Мышонок

Уже неделю мышка игнорирует меня. Уже неделю пятидневные каникулы закончились. Уже неделю я себе места не нахожу. И наконец, уже неделю мои друзья пытаются хоть как-то мне помочь.

Друзья мои те еще раздолбаи. Пьянки, гулянки, женщины на одну ночь. И я так жил, пока не стал учителем, а потом и классным руководителем. Знаете, дела, дела и еще раз дела? Просто отдыхать не было времени.

Сейсас же работы поубавилось, потому что скоро Новый Год, а все мои ученики уже сдали мой предмет. Сейчас же у них уроки один раз в неделю. У меня два класса, один из которых находится под моим руководством. Получается, что в школу я прихожу совсем ненадолго и раз в неделю. Раньше бы я был этому несказанно рад. Но теперь же одиночество давит на меня.

Женя сдержала свое обещание и на мои уроки не приходила. Из-за этого мне становилось еще хуже. Ее подружка только все усугубляла, она смотрела на меня таким ненавидящим взглядом, что мне хотелось провалится сквозь землю.

Сейчас я сижу дома на кухне.

Помню как мои друзья пришли ко мне домой и стали уговаривать, чтобы сходил с ними клуб. Я стойко держал оборону, но вскоре сдался. Я не хотел. Вернее не мог! Ведь завтра, а точнее уже сегодня, мне идти в школу. На урок к классу Женьки. Если я приду с похмельем меня грамотой и медалькой не наградят.

- Ну же, соглашайся! Когда мы еще так посидим? Как в старые добрые времена, ну? - это говорил Алекс, а по-русски Алексей. Ему 24 года, заканчивает институт. Он блондин с голубыми глазами. Из-за этого все друзья зовут его блондинкой. Сначала он обижался, а потом привык. Поверить только, этот ухошлеп еще и филолог.

- Короче, ребята, мы его и спрашивать не станем! Пойдет как миленький. Никуда не денется. Его эту депрессию надо свести на нет! - а это самый младший из нас. Его зовут Егор, ему 21 год. Учится на системного администратора, а короче сисадмина.

И вот меня насильно вытащили развлекатся в клуб и напоили, а дальше я ничего не помню.

Сижу сейчас на кухне, как говорилось ранее, пью чай и вспоминаю все, точнее пытаюсь вспоминать.

Мысли невольно возвращаются к Женьке и моему уроку у ее класса. Как же я туда такой приду?

- Ладно, пора уже собираться.

Я пришел в школу весь помятый. Словно я неделю пил не переставая. Как бы меня директриса не заметила.

Сейчас у меня первый и последний в этот день урок. У Женькиного класса.

Когда я подошел к своему кабинету там уже собралась толпа учеников. А среди них, не поверите, Женя! Она стояла, облокотившись на стену, и разговаривала с Лилей. Девушки заметили меня, Женя сначала смотрела на меня мягко, даже как-то нежно, а потом ее взляд похололел, она фыркнула и отвернулась к подруге.

- Ты слишком с ним строга. Посмотри какой он побитый, наверное, это из-за тебя. Чего ты его мучаешь? И себя тоже?

- Что?! Я бы, может быть, не была с ним так строга, если бы он не был тем, из-за которого я чуть не покончила жизнь самоубийством!

И тут Женя осеклась, поняв, что сказала это через чур громко. Все присутствующие, исключая меня, обернулись к двум подругам, изредка непонимающе перешептываясь. На глаза девушки выстипили слезы и она сорвалась с места. Лиля побежала за ней. Я в это время открыл кабинет и закрылся там. Сначала лучше прийти в себя, а потом, после звонка на урок, впустить ребят. Мысли разбежались кто куда, голова начинала болеть. Спрашивается, как теперь работать? К медсестре может сходить?

Так я и поступил. Медсестра в этой школе появилась не так давно. Она пришла сразу после меня, а было это год назад. Звали ее Рита, ей 22 года. Совсем немного младше меня. Она была привлекательной девушкой с извечным хвостом, но при виде меня она этот самый хвост распускала. Не всегда, а только тогда, когда мы с ней разговариваем дольше трех секунд, например: когда я прихожу к ней в кабинет, или когда мы с ней разговаривали на дне рождении директрисы. Кстати, именно из-за нее я и ушел с праздника взрослых на праздник учащихся. Она постоянно со мной кокетничает, подает двусмысленные знаки внимания, совем не обращая внимания на учеников, проходящих мимо. А еще спрашивают, почему это наше дитятко знает больше родителей?

Я сдержано усмехнулся, постучал в дверь мед.кабинета и, после разрешения, вошел. Заметив меня, Маргарита тут же положила ногу на ногу, села в полуобороте ко мне и, хлопая густо накрашеными ресницами, спросила:

- О, Артем, какими судьбами? А впрочем, неважно. Когда вы сюда приходите - жалуетесь на мигрень. Проходите, раздевайтесь, ой, то есть располагайтесь.. Сейчас поищу лекарство, - приторно сладким голоском пищала она.

Я закатил глаза, но послушно сел на стул рядом с ее столом. Не поверите, но она всегда. Всегда! Говорит одну и ту же фразу. Мне это уже начинает надоедать. Скоро я махну на нее рукой и сам буду носить таблетки.

Спросите, почему же я так раньше не поступил? Ну, во-первых: руки не доходили, чтобы купить лекарство, во-вторых: я не знаю чем она меня поит, но другие лекарства мне не помогают. Только ее. Когда я спросил ее об этом, она сообщила мне, что просто это лекарство, чуть приправленное любовью.

Знаете, меня тогда чуть не вырвало, таким слащавым голосом она это сказала.

Маргарита налила из стеклянного кувшина воду в стакан, протянула мне его с таблеткой и уселась за стол, выжидающе смотря на меня. Я закинул лекарство в рот и запил водой. Положил стакан на стол и спешно попрощавшись, собрался уже уходить, как меня схватили за запястье.

- Ну что же ты так быстро уходишь, м? - протянула медсестра.

- У меня урок, - голосом, не терпящим возражений, сказал я и вышел. Закрыл дверь и прислонившись к ней, шумно выдохнул. Ну что за приставучая баба! Других слов у меня нет.

Прозвенел звонок и я рванул на первый этаж. Вы только представьте: учитель, вроде бы солидный человек, к тому же взрослый и серьезный, а несется по коридору так, что дал бы фору любому спортсмену. Вот и ученики не могли представить. Они оглядывались и присматривались, считая, что ошиблись и это совсем не их учитель информатики, а какой-нибудь Вася Пупкин из 120 В, опаздывающий на урок.

Наконец, я добежал до своего кабинета. Завидев меня, все ученики пооткрывали рты и принялись перешептываться с удвоенной силой. Я устало выдохнул. Да, давно я так не носился..

Открыл дверь и впустив учеников удалился в лаборантскую. Отдышавшись и выпив воды, так как в горле сушняк еще и после вчерашнего, я вышел к своим подопечным, включил компьютер, интерактивную доску и попривествовал их. Ученики сели за свои столы и стали выжидающе на меня смотреть.

Я оглядел класс, делая пометки у себя в мыслях, а в сердце больно кольнуло. Она не пришла... Стоп, Лили тоже нет. Женя до сих пор плачет? От части это из-за меня.

Вскоре в дверь постучались, я разрешил войти и в класс вошла рассерженная директриса. Класс тут же повскакивал со своих мест, непонимающе смотря друг на друга. После директрисы в класс вошла... Женя?! Вернее не совсем вошла. Директор держала мышонка за ворот рубашки. А та смотрела в пол, кусая губу и шмыгая носом. В кабинет просочилась Лиля и, извинившись за опоздание, прошла на свое место, так же как и Женя, стыдливо смотря в пол.

- Представляете, отказывалась идти на урок. Даже когда я пригрозила вызовом родителей в школу. Дело даже дошло до истерики. Пока я тащила ее сюда она успела несколько раз вырваться и разрыдаться. Принимайте, а уж что с ней делать сами решите. У меня еще работы много, а я должна их вылавливать и силком на урок нести. За всю свою работу здесь такого абсурда ни разу не было! Чтобы я еще хоть раз когда-нибудь... - и она удалилась, громко хлопнув тяжелой железной дверью.

- Евгения, - девушка вздрогнула и закрыла глаза, еще ниже опуская голову. Косая челка упала ей на лицо и мышонок заправила ее за ухо, очередной раз шмыгнула носом и разрыдавшись, выбежала из кабинета. Из коридора были отчетливо слышны топот ее ног и громкие завывания. Лиля подорвалась с места и хотела побежать успокаивать подругу, но я гаркнул на нее так, что девушка сразу же сжалась в комочек. Казалось, она сейчас свернется в клубок и нам будут видны ее иголки, как у ежей.

- Значит так, сидите тише мыши и конспектируете параграф 3.5! Чтобы ни одного звука от вас слышно не было. Иначе пожалеете! - пригрозил я и вышел.

Надо было поговорить с Женей. Во чтобы то ни стало помириться с ней, иначе я сойду с ума. Куда обычно девушки убегают прореветься? В туалет, наверное.

Туда я и направился и оказался прав. Чем ближе я подходил к женскому туалету, тем громче становились звуки рыданий и всхлипываний. Подойдя к двери, я сначала не решался войти, но, собрав всю свою волю в кулак, постучал в дверь и приоткрыл ее. Взору открылась картина: мышонок сидит на подоконнике, согнув ноги в коленях, прижав их к себе и громко рыдает. Вдруг она застыла и начала задыхаться. Она посмотрела на пол, где лежала ее сумка и хотела встать, но ноги подкосились. Вдруг увидела меня. В глазах застыл испуг, перемешаный с презрением. Испугалась она, вероятно того, что я вижу ее такой, ну, а за что ненавидит и без всяких объяснений понятно.

- Су-у... мка-а! - прохрипела она делая огромные паузы, чтобы попытаться вдохнуть воздух. - И-ин.. га... - я кинулся к ее сумке, чтобы найти ее лекарство. Теперь мне все ясно. Дурочка, ну зачем же себя так мучать? Я нашел так нужный сейчас ей ингалятор и протянул девушке. Она поспешно приложила его к губам и приняла лекарство. На лице сразу же расползлась блаженная улыбка, девушка прикрыла глаза и откинулась на стену, прикрывающую окно.

Молчание затянулось. Я чувствовал себя выжатым лимоном. Девушка все так же сидела, не меняя позы, изредка откашливаясь и сжимая в руке лекарство.

- Давно это у тебя? - я решил хоть что-нибудь спросить, лишь бы больше не молчать.

- С рождения.. Родители сказали, что я уже с месяца своей жизни плакала задыхаясь, - пояснила девушка, не открывая глаз. Ну вот, опять мне нечего ей ответить. Когда мы с ней общались в онлайн чате, такое было довольно часто. Она будто барьер ставит своими ответами и собеседник вынужден отмалчиватся, придумывая новую тему для разговора. Мышонка это, по-моему, совсем не волнует.

- Спасибо, но не думай, что из-за этого я тебя прощу, - тихим голосом сказала девушка. Но для меня эти слова прозвучали как гром среди ясного неба.

Только сейчас я заметил, что под глазами мышонка крепко засели синяки, губы и глаза девушки опухли от вечных слез, она постоянно шмыгает носом, а волосы растрепаны, словно Женя совсем не расчесывалась эту неделю.

- Скажи мне, только честно, - девушка посмотрела на меня своими наивными, блестящими от слез глазами, которые всего на минуту смотрели на меня преданно, нежно, любяще, а потом снова вернулся холод. У меня что ли научилась? Я кивнул. - Почему ты такой жестокий?

И тут я выпал в осадок. Что ей сказать? Правду? Да она же испугается меня!! Испугается и больше не будет смотреть такими любящими глазами, больше никогда не заговорит со мной. Соврать? Тоже нельзя. Не честно по отношению к ней, а с ней я хочу быть честен. Сложный выбор. Арр... Как же я ненавижу свою жизнь! И я решился...

- Женя, я...