Глава 5. Разговор, которого я боялся
Глава 5. Разговор, которого я боялся
Иногда бывает, что ты изо всех сил стараешься избегать чего-то, но чем сильнее стараешься — тем быстрее это тебя догоняет. Именно так было со мной.
Я уже неделю вёл себя как полный идиот. Избегал Алекса, отстранялся, отвечал сухо. Старался убедить себя, что это всё правильно: так проще, безопаснее. Но при этом каждый раз, когда я ловил его взгляд, меня будто били током.
Внутри всё рвалось наружу, а я давил это со всей силы.
⸻
В тот день всё началось с урока истории. Мы сидели в классе, и я нарочно выбрал место у окна, подальше от него. Но Алекс всё равно заметил.
— Элиас, ты чего там спрятался? — сказал он, наклонившись через весь ряд.
Я пробормотал что-то невнятное и уткнулся в тетрадь.
После урока я попытался ускользнуть, но не успел. Его рука схватила меня за запястье, и я вздрогнул.
— Идём, — коротко сказал он.
— Куда? — я попытался вывернуться, но он держал крепко.
— Поговорим.
Я хотел возразить, но его взгляд был таким решительным, что я понял: бесполезно.
И вот так я оказался в школьном туалете.
⸻
Это было странное место для разговора, но в каком-то смысле подходящее. Никого, кроме нас. Тишина. Белые стены, запах хлорки и слабый гул вентиляции.
Алекс закрыл дверь и обернулся ко мне.
— Ну? — сказал он. — Что происходит?
Я сжал руки в кулаки.
— Ничего.
— Элиас, — он сделал шаг ближе. — Не ври. Я же вижу.
Я отступил к стене. Между нами оставалось всего несколько шагов, но казалось, что он нависает надо мной.
— Я не вру, — пробормотал я.
— Ты стал избегать меня, — его голос звучал спокойно, но твёрдо. — Ты уходишь раньше, не садишься рядом, отталкиваешь. Почему?
Я сглотнул. Слова застревали в горле.
— Просто... устал, — выдавил я.
— Устал? — он прищурился. — От чего? От меня?
Эти слова ударили сильнее, чем я ожидал.
— Нет! — воскликнул я слишком резко. — Не от тебя. Просто... я... не знаю.
Он шагнул ближе. Теперь между нами оставался всего метр.
— Тогда скажи. Что происходит?
Я отвернулся.
— Я не могу.
⸻
Тишина повисла тяжёлая. Я слышал только, как бьётся моё сердце.
И вдруг он дотронулся до моей руки. Осторожно, но намеренно.
— Элиас, — сказал он мягче. — Ты же знаешь, я не отпущу, пока не пойму.
Я выдернул руку, будто она обожглась.
— Хватит! — сказал я, голос сорвался.
Он отпрянул, явно удивлённый моей реакцией.
— Почему ты так? — спросил он тихо.
Я чувствовал, что сейчас сорвусь. В груди было слишком много всего: страх, злость, стыд, ещё что-то, что я не хотел называть.
— Потому что... потому что так нельзя! — выкрикнул я.
— Что — «нельзя»? — он нахмурился.
Я замолчал. Внутри всё кричало, но я не мог сказать это вслух. Если скажу — всё изменится.
— Ты даже не представляешь... — прошептал я, чувствуя, как дрожат руки.
— Тогда объясни, — сказал он, глядя прямо в глаза.
Я отвёл взгляд.
⸻
Мы стояли в тишине, и я впервые понял, что боюсь не его. Боюсь себя.
Я боялся признать очевидное.
Боялся, что если признаюсь, всё рухнет.
⸻
— Элиас, — сказал он снова, на этот раз почти шёпотом. — Если я сделал что-то не так — скажи.
Я покачал головой.
— Ты не сделал. Это я...
— Что — «ты»?
— Просто... я не такой, как ты думаешь.
Он нахмурился сильнее.
— И каким же ты «не такой»?
Я закрыл лицо руками.
— Не могу.
⸻
Я ждал, что он разозлится. Скажет: «Ну и ладно». Уйдёт. Но он не ушёл.
Вместо этого он подошёл ближе и аккуратно убрал мои руки с лица. Его пальцы коснулись моих запястий, и от этого прикосновения у меня побежали мурашки.
— Посмотри на меня, — сказал он.
Я поднял глаза. И встретил его взгляд. Карие глаза, серьёзные, немного тревожные.
— Я твой друг, — сказал он. — Если с тобой что-то не так, я хочу знать.
Я почувствовал, что сейчас сорвусь.
— Алекс, я... я не могу.
Он сжал мои запястья чуть сильнее.
— Почему?
— Потому что... если я скажу... всё изменится.
⸻
Мы замолчали. Его дыхание было совсем близко.
Он посмотрел на меня ещё пару секунд, а потом отпустил руки.
— Ладно, — сказал он тихо. — Не хочешь — не говори.
Я моргнул, ошарашенный.
— Что?
— Я не буду тебя заставлять. Но, Элиас... — он вздохнул. — Ты должен понять: от того, что ты молчишь, легче не становится.
Я опустил голову.
— Я знаю.
⸻
Он подошёл к двери, остановился и обернулся.
— Я не знаю, что с тобой происходит. Но если однажды захочешь сказать — я выслушаю.
И ушёл.
⸻
Я остался стоять один. В пустом туалете, с бешено колотящимся сердцем и дрожащими руками.
Я ненавидел себя в тот момент. За то, что не смог. За то, что так боюсь.
Но ещё больше — за то, что внутри я уже знал правду.
И правда была такой: я чувствую к нему больше, чем должен.
⸻
Я вышел из туалета только тогда, когда прозвенел звонок. На урок я пришёл позже всех. Учитель сделал замечание, но мне было всё равно.
В голове вертелись только его слова: «Если однажды захочешь сказать — я выслушаю».
И я понимал, что этот разговор ещё впереди.
