9
Проснувшись утром в огромной кровати на шикарном шёлковом белье и в полной тишине, Вера задумчиво улыбнулась. В её голове ещё вчера созрел казавшийся ей безупречным план предстоящего двухнедельного приключения. Теперь ей не хотелось сопротивляться обстоятельствам, а в глазах даже загорелись искорки азарта. Вера оказалась заложницей продуманного и основательно подготовленного сестрой фарса; плакать, топать ногами, и пенять на судьбу у неё не было ни сил, ни желания. Способность находить плюсы даже в самых нелепых и сложных ситуациях всегда была предметом гордости Веры и зависти со стороны окружающих. И теперь пришло время воспользоваться ею по полной программе.
Тщательно изучив оставленные сестрой инструкции, Вера приняла окончательное решение, кто и какое место в её жизни займёт в ближайшие четырнадцать дней. Всё своё будущее человеческое окружение девушка разделила на три группы: первая – те, кого она будет полностью игнорировать, вторая - с кем будет изредка общаться, и третья – те счастливчики, кому она посвятит всё свободное время своего необычного отпуска.
В первую категорию попали Тонины подружки, многочисленные приятельницы, близкие и дальние знакомые. Вере совершенно не хотелось ни видеть их, ни общаться с ними. Она была наслышана об окружении своей сестры, и у Веры сложилось своё мнение о каждой из «подруг» Тони. Настоящей дружбой, по мнению Веры, там и не пахло. Ни одна из этих богатых, натянуто улыбающихся, повышено озабоченных своей внешностью и размерами банковских счетов собственных мужей дам, не вызывала у Веры ни капли доверия. Поэтому девушка решила, что они не будут удостоены даже ответа на телефонные звонки, и их путь во временно Верин дом будет закрыт на все эти две недели. Да и сама Вера будет всячески избегать возможных мест встречи с ними. И пусть Тоня потом разбирается со всеми сама, объясняется с толпой «подруг», заварила кашу – пускай расхлёбывает. Это уже будут не Верины проблемы.
С работниками и помощниками по дому Вера задумала придерживаться чисто деловых отношений, чего Тоня, естественно, с её вечным неукротимым любопытством никогда не делала. Антонина периодически расспрашивала, как у кого обстоят дела в семье, не болеют ли какие-нибудь тётя Маша и дядя Петя, не женился ли двоюродный племянник троюродного шурина. Вера осознавала, что такая фамильярность может ей навредить, поставив под угрозу всё это безумное мероприятие. Поэтому, впредь будут только «здравствуйте», «до свидания» и сухое безэмоциональное обсуждение рабочих моментов. В личное пространство путь будет заказан с обеих сторон.
Свекровь – Ольга Валерьевна - так же будет одарена ничтожно малой долей Вериного внимания. Налаживанием отношений с мамой своего мужа должна заниматься сама Тоня, а у Веры не было никакого желания общаться с этой властной, надменной, всегда считающей своё слово истиной в последней инстанции, судя по рассказам сестры, женщиной. Вере хотелось бы совсем с ней не пересекаться, но это было невозможно – Соня часто и подолгу гостила у бабушки, а значит, вопреки желаниям Веры, хоть мало-мальски, но пообщаться придется.
Сложнее обстояли дела с Дмитрием. Они уже успели немного поговорить в качестве «мужа» и «жены» по телефону, довольно неуклюже, надо сказать. Вера толком не знала, какими были отношения между Тоней и Димой в последнее время, и с трудом представляла, как ей себя вести, что говорить, а о чем лучше помолчать. Судя по последним событиям, между ними было не всё гладко, мягко говоря. «Эх! Сестрёнка! Ремня бы тебе хорошего... Заставила вспомнить детский театральный кружок, глупые подмены... А сама убежала и спряталась», - подумала Вера. Ей же прятаться было некуда, но моментами очень хотелось последовать примеру Тони. В предстоящем общении с Дмитрием была опасность, что он начнёт обсуждать щекотливые темы, говорить понятные только Тоне фразы и слова, вспоминать какие-нибудь семейные происшествия – да мало ли чего ещё. И ко всему этому Вера может оказаться не готовой. Спасало то, что Дима находился в другой стране, и общаться им предстояло только по телефону. Поэтому Вера решила, что в сложной ситуации ей на выручку придут внезапно разрядившаяся батарея или плохая связь.
И только одному человечку было решено не отказывать в общении и внимании ни на минуту – это любимой племяшке Сонечке, Вера не видела малышку уже несколько месяцев и очень сильно по ней соскучилась. Ей не терпелось прыгнуть за руль Тониного Ауди, поехать, и забрать девочку у бабушки. Но было раннее утро, Софья наверняка ещё досматривала сказочные сны, и нужно было ждать.
Спустя несколько часов Вера уже мчалась по мокрой от дождя дороге в направлении дома свекрови. Не обращая внимания на промозглую осеннюю погоду, она представляла себе во всех подробностях предстоящую встречу с родной племянницей. Она рисовала в своей голове красочные картины, где они с Соней играют вместе в её уютной девчачьей комнате, и Соня хлюпается в большой белоснежной ванне, полной ароматной детской мыльной пены и специальных игрушек для купания, как Вера читает Соне сказку перед сном, гладит её по белокурой головке, и та сладко засыпает. При мысли об этом, губы Веры вытянулись в добродушной улыбке.
Подъехав к большому одноэтажному дому, снаружи отделанному искусственным камнем холодного серого цвета, Вера осторожно вылезла из машины и, пытаясь не промокнуть под моросящим дождём, перепрыгивая мелкие лужицы, бегом направилась в сторону входа. Она специально заранее позвонила Ольге Валерьевне, чтобы та собрала Соню к её приезду, и надеялась, что малышка её уже ждёт.
Вера тихонько открыла дверь, переполненная томящим волнением, и очутилась в просторном коридоре. Но её никто не встретил. И вообще, казалось, никому нет дела до её приезда. В доме было как-то подозрительно тихо и мрачно, только спустя несколько минут уже становившегося тягостным ожидания послышался писклявый детский голосок, требовательно звенящий в одной из дальних комнат.
- Ольга, Валерьевна, я тут, – напомнила о себе Вера, - Соня готова?
Из другого конца коридора донёсся лёгкий стук женских каблуков и семенящий топот маленьких ножек. Вера видела свекровь Тони всего несколько раз: на свадьбе и на днях рождения Софьи, та всегда выглядела подчёркнуто строго, но стильно и весьма элегантно, и заметно моложе своих лет, количество которых давно перевалило за пятый десяток. Ольга Валерьевна была высокой, стройной женщиной, её немолодое лицо обрамляли аккуратно уложенные пряди тёмно-каштановых волос, слегка посеребрённых у корней сединой, а исчерченные вокруг мелкими морщинками янтарные глаза, казалось, видели собеседника насквозь. Было очевидно, что женщина тщательно следит за собой, за своим огромным, опустевшим с момента переезда сына, но иногда наполняющимся неуёмной энергией маленькой внучки, домом, и, видимо, так же пристально - за судьбой Дмитрия и поведением снохи Антонины. Вероятно, не было ничего в жизни семьи Тополевых, что могло бы ускользнуть от её зоркого вездесущего ока. Понимая это, Вера заметно напряглась.
- Здравствуй, Тонечка, - свекровь поцеловала Веру в щёку с какой-то вроде бы несвойственной ей теплотой, она улыбнулась и, отпустив Сонину руку произнесла: - Она никак не хотела одеваться, но с третьей попытки нам удалось договориться.
- Здравствуйте, - еле слышно проговорила взволнованная Вера и повернулась к обнимающей её за ногу Соне, - Привет, моя принцесса.
Она подняла малышку на руки и крепко прижала к своей груди такое родное маленькое создание. Соня послушно положила белокурую головку на Верино плечо.
- Как от тебя приятно пахнет! – воскликнула Вера, вдыхая аромат Сониных мягких шелковистых кудряшек.
Девочка положила маленькие ладошки на Верины щёки, с серьёзным видом заглянула ей в глаза и громко произнесла:
- Мама! Это духи такие. Ты что ли не знаешь? У всех девочек есть духи! И они пахнут.
Женщины рассмеялись такой детской наивности и непосредственности.
- Что смеётесь? Не смейтесь! – обиженно скомандовала малышка и слезла с Вериных рук, вызвав тщетные попытки у мамы и бабушки сдержать улыбки.
- Выпьешь чаю? На улице сегодня зябко, - обратилась к Вере свекровь, и, взглянув на внучку, добавила: - Мы с Соней пирог испекли, да, Софийка?
- Ага. Такой огромный с яблоками, - довольным голосом похвасталась девочка, показывая руками размеры «огромного» пирога.
- Нет, спасибо, как-нибудь в другой раз, - Вера понимала, что за чаем речь может зайти о чём-то запретном в её теперешнем положении, и проницательная свекровь легко раскроет обман. - Мы домой поедем, да, Соня?
Но Соня вдруг крепко вцепилась в бабушкину руку, и замотала головой.
- Нет, мама, я с бабой хочу остаться, а ты сама уезжай, - Соня надула пухлые губки и демонстративно отвернулась.
Вера не ожидала такого поворота событий. На мгновенье девушке показалось, что все её планы рушатся, и земля уходит из-под ног. Она готова была расплакаться от обиды. Чтобы этого не случилось на глазах у Ольги Валерьевны, Вера со всей силы прикусила нижнюю губу.
Но Ольга Валерьевна вместо того, чтобы попрощаться и увести Соню в детскую, как представила дальнейшее развитие событий Вера, наклонилась к девочке и строго напомнила:
- Соня, мы же с тобой договорились. Сегодня ты едешь домой, а через три денёчка мама привезёт тебя ко мне. Ты дала мне слово, а слово нужно держать.
- Не хочу ничего держать! И не хочу ехать с мамой! – продолжала капризничать Соня.
- А дома тебя ждёт сюрприз, - неожиданно для самой себя перехватила инициативу в уговорах Вера.
- Какой? – доверчиво заглядывая в глаза матери и не скрывая любопытства, поинтересовалась малышка.
«Пока не знаю, но что-нибудь придумаю», - подумала Вера, а вслух произнесла:
- Волшебный! И если я скажу – это будет уже не сюрприз, - заинтриговала племянницу Вера, мысленно перебирая возможные варианты.
- Тогда поехали скорее! Баба, застегни мне ботиночки, - потребовала Соня.
- Ой! А можно я обую Соню? – спросила Вера нерешительно, с некоторой опаской глядя на свекровь.
- Да конечно, - удивилась Ольга Валерьевна, - Ты же мама!