Пролетая над нами

Сегодняшнее утро было прохладным. Скоро осень..

Утро у Ковалёвых наступило не спеша: прохладный пол, чай с мятой и запах поджаренного хлеба. Окна были распахнуты, и через них в квартиру просачивался уличный воздух — с пылью, листвой и невнятным городским шумом.

Аня проснулась позднее всех. Лера с утра носилась по квартире в футболке с фламинго и щебетала без умолку. Мама смотрела какой-то сериал, а папа, как всегда, уже был на работе. В голове у Ани было легкое волнение. Она как будто стояла на краю чего-то, глядя вниз, в будущее.

В восьмом часу мама заглянула в комнату:

— Анют, просыпайся. У нас гости, — прозвучал спокойный голос Татьяны Николаевны, и за ним сразу — звук лёгких шагов по коридору.

Аня приподнялась на локтях. В комнате было полутемно — шторы закрывали утренний свет. Она провела рукой по лицу, по волосам, села на кровати. Голова была немного тяжёлой от сна.

«Гости?» — переспросила она про себя, натягивая футболку и босиком направляясь в ванную.

Дверь на кухню была приоткрыта. Она услышала знакомый голос — тётя Марина говорила что-то про готовку. Затем — мужской голос, чуть ниже, спокойнее, с привычной интонацией:

— Мы с ребятами, в Москве, о таких завтраках только мечтаем.

Ковалёва приняла душ, оделась, расправила волосы. Заглянула в зеркало — привычное отражение: каштановые волосы, чуть сбившиеся набок, ясные глаза, в которых с утра было всё — и недосып, и лёгкое предвкушение, и немного растерянности.

Через пару минут она вошла на кухню. За столом сидела мама, Марина, рядом — Никита. Он как раз откусил кусочек бутерброда и взглянул на Аню поверх чашки. В глазах — лёгкая улыбка. Улыбка, в которой не было ничего особенного, но именно это её и задело.

— Доброе утро, — сказала Аня, стараясь говорить ровно.

— А вот и хозяйка, — отозвалась Марина, весело глядя на неё. — Мы вот ворвались без предупреждения. Твоя мама нас напоила, накормила, и тебя наконец-то увидели .

— Мы вам всегда рады, — добавила Татьяна Николаевна. — Дочь, как раз говорили, где тебе чемодан купить.

Никита поставил чашку на стол.

— Поехали сейчас, пока я на машине. Да и мне нужно сумку дорожную купить.

— Не знаю... — Аня замялась, — Я думала вечером съездить.

— Анют, давай соглашайся, — сказала Татьяна, попивая чай.

— Ладно, — согласилась Аня, чувствуя, как сопротивление тает. — Только быстро.

— Быстро — это как я вожу, — усмехнулся Никита. — Плавно, с чувством, с толком.

Никита улыбнулся, и в его голосе сквозила уверенность, которая одновременно успокаивала и поднимала настроение. Аня быстро собралась, пообнимала Леру, которая не хотела отпускать сестру, и вместе с Никитой вышла из квартиры.

На улице было свежо — прохладный ветерок мягко трепал листья на деревьях, и в воздухе ещё чувствовалась влажность от раннего утра. Город просыпался.

Никита сел за руль, и Аня устроилась на пассажирском сиденье, осторожно пристёгиваясь. Машина тронулась с места, и свежий утренний воздух стал постепенно проникать в салон автомобиля.

— Ну что, — улыбнулся Никита, — рассказывай, как у тебя настроение? Готова к переменам?

Аня перевела взгляд на проносящиеся мимо дома, деревья и редких прохожих.

— Настроение хорошее, но немного тревожно и вместе с тем интересно.

Никита кивнул, не отвлекаясь от дороги.

— Это нормально. Главное — не останавливаться. А ты — молодец, что не паникуешь.

— Ну, если честно, — Аня слегка улыбнулась, — я всё-таки боюсь.

— Это нормально, Ань, — сказал Никита. — Было бы странно, если бы ты вообще ничего не чувствовала.

Они доехали до торгового центра быстро — утренние пробки ещё не успели собраться, и дорога была почти пустой.

В магазине было почти пусто — покупатели ещё только стекались в торговый центр. Сквозь большие окна лился мягкий свет, и полки с товаром выглядели особенно аккуратно, словно их расставили специально для них.

Аня медленно шла вдоль ряда, иногда касаясь ладонью гладкой поверхности чемоданов. У Никиты в руках была тёмно-зелёная дорожая сумка, которую он выбрал буквально за пару минут.

— А этот как тебе? — он кивнул на чемодан с глубоким синим оттенком.

— Красивый, но, кажется, тяжёлый, — Аня попробовала приподнять его за ручку. — Да, точно, слишком.

— Ага, тогда ищем дальше, — Никита шагнул вперёд, а через минуту уже остановился у стеллажа в углу. — Вот. Смотри, лёгкий, колёса тихие, цвет нормальный — не маркий.

Аня прокатила чемодан пару метров, слушая ровный шорох колёс.

— Удобный.

— Тогда берём?

— Берём, — она кивнула, и Никита чуть довольно улыбнулся, как будто выбрал его для себя.

Они быстро оформили покупки и пошли к машине.

— Ну что, по кофе? — предложил Коробыко.

— Нет, — Аня сразу покачала головой. — Мне домой надо. Мама ждёт, и вообще...

— Ничего страшного, — отмахнулся он. — Тридцать минут.

— Я правда не хочу, — она попыталась обойти его, но он резко сделал шаг вперёд, загородив дорогу, и с озорной ухмылкой сказал:

— Ладно, сама не идёшь — я тебя отнесу.

Аня не успела даже возмутиться, как он ловко перехватил её под колени и за спину, поднял на руки и направился к соседней кофейне.

— Никита! — она уткнулась лицом ему в плечо, пытаясь не рассмеяться и одновременно злиться. — Поставь меня! Люди смотрят!

— Пусть смотрят, — он уверенно шагал мимо витрин. — Будут знать, что ты вредная, как в детстве.

У дверей кофейни он наконец поставил её на пол, открыл дверь и жестом пригласил внутрь:

— Прошу.

Аня засмеялась и вошла. Воздух внутри был наполнен ароматом свежемолотых зёрен, чуть горьким, с ноткой карамели и чего-то тёплого, почти домашнего. Где-то в углу негромко играла гитара — не живая, а записанная, но всё же создававшая уют.

Они выбрали столик у окна, откуда было видно улицу: пешеходы, машины, редкие велосипедисты. За стеклом пробегали облака, и утренний свет мягко ложился на столешницу, освещая руки, чашки и тонкую полоску пара, поднимающуюся от кофе.

Никита поставил на стол два капучино и две тарелочки с чизкейком, который был щедро украшен свежей малиной.

— Попробуй, — он подвинул тарелку к Ане. — Тут делают лучший чизкейк в округе.

— А ты что, эксперт по чизкейкам? — приподняла бровь она, всё же отломив вилкой маленький кусочек.

— Я эксперт по тому, что делает людей счастливее, — он откинулся на спинку стула. — А сладкое входит в этот список.

Аня сделала глоток кофе. Пенка была плотной, бархатной, а вкус — сбалансированным, с лёгкой сладостью. Она почувствовала, как напряжение немного отпускает, и позволила себе откинуться на спинку стула, не спеша глядя в окно.

— Никит, — начала она тихо, — Помнишь качели из каната? Ты тогда так терпеливо уговаривал меня не бояться.

Никита улыбнулся:

— Как забыть? Ты сидела, сжалась, а глаза у тебя были по пять копеек. Я думал, вот сейчас — и упадёшь.

— Ну да, — рассмеялась Аня. — Я была уверена, что выпаду с качели. А ты всё равно не отпускал, и толкал меня всё выше.

— Потому что иногда риск — это единственный способ почувствовать жизнь. Я тебя с детства закалял.

— А помнишь зиму, когда ты лепил для меня снеговика? Тогда ты неожиданно бросил в меня горсть снега, а я визжала и гонялась за тобой по двору, — продолжила брюнетка.

— Ахах, да, я тогда был настоящим проказником. А потом мы пили какао и смотрели новогодние фильмы.

— Мне тогда казалось, что это был самый счастливый день.

Никита задумчиво кивнул:

— Такие моменты — главные кирпичики, из которых строится всё остальное. Без них жить скучно.

— Точно, — согласилась Аня. — А ещё я помню, как ты учил меня кататься на велосипеде. Я так боялась упасть!

— Да уж, я, наверное, больше нервничал, чем ты. Но ты справилась.

— Это благодаря тебе, — девушка сделала паузу. — Ты хоть и был противным, но всегда помогал мне.

Они улыбнулись друг другу, и тёплая атмосфера заполнила кафе.

— Видишь, как хорошо сидим. А ты убегала от меня, — сказал Никита, улыбаясь и слегка наклонив голову.

Парень сделал глоток кофе, внимательно наблюдая за Аней.

— А когда ты уезжаешь? — спросил он тихо, словно боясь нарушить момент.

Аня вздохнула.

— Скоро. 22 августа. Сначала казалось, что ещё есть время, а теперь — часы спешат.

— Понимаю, — кивнул Никита. — Тяжело тебе?

— Немного, — призналась Аня. — Но это и волнительно, и страшно одновременно.

Никита задумался, потом переключился на другую тему.

— Слушай, а у тебя есть парень?

Аня удивлённо подняла брови.

— Почему спрашиваешь?

— Ну... я подумал, что тот твой одноклассник, с которым ты на выпускном вальс танцевала твой парень.

— Нет, — Аня улыбнулась. — Мы просто танцевали, ничего больше. Он хороший, но не в моем вкусе.

— Вот так! — Никита приподнял бровь и усмехнулся. — Я-то думал, у тебя уже кто-то есть.

— Пока нет, — смушенно ответила Аня. — Не до этого было.

— Главное — чтобы появилось что-то настоящее, — тихо сказал Никита. — А не просто танцы на выпускном.

— Никит, а Арина не будет против, что ты со мной всё утро возишься?

Никита хмыкнул и, не сразу отвечая, сделал ещё глоток кофе.

— Арина знает, что я иногда могу заехать к Ковалёвым. Тем более, мы же чемодан покупали, не на свидание ходили.

— Ну да, — протянула Аня, крутя ложечку в чашке. — Просто... я не хочу, чтобы кто-то подумал, что мы тут...

— Ань, — перебил он, чуть наклонившись вперёд, — ты слишком много думаешь о том, что скажут другие. Мы просто проводим время. И, если честно, мне это нравится.

Она на секунду встретилась с ним взглядом и тут же отвела глаза к окну, делая вид, что рассматривает прохожих, но на самом деле слушала, как Никита тихо постукивает пальцами по чашке, будто под ритм невидимой мелодии.

На улице, среди потока людей, вдруг выделилась пара. Девушка в светлом платье держала в руках аккуратный букет белых роз, перевязанный тонкой атласной лентой. Лепестки чуть колыхались от ветра, и свет падал на них так, что они казались почти прозрачными.

— Красиво, — подметила Аня, не отрывая взгляда.

— Цветы или сама сцена? — спросил Никита, чуть наклонившись.

— Наверное, всё вместе, — она чуть улыбнулась.

Он посмотрел на неё, а потом — снова в окно.

— А какие цветы ты любишь?

Аня на секунду задумалась:

— Не знаю... Белые розы, наверное. Они... как будто спокойные. Без лишнего пафоса, но с каким-то своим светом.

Никита кивнул, будто что-то для себя отметив.

— Запомнил, — тихо сказал он, и в уголках губ появилась едва заметная улыбка.

Они сидели ещё минут двадцать, попивая кофе. Разговор снова скатился в воспоминания, смех и короткие паузы, в которых чувствовалось что-то едва уловимое, но тёплое.

Когда они вышли из кофейни, утро уже окончательно превратилось в день. Солнце пробилось сквозь облака, заиграв бликами на крышах машин.

— Ну что, домой? — спросила Аня, поправляя ремешок сумки.

— Почти, — Никита прищурился, глядя на витрины рядом с парковкой. — Сначала — одно маленькое дело.

— Какое ещё? — Аня устало улыбнулась. — Мы же договорились быстро.

— Это будет быстро. Очень. — Он уверенно направился в сторону соседнего магазина с яркой вывеской.

Внутри оказалось детское царство: плюшевые игрушки, куклы, пазлы и книжки, от которых Лера пришла бы в полный восторг. Никита прошёл мимо полок, не раздумывая, и достал с верхнего ряда большого белого медвежонка с красным бантом.

— Смотри, — он поднял игрушку. — Лера будет в восторге.

— Будет, — Аня невольно улыбнулась, проведя рукой по мягкой шерсти. — Он такой... красивый и уютный.

— Значит, берём, — Никита уверенно направился к кассе, а она пошла за ним.

После покупки они вышли на улицу. Возле машины Никита вручил медвежонка Ане и сказал:

— Подожди меня минуту.

— Что ты ещё задумал?

— Обещаю, это финал.

Он скрылся за поворотом торгового ряда, а Аня осталась стоять у машины, прижимая к себе мягкого друга.  Ковалева, опершись спиной о дверь машины, смотрела, как в солнечном свете медленно плывут пылинки. Она машинально погладила медвежонка по мягкой лапе и уже собиралась заглянуть в сумку за телефоном, как услышала его шаги.

Он вернулся, держа в руках большой букет белых роз. Лепестки чуть дрожали от лёгкого ветра, а атласная лента на стеблях мягко поблёскивала в солнечных бликах.

Никита подошёл к Ане, остановился рядом и, не спеша, протянул ей цветы.

— Для тебя, — тихо сказал он, улыбаясь.

Аня осторожно взяла букет, почувствовав легкое дрожание в пальцах. В этот момент Никита неожиданно обнял её — сначала осторожно, словно спрашивая разрешения, а потом крепче, прижимая к себе. Его объятия были теплыми и надёжными, словно обещание, что всё будет хорошо.

Аня прислонилась к нему, закрыв глаза на миг, и почувствовала, как тревога начинает отступать, уступая место спокойствию.

— Спасибо, — прошептала она, лёжа головой на его плече. — Но цветы, это лишнее.

Никита улыбнулся, не отпуская её.

— Лишнего в жизни не бывает, — тихо сказал он. — Просто знай, что я всегда рядом, несмотря на всё, что было между нами в детстве. Ты для меня всегда была, есть и будешь, родной.

Никита слегка улыбнулся и отпустил Аню, чтобы она могла поправить букет в руках.

— Едем домой? —  спросил он.

— Да, — ответила она, всё ещё ощущая тепло в груди. — Спасибо тебе за эти цветы. Это действительно неожиданно и очень приятно.

— Ты заслуживаешь этого и больше, — сказал Никита, заводя машину. — Знаешь, не каждый день можно так просто сказать, что всё будет хорошо. А я хочу, чтобы ты это знала.

Аня посмотрела в окно, где мелькали знакомые дома и деревья. Осень уже вступала в свои права, и в воздухе витала свежесть перемен.

Машина плавно катилaсь по улице, а разговор между ними тек спокойно, словно тёплый ручей.

— Ты умеешь радовать людей, — сказала Аня, глядя на него с теплом.

— Может, я просто люблю делать приятное тем, кто мне дорог, — ответил он, пристально смотря на Аню.

Автомобиль мягко свернула к знакомому кварталу. За окнами проплывали фасады домов с облупившейся краской, ряды кленов, чьи листья уже начали терять ярко-зелёный цвет, и редкие прохожие.

Аня сидела, прижимая к себе букет. Запах роз был ненавязчивым, свежим, и смешивался с ароматом кофе, который всё ещё ощущался в волосах и одежде.

— Всё-таки... — тихо сказала она, глядя вперёд. — Ты странный.

— Это комплимент? — Никита усмехнулся, не отрывая взгляда от дороги.

— Наверное, — она чуть улыбнулась. — Не думала, что ты будешь возить меня за чемоданом, потом тащить в кафе, а напоследок — покупать цветы.

— Ну, — Никита пожал плечами, — мне же нужно оставить о себе хорошее впечатление.

— Перед моим отъездом?

— И перед твоей взрослой жизнью тоже, — он чуть серьёзнее взглянул на неё. — Чтобы у тебя была память... не только о том, что мы когда-то гонялись по двору со снежками и мы ссорились по пустякам.

Она не ответила, только чуть крепче прижала букет.

Они подъехали к дому. Никита заглушил мотор, выскочил первым, открыл ей дверцу и помог выбраться, Аня шла рядом, с букетом и мишкой в руках, чувствуя, что Лера, увидев всё это, точно не сможет сдержать эмоций. А Никита тянул чемодан.

Когда они вошли в квартиру, в прихожей сразу послышался топот маленьких ног. Лера, замерла на пороге, уставившись на медведя.

— Это что? — её глаза стали почти круглыми.

— Это тебе, — Никита присел и протянул игрушку.

Лера визгнула, бросилась вперёд, обняла медведя, а потом — Никиту.

— Он такой большой! И мягкий! Спасибо!

Аня стояла рядом, глядя на сестру с улыбкой. Её сердце чуть сжалось — такие моменты всегда были для неё особенными.

— Ну всё, Лер, дай Никитке хотя бы разуться, — сказала Татьяна Николаевна, выглядывая из кухни. Её взгляд сразу упал на букет. — Ого, доць, это что за красота?

— Это... просто подарок, — девушка немного смутилась, взглянув на Никиту.

— Белые розы, — мама оценивающе посмотрела, потом улыбнулась. — Очень тебе идут.

Никита поставил чемодан у стены.

— Чемодан лёгкий, колёса тихие, проверено.

— Спасибо, Никит, — Татьяна Николаевна тепло посмотрела на него. — Ты сегодня нас прям избаловал.

— Мне нравиться балотвать вас. Ну ладно, я поехал, а то уже время, — сказал он, глядя на часы.

— Никитка, посиди хоть десять минут, — мама махнула рукой в сторону кухни. — У меня как раз чай заварился.

— Никита, оставайся, я с тобой хочу поиграть, — протянула Лера.

Никита на секунду замялся у двери, глядя на Леру, которая, прижимая к себе медведя, уже тянула его за руку в сторону комнаты.

— Ну... на десять минут, — он посмотрел на Аню, будто спрашивая разрешения, и та, слегка улыбнувшись, кивнула.

Они прошли на кухню. Мама уже поставила на стол чай, вазочку с печеньем и свежим вареньем. Запах липового чая смешивался с ароматом роз, которые Аня поставила в вазу у окна.

— Садитесь, — сказала Татьяна Николаевна, разливая чай. — Лера, не забудь помыть руки.

— Я быстро! — девочка убежала в ванную, оставив медведя на табурете рядом с Никитой.

— Он будет пить чай? — спросил Никита с серьёзным видом, глядя на игрушку.

— Обязательно, — Аня ответила тем же тоном, наливая в маленькую игрушечную чашку немного воды.

Лера вернулась и моментально устроила «чаепитие» для медведя, а сама — села рядом с Никитой, начав ему без умолку рассказывать про свои куклы, новые книжки и то, что «у Ани скоро учёба, но она всё равно будет приезжать».

Липовый аромат мягко обволакивал, и время будто замедлилось. Лера рассказывала так быстро, что слова иногда сливались, а Никита умудрялся на всё реагировать — то кивая, то вставляя шуточку, то подыгрывая в её воображаемые игры.

Аня слушала краем уха, делая глотки чая. Она чувствовала, как уютно и спокойно стало на кухне: смех Леры, редкие реплики Никиты, который не перебивал, а только поддакивал. В какой-то момент он поймал взгляд Ани и чуть улыбнулся. Не так, как в кафе, — мягче, теплее.

— А у Мишки будет своя кровать, — серьёзно заявила Лера, откусив печенье. — И он будет спать только рядом со мной.

— А у него будет подушка? — подхватил Никита, беря из вазочки ещё одно печенье.

— Конечно! У него всё будет. Даже своя кружка для чая, — гордо ответила девочка.

Аня, наблюдая за этой сценой, украдкой улыбалась. Было странно и немного удивительно видеть Никиту таким — спокойным, внимательным, мягким. Она помнила его подростковую привычку подшучивать и слегка задирать, а здесь он был совсем другим.

После чая Лера тут же потянула его в комнату, даже не дав доесть печенье.

— Пошли! У нас дела, — сказала она, уверенно хватая его за руку.

— Какие? — с притворной усталостью спросил Никита, вставая.

— Очень важные. Мишке надо показать всех моих кукол и научить его играть в прятки.

— Ну, если важные — тогда веди, — он подмигнул Ане и пошёл за сестрой.

Аня осталась на кухне, помогая маме убрать со стола, но через пару минут всё же заглянула в Лерину комнату. Там царил полный хаос — на полу лежали куклы, мягкие игрушки, а посреди этого беспорядка Никита ползал на четвереньках, изображая, что ищет «пропавшего Мишку».

— Я его видела! — радостно закричала Лера, — он под кроватью!

— Не может быть! — Никита заглянул под кровать и притворно ахнул. — Ага! Поймал! — и вытянул оттуда медведя, прижимая к себе.

— Всё, теперь он спасён, — серьёзно заявила Лера, — и пора ему спать.

— Спать? — Никита посмотрел на часы. — Так рано?

— У нас дневной сон, — войдя в комнату сказала Аня.

— Я не хочу спать, — Лера попыталась сделать серьёзное лицо, но получилось лениво и сонно.

— А давай я тебя уложу, — предложил он, и Лера сразу согласилась.

— Только с книжкой!

Аня расправила одеяло на маленькой кровати, поправила подушку и помогла Лере с медведем залезть под тёплое покрывало, а Никита выбиралал книжку.

— Вот эта, — он достал тонкий сборник сказок с потёртой обложкой. — Про храброго зайца.

— Читай, — малышка устроилась удобнее, прижимаясь к Ане.

Никита сел на край кровати и начал читать, придавая каждому персонажу свой голос. Лера то хихикала, то широко раскрывала глаза, а старшая в какой-то момент поймала себя на том, что просто сидит и слушает, забыв обо всём, как в далеком детстве.

Через десять минут Лерины веки начали медленно опускаться, и она уже почти спала, крепко обняв медведя. Никита закончил сказку вполголоса, аккуратно закрыл книгу и встал, жестом предлагая Ане выйти.

В коридоре они прикрыли дверь, чтобы не мешать девочке спать. В этот момент в кармане Никиты завибрировал телефон. Он достал его, мельком глянул на экран, и уголки губ слегка опустились.

— Арина, — коротко сказал он, прежде чем ответить.

— Алло... — он на секунду замолчал, потом чуть нахмурился. — Не кричи, я тебя слышу... Да, уже еду.

Тон у него был сдержанный, но в нём явно чувствовалось лёгкое раздражение. Он выслушал ещё что-то, бросил короткое «Понял» и отключил звонок.

— Всё в порядке? — осторожно спросила Аня.

— Да. Дела. — Никита чуть усмехнулся, но не особо убедительно. — Лерке скажешь, что я зайду ещё, — сказал он, натягивая кроссовки.

— Скажу, — кивнула Аня.

На секунду он задержал взгляд, будто хотел что-то добавить :

— Ладно,  до встречи, Анют, — приобняв её, сказал Коробыко. — Тёть Тань, спасибо за чай.

— Никитка, заходи к нам чаще,— ответила она, выглядывая из кухни.

Дверь закрылась, и в прихожей снова стало тихо.

Аня зашла на кухню, налила себе немного воды и облокотилась на столешницу, а мама что-то смотрела в телефоне:

— Что-то он быстро сорвался, — заметила она, смотря на дочку.

— Угу. Арина позвонила, вроде ,и сказал, что дела.

— Понятно, — сказала мама, а Аня ушла в свою комнату.

Вечером, когда солнце уже садилось, окрашивая стены домов в золотисто-розовый, Аня сидела у себя в комнате с книжкой. А родители вместе с Лерой пошли в гости к кумовьям.

Телефон на тумбочке коротко вибрировал. Аня потянулась за ним, думая, что это подруга, но на экране высветилось: Никита.

«Как Лера? Медведь освоился?»

Аня невольно улыбнулась и набрала ответ:

«Лера с родителями в гостях, а Мишка отдыхает от боевой подруги».

Через минуту пришёл новый звонок сообщения:

«А ты почему дома? Я тебя утомил?».

«Немножко))). Спасибо за то, что свозил меня и за всё остальное.»

Пауза. Она уже подумала, что на этом разговор закончится, но телефон снова завибрировал.

«Не за что. Я рад, что мы сегодня вот так время провели. С тобой интересно)».

Она уставилась в экран, улыбаясь. Строки выглядели почти буднично, но почему-то сердце отозвалось лёгким теплом.

«Да, я тоже». — отправила она, и в ту же секунду добавила: «Я сегодня увидела другого Никиту. Уже не того противного , как раньше».

«Может, ты на меня так действуешь?»

Аня слегка нахмурилась, но уголки губ всё равно предательски дрогнули.

«Не уверена, что это комплимент. Ты просто взрослый теперь».

«Ладно, не буду отвлекать. Спокойной ночи».

«Спокойной ночи, Никит».

Сообщение прочитано. Вечер в комнате наполнился тихим шорохом страниц, запахом подаренных роз и ощущением, что день сложился правильно.

Как Вам глава? Хочу почитать ваши мысли. 💓