Часть 1
Сяньлэ. Праздник Фонарей. Жертвоприношение небесам. Это событие вызывало огромный ажиотаж у жителей города. Улицы его были усыпаны фонарями и другими роскошными украшениями, толпа людей шумела и бурлила. Воздух был разгорячён восхищёнными воскликами и жарким солнцем. Танец Демона и Воина, радующего Богов, был в самом разгаре. Шёл третий круг.
Му Цин, под палящими лучами, играющими белыми цветами на лезвии чжаньмадао, едва дышал, не отставая ни на миг от темпа его Высочества наследного принца. Сабля звенела под напором быстрого и лёгкого меча, тяжёлое лезвие не уступало ему в скорости. Чёрные и белые одежды развевались и окутывали две фигуры чарующей иллюзией, словно они пархали в воздухе. В голове было удивительно пусто, в груди, не поспевающей за дыханием, было легко. Он слышал только удары их клинков. Вновь столкнувшись оружием, Му Цин встретился глазами с Се Лянем. Под маской Воина, глаза наследного принца изогнулись в радостной дуге, слишком знакомой своим озорством. В следущий миг принц отступил и сменил стойку. Уловив брошенный вызов, Му Цин вскинул саблю, готовый защищаться. Сабля и меч столкнулись с дребезжащим звоном. Полетели искры, отразившиеся в обсдиановых глазах звёздами. Парирование за париванием, тяжёлые удары один за другим обрушивались на соперника, пока с оглушительным лязгом чжаньмадао не вылетела из рук, войдя в стену на почти целый чи.
Именно тогда звуки вновь вернулись к Му Цину. И рёв толпы, и музыкантов, и топот процессии. Почувствовал движение платформы под ногами и столкнулся взглядом с Воином, радующего Богов. Он не опустил меч и по прежнему стоял в стойке, замерший в ожидании. Шествие продолжалось.
Му Цин оглянулся. Чжаньмадао была за его спиной, воткнувшаяся практически горизонтально, войдя слишком глубоко чтобы её было так просто достать. Легко оттолкнувшись от платформы, он взбежал на стену, преодолел несколько чжанов и запрыгнул на рукоять сабли, балансируя на одной ноге. Продолжая отыгрывать роль Демона, он вскинул руку, указывая на противника, готовясь выбить саблю ногой, перехватить её и вновь приземлиться перед Воином, как вдруг, краем глаза, по левую руку от себя, он заприметил чёрное пятно, быстро промелькнувшее. Не ведая, как, совершенно инстинктивно, он схватил падающий предмет за шкирку. Почти тут же на его руку обрушился немалый вес, а крики толпы притихли, и Му Цин с удивлением посмотрел на свою неожиданную поимку. То был ребёнок, совсем маленький, в потрёпанных одеждах, покрытых серой пылью и чёрной грязью. Растрёпанные слипшиеся волосы налезли на лицо, закрыв собой почти коричневые бинты, скрывающие один глаз. Второй смотрел на Му Цина то ли в ужасе, то ли в благоговении, но он почти не обратил на это внимание. Мальчик упал со стены, и ему очень повезло упасть прямо в руки Му Цину. Ещё бы чжан и мальчик стал бы кровавым месивом на мощённой дороге.
Толпа, мгновение назад замолкшая, вновь разразилась криками. Неожиданное спасение восприняли как продолжение выступления, новое развитие сюжета, которое привнесло совершенно новые краски шествию. Они жаждали продолжения. Му Цин не был тем, кто смел бы им отказать. Поудобнее перехватив ребёнка, Му Цин, всё также балансируя на одной ноге, опустился на корточки и, оттолкнувшись всем своим весом, выбил саблю из стены. Она сделала три оборота в воздухе, и Му Цин, приземлившийся на платформу, перехватил её за рукоять, направляя на Воина. Се Лянь был всё также не возмутим и двинулся на Демона, не ослабляя напора, но заметно осторожнее, стараясь избегать слишком резких взмахов и колющих выпадов. Теперь Му Цин не мог танцевать так легко, и чжаньмадао — двуручная сабля — стала слишком тяжела для его руки. Он бы не смог продержаться слишком долго.
— Му Цин, мы заканчиваем, — прошептал Се Лянь, когда они вновь скрестили клинки и приблизились друг к другу. Му Цин не успел ему ответить, так как дыхания не хватало даже для боя. Его грудь быстро вздымалась и падала, для слов не находилось времени. Но сократив растояние в очередной раз, он ответил тихо, дрожащим голосом:
— Нельзя, Ваше Высочество.
— Ты едва держишься на ногах!
— Я справлюсь, — совершенно неубедительно продолжил он, и глаза под маской Воина нахмурились. Се Лянь поднял меч.
— Будет ещё хуже, если ты свалишься посреди шествия. Не усердствуй.
И нанёс удар, который “убил Демона”. Му Цин отшатнулся на шаг, опустил саблю и склонил голову, наконец упав на колени. Ребёнок в его руках вскрикнул, но его заглушило ликование толпы. Воин вложил меч в ножны и протянул руку ребёнку. И грациозная процессия скрылась за воротами дворца.
Се Лянь тут же выпустил из рук меч и опустился на платформу, приводя дыхание в норму. Он вовсе не запыхался, но под взглядом испуганного мальчика не мог не чувствовать паутины того же страха, затягивающей его грудь, сперая дыхание. Вдруг послышался глухой удар и короткий визг — фигура в чёрном завалилась на бок. Мальчик, держащий своего спасителся за воротник одежды, тут же принялся его тормошить. Се Лянь мигом подскочил ближе.
— Му Цин!
Му Цин дышал поверхностно, коротко. Се Лянь приподнял его голову и стянул маску — бледное лицо покрылось испариной, исказилось в выражении муки. Он осторожно потряс его за плечи, отдёрнув туго затянутые одежды на груди. Ресницы затрепыхали, глаза распахнулись. Му Цин смог сделать полноценный вдох.
— Ты меня напугал, — Се Лянь облегчённо улыбнулся.
— Ваше Высочество! Му Цин! — на платформу вбежал Фэн Синь. Последний названный поднял голову и медленно сел. К нему тут же обратились, — Зачем ты взял с собой ребёнка?
Му Цин повернулся к малышу. Мальчик не отпускал его, держась теперь за рукава его одежды. Он выглядел уже не таким напуганным, но всё ещё хватался за него, как за последнее спасение. Му Цин недовольно взглянул на Фэн Синя.
— Я должен был прервать шествие и отнести его домой?
— Я не это имел ввиду, — фыркнул Фэн Синь. Он обратился уже к мальчику, — Как ты вообще упал с такой высоты?
— Наверное, вытеснила толпа, — мягко сказал Се Лянь и улыбнулся ребёнку, пытаясь выглядеть как можно доброжелательней, — Как тебя зовут?
Ребёнок промолчал. Се Лянь попробовал снова:
— Сколько тебе лет? Где твои родители?
— Он слишком напуган, Ваше Высочество, — покачал головой Му Цин. Он устало вздохнул и осторожно положил руку малышу на голову, погладив. Тот взглянул на него единственным видящим глазом, по-совинному моргнул и промолчал, — Потерял голос от страха.
Се Лянь кивнул и, поглядывая на ребёнка, приказал:
— Фэн Синь, выведи мальчика через боковой выход. И осмотри его на наличие ран, у него всё лицо в бинтах.
Фэн Синь кивнул и протянул руки:
— Давай его сюда.
Му Цин подхватил малыша и протянул Фэн Синю. Но тот только крепче вцепился в воротник его одежд, волком глядя на протянутые в его сторону руки. Фэн Синь недовольно нахмурился.
— А ну не капризничай. Не то силой уведу.
— Совсем спятил? — грубо вступился Му Цин и тут же, сменив тон на более мягкий, обратился к ребёнку, — Отпусти, пожалуйста.
Малыш наконец медленно ослабил хватку и перестал держаться за него. Фэн Синь тут же схватил его одной рукой. Му Цин снова обратился к Фэн Синю недовольно:
— Что ты его одной рукой держишь? Он тебе мусор, что-ли? Возьми нормально, неженка.
Тогда Фэн Синь поставил мальчишку на землю, схватил за запястье и угрюмо произнёс:
— Не смейся. Советник сейчас с ума сойдёт. И тебе лучше хорошенько подумать, как ты будешь перед ним оправдываться.
°
°
°
P.S. у автора много работ и эту он пишет по фану, а ещё, потому что фанфиков по Хуацинам почти нет. Так что воть :3 А ещё автор не читал новеллу. Так что то, что я пишу — чистый вымосел, основанный на других фанфиках, воть :3