Глава 2
Это просто ужасно. Во-первых, директор Дамблдор взял в привычку называть его по имени, хотя никто не называл его по имени, кроме Мори, но это не самые приятные воспоминания. И мало этого, все учителя решили, что им тоже можно называть его по имени, так что фраза "мистер Дазай" звучала всё реже и реже.
Во-вторых, теперь Дазай плохо спал, и проблема даже не в новой обстановке (хотя это тоже играет роль), а в магии, которая буквально везде в этом месте. И если от её шума можно было отключится, то неприятное ощущение, будто она обволакивала его, невозможно игнорировать.
В-третьих, ели всё тут в огромной столовой, что было довольно неловко, особенно без детей, которые, кстати, должны были скоро приехать, что тоже было головной болью. До начала учебного года оставалось всего пару недель.
И наконец, ему совершенно нечем здесь заниматься. Связи нет, а на письмо, которое он недавно отправил с помощью Дамблдора, не было ответа. Он даже не уверен что оно дошло, куда надо, и что его получатель в курсе, как прислать ответ.
Так что Дазай просто бездельничает. Это почти похоже на отдых. Он ходил в лес, и почти умер, но его спас лесничий. Который, просто огромный человек, в самом прямом смысле этого слова. Единственным хорошим событием того дня было то, что этот самый лесничий пригласил его на чашку чая, которая после долгих уговоров Дазая превратилась в чашку лёгкого волшебного спиртного напитка. И даже огромная собака не смогла испортить его настроения (Почти. В частности, алкоголь немного помог).
Самым интересное в этом замке была библиотека. Она огромная и полна книг, которых Дазай ещё не читал. Он мог находится в ней днями на пролёт, если бы она не закрывалась, и глупые ответственные взрослые не искали его во время обеда.
За неделю до того, как должны были приехать школьники, в Хогвартс прибыл новый учитель из министерства. Это была противная женщина, которая превратила ношение розового в целое преступление. Дазай старался не попадаться ей на глаза и у него это отлично получалось.
А сегодня приезжали дети. Школа под вечер медленно начала наполняться людьми, и невозможно было найти тихое местечко. Дазай, так как ещё имел какое-то достоинство, забился в самый дальний угол замка, чтобы его никто не нашёл. На самом деле было бы логичнее пойти в свою комнату, но путь в неё пролегал через самую заполненную часть здания. Да и не понятно ещё было, собирается ли Дамблдор представлять его или нет. В любом случае, желание чувствовать на себе сотни взглядов, было равно нулю.
По прошествию нескольких часов, когда Дазай был уверен в том, что все разошлись по своим комнатам, он вылез из своего укрытия и пошёл к себе в комнату. В коридорах было темно, и, к сожалению, факелы на стенах не зажигались, как у учителей. Это было крайне неудобно, по крайней мере потому что Дазай успел уже споткнуться три раза. Он почти почувствовал облегчение, когда увидел свет в конце коридора, пока не увидел кто идёт.
Снейп делал последний обход, когда услышала разговор в коридоре. Он завернул за угол, и перед ним предстала эта картина: мистер Филч тащил Осаму за руку и паралельно угрожал о наказании, которое будет, за гуляние после комендантского часа, тем временем, как мальчик пытался вырваться из хватки и объяснить, что он не ученик. Когда мужчина заметил профессор, он ускорил шаг, чтобы подойти.
— Профессор Снейп, как хорошо, что вы здесь. Я нашёл этого ученика, шатающего по коридорам ночью.
— Я не ученик, – Дазай снова попытался вырваться, но после неудачи посмотрел на Снейпа, как бы ища помощи. Так уж и быть, сегодня у него было хорошее настроение.
— Не думай, что я куплюсь...
— Мистер Филч, – прервал его Снейп, – пожалуйста, мистер Дазай – наш гость из Японии, он не ученик.
С этим словами смотритель прищурил глаза, но ослабил хватку. Мальчик быстро одёрнул руку и начал её отряхивать.
— Я отведу его в комнату, – продолжил профессор, – думаю, мистер Дазай просто потерялся. И, пожалуйста, давайте пока не упоминать о нём при некоторых людях.
Снейп многозначительно посмотрел на Филча. Амбридж была чужаком на их территории и ей пока не следовало знать о Дазае. После кивка Филча, Снейп подтолкнул Осаму в ту сторону, из которой он только что пришёл. Мальчик снова отклонился от касания, но остался идти рядом. Через пару минут, когда они удалились от Филча, Дазай заговорил.
— Я не потерялся, я шёл как раз в свою комнату.
Снейп взглянул на него краем глаза, но мальчик смотрел перед собой.
— Хорошо, – просто ответил он.
Пару минут прошли в тишине.
— Здесь теперь всегда будет оживлённо?
— Это школа, Осаму, – Северус заметил, как поморщился Дазай. Он гримасничал каждый раз, когда кто-то называл по имени, и, честно, Снейп делал это только ради реакции мальчика.
— Хорошо, но что мне теперь здесь делать? Когда директор Дамблдор найдёт новый крестраж? И когда приходит почта?
— Ты отправил письмо? – Северус удивлённо поднял брови.
— Это не единственное, что я спросил, но да.
— Кому ты отправил письмо? – если это было отчёт доктору, то пожиратели могли перехватить птицу и узнать их план.
— Моему другу,– он небрежно махнул рукой.
— Твой друг Чуя? – тот самый бедный Чуя, мальчик, которому он искренне сочувствовал. Он знает о нем все и даже немного больше, благодаря болтовне Дазая.
— Нет, другой друг. Так когда это приходит?
— В воскресенье.
— Хорошо.
Они повернули налево, затем направо, прошлись по коридору и подошли к двери.
— Спокойной ночи, Снейп, – сказал Дазай открывая дверь.
— Для тебя мистер Снейп.
— Вы же называете меня по имени, – и он захлопнул дверь прямо перед носом Северуса. Профессор постоял там ещё минуту, прежде чем отправиться в свою комнату. После каждого разговора с мальчиком, у него всегда оставался странный осадок. Сами эти разговоры были странными. Сколько бы Дазай не говорил, Северус не узнал о нём больше, чем в их первую встречу. Да, он знал совершенно всё про Чую, но не про Дазая. А первого здесь даже не было. И потом, причина, почему мальчик здесь, тоже не была приятной. Он был возраста Гарри и уже состоял в преступной организации. Хотя и сам Гарри должен был сразится с Темным Лордом. Боже, на что похожа его жизнь. Теперь, помимо того, что беспокойства о своей жизни, он ещё переживал о жизни детей. Выдержки профессии, какая жалость.
Снейп закончил обход и отправился спать. Его жизнь отстой.