7
Когда настал обеденный перерыв, он, не раздумывая, рванул в кафе. Хотелось только одного — скорее позвонить Уиллу. Но, как назло, коллега снова оказалась рядом.
Она села к нему, уже поставив поднос на стол:
К — Я могу с тобой?
Майк коротко кивнул.
Разговор был поверхностным. Её вопросы — «любишь сочинять?», «какой жанр?» — звучали как небрежное любопытство. Майк отвечал односложно, но, когда она спросила, почему он так спешит, он улыбнулся по-настоящему:
М — Мне надо позвонить. Это самое-самое важное.
Он встал, даже не доев, и почти бегом помчался к ближайшему телефонному автомату.
Набрал номер. Сердце билось так сильно, что он едва слышал гудки.
У — Алё?
М — Привет, милый.
В ответ — всхлипы и сморканье.
М — Ты плачешь?
У — Да...
М — Что случилось?! Мне прийти?
У — Нет... нет, я просто... я перечитываю твоё письмо... и не могу остановиться... — дыхание Уилла было рваным, дрожащим.
Майка будто обдало холодной водой. Он сразу понял, что у Уилла паническая атака.
М — Эй, всё хорошо. Я с тобой, слышишь? Давай, вдох... и выдох. Спокойно. Если можешь, убери письмо подальше, положи так, чтобы не попадалось на глаза.
Он знал, что слова звучат слишком беспомощно.
М — Облокотись на что-то. Закрой глаза. Погладь себя по голове, как я делаю. Подумай о чём-то простом... что ты будешь делать завтра или вечером. Дыши вместе со мной.
Его пальцы судорожно сжимали трубку. В этот момент мимо прошла та самая коллега. Не думая ни секунды, Майк кинул трубку и бросился к ней.
М — Ты на машине приехала?
К — Д... — не успев сказать и слова.
М — Прошу, помоги! Мне срочно нужно домой. Это рядом, всего пять минут.
К — Но у нас работа...
М — Это очень срочно, понимаешь?! Я умоляю!
Она замешкалась, но всё же кивнула.
Майк вернулся к телефону, схватил трубку.
М — Уилл, милый, я скоро буду. Делай то, что я сказал. Всё будет хорошо, слышишь? Я еду к тебе.
Ответа не последовало, только дыхание. Он положил трубку и вылетел на улицу.
М — Поехали! — бросил он, запрыгивая в машину.
Майк буквально подпрыгивал на сиденье, торопя коллегу. Его голос был резким, сбивчивым:
М — Тут направо! Быстрее, пожалуйста!
К — Но что вообще случилось?
М — Потом объясню, просто едь!
Когда машина затормозила у его дома, он даже не закрыл дверь за собой.
М — Спасибо! Езжай без меня! — крикнул он на бегу и исчез в подъезде, с грохотом перескакивая через ступени.
Майк ворвался в квартиру, едва не сломав ключ в замке. В груди всё сжималось, дыхание рвалось наружу.
Он застыл.
Уилл сидел, сжавшись в углу стены, обняв колени. Его плечи дрожали, а пальцы так крепко впились в кожу ног, будто от этого зависела жизнь. Лицо побледнело, губы тряслись, глаза — пустые, затуманенные.
Майк мягко прикрыл дверь на замок, стараясь не шуметь, и шагнул к нему. Сердце колотилось в горле.
М — Милый... всё хорошо. Я с тобой. Я рядом. — осторожно коснувшись его холодной руки, он вздрогнул: кожа была ледяной, будто Уилл часами сидел на морозе.
Не раздумывая, Майк подхватил его на руки. Он бережно уложил его в кровать, заботливо завернул в одеяло, словно боялся, что тот сломается от малейшего движения.
Майк поспешно поставил чайник. И, пока Уилл грелся, он, запинаясь, прохрипел:
У — М-мне н-не стоило... отв-вечать... Теперь и-из-за меня... у тебя будут пробл...
Голос дрожал, каждая буква давалась с трудом.
М — Тише, тише... Милый, ты всё правильно сделал. Ты молодец. У меня не будет никаких проблем, слышишь? Даже не думай об этом. Просто дыши. Давай вместе. Вдох... и выдох...
Из кухни донёсся свист. Майк быстро смешал кипяток с холодной водой, глядя, как клубы пара тянутся вверх, будто всё напряжение пыталось уйти в воздух.
Вернувшись, он осторожно поднёс стакан:
М — Попей чуть-чуть, ладно?
Уилл с трудом сделал пару глотков, его руки дрожали так, что Майк сам придерживал стакан. Потом отставил его и снова заключил Уилла в объятия, оберегая, словно самое хрупкое в мире сокровище.
У — Прости м-меня... Я больше н-не могу... полноценно... быть с тобой...
Эти слова ударили Майка сильнее любого удара в лицо. Сердце сжалось так резко, что он едва не задохнулся. Но он не показал ни капли страха. Сейчас главное — не его боль.
М — Мы обсудим это позже, ладно? Не думай об этом. Я ни в чём не виню тебя. Всё хорошо. Я рядом. Я здесь.
Он гладил его по волосам, ритмично, успокаивающе, пока дыхание Уилла постепенно не выровнялось. Судорожные вздохи превратились в глубокие, ровные. Дрожь стихла. Его тело расслабилось, тяжело прижалось к Майку, словно всё напряжение наконец отпустило.
Майк сидел, не двигаясь, слушая это ровное дыхание, которое становилось мягким, сонным. Когда спустя несколько минут он услышал тихое сопение, то осторожно уложил его, тщательно укутал одеялом, поправил волосы, поцеловал в щёку.
Только после этого вышел к телефону в коридоре.
К — Алло?
М — Привет. Спасибо тебе большое за помощь. Это правда было очень важно.
К — Так а что всё-таки случилось?
М — У друга... паническая атака. Я должен был быть рядом.
К — Ты живёшь с другом?
М — Да.
Пауза. В её голосе слышалась тень подозрения, но Майку было всё равно.
К — Ладно... а на работу ты вернёшься?
М — Прости, нет. Я не могу оставить его одного. Надеюсь, понимаешь.
К — ...Поняла. Попробую что-то придумать.
М — Спасибо. Ты очень выручила.
К — До завтра тогда.
М — До завтра.
Он повесил трубку и медленно вернулся в комнату Уилла. Ему захотелось перечитать своё письмо.
Майк нашёл его под столом. Бумага была влажной от слёз, уголки смяты, словно его держали в судорожных руках. Вся комната выглядела так же: на полу валялись скомканные салфетки, на столе зачем-то беспорядочно разложены фотографии Майка — то он один, то они вместе. Картина, над которой он работал, стояла в углу, было видно, что её давно не трогали. А на кухне... полное безмолвие. Ни тарелки, ни крошек — даже не пытался поесть.
Майк снова и снова перечитывал письмо. Каждое слово, написанное с любовью, теперь отзывалось странной болью. Но он так и не понял, что именно вызвало такую реакцию. «Наверное, просто всплеск эмоций, — подумал он. — Как бывало раньше...»
Он собрал салфетки, аккуратно сложил фотографии и вернулся в их комнату. Уилл ворочался на кровати, то сбрасывая одеяло, то кутаясь в него, будто никак не мог найти себе места. Майк перепугался — неужели кошмар? Но стоило лечь рядом, как Уилл тут же уткнулся в него, расслабился и затих. Майк с облегчением выдохнул, гладя его по волосам.
Он снова смотрел в потолок, мысли тяжёлым клубком копились в голове.
Что он имел в виду? Не может полноценно быть со мной... В каком смысле? Что это значит? Может, ему во мне что-то не нравится?