Глава 21
Саминэ
Почему-то спать в привычном для меня кресле стало вдруг неудобно. И хотя было вполне тепло, комфротно, а нос чувствовал едва уловимую свежесть грозы, вокруг было явно что-то не так. И я почти сразу, не смотря на свинцовую усталость во всем теле, поняла, что именно: грозовой свежестью всегда пахли крылья Ариатара. А это означало, что он был непозволительно близко. Непозволительно в первую очередь для меня, конечно же.
Распахнув глаза, первым, что я увидела, была темно-синяя ткань мужской рубашки перед моим носом, под которой медленно поднималась и опадала крепкая грудь, выдавая спокойный, крепкий сон своего владельца. Я попыталась осторожно приподняться на локтях, но это сделать не получилось: во-первых, помешало черное крыло, прекрывающее меня сверху, словно одеяло, а во-вторых подогнулось ставше неожиданно слабым правое запястье. Да и обе руки слушались меня почему-то очень и очень плохо.
Поморщившись от неприятной слабости, я глубоко вздохнула, набираясь сил и осторожно подалась назад, надеясь аккуратно соскользнуть с кровати на пол, не разбудив при этом Ариатара, который обычно спал очень чутко. Мне было ужасно неловко от осознания того, что мы, кажется, провели целую ночь в одной постели... А что будет со мной, если он так невовремя...
- Саминэ, если ты сейчас упадешь с кровати и снова что-нибудь себе сломаешь, я не пожалею сил, потраченных на твое лечение и прибью тебя лично.
... проснется. Ой, что сейчас будет!
Машинально зажмурившись, я замерла. Но, как ни странно, ничего больше не произошло. Секунда, две, три, пять... Ничего.
Я рискнула приоткрыть один глаз. Ни крыло, ни мужская грудь передо мной никуда не делась. Открыв второй, я осторожно задрала голову и удивленно моргнула: Ариатар спал. Лицо спокойное, умиротворенное, хоть и несколько усталое на мой взгляд. Да и дыхание ровное, размеренное, глубокое, словно он и не просыпался вовсе.
Я тихонько вздохнула. Конечно же лучше было дать демону нормально отдохнуть, но... все тело невыносимо чесалось, мне хотелось принять ванну и, как ни странно, ужасно, просто невыносимо хотелось есть. И поэтому я осторожно, потихоньку, действуя как можно незаметнее, предприняла еще одну попытку выбраться из-под крыла.
Не получилось - что-то крепко меня удерживало и это были не руки эрхана, сейчас лежащие на кровати, я же их видела. Тогда почему я не могу сдвинуться места? Магии я не чувствую. И вообще, где я нахожусь?
Закусив губу, попыталась поднять голову, чтобы осмотреться, но тут же вжала ее в плечи, когда раздался ровный, насмешливый голос:
- Неугомонное создание... Ты долго будешь шебуршаться?
Я виновато вздохнула, но так и не посмела поднять взгляд на демона. Мне было стыдно. За то, что не давала ему спать, и за то, что каким-то образом вообще оказалась в его постели. Или в своей?
Неожиданно крыло поднялось вверх, заставив поежиться от прохладного воздуха, скользнувшего по обнаженным почему-то плечам. Я тихо охнула, когда увидела, что из одежды на мне, кроме нижнего белья, было тонкое одеяло. Плечи, шея, грудь и рука были покрыты засохшей кровью, от которой кожа невыносимо зудела, но самым странным было то, что на плече не осталось ни малейшего следа от раны, которую я получила еще вчера.
А... вчера ли?
Торопливо отвернулась, чувствуя, как щеки заливает румянец. Но практически сразу забыла про стыд и смущение, когда увидела, что же все-таки удерживает меня на месте, не давая упасть с узкой, как оказалось, кровати.
Это был хвост! Длинный, гибкий, покрытый мелкими иссиня-черными чешуйками, он обвивался вокруг моей талии поверх одеяла, заканчиваясь аккуратной кисточкой с длинными волосками иссиня черного цвета. Но откуда? Я же отчетливо помню, что раньше была кожистая стрелочка! Неужели Ариатар скрывал ее под мороком, как и цвет своих крыльев?
Словно в насмешку надо мной и моими мыслями, кончик хвоста дернулся и поднялся, лениво помахивая кисточкой перед моим лицом. Я только головой успевала вертеть, наблюдая за его движениями, чувствуя себя почему-то, как кошка, с которой играют бантиком, привязанным к длинной нитке.
Я настолько увлеклась зрелищем, внутренне пытаясь заставить себя даже не пытаться тянуть руки к этому чуду, что подпрыгнула от неожиданности, когда над ухом раздался вкрадчивый, ленивый голос эрхана:
- Нравится?
Отшатнувшись, свалилась-таки с кровати, когда от резкого движения хвост меня отпустил. При этом довольно-таки прилично стукнулась затылком о деревянный пол и села, прижимая к груди одеяло, машинально потирая место удара под спутанными волосами.
Ауч... больно!
- Ходячая катастрофа, - с привычной насмешкой прокомментировал мои действия демон, на что я обиженно насупилась в ответ. Сев на краю кровати, спустив ноги, он тряхнул головой, словно отгоняя остатки сонливости и чуть подался вперед, опираясь локтями на колени, слегка прищурившись и при этом внимательно смотря на меня. А я же...
Я широко раскрыла глаза, взгляду которых, кажется, не поверила с первого раза. Его глаза, обычно темно-синие, с черным витиеватым узором на радужке, сейчас были яркие, сапфирово-синие, с тем же узором, но невероятно глубокие, словно омуты драгоценных камней. Это было... невероятно? Неужели все те разы, когда я вскользь, на какие-то доли секунды замечала подобное ранение, мне это не казалось? И вчера, во время поединка тоже! Только узор на его радужке в какой-то момент стал наполняться расплавленным золотом...
- Что-то не так? - иронично вскинул бровь демон, сложив руки на груди.
Торопливо замотала головой, приподнимаясь на локтях и, чтобы как-то отвлечься, торопливо оглядела комнату, с удивлением понимая, что не была здесь никогда. Темные стены из круглых бревен, крепкая мебель, состоящая из шкафа, стула и письменного стола. Простой овальный ковер на полу и две двери с бронзовыми ручками. Узкая для двоих, но достаточно широкая для одного кровать, упирающаяся массивным изголовьем в ту же стену, где находилось большое окно, сейчас распахнутое настежь, впуская прохладный утренний воздух. Штор, да и каких-либо других приятных мелочей, создающих уют, в помещении не было. Складывалось ощущение, что комната, как и наверняка весь дом, принадлежал исключительно мужчине.
Интересно, где мы находимся? Кажется, перед тем как потерять сознание на руках Ариатара, я слышала, как он произнес название этого места. Натинало! Я слышала о нем. Город, в котором жили только полукровки, никому другому сюда не было входа, за редким исключением, конечно. Кажется, этот город построил и основал маг по имени Таилшаэлтен... Брат Рика!
Неожиданно одни воспоминания резко, без предупреждения, сменились другими, когда мой взгляд остановился на подоконнике, на котором лежали мои парные саи... Точнее, не совсем мои.
Сев, сжала пальцами виски, закусив нижнюю губу. Я не хочу... не хочу это вспоминать! Я не хочу опять пережить эту боль, как тогда, в храме! Не хочу!!!
Тщетно. Как и много лет назад, вспоминания нахлынули с новой силой, отдаваясь собственным криком в ушах. Спину, как и внутренности раздирала невероятная боль, в воздухе витал запах копоти, свечного нагара и на губак чувствовался слишком явный металлический привкус собственной крови, медленно стекающей на пол.
Я вспомнила тот день.
Жрицы Латимиры они пришли неожиданно. Все, что смогла сделать мама, так убедить их в том, что она сможет обучать меня сама. Я не знала, не помнила сейчас, как именно ей это удалось, но она отстояла право подготовить меня, как будущую жрицу, самой, без вмешательства посторонних. Но... против того, чтобы были выкованы мои собственные парные саи, она ничего не смогла сделать.
Ночь Черной луны, старый храм. Безмолвная, каменная статуя, взирающая на меня с немым равнодушием, животный страх и боль... Содранные о камень ногти, сорванный голос, мерзкий запах зелий, привкус металла и ржавчины на губах, жуткий смех жрицы и звон молота по наковальне. Я билась, кричала, звала на помощь, но все было тщетно.
Последним, что я помнила, была дичайшая боль, разрывающая спину и запах горелой плоти. Своей собственной...
Тогда никто так и не пришел мне на помощь и одним только богам известно, как я смогла это пережить. Или же?..
Резко вскинула голову, смотря Ариатару прямо в глаза. Он сидел здесь, напротив меня, внимательным, цепким, но спокойным взглядом сапфирово-синих глаз рассматривая мое лицо. Неожиданно усмехнувшись, он встал, слегка потягиваясь, как ни в чем ни бывало и, распахнув на миг крылья, которые едва ли не заняли все пространство комнаты, вновь сложил их. Шагнув вперед, он сложил руки на груди и слегка наклонился надо мной, иронично вскинув бровь:
- Скажи ка мне, беспокойный ребенок, когда же ты прекратишь вляпываться в неприятности, из которых я должен тебя вытаскивать? Не хватало мне того, что ты каким-то чудным образом сумела поймать плечом арбалетный болт из амарилла, который вытянул из тебя всю магию, и сломать при падении запястье, которые мне пришлось долго и усердно лечить, так ты еще умудрилась и во сне найти приключения на свою пятую точку. Не стыдно?
Я виновато шмыгнула носом, признавая его правоту и наклонила голову, пытаясь скрыть смущение. Эти жесты получились чисто машинально: таким образом эрхан отчитывал меня далеко не первый раз. И лишь спустя долгое мгновение угрызений совести, спустя до меня, наконец, дошло.
Так это был сон!
Во сне я видела воспоминания о своей собственной, прошлой жизни! Ведь действительно, тогда, много лет назад, наяву, Ариатар не мог прийти, чтобы спасти меня - он вообще не знал о моем существовании. Но сегодня, хотя бы во сне, в этом ужасном кошмаре, он меня спас... Не дал раскаленному оружию прижечь свежие раны, не допустил окончания садисткого ритуала. Он пришел, когда я позвала его...
Мамочки!
Почему я позвала именно его?!
И почему он услышал?!
Ну кончечно же... Я обреченно застонала, чувствуя непреодолимое желание спрятать пылающее от стыда лицо в ладонях. Болт из амарилла вытянул всю мою магию, временно, конечно, но это коснулось и ментального блока! Так что удивляться тут не чему, но мамочки, как же стыдно...
Я пропустила тот момент, когда Ариатар опустился передо мной на одно колено, и удивленно заморгала, когда он совершенно невозмутимо взял в свои руки мое запястье. Аккуратно пощупал, слегка надавливая пальцами, покрутил кисть из стороны в сторону и удволетворительно хмыкнув, оставил мою руку в покое. Но только затем, чтобы убрав мои волосы с плеча, медленно провести большим пальцем по обнаженной коже там, где еще вчера была сквозная рана.
Каких мне стоило усилий, чтобы не отшатнуться... Спасибо Милике, что научила меня скрывать эмоции. Вот только жаль, что обмануть Ариатара у меня практически никогда не получалось. Судя по легкой ухмылке, блуждающей на красивых губах демона, не вышло это и сейчас. И я, кажется, покраснела еще больше.
- Надо же.. - насмешливо произнес Ариатар, поднимаясь на ноги, - Все в порядке, на этот раз даже ничего не сломала. Подниматься будешь, или же предпочитаешь дальше прохлаждаться на полу?
Вот же... демон!
Сердито фыркнула, но протянутую мне руку все же приняла и, как оказалось, не зря. На ногах я удержалась с трудом и, пошатнувшись, уткнулась носом в плечо демона, пережидая, пока пройдет сильное головокружение. Похоже, что мне и правда здорово досталось.
- И почему я не удивлен? - явно закатил глаза эрхан и, не смотря на слабое сопротивление, поднял меня на руки и сделал пару шагов в сторону кровати. Посадив меня на край постели, он хмыкнул, вставая, - Сиди здесь и постарайся, ради всех хранителей, больше ни во что не вляпаться, пока меня не будет. Я скоро вернусь.
И ушел, на последок потрепав меня по спутанным волосам.
Я только вздохнула, закутываясь в одеяло как следует, когда дверь за Ариатаром закрылась. Какой же он все-таки демон. Но...
Взглянув в сторону подоконника, на котором до сих пор лежали парные саи, которые неизвестно как оказались здесь, я помедлила, не решаясь встать. Пожалуй, если бы этот эрхан не был таким, каков он есть, насмешливо-ироничным, с вечной усмешкой на губах, я бы, наверное, долго еще вскакивала по ночам, увидев во сне старый храм Латимиры и себя, прикованную к алтарю. Если бы я увидела сегодня в его глазах не привычную усмешку, так порой выводящую меня из себя, а жалость, сочувствие или же что другое, наверное, я бы до конца жизни терзалась, как и раньше, ночными кошмарами. Но...
На удивление, я только сейчас почувствовала, что это меня больше не волновало. Теперь не волновало. После дурного сна не осталось даже горького послевкусия от осознания того, что в реальной жизни мне никто не смог помочь, когда раскаленное железо парных саев прижалось к свежим, открытым ранам. Сейчас мне не было уже так больно на душе. Было просто стыдно от того, что я почему-то позвала на помощь именно демона и он, как ни странно, пришел. Помог, спас. И было немного неловко от того, что он видел меня такой.
Маленькой, слабой, беспомощной.
Хотя, наверное, я для него всегда буду такой. Как бы меня не учили, кем бы я не была на самом деле, Кронпринц Сайтаншесса во многом сильнее меня. Этого не изменить.
Я все же встала, кутаясь в одеяло и слегка пошатываясь от слабости. Но смогла, хоть и с небольшим трудом подойти к окну. Медленно, словно опасаясь чего-то, протянула руку, проведя пальцами вдоль среднего лезвия одного из саев, от острого кончика, до рукояти, не касаясь холодного сейчас, но теплого в моих руках металла. Чьи же они, все-таки?
Словно откуда-то издалека мне вдруг почудился звон стали, легкий, музыкальный. Большая комната, похожая на старый бальный зал. Открытые огромные окна, свежий утренний ветер, развевающий полупрозрачные кремовые шторы. Две фигуры, скользящие по темно-серому полу, легко и изящно. Легкий перезвон оружия, шорох ткани брюк и спокойный, уверенный женский голос, объясняющий что-то неспешными фразами, в такт скользящим шагам, и порывистые, неуверенные еще движения.
Звонкий, но мягкий смех, похожий на журчание горного ручья, затих вдали так же медленно и неотвратимо, как исчезали из мыслей призрачные видения прошлого. Моего прошлого.
Память начала возвращаться. Медленно, редкими картинками и короткими вспышками, а то и снами, но начала. Я уже не была той девочкой без прошлого, но еще и не стала той, кем была когда-то. Кем я была сейчас: Эльсами ТаЛих или же просто Саминэ, студенткой Академии Некромантии, я не могла понять или же решить. Я...
Неожиданно закачавшийся под ногами пол резко выбросил меня из туманного хоровода мыслей, заставив схватиться пальцами за подоконник, чтобы не упасть. И не сразу я сообразила, что это не меня от слабости пошатывает.
Это трясся сам дом, а то и весь город. Неужели землетрясение?
Неожиданно раздавшееся где-то за окном поскуливание и шлепки по камню, в такт сильным ударам, практически вынудили меня выглянуть на улицу, опираясь локтями на широкий подоконник и удерживая одеяло на плечах. Впрочем, я тут же его чуть не выронила, когда увидела, что послужило причиной шатания дома.
К нему практически вплотную, открыто пройдя по главной улице, подошел сильный и гибкий, поджарый и достаточно большой черный дракон. Остановившись на площади перед домом, он припал на передние лапы, увенчанные длинными черными когтями и, состоив умильную морду, глядя на меня умоляющим взглядом больших золотистых глаз с вертикальной полоской зрачка, виновато застучал длинным, гибким хвостом по шершавой каменной кладке. И в его зубах, чему я сразу не поверила, был зажат небольшой, помятый и явно пожеванный, некогда красивый букет полевых цветов!
Я не сразу поверила своим глазам и часто заморгала, отгоняя странное видение. Но даже когда потерла их кулаками, дракон с площади никуда не исчез, и все так же виновато на меня смотрел, махая хвостом, как нашкодивший песик.
Разбуженные неожиданным визитером жители соседних домов поспешно распахивали окна, но, завидев столь... необычный "будильник", только фыркали, посмеивались, а потом разбредались по собственным спальням - досыпать дальше. Похоже, что Кейна, если это действительно был он, тут давно уже знали! Причем настолько хорошо, что на его более чем странные выходки не обращали должного внимания. Мол, ну дракон, ну ходит утром с цветами в зубах, ну и пускай ходит, главное, чтобы своим хвостом фонтан на площади да низкие заборчики палисадников перед домами не сносил, а так пускай делает, что хочет.
Я только одного понять не могла - а цветы-то зачем? Неужели таким образом некромант хочет... извиниться? Но за что?
Неожиданно дракон замер, широко распахнув глаза смотря на меня, но словно увидав что-то за моей спиной. И похоже, этого чего-то он здорово испугался.
Нервно сглотнув, от чего растрепанный и порядком пожеванный букет скрылся уже навсегда в зубастой пасти, огромный ящер, все так же припав на передние лапы, еще больше зачастил хвостом по брусчатке и... пополз. Назад по улице! Не разворачиваясь.
Я нервно икнула. А это как, вообще?
Позади меня раздался короткий хмык, до боли знакомый, и я поняла чего, а точнее кого так испугался некромант, да и я сама невольно втянула голову в плечи. Рядом со мной, опираясь ладонями на подоконник, встал Ариатар.
Я тихонько попятилась, пока демон провожал взглядом улепетывающего задним ходом вниз по улице дракона. Мне же кто-то ясно давал уже понять, что с кровати вставать было нельзя..., Впрочем, пока эрхан наблюдал за Кейном с высоты второго этажа, я смогла тихо и незаметно вернуться на край кровати и, оглядев Ариатара с ног до головы, завистливо вздохнула. Он уже успел принять ванную, о чем свидетельствовали влажные, зачесанные назад иссиня-черные волосы, и переодеться в узкие бриджи и свободную тунику без рукавов, до бедра длиной и с широким поясом на талии.
Еще раз усмехнувшись, эрхан повернулся и, наткнувшись на мой по возможности невинный взгляд, сложил руки на груди, иронично вскинув левую бровь и внимательно меня рассматривая. Пришлось призвать на помощь всю свою выдержку, чтобы остаться абсолютно спокойной и не смутится от пронзительного взгляда сапфирово-синих глаз. Хотя одеяло в нескольких местах я, похоже, проткнула и разрезала ногтями насквозь.
- Ладно, - неожиданно мирно хмыкнул демон, опуская руки, - Сделаю вид, что поверил, Саминэ. Но на будущее я бы не советовал даже пытаться меня обмануть.
Я только смиренно кивнула, признавая правдивость его слов. Мог бы и не говорить об этом.
- Держи, - подойдя ко мне, он протянул мне две небольших склянки, которые до этого сжимал в руке, - Выпей обе сейчас. Они снимут усталость и восполнят кровопотерю. Но с твоими руками я ничего сделать не смогу. Прежняя гибкость и подвижность вернется не скоро. Придется долго тренироваться...
Я кивнула, соглашаясь с его словами. Я уже это поняла.
Не существует на свете лекарства, магии или зелья, которое способно быстро и без каких-либо следов и последствий затянуть раны, тем более те, что оставил проклятый металл магов. Чудом было вообще то, что Ариатару, каким-то невероятным образом, удалось вылечить меня всего за сутки! И за это я ему была невообразимо благодарна. Особенно за то, что спустя несколько минут после того, как я выпила зелья и почувствовала себя не только значительно лучше, но и куда увереннее, эрхан посмеиваясь, и даже откровенно издеваясь надо мной, все же разрешил мне принять ванну, дверь в которую находилась в этой же комнате.
Ох, и намучилась я тогда, пытаясь промыть волосы непослушными, деревянными руками, пока демон, стоя на пороге открытой двери в ванную, повернувшись ко мне спиной и привалившись плечом к дверному косяку, скучающим тоном читал мне лекцию на тему проклятого металла и последствий его воздействия на магов. Как говорится, раз мы все равно затронули эту тему...
Точнее, она затронула меня в самом что ни на есть прямом смысле. Но, что удивительно, на моем плече осталась лишь неглубокая маленькая впадинка на коже, меньше кончика моего мизинца, и только она напоминала о том, что до нее на этом месте была страшная сквозная рана.
Когда я закончила-таки с банными процедурами, я закуталась в полотенце и села не деревянный табурет, на котором стоял большой кувшин с ранее чистой водой, которой я сполоснула волосы. Сил на то, чтобы сходить за чистыми вещами и одеться, как и распутать, хотя бы частично, мокрую шевелюру просто не было. Похоже, что я здорово переоценила собственные силы. От обиды и внезапного бессилия на глаза едва не навернулись привычные слезы... но они исчезли, так и не начавшись, когда на мою голову вдруг оказалась наброшена темно-синяя, длинная мужская рубашка.
Я только удитвленно захлопала ресницами, стянув плотную ткань с головы и рассматривая простой, но красивый узор по низу рубашки, которая, судя по размеру, явно принадлежала ни Рику, и даже не Кейну. Ее владелец, все так же стоявший в пороге, но уже ко мне лицом, только хмыкнул, вертя что-то в пальцах:
- Одевайся давай, несносное создание. Скоро обед, а я еще не завтракал из-за тебя.
И ушел в комнату, оставив меня одну и с диким ощущением стыда и неловкости. Ну вот почему, почему он всегда говорит так, что краска смущения сама заливает щеки ,и я не знаю, куда мне прятать взгляд, девать руки и как вообще мне с ним себя вести?
Он итак не подарок, а тут еще, после сна этого... Я вообще не могу вспомнить и применить на практике не единого совета Милики, чтобы хоть как-то это скрыть!
Неожиданно захотелось увидеть Рика, ну или на крайний случай Кейна. Перед ними мне не было бы так неловко. А Ариатар... после того, как он увидел этот мой сон, где я звала его, я действительно не знала, как мне себя с ним вести. Вроде бы он не изменился, и не поменял ко мне отношения, и все же... Что-то было не так.
И увы, это самое "не так", ждало меня в комнате, полулежа на кровати, опираясь на стену и по-прежнему вертя в пальцах какой-то предмет. И только подойдя ближе, я смогла различить, что это был простой костяной гребень.
- Садись, ходячая катастрофа, - взглядом указал демон на край кровати, садясь при этом сам, - Иначе ты сама до завтрашнего вечера будешь возиться с волосами. А я бы не хотел умереть с голоду.
Вот... вот чего это он опять? Ну почему он всегда меня дразнит?
Насупившись, я плюхнулась на край кровати, одернув подол сильно длинной мне рубашки демона и сложила руки на груди, пылая праведным гневом. Как будто я специально ловила эту стрелу, ломала запястье и теперь даже вылечившись, нарочно остаюсь совершенно слабой и беспомощной! Будто мне это доставляет удовольствие, просить его о помощи! Хотя я совершенно и...
И все мысли ушли, когда на мою макушку опустилось пушистое полотенце и демон быстро, но осторожно принялся промакивать и подсушивать мою все еще мокрую шевелюру. А потом, когда лишняя влага осталась на ткани, он медленно и осторожно, без привычных несмешливых комментариев, принялся аккуратно, прядь за прядью расчесывать и высушивать мои волосы. Я не знала, что он чувствовал при этом, о чем думал, но... я никогда не думала, что Ариатар может быть таким.
Заботливым. Внимательным. Аккуратным. Даже нежным, наверное. И я не думала, что он когда-либо будет проявлять все эти чувства ко мне.
Повернувшись, я неожиданно для самой себя перехватила руку демона и, сжав ее пальцами, внимательно на него посмотрела. Я не знала, где лежал мой блокнот и перо, и я не знала, как выразить это, но я должна была попытаться. И кажется, демон это понял.
Усмехнувшись, он мягко освободил свою руку и, отделив от основной массы еще одну прядку, слегка склонив голову на бок и возвращаясь к своему занятию. И лишь потом, когда я отвернулась, разачарованная тем, что он меня безусловно понял, но не ответил, он тихонько хмыкнул, пропустив длинную прядь волос между своих пальцев:
- Не за что, Саминэ.
Ариатар
Не успел я закончить возиться с напрочь спутанным клубком волос собственной воспитанницы, и она сама, довольно и устало вздохнув, привычно свернулась в клубок на кровати под чистым одеялом, как с двери слетели-таки наложенные не нее заклинания, истонченные аурой эльфа-полукровки, в прошлом бывшего упыря и он сам, пылая праведным гневом, влетел в комнату, сверкая на меня злыми, раскосыми зелеными глазами:
- Ари, какого упыря? Ну, ладно ночью, но сейчас-то почему ты меня не пускал?!
- Ты бы своим оханьем и заботливым кудахтаньем не дал бы ей спокойно привести себя в порядок, порядком по трепав за компанию и мои нервы, - хмыкнул я, глядя, как Рик, с нервным трепыханием ушей, возмущенно что-то булькнул в мою сторону и в мгновение ока оказался на кровати девчушки, которая слабо улыбнулась при его появлении и даже попыталась сесть. Но эльфенок, естественно, не дал ей этого сделать:
- Саминэ, ты чего, лежи! Тебе нельзя вставать еще, ты столько крови потеряла! Честное слово, убил бы Кейна, за то, что тот так не вовремя решил труп изобразить на глазах у стражников, да Ари не дал. Ты очень устала, да? Тебе бы поспать сейчас не мешало хорошенько. Ты не волнуйся, мы никуда не торопимся и никого не побеспокоим своим присутствием. Собственно, мы вообще у меня дома находимся, как бы... Ой, да ты же, наверное, голодна, как зверь! Посиди минутку, я сейчас все принесу!
- Я же говорил, - насмешливо бросил в спину вылетевшего за дверь полуэльфа, который только рукой махнул в ответ на мои слова, которые, естественно, расслышал, - Кудахтающая наседка...
Возмущенный вздох с кровати явно должен был воззвать к моей совести, но мне было лень повторять то, что я говорил ранее. Но я все же повторил, устраиваясь на подоконнике со всеми удобствами, аккуратно сдвинув в сторону парные саи, чтобы не обжечься об них:
- Саминэ, моя совесть чиста, я ей не пользуюсь.
Еще один возмущенный и какой-то обреченный вздох, и девушка, кутаясь в одеяло, опять свернулась в клубок, устало прикрыв глаза. Похоже, что все те немногие силы, которые успели пока восстановить зелья, ушли на продолжительные водные процедуры. Но теперь хоть на девчонку можно было взглянуть без особой жалости. Вот только... почему мне вдруг показалось, что она внезапно похудела? Похоже, ее снова придется откармливать, как и два месяца назад.
Кстати, о еде.
- Саминэ, я бы не советовал тебе есть то, что притащит сейчас эта заботливая нянька, - насмешливо предупредил я девчонку, положив руку на согнутое колено и рассматривая улицы такого знакомого, тихого города за окном, - В этот раз Рик готовил сам.
Ответом стало сопение и шебуршание, которое заставило-таки меня повернуться. И не зря. Саминэ все-таки сумела сесть, сверля меня возмущенным взглядом. Слишком большая для нее рубашка так и норовила соскользнуть с тощих, острых плеч, от чего я еще больше убедился в том, что собственные глаза меня не обманули. Она действительно похудела и вновь стала походить на того подростка, что я нашел когда-то на площади Мельхиора. И это было, по меньшей мере странно.
- Что? - хмыкнул я в ответ на упрек в золотисто-карих глазах, - Ты, похоже, еще не знакома с кулинарными "талантами" нашего бывшего упыря. Что ж... желаю выжить. Я с удовольствием на это посмотрю, а потом без малейшего зазрения совести пойду обедать в ближайшую таверну. И, так уж и быть, захвачу на обратном пути капли от живота для тебя.
Думаю, если бы в девчонке было хоть чуточку магии, я бы уже медленно и мучительно горел в черном пламени прямо на этом подоконнике - уж слишком был красноречив взгляд моей воспитанницы. Ну или, на крайний случай, в меня бы прилетела, как минимум, та самая подушка, которую она потихоньку нащупала рукой за своей спиной.
Наивная.
Сил скинуть ее хотя бы с кровати у нее все равно не хватит. А подходить на близкое расстояние я все равно пока не собирался, тем более, что через открытую дверь уже слышались быстрые шаги полуэльфа, поднимающегося по лестнице. Не прошло и пары секунд, как в комнате нарисовался Рик, сияя, как начищенный медяк и таща поднос с тарелкой куриного бульона, от которого исходил легкий пар и... странный, по меньшей мере, запах. Сам эльфенок его явно не замечал и торжественно, с превеликой осторожностью пристроил разнос на краю кровати. В ответ на неуверенную улыбку девчонки, он помог ей сесть, положив подушку под спину и с гордостью присвоил свое кулинарное творение у нее на коленях. А затем сел рядом, протянув ложку и смотря на Саминэ, как заботливая тетушка на свое чадо.
Я с нескрываемой улыбкой ждал дальнейшего развития событий, хотя мое внимание поневоле отвлекало подозрительное шуршание кустов под окном внизу.
Приглядевшись внимательно к содержимому глубокой миски, девчонка слегка нахмурилась. Затем осторожно помешала варево и, вскинув голову, неуверенно посмотрела на полуэльфа. Тот интенсивно и радостно закивал:
- Ты кушай, кушай! Я всю ночь готовил, и даже удивился, когда получилось. Я все-таки не так плох в готовке, как оказалось, и как настойчиво мне утверждали некоторые!
Я только хмыкнул и, поймав уже совершенно неуверенный и сомневающийся взгляд девчушки, едва не расхохотался, но, сдержав порыв, прикрыв лицо ладонью, скрывая улыбку. А потом, не удержавшись, убрал руку и взглядом указал на тарелку. Она сама не хотела мне поверить. Ну что ж, пускай отведает это... яство.
Саминэ аккуратно зачерпнула ложкой немного вязкой серой жидкости и, помедлив, осторожно отправила в рот.
О-о-о, сколько усилий ей стоило не выплюнуть это "кушанье" в полуэльфа... Она на мгновение замерла, округлив глаза, нервно дернулась, а потом зажмурилась и, сдержав дрожь отвращения, с явным трудом заставила себя проглотить стряпню Рика.
- Что, так вкусно? - подпрыгнул счастливый донельзя эльфенок, явно приняв ее гримасу за восторженную реакцию от поглощения этого божественного блюда.
О да, неземной восторг у нее прямо-таки светился в глазах!
Но увы, девушка была слишком тактична, чтобы показать, что она чувствовала на самом деле и, явно для того, чтобы не обидеть старавшегося полукровку, Саминэ открыла глаза и натянуто улыбнулась. Ее рука, сжимавшая столовый прибор, слегка подрагивала и на миг мне почудилось, что девчонка едва не сдерживается от того, чтобы не зарядить железякой в лоб этому "талантливому" кулинару.
Для жрицы Латимиры, которая умела готовить, как никто другой, обладая изысканным, тонким вкусом, варево, сготовленное полуэльфом, явно было дичайшей из пыток. Слава Хранителям, что к его стряпне я никогда не приближался. Мне вполне хватало и мерзкого запаха, чтобы обходить сновавшего по кухне эльфенка за несколько лиг.
- Тогда ты кушай, а я хлеба принесу! - радостно заявил полукровка, подскочив с постели, - Хотя тебе нельзя, но там у меня, вроде, несколько сухариков завалялось. Они вполне подойдут! Давай, ешь, пока не остыло.
Я с трудом сдерживал хохот, глядя, как Рик заставил-таки Саминэ зачерпнуть и отправить в рот еще пару ложек отвратительной даже на вид похлебки, прежде чем, едва ли радостно не подпрыгивая, скрылся на первом этаже, громко стуча ногами по лестнице.
Но как только он скрылся за дверью, не покинув еще даже второго этажа, Саминэ, не удержавшись с непередаваемым выражением лица выплюнула так называемый "бульон" обратно в тарелку и, брезгливо вытерев рот ладошкой, возвела на меня взгляд, полный невообразимой, вселенской и какой-то детской обиды.
Я со злорадным хохотом едва не свалился с подоконника. Подобных эмоций на ее личике мне еще не удавалось увидеть ни разу за все то время, что я ее знал.
- Я предупреждал, - отсмеявшись, я выпрямился и откинулся спиной на подоконник, опираясь на него локтями и смотря на смертельно обиженную девчонку, которая теперь явно раздумывала, а не кинуть ли этой самой ложкой, а то и тарелкой с неаппетитным варевом в меня, - Ты не пожелала слушать. В этом я не лгал, Саминэ. Нашего эльфенка ни в коем случае нельзя подпускать к кухне. Но ты продолжай есть, он же так старался...
- Ари, прекрати издеваться над бедной девочкой! - возмущенно раздалось позади и на подоконник, потеснив меня, с легкостью забрался Кейн, держась за оконный проем лишь одной рукой. Второй же некромант аккуратно удерживал на весу большую деревянную кружку, доверху наполненную отваром, судя по запаху из малиновых листьев, над которым поднимался слабый пар. Как он забрался по отвесной стене на второй этаж, не уронив емкость и не расплескав ни капли жидкости, оставалось загадкой.
- Я ее предупреждал, - насмешливо произнес, отодвигаясь в сторону и давая дракону спрыгнуть в комнату, - Она мне не поверила.
- Да ей же откуда знать, она ж все время вам готовила! - ворчливо отозвался некромант, размашистым шагом направляясь прямо к кровати. Плюхнувшись на край, но не по-прежнему расплескав ни капли любимого напитка девчонки, он забрал у нее тарелку, брезгливо сморщившись и, поставив ее на пол, отодвинул подальше ногой. Сунув кружку в ладони удивленной таким поведением дракона Саминэ, Кейн увлеченно принялся ковыряться во внутренних карманах черной, потрепанной кожаной куртки, что-то там отыскивая и не прекращая по-старчески ворчать, - Припахали бедную девочку, избаловала она вас изысканными кушаньями, а сами теперь бедного ребенка и накормить как следует не могут, только смеются, да издеваются! О, нашел! Держи Саминэ, поешь по-человечески, хоть что ли...
Я удивленно вскинул брови, когда некромант извлек из кармана объемистый бумажный сверток и, пристроив его на пустующем разносе, проворно его развернул. Как удивленно выдохнула девчушка, когда внутри него оказалась горка горячих, свежих пирожков...
И с какой благодарностью она посмотрела на умилившегося от этой картины дракона, впиваясь зубами в один из них, едва ли не издавая голодное урчание хищника, который давно уже не пробовал свежего мяса.
Я же невольно нахмурился, когда Кейн с обворожительной улыбкой потрепал девчонку по волосам, а появившегося в этот момент и возмущенно завопившего от увиденного Рика, он просто выставил за дверь, с заявлением, что "дитятку нужно питаться нормально, а не есть что попало!", и напоследок навешал на комнату несколько охранок. Драконьих.
Тот, кто всегда презирал и ненавидел собственную сущность, не принимал истинный облик, избегал всяких связей с сородичами и практически никогда не пользовался подвластной ему магией Перворожденных, за сегодняшнее утро уже дважды пошел наперекор собственным принципам и не испытывал, похоже, по этому поводу ни малейшего угрызения совести.
Что-то было здесь не так. Вряд ли некромант просто таким образом пытался загладить свою вину, ведь все знали, в том числе и Саминэ, что именно из-за его неосторожности и ребячества она пострадала. Нет, в этом случае, насколько я неплохо успел изучить собственную воспитанницу, хватило бы и простых извинений от дракона. И Кейн не мог этого не знать.
И в чем же тогда было дело?
Я дал себе зарок выяснить это в ближайшее время. Мне все это, на удивление, категорически не нравилось, хотя назвать хотя бы одну объективную причину этому я не мог.
И не смог и потом, в течение недели, когда продолжил наблюдать за Кейном, который стал вести себя еще страннее и необычнее.
Все это время мы оставались в Натинало, периодически совершая вылазки на территорию Иллюзорного леса, в тщетных, пока, попытках отыскать хотя бы слабый след легендарного призрачного города светлых эльфов, дракон, мягко говоря, чудил. И если в первые дни с Саминэ приходилось оставаться кому-нибудь из нас, то потом, когда ее руки начали хоть немного ее слушаться, а в гости в дом Рика зачастила едва ли не половина города полукровок, нужда в этом отпала. Особенно после того, как оставшись как-то с Кейном, пока мы с полуэльфом обшаривали выжженную когда-то территорию, по возвращению, она жалась к Рику, пряталась за меня и буквально умоляла глазами больше не оставлять ее наедине с некромантом. На расспросы она не отвечала, а сам же дракон только невинно хлопал глазами.
Причина этому выяснилась в этот же вечер, когда мы расположились в обширной библиотеке директора Эллидарской Академии Магии. Рик шерстил книги, я, расслаблено устроившись в одном из удобных кресел, просто отдыхал, а Саминэ, вновь взявшись за парные саи, пыталась тренироваться удальной стены, аккуратно вращая все еще непослушным запястьем, то и дело роняя оружие, хмурясь, поднимая его, но упрямо продолжая упражняться.
Кейн же, усевшись на медвежью шкуру около камина, скрестил ноги и, обняв их, тоскливо вздыхал, глядя влюбленными глазами на девчонку, которая пыталась обращать на него ни малейшего внимания.
Как мне потом рассказал Нил, частенько заходивший за то время, что мы провели в городе, дракон вел себя, как влюбившийся по уши мальчишка, молодой и глупый, не знающий толком, как заполучить в свое пользование сердце приглянувшейся ему девушки. Он таскал охапками букеты (половина из которых оказалась ядовита, а то и плотоядна), пытался ее то обнять ненароком, то поцеловать. Подглядывал за ней, пока она переодевалась или была в ванной, то влезал в окно ее спальни на втором этаже, пока она спала.
И крепкие подзатыльники Ренха, вовремя подставленные подножки Нила, мое предупреждение, хорошую трепку от Рика, и даже меткие удары самой Саминэ не производили на некроманта никакого впечатления. Он лишь влюбленно вздыхал и с драконьей упертостью продолжал доводить девчонку до нервного тика.
Не удивительно, что к концу недели большинство жителей Натинало уже знали и жалели Саминэ, а также откровенно посмеивались над влюбленным черным драконом, правда, спасая все же, предмет его воздыхания от слишком ярых попыток настырного полукровки заполучить ее расположение.
В один из вечеров, когда пошла вторая неделя пребывания в городе Таилшаэлтена, я не выдержал и, аккуратно задвинув Саминэ себе за спину, убрав ее с траектории удара Кейна, который приставными шагами потихоньку приближался к ней, пряча за спиной очередной букет, теперь уже частично состоявший из крапивы, открыто встал на пути и полукровки, сложив руки на груди и многозначительно постукивая носком сапога по полу.
Не сразу обнаружив подмену, дракон фыркнул и попытался меня обойти, но я не дал, шагнув в ту же сторону, что и он. Кейн повторил попытку, но уже с другой стороны. И опять его постигла неудача. И только после пятой подобной, он не выдержал и, подняв голову, недовольно фыркнул, сдувая с лица длинную челку:
- Ну? Демон, дай пройти, а?
- Я бы с удовольствием, - коротко хмыкнул я, чувствуя, как в безрукавку на моей спине сильно вцепились тонкие руки Саминэ, которая продолжала за меня прятаться, - Вот только кое-кому ты уже порядком надоел.
- Эй! - возмутился некромант, выпрямляясь, и недовольно сощурился, - Кому это?
- Не знаю... - притворно задумался я и, резко подавшись вперед, вцепился Кейну в ухо, сильно сжимая пальцами и потянув его вверх, - Мне, например?
Давний рефлекс сработал и сейчас. Дракон мгновенно замер и заверещал что-то оправдательное, не пытаясь даже выбраться, пока я тащил его в коридор, не отпуская уже покрасневшее ухо. Кейн слишком хорошо помнил, как его так же хватали нежные, женские руки, а тихий голос Повелительницы эрханов вещал ему на ухо зловещим шепотом что-то, что не предвещало лично ему ничего хорошего в ближайшем обозримом будущем...
Захлопнув за собой дверь библиотеки, я отпустил многострадального некроманта и, привалившись к деревянной поверхности спиной, сложил руки на груди и на удивление спокойно поинтересовался:
- Кейн, что происходит?
- Ась? - вскинулся тот, недовольно потирая покрасневшее ухо, и невинно поинтересовался, смотря на меня исподлобья, - А чего я опять сделал?
- Ты знаешь, - все так же спокойно произнес, смотря прямо в знакомые зелено-желтые глаза, в которых как всегда нельзя было прочитать что-либо, действительно стоящего моего внимания.
- Да откуда ж я могу знать, что водится в твоей демонической баш... - начал было дракон, но я его оборвал, задав вопрос уже куда с большим нетерпением:
- Кейн, что тебе нужно от Саминэ? Что за внезапные и откровенно глупые порывы страсти? Я ни за что не поверю, что ты вдруг воспылал к ней чистыми, романтическими чувствами.
- А почему нет? - притворно оскорбился некромант, сверкая глазами и возмущенно размахивая руками, - А вдруг я так неожиданно влю...
- Кейн. - холодно оборвал я его.
Одного слова и предупреждающе-холодной интонации хватило, чтобы он замолк. Как-то обреченно вздохнув, он отшвырнул прочь веник с крапивой, потер переносицу пальцами и устало произнес, - Ари, я сам не знаю, что происходит. Я что-то чувствую к этой девчонке, что-то непонятное, странное, что не могу объяснить даже самому себе. И что с этим делать, и как себя с ней вести, я не знаю. Но как только я с этим разберусь, я тебе сообщу, ладно? А пока прошу, не мешай, побудь хоть раз добрым и понимающим челове... эльфом!
Немного помолчав, раздумывая над его словами, я все-таки усмехнулся, соглашаясь. Все же, не смотря на его так обожаемаемые Риком симптомы раздвоения личности, Кейн слов зря на ветер не бросал. И, если его что-то действительно беспокоило, то на то была веская причина. И я уверен, что он найдет ее, рано или поздно.
- Ладно. Но я бы не советовал переходить границы, даже тебе. Если ты ее обидишь...
- Да понял, я понял, - ворчливо отозвался парень, - Рик мне голову оторвет. Да и ты тоже. Хотя сам иногда не лучше!
- Не спорю, - хмыкнув, пожал плечами, отварачиваясь и открывая дверь, чтобы вернуться обратно в библиотеку.
Я был согласен с полукровкой. Я действительно много раз обижал этого маленького ребенка по имени Саминэ.
Но, должен признать, что обидеть ее специально, сильно, всерьез и по-настоящему, я не смогу.
Не теперь.