Тебя никто никогда не увидит

                      — Ваня! Бэн! Папа! — без остановки звал их Пятый. Как он ни старался, никто ему не отвечал. Мы оказались совершенно одни в апокалипсисе.
Таково было наше ближайшее или далёкое будущее.
      — Нет, нет-нет-нет-нет. — Пятый опустился на колени. Я стояла рядом и видела, как по его щекам катились слёзы. Вскоре поняла, что и мои щеки намокли, а глаза покраснели. Дрожащей рукой потянулась к плечу Пятого, но потом отдёрнула её — не стоит его пугать.
      — Пятый, — прошептала я. Парень вздрогнул и обернулся.
      — Кто здесь? — прокричал он, всматриваясь вдаль. В его глазах горел огонёк надежды на то, что он не один. «Вот дура! Совсем забыла, что невидима» — проскользнуло между потока мыслей. Мгновение и перед Номером Пять возник образ девочки — мой образ. Оказалось, что нарушать отцовские правила так легко и так приятно.
      Я замялась и даже смутилась от того, как Пятый разглядывал меня. Его изучающий, ошарашенный взгляд бегал по мне — это стало последней каплей, и мои щёки тут же залились алой краской. Складывалось впечатление, будто он несколько лет не видел людей. В его глазах застыл вопрос, на который нельзя было не ответить.
      — Номер Ноль или же Незримая, — быстро отрезала я, протянув руку.       — Таки девушка, — цокнул Пятый, обращаясь к себе. — У меня было несколько версий. В самой вероятной из них ты была мальчишкой, — продолжил он. Руку он так и не пожал, поэтому мне пришлось её убрать — тот момент был одним из самых неловких с которыми мне приходилось сталкиваться. Я прокашлялась и, как ни в чём не бывало, уточнила:
      — Версий?
      — Версия — это, — тяжело вздохнув, Пятый приготовился объяснять значение слова, но мне удалось вовремя оборвать его монолог.
      — Я знаю, что такое версия, просто… — повертела головой, прогоняя нахлынувшее желание рассказать о наболевшем. — Забудь.
      — Это будет не трудно, — хмыкнул Пятый. — Как ты выжила?
      — Выжила? — опять переспросила я и тут же неловко кашлянула. — Понимаешь, — активно жестикулируя руками, я кидала многозначительные взгляды и делала всё возможное, чтобы без слов объяснить брату что к чему. Мне не хотелось говорить вслух о своих поступках — уж слишком стыдно признаваться в них. Как только до Пятого дошло, он тут же перебил меня.       — Так вот в чём дело, — парень прищурился, и я опять покраснела. — Ты переместилась со мной.
      — Послушай, — мой взгляд виновато забегал по сторонам, — я хотела остановить тебя, но…
      — Что «но»? — резко прервал Номер Пять. — Ты увязалась за мной путешествовать во времени. Не зря что-то, — он акцентировал на последнем слове особое внимание, — пошло не так. Теперь я застрял в будущем с глупой девчонкой, от которой толку меньше, чем от зубочистки. — Я почувствовала себя маленькой девочкой, которую отчитывает отец. Его такой же строгий голос заставил меня дрожать от страха и беспомощности. Шаг назад.
      — Неправда, не бесполезная, — с трудом сдерживая волну возмущения, ответила я. — Знал бы ты сколько всего мне пришлось сделать для…       — Для нашего папочки?! Конечно знаю. Докладывала о нас и о каждом нашем действии.
      — Что ты несёшь? — в тот момент я вспыхнула, как спичка.
— Выгораживаешь вас, всячески помогаешь и такую благодарность получаешь.
Мог бы хоть раз поразмыслить своими мелкими мозгами.
      — О, будто у тебя их больше. Чтобы прятаться, много мозгов не требуется, — с ноткой иронии подчеркнул он. Меня это тронуло, но после такого я загорелась желанием дерзко ответить ему, да так, чтобы он запомнил это на всю жизнь.
— Вот какая от тебя польза в апокалипсисе? — неожиданно продолжил Пятый.
Он снова хитро прищурился. — Папочки рядом нет, никто тебе не поможет.
Некому будет поплакаться и пожаловаться на «тяжёлую» жизнь невидимки.       Я в шоке захлопала глазами, не зная, что ответить. На тот момент, мне показалось лучшим решением просто молча уйти. Не хватало ещё
оправдываться и что-то доказывать. Развернувшись, я потопала в неизвестном направлении. За спиной послышался надменный голос брата, который интересовался, куда лежал мой путь, но я его полностью игнорировала. Я всего лишь побрела вдоль улицы.
      Прошло полчаса, затем час, и два блужданий кругом заброшенного города. Неподалёку заметила пончиковую, и на меня мигом нахлынули воспоминания о том, как я сбегала из академии туда, болтала с Гридди за чашкой кофе и их фирменных пончиков. Там я могла забыть обо всём, что беспокоило меня, но теперь всё, что осталось от неё, это руины — потолок обрушился, стены упали, но чудом уцелела часть кухни. В углу было идеальное местечко для сна, в котором и пристроилась, чтобы отдохнуть.
      Я обняла колени и только тогда, оставшись наедине с собой, позволила себе дать слабину. Слова Пятого до сих пор крутились в моей голове. Мне сложно было признать то, что, возможно, он, как обычно, прав. Что я могу делать помимо того, как прятаться? Повезло, что мысли не долго мучили меня, и вскоре я провалилась в сон.