2 глава
Дверца чёрного Bentley закрылась с глухим щелчком, отгородив мир от того, что только что произошло в кабинете. Джейден Блэкторн откинулся на кожаном сиденье, снял перчатки и провёл рукой по лицу. Впервые за весь день в его идеально контролируемых движениях проскользнула усталость.
Рик, его правая рука, сидевший за рулём, встретил его взгляд в зеркале заднего вида. Вопрос в его глазах был красноречивее любых слов.
— Ну? — всё же не выдержал Рик, заводя двигатель.
— Всё решено, — голос Джейдена был низким, без эмоций. Он смотрел в окно на уплывающий в темноте особняк Лоренцо. — Старая гвардия должна понять: времена изменились. Неподчинение больше не будет терпимо. Ни от кого.
— Лоренцо принял новые правила? — уточнил Рик, выезжая на ночную трассу.
— У него не было выбора, — Джейден усмехнулся, и это было холодное, безрадостное звучание. — Он будет служить примером для остальных. Сила — это не только в том, чтобы устранять, Рик. Иногда куда сильнее оставить человека жить с его унижением. Он сломлен. И все это видели.
Рик молча кивнул, понимая глубину стратегии. Лишить власти было хитрее и страшнее, чем лишить жизни.
— Значит, семья Фальконе теперь твоя. Окончательно.
— Семья Фальконе теперь сильна как никогда, — поправил его Джейден, и в его голосе впервые прозвучала твёрдая, железная уверенность. — И я сделаю её легитимной. Мы больше не банда уличных головорезов. Мы — империя.
Машина плавно катила по мокрому асфальту, и Джейден закрыл глаза, отгораживаясь от только что случившегося. Но вместо лиц старых врагов перед ним встал другой образ: испуганное, заплаканное лицо Нолана. Контраст был настолько разительным, что к горлу подкатил комок странной, непонятной нежности. Эта хрупкость, эта искренняя боль – всё, чего не было в его железном мире. И он внезапно с жадностью захотел защитить это, прижать к себе и больше никогда не отпускать.
***
Нолан медленно открыл глаза, и его поразил незнакомый потолок. Высокий, белоснежный, с изящной лепниной. Паника накрыла его мгновенно, заставив сердце бешено колотиться. Он резко вскочил, оглядывая чужую роскошную комнату.
«Где я?»
Память постепенно возвращалась: разбивающее сердце зрелище в ресторане, слёзы на улице, Джейден... Его тихое, но настойчивое предложение переночевать у него. Нолан был слишком измотан, чтобы сопротивляться.
Теперь, проснувшись, он с изумлением понял, что впервые за долгое время выспался. Тело отдыхало, но душа была разорвана в клочья. Он осторожно вышел в холл и замер, поражённый тихой роскошью, которая окружала Джейдена каждый день.
— Ты проснулся?
Джейден стоял в дверях кабинета, отложив в сторону планшет. На нём была простая домашняя рубашка, но он выглядел так, будто только что сошёл со страниц глянца. Его взгляд, обычно отстранённый и холодный, теперь был пристальным и каким-то... смягчённым. Он изучал Нолана, выискивая следы вчерашнего горя.
— Лучше, — солгал Нолан, опуская глаза. Физически — да, но душа всё ещё ныла от предательства.
Джейден приблизился и, без лишних слов, положил прохладную ладонь ему на лоб, проверяя температуру. От этого неожиданно интимного жеста Нолан вздрогнул.
— Идём, завтрак ждёт, — мягко, но не оставляя возражений, сказал Джейден.
Через пару минут Нолан сидел за элегантным кухонным столом, заставленным изысканными блюдами. Всё выглядело идеально.
— Я не знал, что ты любишь, поэтому приготовил разное, — голос Джейдена прозвучал с нехарактерной ноткой неуверенности.
— Спасибо, — Нолан чувствовал, как краснеет. — Мне так неловко за все эти хлопоты...
— Не говори так, — мягко, но твёрдо перебил Джейден. — Ты меня совсем не беспокоишь.
Он налил кофе в фарфоровую чашку. Его движения были выверенными и грациозными, но Нолан, наблюдая за ним, поймал себя на мысли, что в этой безупречной картинке была какая-то скрытая сила. Та же, что и вчера на улице, когда он, не колеблясь, взял на себя командование ситуацией.
Джейден передал чашку. Его пальцы на секунду сжали тонкий фарфор так, что тот чуть не треснул. Нолан, погружённый в свои мысли, этого не заметил.
Но под маской спокойствия в Джейдене бушевала буря. Гнев, едкий и жгучий, скручивал ему внутренности. Гнев на Марка, осмелившегося причинять боль этому хрупкому человеку. Гнев на себя — за то, что годами наблюдал со стороны, не решаясь вмешаться, пряча свои истинные чувства за маской делового партнёра.
Но сквозь ярость пробивалось иное чувство — горькое, циничное облегчение. Марк, этот слепой идиот, сам совершил ту единственную ошибку, которой не хватало Джейдену. Он сам оттолкнул Нолана, сам разрушил тот хрупкий мир, в котором тот тщетно пытался найти счастье. Джейден знал: Нолан никогда не ушёл бы сам. Его доброта, его преданность, его искажённое чувство долга всё это накрепко держало его рядом с тираном. Марк собственными руками вырвал его из этой токсичной ловушки и невежественно вручил Джейдену.
Он открыл глаза и посмотрел на Нолана. Тот сидел, ссутулившись, его взгляд был пуст и устремлён в никуда. В его позе читалась такая беззащитность, что у Джейдена сжалось сердце. Но он не видел в этой опустошённости трагедии. Нет. Он видел чистый холст. Он видел возможность.
Эта пустота была благословением. Она была тишиной после долгой бури, ровным пеплом, в котором можно было взрастить новое, настоящее. Пустота, которую он, Джейден, терпеливо и методично заполнит собой. Его заботой, его вниманием, его… любовью. Место старой, больной привязанности теперь было свободно. И он сделает всё, чтобы занять его. Навсегда.
Нолан попробовал яичницу. Она была идеальной. Он ел молча, чувствуя на себе тяжёлый, изучающий взгляд Джейдена. Впервые за долгое время кто-то заботился о нём без упрёков и условий. И это было одновременно и приятно, и пугающе.
— Твой телефон, — Джейден осторожно протянул ему аппарат. — Я его зарядил. Не включал. Подумал, ты сам решишь, когда будешь готов.
Нолан нервно схватил телефон. Холодный корпус был похож на гранату в его руках.
Вскоре Джейден, сославшись на срочные дела, уехал, оставив Нолана наедине с тишиной роскошной квартиры и чёрным экраном телефона.
Он нажал кнопку включения. Экран взорвался десятками сообщений и пропущенных звонков от Марка. Сердце Нолана упало. Он быстро отписался поставщикам и сотрудникам, сообщив, что он заболел, и отложил телефон, чувствуя, как по телу разливается ледяная слабость.
Ему нужно было ехать домой. Забрать вещи. Но мысль об этом вызывала панику.
Внезапно телефон завибрировал. Марк.
Нолан, не думая, поднял трубку и тут же пожалел.
— Нолан, ты где?! — грубый, раздражённый голос обрушился на него, мгновенно возвращая в реальность.
— У друзей, — тихо ответил Нолан.
— Что это за ответ?! — Марк был в ярости.
— А... а как я должен тебе отвечать? — голос Нолана дрогнул. — Вчера была наша годовщина. Три года. Ты даже не вспомнил.
— Ты из-за этого обиделся? — в голосе Марка прозвучало искреннее недоумение. — Давай на следующей неделе сходим в ресторан...
— А как же блондинка? — с трудом выдавил из себя Нолан.
Повисла мёртвая тишина. Нолан слышал только собственное прерывистое дыхание.
— Ты... ты с ней отмечал годовщину? — каждое слово давалось с огромным трудом. — Я больше не вернусь. Не знаю, как мы будем всё делить, но сейчас я не хочу тебя видеть.
— Нолан, давай поговорим как взрослые люди..., — в голосе Марка появились умоляющие нотки, но было уже поздно.
Нолан отключился. Телефон выпал из его дрожащих рук. Он сидел в гробовой тишине чужой квартире и понимал назад дороги нет. Совсем. Осознание было острым и болезненным, как лезвие.
***
В это время Джейден Блэкторн стоял у панорамного окна своего офиса в небоскрёбе в центре города. Он смотрел на раскинувшийся внизу город, но видел другое: потерянное, полное боли лицо Нолана.
Он взял специальный телефон, набрав единственный номер.
— Рик, — его голос был низким и металлическим, без намёка на мягкость, которую он только что демонстрировал Нолану. — Новый приоритет. Марк Уильямс. Он больше не должен приближаться к Нолану. Никогда. Сделай так, чтобы у него пропал всякий интерес. Любыми методами.
В трубке послышался спокойный, слегка удивлённый голос:
— Босс? Вы уверены? Это... не наш обычный подход. Обычно мы действуем точечнее. В вас говорят эмоции.
Джейден замер, его пальцы сжали телефон.
— Ты осмелился проанализировать мои решения, Рик? — его шёпот был опаснее любого крика.
— Нет, сэр. Просто констатирую факт. Вы всегда учили нас хладнокровию. Этот парень... Нолан... выводит вас из равновесия. Это уязвимость.
Джейден закрыл глаза, сделав глубокий вдох. Рик был прав, и это бесило его ещё сильнее.
— Ты прав, — неожиданно согласился он, и его голос вновь приобрёл ледяную чёткость. — Значит, сделаем это точечно. Соберите всё на него. Где живёт, с кем общается. И чтобы охрана следила за ними обоими. Круглосуточно.
— Понял, босс. Будет сделано, — голос Рика вновь стал деловым и почтительным.
— И это не эмоции, Рик, — поправил его Джейден, глядя на город, который он теперь по праву считал своим. — Это стратегия. Теперь у меня есть кое-что..., кто-то гораздо более ценный. И я не позволю никому этому угрожать.
Он положил трубку. План был запущен. Игра началась.
****
Нолан принял единственно разумное, как ему казалось, решение: дать себе несколько дней передышки. Неделю, максимум две. Чтобы собрать себя по осколкам, своё разбитое сердце и остатки самоуважения, и начать всё заново. Один.
Но чем дольше он находился в этом роскошном убежище, тем сильнее его охватывало чувство вины. "Как я могу позволять себе это комфортное существование, когда моя жизнь лежит в руинах?" — укорял он себя, глядя на идеальные линии интерьера. Но здесь было так безопасно. Так тихо. Словно за этими стенами не существовало ни боли, ни предательства, ни Марка. Джейден выстроил вокруг него невидимый, но непробиваемый кокон.
И самое страшное Нолану это нравилось. Ему нравилась эта квартира, пахнущая деньгами, стабильностью и бергамотом. Ему нравилась эта иллюзия мира. Но больше всего ему нравилось общество самого Джейдена.
Тот оказался блестящим собеседником. Вечерами, готовя ужин на огромной кухне, они могли говорить обо всём на свете: об импрессионистах, о японской поэзии, о далёких странах, куда Нолан никогда не летал. Джейден говорил умно, страстно, и впервые за долгие годы Нолан чувствовал, что его не просто слушают — его слышат. Его мнение что-то значило. Он снова чувствовал себя человеком, а не тенью при чужом мнение.
Эти дни стали для него подвешенным состоянием между прошлым, которое сгорело дотла, и будущим, которого не существовало.
Спустя два дня, за завтраком, когда Джейден с утренней строгостью просматривал документы на планшете, Нолан набрал воздуха в лёгкие и выдохнул:
— Я сегодня начну искать квартиру.
Планшет с лёгким стуком лег на столешницу. Джейден поднял на него глаза, и Нолан увидел в них не привычную уверенность, а что-то похожее на мгновенную, животную панику. Она мелькнула и тут же исчезла, но он успел её заметить.
— Зачем? — голос Джейдена был ровным, но в нём прозвучала неподдельная, почти ребячливая обида. — Тебе здесь что-то не нравится?
— Нет! — поспешно ответил Нолан, сжимая в пальцах краешек салфетки. — Всё... всё прекрасно. Слишком прекрасно. Именно поэтому я не могу злоупотреблять твоей добротой. Я уже отнял у тебя слишком много времени.
Джейден медленно отложил планшет в сторону. Его движения были выверенными, почти ритуальными. Затем он накрыл своими ладонями сжатые пальцы Нолана. Его прикосновение было тёплым, сухим и невероятно твёрдым. От него по спине Нолана пробежали мурашки.
— Я не хочу, чтобы ты уезжал, — произнёс Джейден тихо, но с такой неоспоримой уверенностью, что это прозвучало не как просьба, а как констатация факта. — Тебе нужно время, чтобы залечить раны. Останься. Пожалуйста.
Нолан смотрел на него, чувствуя, как горит лицо. Взгляд Джейдена был тёмным, проницательным и притягательным. Казалось, он видел все его тайные страхи, всю его боль и не отворачивался.
— Хорошо, — сдался Нолан, почти беззвучно. — Но только ненадолго.
Уголки губ Джейдена дрогнули в лёгкой, почти невидимой улыбке. Он не отпустил его руки.
— Спасибо, — он произнёс это так, словно Нолан оказал ему невероятную услугу. — Мне... твоё общество дорого.
Нолан опустил глаза на их руки, всё ещё лежащие на столе, и понял страшную правду: он и сам не хотел уезжать. Здесь, рядом с этой силой и спокойствием, он впервые за долгое время чувствовал себя не просто нужным, он чувствовал себя защищённым. И это было опаснее любого предательства.
И вот через четыре дня, накопив в себе достаточно мужества, Нолан решил вернуться. Не для того, чтобы ворошить прошлое, а чтобы забрать лишь самое необходимое из квартиры над магазином. Он чувствовал, как сжимается сердце от одной мысли, что ему придётся снова переступить тот порог. Но внутри росла решимость, холодная и твёрдая, как сталь.
За эти дни у них с Джейденом сложился негласный распорядок: совместные завтраки наполнили квартиру теплом и уютом, которого так не хватало Нолану. После еды Джейден неизменно уходил на работу, оставляя его наедине с мыслями и попытками собрать осколки своей жизни.
— Ты куда-то собираешься? — спросил Джейден в это утро, заметив, как Нолан натягивает знакомую серую куртку. В его голосе прозвучала лёгкая тревога, хотя он старался казаться непринуждённым.
Нолан замер на мгновение, застёгивая молнию. Сердце забилось чуть быстрее, он знал, что этот разговор неизбежен.
— Мне нужно съездить в магазин.., — тихо ответил он, не поднимая глаз. — То есть в квартиру над магазином. Забрать свои вещи.
Джейден, уже стоявший у двери, замер на месте. Он медленно обернулся, и в его обычно непроницаемом взгляде мелькнула тень тревоги. Несколько размеренных шагов и он уже был рядом с Ноланом.
— К нему? — спросил он, его пальцы непроизвольно сжались.
— Нет! — поспешно воскликнул Нолан, наконец, подняв на него глаза. В его взгляде читалась смесь решимости и страха. — Я не собираюсь с ним видеться. Просто заберу документы, фотографии... личные вещи.
Удивление мелькнуло в глазах Нолана, он не ожидал такой реакции. Джейден изучал его лицо, видя, как тот старается казаться сильнее, чем есть на самом деле.
— Может, мне поехать с тобой? — предложил он, его голос звучал мягко, но в нём слышалась стальная уверенность.
— Спасибо, но не стоит, — Нолан попытался ульбнуться, но улыбка получилась натянутой. — С этим я должен справиться сам.
— Я не сомневаюсь, — кивнул Джейден, наконец, позволив себе положить руку на плечо Нолана. Тепло его ладони проникло сквозь ткань куртки, и на мгновение Нолан почувствовал себя защищённым. — Но знать это и не волноваться — разные вещи.
После недолгой паузы, словно взвешивая какое-то решение, Джейден направился к прихожей и взял со столика ключи.
— Поезжай на машине, — сказал он, протягивая ключи Нолану.
Тот несколько раз растерянно моргнул, не сразу понимая.
— Что? — выдохнул он, уставившись на ключи.
— Серый Ford Focus у подъезда, — пояснил Джейден, мягко вкладывая ключи в ладонь Нолана. — Я им почти не пользуюсь. А тебе будет спокойнее, если у тебя будет возможность быстро уехать оттуда... на всякий случай. Это практично.
В его голосе звучала забота, но Нолан улавливал и тревогу, которую Джейден старался скрыть за рациональными объяснениями.
— Но что, если я её поцарапаю? — голос Нолана дрожал от волнения. — Я не смогу...
— Нолан, — Джейден шагнул ближе, его тёмные глаза смотрели серьёзно и проникновенно. — Это всего лишь машина. Железо. Ты мне... важнее. Понимаешь?
Что-то в его интонации заставило сердце Нолана пропустить удар. В последнем слове промелькнула такая нежность, что стало трудно дышать.
Как только дверь закрылась за Ноланом, Джейден достал телефон. Его пальцы, только что такие твёрдые и уверенные, теперь слегка дрожали.
— Немедленно поднимите двоих людей, — прозвучал его приказ, низкий и без возражений. — Серый Ford Focus, только что отъехал от моего дома. Пусть следуют на почтительной дистанции. Цель — обеспечить безопасность водителя. Никакого вмешательства, если только ему не будет угрожать опасность.
Он отключился, не дожидаясь ответа, сжав телефон так крепко, что костяшки пальцев побелели. Мысль о том, что он не может быть рядом, чтобы защитить Нолана самому, разрывала его изнутри.
***
Нолан медленно подъехал к знакомому зданию, где располагался их цветочный магазин. Место, которое должно было стать символом их любви и общего будущего. Теперь же оно казалось ему склепом всех его надежд. Руки на руле дрожали так сильно, что он несколько минут не мог заставить себя выйти из машины. Наконец, собрав всю волю в кулак, он шумно выдохнул и открыл дверь автомобиля. Холодный воздух ударил в лицо, но не принёс облегчения, а напротив, заставил ещё острее почувствовать всю горечь происходящего.
Переступив порог магазина, Нолан сразу же ощутил удушливый запах увядших цветов, смешанный с затхлостью закрытого помещения. Когда-то этот аромат ассоциировался у него со счастьем, творчеством, любовью. Сейчас же он вызывал только тошноту. Увядшие букеты валялись повсюду, словно печальные останки того, что когда-то было его мечтой.
“Сколько сил я вложил в это место, в наши отношения…,” — мелькнула горькая мысль. — “А всё оказалось ложью.”
С каждым шагом по знакомой лестнице, ведущей в квартиру над магазином, тяжесть в груди нарастала. Воспоминания атаковали со всех сторон: как они вместе выбирали мебель, как планировали расширение магазина, как Марк обещал, что они будут счастливы... Всё это теперь казалось жестокой насмешкой.
Добравшись до спальни, Нолан машинально вытащил из шкафа старую дорожную сумку и начал торопливо складывать самое необходимое.
Джейдан в первые дни их знакомства купил ему всё необходимое. Это были дорогие, качественные вещи, к которым Нолан до сих пор боялся прикасаться, словно они могли каким-то образом обязать его. Здесь же лежали его любимые свитера, потёртые джинсы, футболки с дырочками. Вещи, с которыми были связаны воспоминания. Хотя сейчас даже они казались ему чужими, словно принадлежали другому человеку, а именно тому наивному Нолану, который верил в сказки. Документы, фотографии родителей, несколько книг, он всё складывал механически, стараясь не думать о том, что делает.
“Просто забрать вещи и уйти. Навсегда.”
Нолан уже собрал почти всё необходимое и в последний раз оглядывал спальню, место, где они когда-то были счастливы... Внезапно все волоски на затылке встали дыбом. Воздух в комнате изменился, стал гуще, тяжелее. Какой-то инстинкт, первобытный страх, подсказал ему, что он больше не один.
Медленно обернувшись, он увидел Марка, небрежно прислонившегося к дверному косяку. Тот осматривал его с тем же выражением лица, с которым хищник изучает загнанную в угол добычу. Нолан почувствовал себя мухой, попавшей в паутину к пауку; беспомощной и обречённой.
— Ну, наконец-то. Ты думал, я позволю тебе просто так сбежать? — усмехнулся Марк, и эта усмешка была хуже всякой злобы. В его глазах не было ни капли сожаления, только холодный, расчётливый блеск.
— Я не сбегал, Марк, — Нолан качнул головой. — Я ушёл. И возвращаться не собираюсь. — Признался он, чувствуя, как предательски дрожит его тело.
Марк медленно вошёл в комнату, и Нолан инстинктивно отступил к окну. Пространство между ними, казалось, искрилось от напряжения.
— Я думал, ты пару дней погорюешь и придёшь ко мне за объяснениями, — продолжал Марк, в его голосе звучала уверенность человека, привыкшего, что всё идёт по его сценарию. — И я смогу тебе всё объяснить, мы бы помирились...
— Мне это больше не интересно, — перебил его Нолан, удивляясь собственной твёрдости.
— Почему? — Марк сделал ещё несколько шагов, сокращая расстояние между ними. — Ты просто сбежал, игнорируешь меня... После трёх лет отношений я хотя бы заслужил право на разговор. А ты ведёшь себя как испуганный ребёнок. Это жестоко с твоей стороны, Нолан.
— Нам больше не о чем говорить, — чётко произнёс Нолан, пытаясь пройти мимо к выходу.
Но Марк молниеносно протянул руку и схватил его за лицо, пальцы болезненно впились в щёки, не давая сдвинуться с места. И в этот момент словно пелена спала с глаз Нолана, он вдруг прозрел с пугающей ясностью. Перед ним стоял совершенно чужой человек. Не тот нежный, заботливый Марк, в которого он когда-то влюбился. Этот был противным, скользким типом с холодными глазами хищника.
“Как я мог этого не видеть?”
Марк наклонился ближе, его губы исказила жесткая усмешка, явно намереваясь поцеловать его не от желания, а чтобы унизить. Запах его одеколона, который когда-то казался таким притягательным, теперь вызывал только отвращение. Нолан инстинктивно зажмурился.
В отчаянии он собрал все свои силы и резко толкнул Марка в грудь. Тот, явно не ожидавший сопротивления, потерял равновесие и рухнул на кровать.
Не теряя ни секунды, Нолан схватил сумку с вещами и бросился к выходу.
— Ого, да ты внезапно осмелел, — раздался за спиной насмешливый голос Марка. — Но ничего, я обломаю тебе крылышки... Долго ты у меня не побегаешь, малыш.
Последнее, что увидел Нолан, выбегая на лестничную клетку, — это как Марк неторопливо достаёт сигареты и закуривает, глядя в окно. На его лице играла жестокая улыбка человека, который уже продумывает план мести. И этот взгляд, полный холодной злости и обещания расплаты, словно пригвоздил его к прошлому. Он будет преследовать Нолана всю дорогу до того места, которое он уже не решался назвать домом.
***
Нолан влетел в машину, захлопнув дверь с такой силой, что весь автомобиль содрогнулся. Руки тряслись так сильно, что он несколько раз промахнулся мимо замка зажигания. Сердце колотилось где-то в горле, а в ушах стоял звон от адреналина.
— Господи, господи, — шептал он, наконец, сумев завести двигатель. Он периодически бросал взгляд в зеркало заднего вида, и когда фигура Марка мелькнула в окне квартиры, Нолан нажал на газ так резко, что шины взвизгнули по асфальту.
Всю дорогу до квартиры Джейдена он ехал на автопилоте, постоянно проверяя зеркала, не следует ли за ним знакомая машина. Руки постепенно перестали дрожать, но тошнота в желудке никуда не делась. Как он мог так долго не видеть истинное лицо Марка? Как мог любить это... существо?
Войдя в квартиру, Нолан рухнул на диван, всё ещё сжимая в руках дорожную сумку. Тишина квартиры обволакивала его, но покоя не приносила. В голове крутились слова Марка: "Долго ты у меня не побегаешь..."
***
В своём офисе Джейден нервно взглянул на золотые часы на запястье, половина второго. Нолан уехал около одиннадцати, он должен был давно вернуться. Джейден попытался сосредоточиться на документах, но буквы расплывались перед глазами.
Ещё один взгляд на часы, четверть третьего. Тишина в телефоне была оглушительной. Никаких звонков ни от Рика, ни от Нолана.
Джейден встал из-за стола и подошёл к окну, глядя на дневной город. Без двадцати три. В груди начала нарастать тревога, которую он пытался подавить логикой. «Может, просто задержался, может, телефон разрядился...»
Три часа дня. Джейден снова сел за стол, но работать не получалось. Взгляд то и дело скользил к часам, а молчание телефона становилось всё более зловещим. Он попробовал набрать номер Нолана и попал прямо на голосовую почту.
Четверть четвёртого. Терпение лопнуло.
Джейден со злостью схватил телефон и нажал на кнопку интеркома.
— Мэри, — его голос прозвучал низко и опасно. — Соедините с Риком. Немедленно.
— С-сейчас, мистер Блэкторн, одну секунду, — послышался испуганный голос секретарши.
— Мистер Джейден? — почти сразу отозвался Рик.
— Где отчёт? Что происходит? — взорвался Джейден без предисловий.
— Босс, доложиться не успели — разбирались с обстановкой. Марк действительно пришёл в квартиру. Нолан выбежал оттуда через полчаса, сел в машину и уехал. Мы проследили, он у вас в квартире, живой-здоровый, просто выглядел сильно напуганным. Уильямс вошёл через чёрный ход, мы сразу его не отследили...
— Он был там? — голос Джейдена стал опасно тихим. — И вы позволили этому ублюдку подойти к нему?
— Мы прозевали, босс. Он знал все задние ходы. Но Нолан справился сам, вырвался и уехал.
Джейден сжал челюсти так сильно, что заболели виски.
— Где информация о его связях? — его голос был обжигающе-холодным.
— Пока ищем, — тут же ответил Рик. — Всё осложняется. У него странные контакты. Похоже, он связан с «Калаверас».
Джейден замер. Название группировки прозвучало как выстрел.
— Проверь. Тихо. Если это правда, он нам нужен живым. Как крючок, чтобы вытащить всю эту мразоту.
— Будет сделано.
Джейден бросил трубку и тут же набрал номер Нолана. Длинные гудки, но никто не отвечал.
— Чёрт, — прошипел он и перезвонил.
Снова гудки. Снова никакого ответа.
Третий звонок. Четвёртый. На пятом Джейден понял, что либо Нолан не может ответить, либо намеренно игнорирует звонки. Мысль о том, что Марк мог что-то с ним сделать, сводила с ума.
Схватив ключи от машины, Джейден вылетел из кабинета, сметая всё на своём пути. Ему было плевать на встревоженные взгляды сотрудников. Он мчался к нему. Он должен был убедиться, что с Ноланом всё в порядке, что тот цел и невредим. А потом он разберётся с Марком. Однажды и навсегда.