Глава шестьдесят пятая
За два дня до предстоящей вылазки, к которой так долго готовились и которую так долго ожидали, вечером устроили небольшой, скажем, пир, однако до его начала, с утра, у начальства разведывательного корпуса состоялось собрание, как раз-таки по поводу этой вылазки. Разговор начался с Гриши Йегера, о том, откуда он мог прийти и зачем он пришёл. Все надеялись услышать ответ на эти вопросы от Алери, но та лишь пожимала плечами и говорила, что знает только то, что знают они: Гриша Йегер пришёл к ним из-за стен и, несмотря на наличие силы титана, помогал людям, живущим внутри стен.
«Если я скажу им, что видела глазами отц... Гриши море, лицо какого-то мужчины и то, как этот мужчина превращался в титана, демонстрируя его силу, — думала, в свою очередь, Йегер-младшая, сидя на стуле с правой стороны от Смита. — Это им ничего не даст, так же как ничего не даёт мне. Я не слышала ни слов этого мужчины, ни слов Гриши, даже мысли его были для меня закрыты. Сколько раз я не пыталась заглянуть в прошлое Гриши через Эрена, я видела только картинки, а из них больше информации, чем я имею, мне не выдать...»
Параллельно своим мыслям девушка внимательно слушала о том, как Зое рассуждала: почему Гриша Йегер, желая помочь людям, не решался помогать разведывательному корпусу? Возможно, он не хотел, чтобы монархия узнала о его существовании. Но когда пала стена Мария, он бросился к Рейссам, истинным правителям этого мира, и всё закончилось плачевно.
— Полагаю, всё это время он пытался понять, что происходить и кто по-настоящему правит внутри стен, — майор посмотрела в глаза Смита. — Решиться на такое способен только человек со стальной волей и выдержкой. А когда его десятилетние дети сказали, что хотят вступить в разведку, Йегер решил показать им что-то в подвале своего дома. Он ведь сказал перед смертью, что всё ответы находятся именно там. Что же такое в этом подвале?
Командир задумался. В кабинете повисла тишина. Смит поднял глаза на Йегер-младшую, которая, в свою очередь, пристально смотрела на него.
— То, о чём нельзя было говорить вслух... — наконец ответил он, не сводя взгляда с девушки. — Нечто такое, о чём Гриша не мог рассказать, даже если бы захотел. Даже своей дочери-гению... Что думаешь?
— Ханджи упомянула такую фразу, как «Но когда пала стена Мария, он бросился к Рейссам, истинным правителям этого мира»... — Дьявол начала именно с этого. — Истинные правители этого мира? Ты так в этом уверена? — она посмотрела на майора.
— О чём ты?.. — Зое раскрыла глаза.
— Не думаешь, что мы — не единственные люди в этом мире? — продолжала задавать риторические вопросы Йегер. — Как по мне, так помимо наших стен, есть ещё территории, на которых обитают люди: самые разные, непохожие на нас, со своей историей, культурой. Однако... благодаря титанам история всех людей в изначальном этапе была единой. Произошло что-то, из-за чего люди повздорили между собой и разошлись по всему миру в разные сторону — кто куда. Думаю, это произошло либо во время войны с титанами, в которой первый король отказался участвовать и спрятался за этими стенами, либо уже после этого, а, возможно, и во время того, и во время другого.
— Я до сих пор не могу понять, о чём ты, — призналась майор. — Ты как-то сложно говоришь...
— Что ж, — девушка вздохнула. — Скажу проще: наши главные враги — люди, которые обитают по ту сторону стен. На каком они расстоянии от нас — мне неизвестно. Однако с уверенностью могу сказать следующее: они владеют титанами, как минимум колоссальным, бронированным, тем звероподобным и титаном, которым обладала Имир. Возможно, есть ещё силы титанов, о которых мы не знаем. К тому же эти люди обладают этой жидкостью, по предположению которая является спинномозговой, благодаря которой они и превращают обычных людей в неразумных титанов.
— Хочешь сказать, что эти самые люди находятся в той стороне откуда приходят титаны? — поинтересовался Аккерман, скрестив руки на груди.
— И это тоже, — согласилась Йегер-младшая, кивнув.
— Допустим, — сказал, выслушав всё внимательно, Смит. — А что ты думаешь по поводу подвала Гриши?
— Там скрыта подлинная история, причём не только та, которую стёр король Рейсс из нашей памяти, но и ещё та, которую принёс с собой отец... — на последнем слове девушка понизила голос. Она так и не могла решить, как её всё-таки теперь их называть — Гришу и Карлу: отцом и матерью, или всё же по именам.
— Ты уверена или это просто догадки? — поинтересовался командир.
— Догадки можете строить вы, а если я говорю что-то вслух, то эта информация не может быть ложной или опровергнутой, — хмыкнула Алери, приподняв слегка подбородок.
«Не могу понять, о чём она думает... — промелькнуло в голове Леви. — Хотя я никогда и не понимал... Навряд ли, кроме Эрена, кто-то понимает её мысли... Зайдём с другой стороны: я не понимаю её действий. То она ведёт себя покорно и слушается любого слова, то делает всё, что ей вздумается, а сейчас даже Эрвину нагрубила. Её что-то беспокоит, злит? Не могу понять из-за этой отречённой маски на её лице. Уж лучше пускай эмоции и чувства бьют через край — тогда хоть можно предположить её мысли. Но сейчас...»
— Действительно, — усмехнулся Смит.
«А он ведь даже не обижается, — подумала с ноткой весёлости Зое. — Эрвин понимает, что Алери — есть Алери. Её уже не изменить, а если попытаться, то это будет хуже, чем скрывать от неё правду её происхождения. К тому же... у Алери не всё в порядке с психикой, и это видно невооружённым взглядом. Она частенько жалуется на головную боль, мало ест, слишком много нервничает и в последнее время легко выходит из себя. А её речи иногда пугают... Это не приведёт к добру...»
— Тогда у меня к тебе вопрос... — командир усмехнулся, и в голубых глазах его так же пробежала искра усмешки. — Кто будет следующим командиром разведывательного корпуса?
Все затаили дыхание, даже Зое и Аккерман.
Дьявол лишь сощурила глаза и нахмурила брови, не забыв недовольно хмыкнуть. Ответа она так и не дала.
— Прекрасно, — произнёс мужчина, явно довольный собой. — Все приготовления завершены, — тут же перешёл он к делу, — мы готовы. Операция по возвращению стены Мария начнётся через два дня. Вам интересно, что спрятано в подвале? Ну так поехали и посмотрим. Или мы не разведкорпус?
«Поехали и посмотрим? Смеюсь и плачу, честное слово, — усмехнулась про себя девушка. — Сколько же, интересно, людей вернётся из этой экспедиции хотя бы ранеными? а сколько тел мы сможем унести на своих плечах, чтобы родные смогли их похоронить? Достаточно забавный вопрос для рассуждения в данной ситуации...»
На этом собрание верхушки разведывательного корпуса закончилось.
Вечером, как уже было сказано, состоялось что-то наподобие пира: выдали мясо, из-за которого стоял шум да гам, Сашу Браус даже пришлось привязать к столбу и вырубить, чтобы хоть как-то её угомонить; люди более старшего возраста позволили себе пропустить несколько кружечек отборного и рюмочек коньяка (ну, или не несколько...). После усмирения Саши между выпускниками 104-го отряда, а так же Йегер-младшей, что подсела к своему брату, завязался небольшой разговор.
— Говорю же, зелёный ты ещё, поэтому едешь в арьергарде. Что непонятного?! — злился Кирштайн. — Если не веришь мне, спроси у Алери! Она-то уж тебе точно скажет правду.
— Да, у меня ещё нет опыта, — отвечал Марлоу, — именно поэтому стоило бы отправить меня на передовую! Как пушечное мясо — чтобы в случае стычки более опытные солдаты успели оценить врага.
— Что? Ты нас тут учить собрался? — Жан скорчил недовольную гримасу. — Самоотверженность свою показать хочешь?
— Но ведь именно на самоотверженности в разведкорпусе всё и держится! — возразил Фройденберг.
— Что за глупости... — вздохнула Йегер-младшая, причём тихо, но её замечание всё равно было услышано всеми.
— Что ты имеешь в виду? — поинтересовался, вечно любопытный, особенно в мыслях девушка, Арлерт.
— Начну с «пушечного мяса», — Алери добавила в это словосочетание всю неприязнь к данному высказыванию. — Выдвигая себя как пушечное мяса с отговоркой на то, что это поможет успеть опытным солдатам оценить врага, ты делаешь намёк на то, что эти самые опытные солдаты на самом деле не опытные и они не способны оценить всё без пушечного мяса.
— Я не!.. — но ему не дали сказать и слова.
— Не перебивай, тем более людей по званию выше тебя, — фыркнула она и продолжила: — К тому же, если такая зелень, как вы, помрёте при первой же атаке врагов, кто останется в потомках и понесёт нашу ношу на своих плечах? Лошади? Трупы? Их души? Смешно.
— Что ты...
— А что касается самоотверженности... Здесь я не соглашусь, — девушка пристально посмотрела в его глаза. — Да, самоотверженность здесь тоже присутствует, но по большей части здесь долг и клятва сердца. Из тех, кто хотя бы раз побывал за стеной, осознанно, точнее сказать: с желанием выходит за стены сражаться с титанами... таких единицы. И все они ненормальные на голову.
— В каком смысле?.. — спросил её брат.
— Хочешь сказать, что Эрвин полностью здоров психически? Он болен своей целью достичь ответов на свои вопросы. А Ханджи? Она ведь просто зависима от титанов. А в первый раз, как и девяноста девять и девять десятых процентов всех новобранцев, чуть ли в штаны не наложила, увидев титанов, — Йегер-младшая сделала глоток чая. — А я? Хочешь сказать, что у меня всё в порядке с головой? Сейчас только и дело, что ходят толки о том, что у Дьявола крыша едет.
— Неправда! — возразил Йегер-старший.
— Можешь пытаться переубеждать меня, сколько хочешь, — она пожала плечами. — Но правду, мечущуюся прямо перед глазами, не скроешь. К тому же, думаешь, я поверю, что и у тебя отклонений нет?
— Что...
— Ха, неужели сама Алери Йегер говорит о том, что у её старшего любимого брата проблемы с головушкой? — усмехнулся Кирштайн.
— Да, и такое говорить могу только я, — Дьявол подняла на него взгляд, полный злости. — А если об этом заговорит кто-то другой, то на всю оставшуюся жизнь получит от меня подарок в виде вечной головной боли.
— Что ты имела в виду?.. — влез в их разговор Арлерт.
— То есть, по-вашему, нормальные люди попрут на титанов с голыми руками? — она усмехнулась одними уголками губ, в то время как глаза её не выражали уже ничего — это не на шутку всех заставило испугаться. — Не смешите.
— А разве в разведку в принципе идут нормальные люди? — задал интересный вопрос Спрингер.
— Нет, — согласилась с ним капитан, — однако у них здравый рассудок, в отличие от того же Эрена или, к примеру, меня.
— То есть... я не достаточно ненормален, чтобы быть таким же, как и вы?! — этот вопрос от Фройденберга застал всех врасплох, кроме Дьявола.
— Именно. И тебе таким никогда не стать, потому как нет причины и цели для этого, — она вздохнула.
— Ну да, — согласился Кирштайн. — Такими могут стать либо психопаты, либо смертники, — кажется, парень совершенно позабыл о предупреждении.
— Ты сейчас это на меня намекаешь, Жан? — со злобой в голосе спросил Йегер-старший.
«Ну и ну, не думала, что этот разговор зайдёт настолько далеко, — усмехнулась девушка, правда, про себя. — Будет драка? Однозначно. Что ж, посмотрим, чему Эрен научился за столько месяцев, тренируясь вместе со мной...»
Спор между Эреном и Жаном действительно перерос в драку. Каждый из парней старался изо всех сил, и через какое-то время уже почти что выдохлись. Они ожидали, что кто-то их остановит, но никто этого делать не собирался. Даже Алери, которая сидела и, не отрывая взгляда, наблюдала за их недобитвой.
«Эх, мальчики, ну вы и слабачки...», — с досадой думала она.
И тут, словно сошедшее благословение с небес, на молитвы парней пришёл Аккерман, который «нежно» и «аккуратно» уложил их на пол, нахмурив брови.
— Расшумелись тут, понимаешь, — фыркнул он, посмотрев на них сверху вниз: во всех лексических значениях этого слова. — Марш по койкам. И приберите тут за собой.
Все разошлись. Микаса и Армин, взяв Эрена подмышки, помогли ему выйти из здания. Они втроём уселись на лесенке, и между ними начался довольно интересный разговор.
— Как только пришёл капитан Леви, Алери тут же испарилась, — заметил Арлерт.
— Нет, она просто скрылась, чтобы потом остаться с ним наедине, — сказала Аккерман. — Но сейчас главное не это. Эрен, зачем ты затеял эту драку? Повезло, что Алери не влезла, иначе вы бы с Жаном не отделались одними ушибами. Тем более ты, у которого всё заживает в мгновение ока.
— Ну, не на столько быстро... — посмеялся парень.
— Кстати, интересно, почему Алери не влезла и не остановила вас? — спросил, кажется, сам себя Арлерт, подняв глаза к ночному небу.
— Кто её знает... — вздохнул Йегер. — В последнее время я её не понимаю... Однако я вижу, что ей плохо и в каком-то смысле одиноко. Она хранит в своей голове то, чем не может поделиться ни с кем, даже со мной или капитаном, а сердце она, почему-то, закрыла. Возможно, как раз-таки из-за этого чего-то, о чём не может сказать, — он вновь вздохнул.
— Да-а... Алери сильно изменилась, — на лице блондина играла грустная улыбка. — Не знаю, в хорошую ли сторону... для неё...
— Я вот думаю... — вставил Аккерман. Парни посмотрели на неё. — Когда мы отвоюем стену Мария и победим всех наших врагов... сможем ли мы вернуться? Вернуть те давние дни? Может... когда мы вернёмся, Алери... придёт в себя?
— Сможем. И мы их вернём, — с твёрдо уверенностью сказал Эрен, посмотрев в небо. — Но так, как раньше, уже не будет... За всё надо платить. И я сейчас не только о том, что жизнь поменялась...
— Но и об Алери?.. — осторожно спросил Арлерт.
— Да...
— Думаешь, её уже... ну, не вылечить?.. — голос девушки дрогнул.
— Почему-то мне кажется, что да...
В это время, в здании, где царили тишина и темнота, прижавшись спиной к двери, сидел Аккерман и, изредка попивая из кружки алкоголь, внимательно слушал молодёжь. Посреди разговора, когда как раз-таки троица говорила о неизлечимости девушки, подошла Алери. Леви лишь поднял на неё взгляд, прекрасно понимая, что сейчас она, тихо, чтобы её не услышали, сядет к нему на руки и обнимет за шею, прижавшись к его телу, а он уткнётся носом ей в шею, будет вдыхать аромат тела и гладить её по спине. Так всё и произошло.
— А я думаю, что Алери можно вылечить... Нужно лишь со всем покончить. Ведь... ведь за стенами столько всего... — у Арлерта загорелись глаза. — Там есть море. Настолько огромное солёное озеро, что все торговцы, вместе взятые, не смогут вычерпать из него всю соль, даже если будут черпать целую жизнь. За пределами стен не только титаны. Огненная вода. Ледяные земли. Песчаные равнины, — он подскочил со своего места. — Я поступил в разведкорпус, чтобы увидеть всё это своими глазами. Вместе с вами и вместе с Алери. Мы всегда были вместе и всегда останемся неразлучной четвёркой! И мы обязаны объездить весь мир, увидеть всё то, что было скрыто от наших глаз! Вот увидишь, Эрен, это всё существует!
— Ну, ладно, — согласился с ним парень. — Наверное, ты прав... — а про себя подумал: «Вот только... почему-то мне кажется, что Алери уже обо всём этом знает, хоть и видела это не в живую, но видела... и может дать более точное описание, чем ты, Армин, вычитавший это из дедовских книг...»