаемый чувством вины и отчаянием, был не в состоянии выкладываться на максимум. Элоди чувствовала себя не лучше. Сразу после открытия бутика в Будапеште она уехала в Лондон, пытаясь залечить душевные раны и отвлечься от мрачных мыслей.
Собравшись со всеми силами, Элоди наконец-то вернулась в Монте-Карло, решив, во что бы то ни стало, вновь сиять и покорять мир. Она даже прошла курс терапии с психологом, и это, хоть и немного, пошло ей на пользу. Однако по ночам она по-прежнему часто плакала, вспоминая счастливые дни, проведенные с Шарлем.
В аэропорту Ниццы, по пути домой, ей пришлось столкнуться с неприятной встречей. Неожиданно она увидела ту самую девушку, с которой Шарль был в ту злополучную ночь. Карла, заметив Элоди, усмехнулась, провожая ее надменным взглядом, полным превосходства. И в этот момент Элоди потеряла самообладание. Вся боль, обида и гнев, которые она так долго сдерживала в себе, вырвались наружу. Забыв о приличиях и гордости, она направилась прямо к Карле.
— У вас что-то было? — резко спросила Элоди, смотря прямо в глаза той девушке.
Карла, не ожидая такой смелости, на мгновение растерялась, но тут же взяла себя в руки и самодовольно ответила:
— Да.
Сердце Элоди болезненно сжалось, но она не позволила себе сломаться. Она собрала всю свою волю в кулак и посмотрела на Карлу с презрением.
— Что ж, — произнесла Элоди, с едва заметной усмешкой на губах, — тогда мне вас искренне жаль. Если вы думаете, что одной ночью с пьяным парнем можно что-то доказать, то вы глубоко ошибаетесь.
Она внимательно оглядела Карлу с головы до ног, словно оценивая её, и добавила с пренебрежением:
— У вас просто нет шансов. Как никак, вы не подошли даже на роль любовницы.
И, гордо вскинув голову, Элоди развернулась и ушла, оставив Карлу стоять в полном замешательстве. Она почувствовала, что одержала маленькую, но важную победу. Она не позволила этой женщине унизить себя и показать свою слабость. Элоди де Лоррен снова была на высоте.
Выйдя из зала прилета, Элоди увидела Артура, терпеливо ожидающего её с букетом ее любимых цветов. Его появление стало приятным сюрпризом, согревающим душу теплом. С тех пор как разгорелся скандал, Артур оставался рядом, предлагая свою поддержку и дружеское плечо. Он был добр и внимателен, стараясь хоть немного облегчить её боль. Элоди улыбнулась ему и, приняв цветы, обняла его в знак благодарности.
— Спасибо, Артур. Я не ожидала тебя увидеть, — сказала она, чувствуя, как напряжение немного отступает.
— Я не мог пропустить твой приезд, — ответил Артур, взяв её чемодан. — Ты так долго отсутствовала.
По пути к машине они обменивались ничего не значащими фразами о погоде и полёте. Элоди чувствовала себя немного неловко, но благодарность за поддержку перевешивала это чувство. Устроившись на переднем сиденье автомобиля, Элоди расслабилась, наслаждаясь комфортом и тишиной. Артур, заметив её усталость, включил тихую музыку и предложил ей воды.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Артур, взглянув на нее. — Я знаю, что тебе было нелегко.
— Я в порядке, — ответила Элоди, стараясь, чтобы её голос звучал уверенно. — Мне стало лучше после поездки в Лондон и занятий с психологом.
— Это хорошо, — сказал Артур. — Главное, чтобы ты заботилась о себе.
В салоне повисла тишина, которую нарушал лишь шум мотора. Элоди, собравшись с духом, решилась задать вопрос, который не давал ей покоя.
— Как... как Шарль? — спросила она, стараясь, чтобы её голос звучал непринуждённо.
Артур на мгновение замолчал, словно подбирая слова.
— Ему нелегко, — ответил он, не отрывая взгляда от дороги. — Он очень переживает из-за произошедшего.
— Ясно, — коротко ответила Элоди, отвернувшись к окну.
Она не стала задавать больше вопросов, боясь услышать то, чего не хотела. Но внутри неё вспыхнула искорка надежды, которая тут же была подавлена здравым смыслом. Шарль причинил ей слишком много боли, и она не была уверена, что сможет когда-нибудь простить его.
Вернувшись в свою квартиру, Элоди почувствовала, как одиночество навалилось на неё с новой силой. В объятиях привычного комфорта воспоминания о счастливых днях с Шарлем обрушились на неё лавиной, заставляя сердце сжиматься от тоски. Она опустилась на диван, и тут же к ней подбежал Спиди, радостно виляя хвостиком. Взяв собаку на руки, Элоди прижала её к себе и снова заплакала, вспоминая тот день, когда они с Шарлем, полные надежд и планов на будущее, говорили о том, что когда-нибудь обязательно станут родителями. Спиди был для них обоих символом любви и счастья, которое, казалось, было так близко, но так безвозвратно утеряно.
После расставания маленькая собачка продолжала скрашивать дни и Шарлю, и Элоди. Спиди скучал по обоим хозяевам, и они находили в его преданности утешение. Но они ни разу не пересекались лично, передавая Спиди друг другу через Артура.
Настал день первой гонки Шарля в новом сезоне. Элоди, вопреки своим обещаниям забыть о нём, не смогла удержаться и включила телевизор. Она переключала каналы, пока не нашла прямую трансляцию из Австралии. Она смотрела на трассу, на болиды, готовящиеся к старту, и сердце её сжималось от тревоги.
Гонка началась, и Элоди, затаив дыхание, не отрывала глаз от экрана. Она болела за Шарля, как никогда раньше. Она желала ему победы, несмотря на боль и обиду, которые все еще жили в её сердце. Она понимала, что он — талантливый гонщик, и не хотела, чтобы личные переживания сломали его карьеру. Она просидела перед телевизором, не отрываясь ни на минуту, следя за каждым поворотом, за каждым обгоном. Она видела напряжение на его лице, когда он боролся за позицию, и чувствовала, как её сердце сжимается от волнения.
Шарль финишировал пятым. Элоди выключила телевизор, чувствуя смешанные чувства. С одной стороны, она была рада, что он смог достойно завершить гонку, с другой — разочарована тем, что ему не удалось подняться на пьедестал.
Внезапный стук в дверь заставил её вздрогнуть. Она не ждала гостей и с недоумением подошла к двери. Открыв её, она замерла от неожиданности. На пороге стояла Селин.
— Привет, — тихо сказала Селин, неловко переминаясь с ноги на ногу.
Элоди молчала, не зная, что сказать. Она не видела Селин с тех пор, как разгорелся скандал с Шарлем, и с тех пор между ними словно выросла стена.
— Можно войти? — спросила Селин, глядя ей прямо в глаза.
Элоди, помедлив, кивнула и посторонилась, пропуская Селин в квартиру.
Селин прошла в гостиную и села на диван, не дожидаясь приглашения. Элоди села напротив, напряженно скрестив руки на груди.
— Я знаю, ты, наверное, не рада меня видеть, — начала Селин, нарушая тишину. — Но я должна была прийти.
— И зачем же? — спросила Элоди, стараясь, чтобы её голос звучал спокойно.
— Я хотела извиниться, — ответила Селин. — За всё. За то, что не поверила тебе, за то, что поверила слухам, за то, что отдалилась от тебя.
Элоди молчала, внимательно слушая её.
— Я была неправа, — продолжала Селин. — Я завидовала тебе и Шарлю.
Слезы навернулись на глаза Селин.
— Прости меня, пожалуйста, — взмолилась она. — Я знаю, что я поступила ужасно, но я хочу, чтобы ты знала, что я искренне сожалею об этом.
— Я... я не знаю, что сказать, — проговорила Элоди. — Мне тоже было очень больно. Я думала, что потеряла тебя навсегда.
— Я тоже так думала, — ответила Селин. — Но я поняла, что наша дружба слишком важна, чтобы просто так её разрушить.
— Кстати, — добавила Селин, — я была просто в шоке, когда узнала, как Шарль поступил с тобой. Я не могла поверить, что он способен на такое.
— Да, было неприятно, — ответила Элоди, стараясь не показывать свою боль.
— Я ему написала гневное сообщение, — призналась Селин. — Высказала всё, что о нём думаю. И знаешь что?
Элоди вопросительно посмотрела на неё.
— Я его везде заблокировала! — гордо заявила Селин. — Не хочу больше иметь с ним ничего общего. Он не заслуживает тебя.
— Спасибо, — сказала Элоди. — Мне очень приятно, что ты за меня заступаешься. Но не стоит из-за меня с ним ругаться.
— Да я и не ругалась, — ответила Селин. — Просто поставила его на место. Он должен знать, что так поступать нельзя.
Они еще немного поболтали, а затем Селин засобиралась домой.
— Спасибо, что пришла, — сказала Элоди, провожая её до двери. — Мне было очень приятно с тобой пообщаться.
— Мне тоже, — ответила Селин. — Обещай, что мы будем чаще встречаться.
— Обещаю, — ответила Элоди, обнимая её на прощание.
Селин ушла, а Элоди осталась одна в своей квартире, чувствуя себя немного лучше, чем раньше. Ей было приятно, что Селин вернулась в её жизнь, и она надеялась, что их дружба станет еще крепче, чем прежде.
Прошло два месяца. Осень раскрасила город в багряные и золотые оттенки, но в сердце Элоди по-прежнему царила серость. Она старалась жить дальше, заниматься своим бизнесом, встречаться с друзьями, но воспоминания о Шарле не давали ей покоя.
В один из осенних дней к ней неожиданно заглянул Артур. Он был каким-то взволнованным и неуверенным.
— Элоди, привет, — сказал Артур, неловко переминаясь с ноги на ногу. — Я тут... в общем... хотел тебе кое-что рассказать.
— Что случилось? — спросила она.
— Ну... как тебе сказать... Шарлю... в общем, ему нашли девушку, — выпалил Артур.
Элоди нахмурилась, не понимая, что он имеет в виду.
— Какую девушку? — спросила она.
— Ну... типа... для пиара, — объяснил Артур. — Чтобы вернуть ему репутацию после того скандала. Ты же знаешь, как это работает.
Элоди молчала, пытаясь осмыслить услышанное. Она чувствовала, как в груди поднимается волна злости и обиды.
— И что, он согласился? — спросила она, стараясь, чтобы её голос звучал ровно.
— Ну... ему пришлось, — ответил Артур. — Команда настояла. Ему же нужно как-то возвращаться в гонки.
— Понятно, — коротко ответила Элоди, отвернувшись к окну.
Артур понимал, как ей сейчас тяжело, и не стал ничего говорить. Он просто молча стоял рядом, готовый поддержать её, если понадобится.
— Ладно, мне пора, — сказал Артур, немного погодя. — Просто хотел, чтобы ты знала.
Он ушел, оставив Элоди в полном одиночестве. Она села на диван и уставилась в одну точку, не видя и не слыша ничего вокруг. Её мысли были в полном хаосе.
Ему нашли пару для пиара... Он готов на всё, чтобы вернуть свою репутацию... Она сидела так, не двигаясь, целый час, пока в её голове внезапно не созрела идея. Она резко поднялась с дивана и, дрожащими руками, набрала номер Шарля. Она решила поговорить с ним, выяснить, что на самом деле происходит, и поставить все точки.
Сердце бешено колотилось в груди, когда Элоди услышала гудки в трубке. Ей казалось, что прошла целая вечность, прежде чем на другом конце ответили.
— Алло? — прозвучал взволнованный голос Шарля, в котором она сразу узнала нотки тревоги и надежды.
— Шарль, это Элоди, — тихо произнесла она, стараясь, чтобы голос не дрожал.
В трубке повисла тишина, нарушаемая лишь их учащенным дыханием.
— Элоди... — прошептал Шарль, словно не веря своим ушам. — Я... я не знаю, что сказать.
— Мне тоже, — ответила Элоди. — Но нам нужно поговорить.
— Я знаю, — согласился Шарль. — Я давно этого жду.
— Нам нужно поговорить сегодня.
— Помнишь пляж, где мы проводили все детство? — предложил Шарль. — Давай там. Через час.
— Хорошо, — ответила Элоди, чувствуя, как напряжение немного отступает. — Через час.
Она повесила трубку, чувствуя, как дрожат колени. На улице уже сгущались сумерки, окутывая пляж таинственной дымкой. Стояла тишина, нарушаемая лишь мерным шумом набегающих на берег волн. Элоди зябко повела плечами, кутаясь в плащ, и вглядывалась в даль, в ожидании Шарля.
Ровно через час она уже стояла на том самом пляже, где когда-то была так счастлива. Сейчас здесь царила лишь пустота и слышался умиротворяющий плеск волн. Вдали, показалась знакомая фигура. Сердце Элоди забилось с такой силой, что, казалось, вот-вот выскочит из груди.
Шарль подошел к ней, и они остановились в нескольких шагах друг от друга. Их взгляды встретились, и они долго смотрели друг другу в глаза, словно пытаясь найти ответы на все вопросы, которые мучили их последние месяцы. В них читались и раскаяние, и боль, и надежда, и та самая любовь, которая когда-то связывала их неразрывными узами.
— Элоди... — прошептал он, протягивая к ней руку.— Она не отстранилась, позволяя ему коснуться её холодной ладони.
Элоди молчала, всматриваясь в его лицо. В его глазах плескались раскаяние и мука.
— Я знаю, что слова ничего не значат после того, что произошло, — продолжил Шарль, — но мне нужно, чтобы ты знала... та ночь ничего не значила. Я был пьян, у нас с этой девушкой ничего не было. Но в моём сердце всегда была только ты.
— Тогда зачем всё это, Шарль? — спросила Элоди тихо, но в её голосе чувствовалась сталь. — Зачем тебе эта фальшивая девушка, этот пиар?
Шарль вздохнул, отводя взгляд.
— Это решение команды, Элоди. После скандала моя репутация была уничтожена. Они сказали, что мне нужно создать видимость нормальной жизни, чтобы вернуть доверие спонсоров.
— И ты согласился? — в голосе Элоди звучало разочарование.
— Я должен был, Элоди, — ответил Шарль, снова взглянув на неё. — Моя карьера... это всё, что у меня сейчас есть.
— А я? — тихо спросила Элоди.
— Ты... ты самое важное, что есть в моей жизни, — ответил Шарль искренне. — Но сейчас... сейчас мы не можем быть вместе.
— Почему? — вырвалось у Элоди.
— Потому что я не смогу дать тебе то, что ты заслуживаешь, — ответил Шарль. — Сейчас я разрушен. Я должен восстановить себя, свою карьеру... и, возможно, когда-нибудь...
Он замолчал, не договорив фразу. Элоди поняла всё без слов.
— Так ты хочешь сказать, что любишь меня, но выбираешь карьеру? — с горечью спросила она.
— Нет, Элоди! — воскликнул Шарль, крепче сжимая её руку. — Я люблю тебя, но я должен быть честен с тобой. Сейчас я не могу быть тем мужчиной, который тебе нужен.
Он опустил голову, чувствуя, как к горлу подступает комок.
— Но я хочу, чтобы ты знала, — прошептал Шарль, поднимая на неё глаза, полные боли, — я тебя любил и люблю. Твоё место никто никогда не заменит.
Слова Шарля повисли в морозном воздухе, словно последнее обещание уходящего лета. Элоди молча смотрела на него, осознавая, что он говорит правду. Они любили друг друга, но сейчас их пути должны разойтись. С тяжелым сердцем она выдернула свою руку из его ладони.
— Прощай, Шарль, — прошептала Элоди, отворачиваясь. Слезы, которые она так долго сдерживала, наконец-то хлынули из глаз.
Шарль не ответил, лишь смотрел ей вслед, пока она не скрылась в темноте. Он остался стоять на берегу, один на один с бушующим морем, сломленный и опустошенный.
Элоди села в машину и нажала на газ, пытаясь сбежать от боли и воспоминаний. Но они преследовали её, словно тени. Дорога вилась серпантином вдоль побережья, отражая в своих изгибах её запутанные мысли.
Листья, сорванные осенним ветром, кружились в воздухе, напоминая об увядании и неизбежном конце. Море бушевало, словно вторя её внутреннему смятению. Картины былой любви всплывали в памяти одна за другой, причиняя невыносимую боль.
Внезапно, в свете фар показалась ослепительная вспышка. Элоди резко затормозила, но было уже поздно. Раздался оглушительный удар, и мир перевернулся.
Машина, потеряв управление, вылетела с дороги и, кувыркаясь, рухнула в пропасть. Металл скрежетал и ломался, стекло разлеталось вдребезги. На какое-то мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь шумом волн, разбивающихся о скалы внизу.