Ломающий пророчество

***

Проснувшись ближе к трем часам дня и привычно пропустив завтрак и обед, Поттер некоторое время лежал, уставившись в потолок, прислушиваясь к звукам, доносившимся снизу. На кухне громыхала посуда - кто-то явно с раздражением перекладывал тарелки и кастрюли, громко ставя их на место. По коротким, резким звукам было ясно: Петунья, обнаружив, что грязная посуда так и осталась в раковине, со злостью приводила кухню в порядок, негодуя на ленивого и бесполезного племянника, который должен был сделать это вместо нее.

Умывшись и почистив зубы, он принялся за изучение сшитых листов пергамента. Он старательно и неторопливо переписывал своим аккуратным почерком термины и теорию себе в толстую тетрадь - размеренное структурирование конспекта успокаивало. Это давало ощущение порядка, отвлекало от хаотичных мыслей и позволяло сосредоточиться на чем-то одном.

Внезапный стук в дверь заставил его проткнуть лист и тихо выругаться.

- Мальчишка! - кричала она так, что зазвенело в ушах. - Ты сегодня должен был прополоть грядки! Уже суббота, а ты в мое отсутствие до сих пор не сделал этого!

Неохотно он отложил записи, убрал тетрадь в ящик и вышел. За дверью его ожидала недовольная женщина с перекинутым через плечо полотенцем и осуждающим лицом. Ее губы сжались в тонкую, недовольную линию.

- Грядки? - приподнял бровь Поттер, не сразу поняв суть претензии.

- Конечно грядки, несносный мальчишка! Мои розы изнывают от жары, а ты не удосужился их ни разу полить.

- Хм. Ладно.

Гарри прошел мимо женщины и отправился на улицу, чтобы побыстрее закончить с цветами. Избавившись от одуванчиков вокруг кустов, он принялся за полив из огромной лейки, которая обнаружилась за домом. Кусты роз, растущие вдоль забора, действительно выглядели увядшими: листья слегка пожухли, а земля под ногами была сухой и потрескавшейся. Когда с последним кустом было покончено, раздался окрик:

- Когда закончишь с цветами, приготовь ужин - рыбу и овощи найдешь около мойки. Так и быть, - с благосклонной надменностью добавила Петунья, - остатки после ужина можешь съесть в своей комнате. Да поторопись! До прихода Вернона ты еще должен успеть перестирать и высушить белье, вымыть пол в гостиной и сходить в магазин!

Пальцы на металлической ручке дрогнули. Он поставил лейку на землю и развернулся.

- Нет, это ни в какие ворота… - тихо пробормотал мальчик себе под нос, разгибаясь в пояснице и подходя ближе к входной двери. - Петунья, как давно я нанялся домработницей? Как видите, я решил помочь Вам с клумбами, не ожидая, в принципе, никакой благодарности, но не помню, чтобы мы договаривались, что я буду работать на Вас.

Женщина даже опешила от заявления племянника, который обычно говорил ей на все приказы «Да, тетя Петунья».

- А с чего это ты так заговорил? Я надеялась, что ты достаточно отдохнул и успокоился с того раза! Ты сам прекрасно знаешь какие обязанности у тебя в этом доме! Ты и так получил комнату Дадлика, что тебе еще нужно, мальчишка?! Будь любезен, отрабатывай свое проживание здесь и помалкивай!

«Интересно получается, - думал Поттер, размышляя, как лучше поступить. - ребенок в десять лет выполняет практически всю работу по дому, которую, вроде как, должна выполнять любящая семью и необремененная делом домохозяйка. Судя по всему, все эти обязанности по отработке проживания Гарри выполняет уже не первый год».

- С чего вы решили, что впредь я буду исполнять все ваши приказы?

- Ты ешь нашу еду, нахлебник!

- Я не притронусь к вашей еде.

- Ты живешь в этом доме!

- Это решение принято не мной, а органами опеки. Я занимал чулан для швабр, а сейчас - комнату не занятую никем из членов семьи. Могу обещать, что вы редко будете меня видеть за ее пределами, - спокойно отвечал Поттер, заведя руки за спину.

- Наглец! Мы тебя одеваем и обуваем, покупаем учебники и школьную форму!

При упоминании старой засаленной и рваной одежды, Гарри скривился.

- Учебники и школьную форму можете сжечь. Как видите, сейчас я в другой одежде и не нуждаюсь больше в обносках Дадли.

Лицо женщины невообразимо удлинилось, и она обратила внимание на вид ее племянника. Действительно, он был одет в джинсы и футболку, в которые ее сын никогда бы не влез. Она схватила его за шкирку и начала верещать, тряся его из стороны в сторону.

- Откуда ты взял эти вещи!? Боги... Ты обокрал магазин, уголовник! Как тебе не стыдно! Решил идти путем своих бестолковых родителей? - спохватившись, что ее крики могут услышать соседи, понизила свой голос до шипения. - Ты сейчас же пойдешь туда, где своровал эти вещи, извинишься и вернешься сюда выполнять свою работу, мальчишка! Немедленно!

В доме ощутимо похолодало. За витринами шкафов задрожали хрустальные бокалы, подаренные чете Дурслей на новоселье. Петунья невольно замолчала.

Гарри вошел в гостиную, протолкнув своим плечом Петунью внутрь, и тихо прикрыл за собой дверь. Лицо его не выражало ровным счетом ничего, но его глаза прожигали ненавистную женщину. Стоило приглядеться и показалось бы что они светятся каким-то потусторонним светом, но это была лишь игра теней на его радужке. Петунья отшатнулась от него словно от прокаженного.

- Это мои вещи, тетя Петунья, - начал он ровным голосом. Его злость выдавали только напряженные вены на висках. Фужеры и рюмки продолжали дребезжать на стеклянных полках. - И Вы, тетя Петунья, не посмеете их трогать, верно?

Женщина побледнела, взгляд ее остекленел и она заторможено кивнула. Уловив суть происходящего, Поттер продолжил:

- Вы не посмеете войти в мою комнату, Петунья, никогда не тронете моих вещей и будете делать вид, что не замечаете меня, пока я к Вам не обращусь. Вы поняли меня, Петунья?

Женщина еще раз кивнула и дождавшись, когда Гарри отведет глаза в сторону, направилась на кухню чистить рыбу.

Звон посуды прекратился.

***

Несколько дней он провел в блаженном спокойствии, изучая пергаменты и заучивая движения невидимой палочкой. Выходил из комнаты исключительно ночью, чтобы принять ванную и прогуляться на свежем воздухе. Прохлада приводила его мысли в порядок, а тишина позволяла без помех повторять пройденный материал.

Когда солнце уже встало, он в очередной раз поспешил в свою комнату, надеясь не встретить на пути собирающегося на работу Вернона.

Какого же было его удивление, когда около своего старенького стола он застал Дадли, с любопытством разглядывающего его записи.

- О, Уродец вернулся! Где ты шатался в такую рань? Я расскажу маме, и она запрет тебя на пару дней в чулане, чтобы ты знал свое место! - посмеиваясь говорил толстяк-младший, тряся в руках блокнот.

- Положи, пожалуйста, мои записи на место.

- Ооооо, «пожалуйста», надо же! Попроси меня еще раз, Уродец, и я, может быть, верну тебе половину этой тетрадки. - Дадли уже смеялся не сдерживаясь, ожидая, что Гарри начнет его умолять, но вместо этого, коротышка только почему-то всматривался в написанное на трясущейся тетрадке и щурился. - Что, не видишь без своих окуляров? Смотри-ка, что у меня тут в кармане.

Дадли вынул из кармана испачканных в шоколаде шорт, найденные в ящике очки и крутил их у Поттера перед носом. Затем положил их на стол и со всей силы замахнулся, надеясь разбить вдребезги.

- Инсендио.

Тетрадь в руке ребенка в одно мгновение вспыхнула и сгорела за несколько секунд, едва не задев пальцы. Дадли так и замер с открытым ртом и с закинутым вверх кулаком, а Гарри наблюдал, как в ужасе расширяются его глаза и как начинает дрожать нижняя губа.

- Мааааааамаааа! Он ненормальный! Уродец хотел меня сжечь! Маааааамааааа! - Дадли пулей выбежал из его комнаты, топая пухлыми ногами по лестнице в направлении кухни. Поттер устало провел рукой по лицу и, обессилев, осел на пол.

- Черт… - шептал он, прислоняясь затылком к стене. - Зато наконец получилось с первого раза. Черт с ней, с этой тетрадкой - важное напишу заново.

Гарри перевел глаза на дверь. Петунья не собиралась в нее стучаться, а вопли Дадли не думали прекращаться. Он ухмыльнулся и завалился на бок, забываясь сном.

Очнулся спустя пару часов. Голова ныла, мышцы затекли.

«Почему простейшие заклинания, пусть и без палочки, вытягивают из меня столько сил?» - думал он, поднимаясь и пряча очки снова в ящик стола.

Он задумался над покупкой дверного замка - испытывать силу принуждения на ребенке-магле не хотелось, мало ли чем это еще могло обернуться.

Не пытаясь выспаться, он поплелся в душ, под холодными струями которого простоял добрых двадцать минут, а когда вернулся в комнату, принялся вновь собираться. Поправив на себе белую рубашку и черные брюки, Гарри схватил собранный рюкзак и вышел из дома.

Пройдя несколько сотен метров от дома, он завернул в неприметный переулок между домами и, зажмурившись, вытянул правую руку в сторону дороги, оттопырив большой палец вверх. Спустя минуту, оборачиваясь по сторонам в поисках зевак, он увидел перед собой несуразный трехэтажный автобус, за рулем которого сидел молодой парень и махал ему рукой. Гарри, как завороженный, зашел в автобус и окинул взглядом салон, по которому в хаотичном порядке были расставлены кровати на колесиках. Кто-то не стесняясь похрапывал, лежа на не заправленной кровати.

- Зови меня Стэном, парень. Куда тебе нужно? - спросил водитель в криво сидящей на голове фуражке.

- Вы принимаете фунты?

Водитель потер подбородок и сдунул свисающую прядь с глаз, видимо, проводя сложные мыслительные процессы. Воротник его старой рубашки при этом смешно топорщился, а пиджак сползал с плеча.

- Стэн! Долго стоим! Бери мальчишку да поехали! - кричала висящая на лобовом стекле высушенная голова. Гарри как можно скорее отвел от нее глаза.

- Судя по всему, первый раз, парень, да? - Он окинул мальчишку по-доброму насмешливым взглядом. Гарри кивнул. - Давай так, сейчас довезу бесплатно, а в следующий раз заплатишь двойной тариф, идет? Только сиклями, фунты мне не нужны!

Гарри еще раз кивнул.

- Ну и забирайся быстрее. Так куда едем?

- Мне нужно попасть на Косую Аллею.

- А, тебе нужно в паб Дырявый котел, да? Пару минут, и будем на месте! Горячего шоколаду? Грелку? Зубную щетку? - Гарри на все мотал головой, не представляя, зачем ему может понадобиться зубная щетка, если дорога займет всего пару минут. - Держись крепче, малец, отправляемся!

Стэн дернул десяток рычагов и автобус, невидимый для всех жителей Тисовой улицы, помчался со скоростью самолета. Поттер вцепился двумя руками в ближайший поручень, время от времени уворачиваясь от катящихся мимо кроватей. Головешки на лобовом стекле что-то визжали Стэну и смеялись:

- Левее, Стэн, расшнуруй свои глаза! Иииии… Поворот, Стэн, поворот!!! Обгоняй развалюхи, и не отпускай руль! Держи руль, Стэнли!

Поттер старался не смотреть в окно, то и дело борясь с чувством подступающей тошноты. Когда, казалось, его самообладания совсем не осталось, автобус резко затормозил, отчего мальчик чуть не вывернул руки.

- Паб Дырявый котел, малец, прибыли! - Стэн повернулся, ища Гарри глазами, а найдя, усмехнулся. - Спроси в котле Тома, он тебе поможет!

- Большое… спасибо, сэр… - Гарри на шатающихся ногах спустился из автобуса и помахал рукой.

- Не забудь про двойной тариф! Двадцать два сикля! Бывай!

Автобус в тот же миг исчез с оживленной улицы, будто его здесь никогда и не было. Развернувшись, Поттер наткнулся на старую вывеску паба.

«Должно быть, на нем какие-то чары, раз на такое ветхое здание никто не обращает внимание».

Вокруг древнего паба росли небоскребы и шумела жизнь. Люди торопились вдоль улиц, не замечая ребенка без сопровождения взрослых. Шум проезжающих машин моментально ударил по ушам, проникая в самую голову, отчего Поттер закрыл их руками и поспешил в маленький с виду Дырявый котел. С грохотом закрытая дверь отрезала его от Лондонского шума, и он смог спокойно опустить руки.

В пабе был высокий растопленный камин и всюду стояли длинные обеденные столы с лавками. Это напомнило ему о средневековых тавернах, где плясали пышногрудые девушки и играла музыка. Все стены обрамляли картины, которые, к удивлению Гарри, приходили в движение и разговаривали с посетителями. Наконец, на мальчика обратил внимание скрюченный и старый бармен, который протирал пивные стаканы серым куском ткани.

- Мальчик, ты заблудился? - проскрипел тот.

- Нет, сэр. Мне необходимо попасть на Косую Аллею. Вы не могли бы мне помочь?

Удивленный непривычной для этого места вежливостью, бармен вышел из-за своей стойки и подозвал Гарри поближе к себе:

- Ну что ж, пойдем, пойдем. Как звать-то тебя, мальчик?

- Гар…Гарольд, сэр. Я впервые в Вашем пабе, поэтому и растерялся поначалу. - Поттер несколько раз поправил челку на лбу, стараясь прикрыть знаменитый шрам, про который не сразу вспомнил.

- Ааа, закупки к школе, верно? - Гарри кивнул. - Ну это дело хорошее, хорошее… Смотри. Это стена - проход на Аллею. - Гарри и не заметил, как старый бармен провел его под руку на задний двор, где остановился перед кирпичной стеной. - Надо коснуться вот этих кирпичей. Раз и два. Показываю один раз, запоминай внимательно, а то проход не откроется!

Поттер уставился на стену не моргая, стараясь запомнить последовательность, но к его счастью бармен Том коснулся всего нескольких кирпичей, образовав незамысловатый узор. Кирпичи один за другим разошлись в стороны, открывая за собой широкую улицу, усыпанную по двум сторонам чередой наклоненных домов. Гарри сердечно поблагодарил Тома и поспешил в сторону большого белого здания, возвышающегося над всеми остальными домиками.

«Это, должно быть, Гринготтс. Без местной валюты, меня вряд ли пустят на порог магазинов. У меня должно быть солидное наследство или хотя бы доступ к ученическому сейфу», - рассуждал он, вспоминая конспекты Лили, стараясь замедлить свой шаг и не вертеть головой по сторонам, чтобы не выделяться из толпы.

Краем глаза Поттер подмечал, как необычно и иногда нелепо одеты волшебники, проходящие мимо него. Он насчитал трех мужчин в ночных колпаках и халатах, двух женщин в фартуках и десяток человек в костюмах века девятнадцатого. За проходящими людьми следовали их сумки и чемоданы, а сами они не обращали на них внимания, ведя беседу и отстукивая на каменной дороге каблуками и тростями хаотичный ритм. Вывески на магазинах свистели и зазывали посетителей, фигуры и буквы на них двигались, но, кажется, никто кроме самого Гарри и других детей на Аллее не обращал на них такое восторженное внимание. Выругавшись и опустив глаза вниз, Поттер поспешил как можно скорее в банк, боясь опозориться своим поведением. На улице никто и не заметил обычного мальчишку в рубашке.

Уже держа ручку высокой и тяжелой бронзовой двери в ладонях, Поттер заметил:

«Входи, незнакомец, но не забудь,
Что у жадности к золоту грешная суть,
Кто не любит работать, но любит все брать,
Дорого платит, что надо знать.
Если пришел за чужим ты сюда,
Отсюда тебе не уйти никогда!»

Поттер сглотнул, но дверь не отпустил, а только проскользнул в образовавшийся зазор вторых дверей. Перед ним простирался невероятно длинный зал, отделанный мраморными плитами. Вдоль каждой стены зала восседали гоблины, каждый занятый своим делом. Кто-то водил длинным когтистым пальцем по толстым книгам, кто-то взвешивал драгоценные камни на посеребренных весах, а кто-то принимал посетителей.

«Не пялься идиот, примут за дурачка. В конце концов ты - Гарри Поттер и пришел за законными деньгами, которые лежат в твоем сейфе», - пытался успокаивать себя Поттер, неслышно ступая по мраморным плитам к ближайшему свободному гоблину, от которого только что отошла солидная пара высоких, светловолосых клиентов.

Подойдя к восседающему гоблину, который находился выше головы Гарри на добрый метр, он прочистил горло и негромко начал:

- Здравствуйте, уважаемый гоблин. Мне необходимо посетить мой сейф.

Сидящий напротив гоблин осмотрел на мальчишку скептическим взглядом. Ему даже пришлось немного привстать, чтобы разглядеть щуплого ребенка.

- Ключ.

Поттер готов был провалиться сквозь землю. Ключа у него не было и в помине, а его местонахождение голова не удосужилась вспомнить.

- У меня… нет в наличии ключа, уважаемый. - Он слегка поклонился, надеясь, что гоблин не заметит его сжатых от злости челюстей. - Есть какой-то другой способ провести проверку личности?

- Ваше имя.

- Гарри Поттер, уважаемый.

Гоблин приподнял свою седую бровь, видимо, надеясь, что это самозванец, который сообразит сейчас же уйти. Но мальчишка упрямо стоял, а гоблин, чертыхнувшись, соскочил со своего стула и, встав напротив Поттера, произнес:

- Вы можете пройти проверку крови. Следуйте за мной, если готовы.

Поттер кивнул и поклонился головой, отметив, что они почти одного роста с гоблином, имя которого так и не узнал. Они прошли вдоль всех сидящих работников банка, пристально провожающих их взглядом и скрылись за неприметной дверью в стене.

Все это время, в холле банка, пока уважаемая супруга разговаривала с подругой, пара ледяных глаз смотрела в спину уходящему ребенку.