Глава 7
Юнги едва не давится кофе, который успевает отхлебнуть, когда слышит голос сына. Подняв взгляд, мужчина натыкается на гневный взгляд черных глаз. Тэхен тоже оборачивается, но не сразу, а только когда Чон оказывается уже на полпути к их столу.
– Чонгук...
– Никогда не думал, что ты опустишься до такого, отец. Мало того, что малолетку трахаешь... ладно, мне на это плевать, дело твое. Но папу обижать я тебе не дам, – Гук тихо рычит, переводя обозленный взгляд на Тэхена. – И тебе тем более. Где твое воспитание, друг? – последнее слово вылетает с язвительной ноткой. – Тебе кто дал право моего папу унижать?!
Ким полностью опешил от таких предъяв. Хотелось что-то сказать, но буквы и слова в голове просто не могли сформулироваться в связную речь.
Посетители кофейни, ставшие невольными зрителями, затихли моментально, устремив взгляды на это, с позволения сказать, шоу. А вот Юнги, напротив. Поджав от негодования челюсти, он резко поднимается на ноги, хватая сына за шкирку.
– А где же твое воспитание, сын? Не припомню, чтоб воспитывал в тебе такое обращение к омегам, – потянув младшего альфу в сторону, Юн буквально толкает его к лестнице, ведущей на второй этаж. – Шагай в мой кабинет. Поговорим с тобой, как альфа с альфой.
Тэ порывался пойти за ними, хотя понимал, что в случае такой, чисто семейной разборки, лучше дать им поговорить наедине. Просто косые взгляды, которые кидали на него немногочисленные посетители, заставляли съежиться и пробудили желание спрятаться в какой-нибудь кокон. Как же это неприятно, вставать между родными по крови людьми, быть причиной их ссор. Особенно когда ими обоими дорожишь.
Мужчина чуть ли не пинками загоняет сына на второй этаж и, едва переступив порог кабинета, сразу же закрывает дверь на замок.
– Прошло то время, когда ты мог меня воспитывать, – Чонгук складывает руки на груди. Казалось, своим убийственным взглядом он просверлит дырку в голове отца.
– О, ты ошибаешься. Ремня тебе дать я в любом возрасте могу. Только вот у меня, в отличие от тебя, хватило мозгов не позориться перед всеми посетителями. Хотел поговорить – мог бы ответить хотя бы на один из моих звонков.
– Нам с тобой не о чем разговаривать, – Гук опускает руки, сжимая их в кулаки. Юнги же свои, от греха подальше, убирает в карманы брюк.
– Тогда зачем же ты здесь, если не для разговора?
– Я уже сказал, что не позволю вам двоим оскорблять папу!
– Даже интересно, как он тебе все это преподнес, – Мин-старший усмехается, покачав головой. – Зная своего бывшего мужа, он мог приукрасить все вплоть до того, что кто-то из нас его ударил.
– А ты, конечно, скажешь, что такого не было?
Юн поднимает серьезный взгляд на сына, чуть хмурит брови, и даже голос легким рыком отдается.
– Гук, за все годы совместной жизни я хоть раз позволил себе поднять руку на твоего папу? И неужели ты думаешь, что я позволил бы Тэхену это сделать? – мужчина качает головой. – Чимин ворвался, когда мы завтракали. Начал поливать грязью меня, Тэхена и его папу, который вообще не имел никакого отношения к произошедшему. Он оскорбил каждого и позволил себе ту гадость и гниль, которую стерпеть просто невыносимо. Поэтому я выставил его за дверь и сменил код. Подобных визитов я больше не потерплю.
– Отец, зачем все это? Почему именно Тэхен? – в голосе даже легкая грусть и обида слышатся.
– Я не выбирал. Не головой уж точно. Точнее... Это сложно, – Юнги тихо выдыхает.
– Как вы вообще сблизились? Неужели, когда я его в кафе с парнями привел?
– Нет. Многим раньше. Он подошел ко мне на той вечеринке, что ты устроил дома.
– Ты разве не в командировке был? – Чонгук удивленно выгибает брови, вмиг потеряв весь свой негатив. – Погоди, так это ты тогда еду заказал?
– Я, – мужчина коротко кивает головой. – Я должен был уехать в ночь, но на путях произошла авария, поэтому не получилось. Вернулся домой, а у тебя там туса. Я мешать не стал. Сам молодым был, помню. Поэтому молча решил выпить. Тэхен меня в толпе заметил. И, видимо, что-то его зацепило. Я не планировал ничего с ним строить. Хотел лишь на одну ночь вновь почувствовать себя молодым, но сердце иначе решило.
В кабинете повисает минутная тишина. Каждый стоит, опустив голову и погрузившись в свои мысли.
– Прости, я должен был сразу тебе рассказать, как только понял, что твой друг нравится мне. Но я боялся твоей реакции. Собственно, как выяснилось, и не зря. Но сердцу не прикажешь. Поэтому я прошу тебя понять меня. И не сердись на Тэхена. Он даже не знал, что я твой отец, когда в ту ночь подошел ко мне. Я ему ничего не сказал.
Молодой альфа стоит тихо, дует нервно губу, иногда поднимая на отца взгляд.
– Ты прав, тебе следовало сразу мне рассказать, – Чонгук трет шею сзади, а потом запрокидывает голову. – У вас... это серьезно все?
– Да.
– Бесите... – Гук резко выдыхает. – Ладно, дайте мне еще немного времени.
– Спасибо, – мужчина улыбается уголками губ, стараясь сдержать просящиеся наружу слезы. Дверь он все же открывает. – Кстати, новый код от двери – самый счастливый год моей жизни – год твоего рождения. Только, прошу, Чимину не говори. Еще одной сцены я не хочу.
Гук, проходя мимо отца, останавливается и протягивает руку. И в этот момент слезинка все же срывается с глаза. Мужчина пожимает руку крепко, прощаясь с сыном.
Завидев Чона, омега зажимает в руке металлические палочки для еды. Боится чужой реакции, снова болезненных выпадов в его сторону. Спустившись вниз, Чонгук останавливается на секунду у стола, где все еще сидел Тэхен.
– Надеюсь, ты настроен серьезно, раз выбрал моего отца.
Младший даже не отвечает. Его биение сердца заглушает абсолютно все мыслительные процессы. Он лишь провожает альфу взглядом, запоздало кивнув. Парень уходит, а Юнги спускается обратно буквально через пару минут.
– Хен... Я... Ты в порядке? Чонгук ушел... – омега встревожено окидывает Мина взглядом. Замечает легкую красноту глаз, но ничего не говорит по этому поводу.
Юнги опускается на стул с легкой заторможенностью, все еще находясь в некой прострации.
– Все хорошо, малыш. Правда, хорошо, – губы все же изгибаются в легкой улыбке.
– Вы помирились? Ты что-то сказал ему?
– Не совсем. Но он хотя бы сделал шаг в эту сторону. Думаю, в скором времени Гук все же вернется в наши жизни, – в уголках глаз снова блестят капельки влаги, но вот дальше они не идут, так и оставаясь там.
Тэхен взволнованно смотрит на любимого альфу, а после ответа у него с плеч будто камень падает. Не подрались и не устроили разборки (что было самым худшим исходом в мыслях младшего) – уже прекрасно. Может, действительно все наконец образуется? Со временем. Хочется в это верить. Хочется, чтобы Чонгук понял их, хотя сам омега осознает, что это тяжело – принять подобное. Даже странно. Ким вообще не думал, что ему придется столкнуться с такой ситуацией когда-либо. Да, он любил альф постарше, но чтоб оказалось, что он возжелал отца собственного друга...
– Кофе уже остыл. Пойду попрошу сделать нам еще. Какой ты будешь?
Мотнув головой, омега все же отмирает и озвучивает свое пожелание. Мужчина поднимается и идет к бариста, прося сделать им кофе с собой. Завтрак они уже закончили, дела Мин тоже закончил, так что зависать тут им смысла нет. Вместо этого, почему бы не провести время где-то в приятном месте и без посторонних? Забрав картонную подставку со стаканчиками, альфа возвращается к Тэхену, подавая ему руку.
– Пойдем, малыш. Прокатимся куда-нибудь.
Тэхен быстро собирается, вставая из-за стола, берет мужчину под руку и согласно кивает с улыбкой. Что-что, а уж провести время с любимым где угодно, он будет счастлив. Забыться, отвлечься от мыслей о Гуке и о чем-то плохом.
Выйдя из кофейни, Юн сразу ведет младшего к машине. После разговора с сыном на душе стало как-то спокойнее. У него появился шанс наладить то, что было потеряно и Юнги сделает все, чтоб этот шанс не упустить.
Они садятся в автомобиль, и младший сразу вытягивает стакан с кофе из подставки, беря в руки и чувствуя приятное тепло. Согревает. Тэхен делает пару глотков и выдыхает.
– Куда поедем, хен? Может в кино? Или к морю? – аккуратно пристегнувшись, он кладет свободную руку поверх чужой ладони.
Вопрос немного вводит в ступор. Действительно, а куда ехать-то? Собственно, альфа хотел просто покататься, его успокаивает и умиротворяет сам процесс езды по городу на машине.
– А поехали к морю, – Мин бросает короткий взгляд на парня, тут же целуя его руку, что так удачно оказалась в своей собственной. Не спрашивает, а скорее, утверждает. – Хочу подольше поездить. А так как время еще раннее, то и маршрут мы можем выбрать дальний.
Юнги быстро заводит мотор и сразу же направляет машину в сторону автострады, ведущей к выезду из города. Тэ улыбается ласково, чувствуя, как чужая рука в ответ тепло сминает его руку, и согласно кивает. Ему, на самом деле, было все равно куда ехать, пусть даже в никуда. Главное с Юнги держаться за руки, чувствовать его близость.
Как только машина ускорилась, омега ощутил, словно парит в воздухе. Он не думал больше ни о чем, не позволял плохому завладеть разумом.
На берегу моря они оказываются уже через пару часов. Взяв омегу за руку, Юнги ведет его ближе к воде, крепко сжимая чужую ладонь. Ощущая песок даже сквозь обувь, младший наслаждался.
– Будет хорошо, если Чонгук все же сможет принять нас и вернется. Признаться, мне нравилось, когда он переехал от Чимина ко мне. Этот шум в доме... – Мин мечтательно улыбается. Тэхен переводит на старшего внимательный взгляд. – Знаешь, когда он был маленький, то никогда не мог усидеть на месте даже десяти минут. Вечно бегал, кричал. Словно шило в заднице, – мужчина смеется, поворачивая голову в сторону Кима.
Тэ слушал рассказ внимательно. Это было даже забавно: услышать о детстве маленького Чона. Он не ревновал к Чонгуку, нет. К его папе – да, а к Чонгуку... Он для Мина – сын, родная кровь.
– Ой, прости. Что-то я, не подумав, начал. Тебе ведь наверняка такое не интересно – слушать стариковские россказни. Но Чонгук... Он — важная часть моей жизни. Когда-то был ее центром и смыслом. Да и сейчас...
Мужчина усмехается, опуская взгляд на их сцепленные руки.
– Что? – даже несколько опешил младший. – Мне интересно все, что связано с тобой. Все же... Я не совсем дурак, – он прикусывает до боли нижнюю губу, слушая не только слова Юна, но и неторопливый шелест морских волн. – Он твой единственный сын, да и, в конце концов, стал и для меня близок за столь короткое время. Гук общительный, умный, веселый. Вы воспитали его достойным, – сорвавшееся с губ само собой "вы" несколько подкосило. Перед глазами встал образ Чимина, что вызывал неприятную дрожь. Но да, Тэхену придется смириться, что этот Чимин тоже одно из важных звеньев в жизни Мина. Только бы он упоминал об этом пореже.
Юнги смотрит на младшего с нескончаемой нежностью и благодарностью. А потом все же подается вперед, накрывая чужие губы мягким поцелуем.
– Спасибо, Тэ-Тэ, – альфа на секунду прижимается носом к чужой щечке, трется о кожу кончиком. – Это действительно важно для меня.
– Я понимаю, правда, – не найдя, что еще сказать, омега задумался. Пока он не тот человек, которого можно назвать приближенным к семье. Иногда Тэхен даже думает, что он слишком давил на Юна, возможно, тот просто не готов был к отношениям в принципе и не хотел всех этих проблем, что свалились на голову с появлением упертого омеги.
Держась за руки, они идут дальше. Не спеша, любуясь и наслаждаясь. Однако кое-что Тэ волновало.
– Ты... жалеешь, что согласился? – без претензий, но с явным желанием узнать правдивый ответ спрашивает Ким, взглянув на хена. Мин даже чуть шаг сбавляет.
– Скорее нет, чем да, – с губ срывается вздох. – Порой, когда я думаю о будущем с тобой, мне становится страшно. Не потому, что я не хочу этого, а потому что понимаю, сколько трудностей нас ждет впереди. Я на полжизни тебя старше, Тэхен. Полжизни, – альфа и сам не замечает, как чуть крепче сжимает чужую ладонь в своей. – Это действительно много. И как бы сильны ни были наши чувства, нам придется столкнуться с кучей сложностей. Ты не подумай, я не трус. Я был готов ко всему этому, когда сказал, что приму тебя, если ты решишься снова. Но это не отменяет того факта, что мне страшно.
Мужчина останавливается окончательно, притягивая младшего к себе и крепко обнимая.
Тэхена впервые обуял отвратительный липкий страх. Он только сейчас действительно задумался и ощутил отчаяние хена. Слово "полжизни" звучало устрашающе, но ведь это правда. Мужчина старше его вполовину, хотя по виду этого и не скажешь, а в этом есть не только плюсы, но и большие минусы. Безусловно омеге обидно, но Мин честен с ним, рассказывая обо всем и сразу. Кажется, именно поэтому Тэхен любит тех кто старше: они не строят долбанных воздушных замков, а принимают реальность, говоря "будет трудно, но мы справимся", в отличие от сопливого "я буду любить тебя вечность", которое уже через неделю будет опровергнуто. У омеги даже слезинка непрошеная сорвалась.
– Юнги-я, все будет хорошо. Мы справимся со всем, я знаю. Вот увидишь, – омега говорит серьезно, прижимаясь к торсу своего хена. Прохладный ветер забирался под одежду, холодил кожу, и младший чуть подрагивать начал, сам не понимая, отчего сильнее: действительно от холода или все-таки страха, который пробрался к нему в самое нутро, поселившись там. Тэ хотел бы вырвать это отвратное чувство с мясом и выбросить в море, чтобы оно там утонуло, но это невозможно.
Пожалуй, у "взрослого" человека страхов даже поболее, чем у молодого и юного. В Тэхене еще юношеский максимализм играет. Кажется, что все по плечу, все хочется попробовать. По крайней мере, так Юнги кажется. Но раз уж альфа решился сделать этот шаг в сторону Кима... Кажется, и ему самому придется сильно измениться. Выбранной паре нужно соответствовать.
Мужчина гладит младшего по голове, перебирая пальцами пряди его волос, прижимает Тэхена к себе, да так крепко, как только может себе позволить, чтоб не переломить хрупкое тело младшего.
– Давай покатаемся по городу? – Ким чуть отстраняется и утирает глаза. Впервые он почувствовал себя таким... беспомощным после речи Юнги. Обычно он никогда не обращал внимания на такое, а тут его словно током ударило – Тэхен не знает жизни в полной мере, а вот его мужчина знает, о чем говорит. Но младший все равно был счастлив этому проведенному вместе времени, пусть и разговор с Юном неплохо так вернул его с небес на землю.
– Конечно, покатаемся.
Альфа чуть отстраняется, оглаживая щечку большим пальцем, вытирая остатки влаги, а потом чуть склоняется, мягко касаясь губами кончика носа.
Выехав с территории пляжа, он направляет машину в сторону города. Ким приятно ежится от тепла в салоне. Голову снова заполняют мысли о будущем, но омега не готов променять все это на что-то другое или кого-то другого, даже после сложного разговора. Юнги - особенный.
Как только на пути попадаются первые кафешки, мужчина останавливается, прося подождать в машине. А сам выходит за горячими напитками. Ким прикусывает губу, но смиренно ждет. Возвращается Юн назад с двумя стаканчиками кофе спустя буквально пару минут.
– Держи, малыш. Тебе бы изнутри не помешало согреться. Морской воздух холодный. Ты весь дрожал, когда мы возвращались с берега. Не хочу, чтоб ты заболел. Тебе свое здоровье беречь надо.
Щелкнув легонько по кончику носа омеги, Мин ставит свой стаканчик в подставку и снова заводит мотор, сразу выезжая на дорогу. Парнишка просто плывет в улыбке. Эта забота греет душу больше всего.
– Спасибо, хен, – он берет стаканчик и делает несколько глотков. Младший бы, конечно, сказал хену, как бы предпочел согреться на самом деле изнутри, но решил, что сейчас портить такой мягкий романтичный момент будет глупо.
Постепенно по телу разошлось приятное тепло, и Ким даже на секунду прикрыл глаза. Юнги включил тихую музыку в салоне и ехать стало еще приятнее. Тэ допивал свой латте, смотрел на сосредоточенный профиль хена, снова отмечал про себя, как зрело он выглядит; какие у него сильные, чуть грубые на ощупь руки; как ему идет эта машина, эта прическа; как подергивается его кадык периодически; как он улыбается, когда замечает внимательный взгляд карих глаз на себе... Омеге все это действительно нравилось. Было в этом человеке что-то безумно ласковое и родное. То, чего Тэхен никогда не чувствовал ни от одного своего потенциального ухажера. Его запах в какие-то моменты убаюкивал, но порой и безумно возбуждал. И Тэ не мог точно сказать, что зацепило больше всего, когда он, не задумываясь, сам предложил парню (хотя, как оказалось-то, зрелому альфе) переспать, учитывая свое нетечное и даже не предтечное состояние.
За все это время омега успел поразмышлять на все темы, но одно, о чем он думал чаще всего, оставалось неизменным: он был чертовски рад, что папа принял выбор Тэхена. Одной проблемой стало меньше. Теперь очередь за Чонгуком.
Едут они не особенно быстро, наслаждаются. А когда заезжают в город, альфа и вовсе едва ли не на минимальной скорости едет, лишь бы насладиться процессом по полной. Давно он не чувствовал себя так комфортно. Ехать куда-то просто так, не торопясь, смотреть по сторонам, тихо подпевать играющей из динамиков музыке, что крутят по радио, и изредка подносить к губам чужую ручку, оставляя на тыльной стороне мягкий поцелуй.
Омега постукивал в ритм знакомых песен по собственному колену, иногда хватал старшего за руку, сразу переплетая их пальцы, пару раз даже открывал окно, чтобы высунуться наружу и что-то прокричать, ведь ехали они на низкой скорости. С Юнги Тэхен не боялся ничего.
Но вот автомобиль уже подъезжает к дому альфы. Время пролетело так быстро, что хотелось бы отмотать назад. Но ведь у них впереди будет еще много времени вместе, ведь так?
***
Жизнь, кажется, начинает налаживаться и набирать обороты после всего того стресса, что ранее подкинула. Через пару недель после того разговора с Чонгуком, молодой альфа приходит в кофейню как раз в то время, когда Юнги находится там. Они выпивают по чашке кофе, правда, в гордом молчании. Но уже что-то. А еще через пару дней Гук приходит в дом отца. Благо хоть Тэхен в этот день у Мина не остался. Альфы смогли спокойно поговорить за баночкой пива, и Чонгук даже остался ночевать у отца.
Юнги, естественно, на следующий же день поделился своей радостью с Тэхеном. Ким был счастлив этому, но сам не торопился опять лезть к Чону, чтобы помириться, потому что видел, насколько тому все еще трудно. Но на учебе между ними стало чуть меньше напряжения, в столовой они даже садились рядом снова, да и потихоньку студент вернулся обратно в привычную компанию альф.
Омега чуть серьезнее берется за учебу, потому что считает, что должен соответствовать своему мужчине. Он не хочет, чтобы его считали рядом с Юнги глупым подростком или, и того хуже, проститутом, что гонится за деньгами. Когда Мин работает, Тэхен учится. Конечно, он страшно скучал по альфе, но если поначалу практически спамил смсками своему хену, пока тот работал, о том, как скучает, то после постепенно научился отвлекаться и не надоедать. А то, как скучал, показывал уже на деле, поскольку периодически отпрашивался у папы в квартиру к Юнги, оставаясь там с ночевкой. Тогда уж он бросал все дела и домашку, встречая своего любимого. Порой это заканчивалось горячим времяпровождением, затягивающимся на часы.
В таком темпе проходит еще пара недель. Дважды за это время к Юну заезжал и сам папа Тэхена, пока эти двое проводили время за совместным просмотром какого-нибудь фильма. Мужчина привозил домашние вкусности со словами "мне делать нечего, а из ТэТэ еще так себе повар, поэтому поешьте, домашняя еда всяко лучше". Джисон, на самом деле, не вел себя навязчиво, не пытался подловить их в постели. Если хотел приехать, он звонил Тэхену. Младший Ким был рад тому, что папа активно участвует в их жизни и не чинит препятствий. Просто слегка помогает, угощает домашней едой. Куда лучше, чем если бы им пришлось скрываться и врать друг другу.
***
Это утро встречает Юна легкой головной болью после довольно позднего отбоя. И причиной этому, увы, является не любимый омега, а работа, которой чутка прибавилось. Дело в том, что Юнги давно уже планировал кое-что и наконец-то смог осуществить задуманное – открытие филиала кофейни в Пусане. Конечно, помимо материальных затрат, это требовало еще и кучу времени. И вот тут оказалось сложнее всего, потому что лишние часы в сутках никто не добавлял.
Едва выйдя из душа, мужчина берет в руки телефон и сразу же пишет смс Тэхену с просьбой позвонить, как только будет возможность.
Ребята сидят в столовой, когда на телефон Кима приходит сообщение. Гук заметил имя отправителя, неосознанно скосив взгляд, и хмыкнул, но младший и не скрывает.
– Не хочешь перезвонить? – вдруг спросил Чон. Тэ слегка улыбнулся.
– Я обязательно позвоню ему после пар.
Когда пары закончились, ребята всей компанией вышли на улицу и еще немного поговорили. Парни скучали, хотя и особо не признаются в этом, да и омега тоже скучал по своему уже привычному кругу общения. Чонгук все же ушел, сославшись на то, что у него дела, а остальные альфы рассказали, что все то время, когда они не общались с Тэ, Чон ходил таким понурым, будто у него омегу увели. Студент тихо посмеялся с абсурдности шутки, ведь он знал, что тут дело было куда хуже.
На прощание альфы по очереди обнялись с Тэхеном. Улыбка не сходила с лица младшего. Он был дико рад тому, что все, кажется, возвращается в прежнее русло.
После завтрака мужчина едет напрямую к себе в офис. Звонка от Тэхена он так и не получил, что немного расстраивало. Обычно парень звонил сразу. Ну или в ближайшее время, а тут... Но, в любом случае, тревогу бить было еще рано. Однако, когда спустя несколько часов в ответ не приходит даже смс-ки, Мин немного напрягается. На Тэхена это не особо похоже. Работа не идет совсем, поэтому последние двадцать минут альфа просто крутит в руках телефон. А потом, не выдержав, все же поднимается со стула и идет вниз. Судя по времени, занятия у Кима уже должны были вот-вот закончиться, а потому Юнги смело садится в машину и едет к университету, где учатся два дорогих ему ребенка (да не убьют его за это слово Чонгук и Тэхен).
Паркуется у ворот мужчина уже спустя полчаса. И каково же было его удивление, когда неподалеку от входа в учебный корпус он увидел Тэхена в компании друзей. Стоит себе, болтает. Выдохнув с облегчением, мужчина выходит и направляется к возлюбленному. И чем ближе он подходит, тем больше напрягается. Почему? Потому что видит улыбку омеги. Слишком яркую. А еще прямо на его глазах юноша начинает обниматься с каждым. Ревность слишком резко застилает глаза, и шаг как-то сам собой ускоряется.
– Хорошую компанию выбрал, – альфа останавливается в паре метров от ребят.
Не замечавшие его до этого студенты тут же оборачиваются. Среди них Юнги видит и знакомые лица. Кажется, он видел их тогда в кафе.
Внезапно услышав над ухом голос, ставший самым близким за последнее время, Тэ едва подавил в себе желание вскрикнуть и наброситься на Юна с объятиями. Вовремя вспомнил, что они как бы... при их общих с Чонгуком друзьях. А примут ли они? Поймут ли? Да, они хорошо общаются, однако... где гарантии, что раскрытие их отношений не выльется во что-то плохое? Вдруг к нему станут по-другому относиться? И вдруг ребята потом будут расспрашивать Чонгука об отношениях Тэ и Юнги? Тому вряд ли будет приятно слышать об этом лишний раз. Странное чувство опасения пробудилось.
– Господин Мин, – Джексон кланяется. – Чонгук уже ушел. Вы с ним не пересеклись?
Но Юнги не отвечает, лишь сверлит пристальным взглядом Тэхена, держа руки в карманах пальто.
Такая реакция мужчины несколько выбивала из колеи. Мин взглядом будто сверлил насквозь, на остальных альф не обращал внимания. А потом Ким вспомнил, что совершенно забыл хотя бы ответить на смс любимого, за что дал себе мысленную затрещину.
– А.... ну все, ребят, давайте, до завтра. Мы как раз сейчас переговорим по поводу Чонгука и... догоним его, – он машет парням и побыстрее слегка плечом подталкивает Юна назад
– Зачем врать? – только и успел буркнуть себе под нос мужчина, прежде чем его начали тактично так оттеснять от компании. Вот только далеко себя увести Юнги не дает. Как вкопанный останавливается, все еще не сводя пристального взгляда чуть прищуренных глаз с омеги.
Повернувшись спиной к компании, Тэхен практически одними губами, совсем тихо произносит.
– Хен, прости, я... совершенно замотался и забыл тебе перезвонить. Пойдем скорее, расскажешь мне, что случилось, – он показывает мужчине идти рядышком с ним, потому что будет несколько странно, если сейчас Ким схватит его, отца Чонгука, уважаемого человека, за руку при остальных ребятах. Да и ладно их компания, а если остальные студенты увидят?
– И кто из них так тебя замотал?
– Никто, хен. Я ничего такого не думал...
Альфа вытаскивает одну руку из кармана пальто, беря младшего за локоть и притягивая к себе.
– Тэхен, я не сопливый мальчишка, которого нужно то подманивать, то держать на расстоянии. Раз уж ты подпустил меня, назад дороги нет. Только окончательная.
Омега даже задержал дыхание, пока слушал Юнги. Значит, все-таки он не против того, чтобы остальные знали? Рискует по полной? Этого от альфы Ким, если честно, не ожидал. Тот ведь изначально давал понять, что ему боязно афишировать и вообще сходиться с таким молоденьким омегой. Но, видимо, мужчина все же убрал в себе этот страх. Раз так, то и правда, смысла скрываться нет. В конце концов, уже и папа Тэ знает обо всем. Если что, Джисон обязательно поддержит.
Мужчина чуть наклоняется к чужому лицу, уже открывает рот, чтоб что-то сказать, когда его окликают.
– Господин Мин, – ребята из компании снова подходят ближе. – Не думаю, что Вы можете позволять себе такое. Тэхен – не Ваш сын, и подобное поведение с Вашей стороны недопустимо, — Марк, один из компании альф, вдруг вклинивается в разговор и, черт, как же это зря.
– О, правда? – Юнги выпрямляется, вперяя взгляд в альфу, что решился заговорить первым. – А что на счет тебя? Ты ему не брат, не отец. И уж тем более не партнер. Тогда к чему ты позволяешь себе вмешаться в мой разговор с ним?
– Господин Мин, Вы...
– Парень, не заставляй меня применять силу по отношению к тебе.
Тэхен понимает, что нельзя больше терпеть ни минуты, иначе, не дай Бог, окончится дракой перед всем университетом.
– Мы встречаемся! – выпаливает резко и достаточно громко омега. Да, вообще-то, не так он себе это признание представлял. Альфы вмиг смолкают и округляют глаза.
Юнги удивленно выгибает бровь, поворачивая голову в сторону собственного омеги. Сердце в какой-то момент, кажется, падает в пятки. Так он не зря переживал и ревновал? Неужели его Тэхен действительно встречается с кем-то из них? И только хочется открыть рот, чтоб спросить, как ответы сами приходят.
– С кем...? С Марком? – несколько удивленно чешет затылок Джексон.
– Да причем тут Марк, боже... – закатывает глаза Ким. – С Юнги. С хеном. С отцом Чонгука. Как угодно зовите, – Тэ смотрит на своих друзей, беря Юнги за руку и сплетая пальцы. У парней как по команде отвисла челюсть. В воздухе на целую минуту повисает молчание.
Все, что может делать альфа – это стоять и глазами хлопать. Он правда озвучил это? Перед всеми своими друзьями? Стало быть, среди них нет того, с кем юноша мог бы крутить что-то. Получается, Юнги зря тут себе напридумывал? Чужая ладонь так приятно ложится в свою собственную, что Мин тут же сразу сжимает ее крепко.
– Ниху... Ой, то есть... – откашливается Чжухон. – Я в некотором шоке, честно. Вы двое правда...? – он бегает глазами от Юна к Тэхену и обратно.
– Правда, – кивает омега. – Именно поэтому у нас с Чонгуком были, – он подбирает мысленно слова, выдыхая,– некоторые недопонимания.
– А... нам как теперь обращаться-то к Вам? – Ван как-то неловко засмеялся. – Вы, вроде как, парень Тэхена, с которым неплохо бы на "ты", а с другой стороны... отец нашего Гука, – по друзьям было видно, что они ошарашены и несколько смущены, но ни у одного во взгляде не было отвращения или ужаса, просто им тоже нужно было чуть свыкнуться с мыслью.
– Можете просто звать меня "хен", – Юнги усмехается, пробегаясь взглядом по детишкам перед собой, останавливаясь на Тэхене. Парни кивают.
– Тогда... хорошо, хен, – студенты хоть и растеряны, но стараются собраться, чтобы не ввести никого в неловкое положение, а Тэ опускает взгляд. Понимает, что устроил тут эмоциональную встряску всем окружающим себя альфам.
– Зато мы теперь знаем, почему ни у кого из нас нет шансов. Тебе нравятся альфы постарше, – по-доброму подкалывает Джексон, а Тэхен лишь слегка хлопает его по плечу, улыбнувшись. Ну такие дураки.
– А есть желание претендовать? – Юнги чуть щурит глаза, бросая взгляд на Джексона, но тот сразу почти поднимает руки вверх в примирительном жесте. Улыбнувшись уголками губ, мужчина вновь возвращает внимание на своего парня. – Если не из-за одного из них, тогда почему ты проигнорировал мое сообщение? Я думал, что за месяц ты уже успел понять, что я не очень люблю такое.
– Хен, понимаешь... Когда ты написал...
Парни тут же понимают, что разговор не должен касаться их ушей, все же личное, вроде как, поэтому быстро откланиваются.
– Ладно, мы пойдем, пока Тэ! До свидания, господин... то есть, хен! – и альфы, помахав ладонями, расходятся каждый по своим делам.
Мужчина даже выдыхает облегченно. Наконец-то можно быть самим собой в полной мере. Руки сразу ложатся на чужую талию, слегка прижимая к телу. Омега тоже с облегчением выдыхает, уткнувшись лбом в плечо старшего. Ему действительно полегчало, когда он понял, что никто не будет осуждать и кривиться при виде их пары.
– Прости, мы были в столовой, когда ты написал, и Гук тоже... Ну и я подумал, что будет лучше, если я позвоню после учебы, – он виновато сжимает пальцами края чужого не застегнутого пиджака. – А следующие пары выбили меня из колеи, я забылся. Что-то случилось? – Ким напрягается как струна, только теперь умом соображая, почему вообще Юнги мог попросить его перезвонить. Может, что-то серьезное?
– Соскучился. Хотел провести с тобой время перед тем, как уеду, – едва парень поднимает голову, мужчина сразу же склоняется, касаясь губами губ. – Это всего на несколько дней. Нужно решить вопросы в Пусане. Ремонт в здании, которое я выкупил, почти закончен. Я должен принять работу, подписать договора и запустить кофейню. Постараюсь сделать все как можно быстрее, но это минимум на три дня, Тэхен. Потому я и хотел провести с тобой побольше времени сейчас, чтоб ты не скучал сильно, пока меня не будет.
У омеги все внутри успевает рухнуть. Черт, и как он успел забыть, что встречается с занятым человеком, бизнесменом буквально. Первая мысль – попроситься с ним, поехать вместе, однако Тэ сдерживается. Он не должен вести себя как глупый ребенок, если собирается быть рядом с Юнги. Он должен понимать, что у того есть работа и быть нянькой для Кима постоянно альфа не может.
– Три дня... – повторяет тихо младший, кусая нервно губы. Он слишком привык, что Мин рядом, привык порой оставаться с ним, просыпаться рядом, видеться с ним практически каждый день. Внутри как-то неприятно закололо. В лучшем случае омега будет просто дико скучать.
– Когда именно ты уезжаешь? – Ким поднимает взгляд и смотрит на альфу. Вскоре у него должна начаться течка и, конечно, чертовски неприятно будет проводить ее одному. Но Тэхен не станет больше заниматься тем, чем раньше. В конце концов, он теперь не свободен.
– Через пару дней. Сейчас нужно закончить подготовку бумаг здесь. Мой юрист итак сейчас в напряге, поэтому приходится немного ему помогать. Потом еще парочка дел и...
– Звони мне по скайпу, пожалуйста... хотя бы иногда.
Мужчина вздыхает, а потом мягко улыбается Киму.
– Я буду звонить. Только не по скайпу. А как обычные люди звонят. Пока буду в дороге или уже когда буду в гостинице. Я постараюсь не пропадать совсем. Обещаю.
Тяжелый вздох в очередной раз сам по себе срывается с губ младшего. Радует только то, что он хотя бы не сегодня вечером уезжает и даже не завтра. У них правда есть немного времени, чтобы насытиться друг другом перед отъездом хена. Обидно, конечно, что в скайпе он любимого альфу не увидит, но хоть голос слышать будет.
Мягко коснувшись своими губами чужих, Юн приобнимает Тэхена за талию и ведет к машине.
Ким садится в автомобиль и смотрит на старшего, который внаглую решил позвонить его папе. Обычно такими разговорами занимался сам омега. Юн предупреждает Джисона, что Тэхен останется ночевать у него. Старший омега, конечно, возмущается для приличия, но все же соглашается и дает возможность, цитата: "голубкам понежиться перед отъездом".
По пути они заезжают в магазин, и кроме прочих продуктов альфа прикупает еще и бутылочку красного вина для этого вечера. Надо же хоть как-то его скрасить. Да и поговорить хочется обо всем произошедшем сегодня. Ну, точнее Юнги хочет кое-что сказать омеге. А потому, как только они приезжают домой, мужчина сразу идет заниматься ужином, за которым и планирует побеседовать.
Сняв обувь, Тэ идет в ванную, моет руки и следует на кухню за альфой. Интересно, что собрался готовить? За то время, что они провели вместе, Тэхен убедился в навыках готовки своего хена на сто пятьдесят процентов.
Юнги достает все необходимые продукты и начинает готовить.
– Прикажешь мне не мешать, чтобы я не спалил всю кухню тут, или все же я могу помочь? – тихонько подходя сзади, младший посмеивается и кладет голову на плечо своего хена. Улыбка сама собой появляется на лице Мина.
– Приказать? С каких пор я приказываю тебе?
Альфа поворачивает голову и через плечо смотрит на младшего. В груди приятно щемит от нежности.
Признаться честно, Юнги испытывает определенную слабость, когда Тэхен обнимает его именно так. Со спины. Кладет голову на плечо или просто прижимается. В этом столько нежности и... покорности, что сердце мужчины буквально трепещет. Чимин никогда не делал так. Он всегда предпочитал обнимать спереди, прижаться к груди. Но от того, как обнимает Тэхен, тело Мина трепещет и плавится, все инстинкты обостряются. Оберегать, защищать, любить. Обнимая подобным образом, Тэхен словно прячется за его спиной. И это настолько душещипательно, что улыбка становится только шире.
Ким усмехается. За все то время, что они знакомы, старший и правда никогда не указывал ему что делать, они всегда совместно договаривались, тиранизмом его альфа точно не страдал.
– Ты можешь просто посидеть и посмотреть, как твой шикарный мужчина готовит. Но можешь и присоединиться, если сам того хочешь.
Чмокнув парня в макушку, Мин возвращается к готовке. Тэхен поначалу решает все же помочь с нарезкой и подготовкой ингредиентов, а вот потом уже садится за стол и мечтательно вздыхает, наблюдая за Юнги и отмечая, как же ему повезло.
Ужин не заставляет себя долго ждать, однако проголодаться от обилия вкуснейших запахов омега все же успевает. Уже через час с небольшим оба садятся за стол. Альфа вскрывает бутылку вина, разливает по бокалам и, легонько стукнувшись своим о чужой, делает глоток, сразу после приступая к еде.
Беря в руки бокал с вином, которое внезапно для него появилось в сегодняшнем меню, младший понимает, что к концу ужина слегка прибалдеет. Выпить ему действительно хотелось, а посему после звонкого удара бокалов младший делает несколько глотков. Ужин получился безумно вкусным, омега оторваться от тарелки не мог. Когда те пустеют уже наполовину, Юнги откладывает в сторону приборы, делая новый глоток вина. Для храбрости.
– Тэхен, думаю, нам нужно поговорить и обсудить то, что произошло сегодня. И я не о том, что ты забыл ответить мне, и не о том, что рассказал своим друзьям о наших отношениях. Против последнего я точно ничего не имею. Просто... – Юнги замолкает на пару секунд, облизывая губы. – Тэхен, ты прекрасный омега. И вокруг тебя крутится слишком много альф. Я ревную. Они молоды, сильны и выносливы. И я... я боюсь тебя потерять.
Поначалу тон старшего слегка напугал. Подобное "нам надо поговорить", помнится, ничем хорошим никогда не заканчивалось, но тут, на удивление, его любимый внезапно... признается в собственной слабости. Тэ даже округлил глаза, слушая.
– Хен... О, боже, милый, ты действительно ревнуешь? – до него будто сейчас только дошло, что произошедшее несколькими часами ранее у университета было ничем иным, как уколом ревности. Омега даже мимолетно улыбнулся. Значит, не один Тэхен здесь ревнивец, Юну тоже не все равно. И хоть ревность – не самое хорошее чувство, все же этот факт заставлял сердце биться быстрее.
– Да, Тэхен. Я ревную. Господи, да я сам не ожидал, что в таком возрасте буду способен на подобное. Но я действительно ревную, – Юнги отпивает немного вина из своего бокала и откидывается на спинку стула.
– Ты так говоришь, будто молодость и выносливость – это единственное, что меня волнует в альфе, – лишь мотает головой Ким, цокая языком. – Неужели ты до сих пор не понял? Зачем бы я бегал за тобой, пытался обратить твое внимание на себя, если у меня, грубо говоря, есть в окружении вагон и маленькая тележка всяких альф? – он облизывает пересохшие губы и опускает взгляд с долей смущения. Впервые он говорит так открыто. – Проблема в том, что ты особенный. Ты зацепил меня тогда больше, чем кто-либо когда-либо. Я никого из них не видел своим партнером на долгую жизнь. С тобой во мне многое изменилось.
Тэхена Юн слушает внимательно, с легкой дрожью внутри. И когда тот заканчивает, внутри приятное тепло разливается. Мужчина улыбается, с нежностью во взгляде смотря на Кима. И за что ему в этой жизни такое чудо? Почему жизнь дала ему второй шанс? За что?
Тэхен начинает улыбаться как дурак. Ну а что? Не каждый день ведь увидишь и услышишь такое признание. Значит, омега для Юнги действительно важен, и каждое сказанное сегодня альфой слово это подтвердило. Он сжимает ножку бокала пальцами и, следуя примеру старшего, делает еще глоток. Вкусное вино сразу же чуть дает в голову, оставляя легкий флер опьянения. Но по-настоящему пьян Тэ своим альфой.
Подавшись вперед, Юнги берет чужую руку в свою и мягко касается губами тыльной стороны.
– Давай закончим с едой и потом пойдем посмотрим что-нибудь. На этот вечер у меня большие планы. Хочу уделить тебе побольше внимания перед тем, как уеду.
Ким практически котом урчит, заслышав новую порцию откровений от хена, а потому с ужином расправляется достаточно быстро, не заставляя себя долго ждать хотя бы потому, что еда была чертовски вкусной, а алкоголь еще добавил аппетита. И этот аппетит коснулся не только желания поесть...
Впоследствии они вместе убирают со стола. И пока Юнги кладет в холодильник остатки еды, Тэхен успевает помыть посуду. После этого парочка идет в гостиную, усаживаясь на мягком диване. Фильм выбирается быстрее, чем можно было бы подумать. А посему, устроившись на диване, оба погружаются в просмотр. Ну, стараются. Поначалу уж точно.
Ким то и дело лезет с поцелуями, гладит сильную грудь. Да и Юнги не отстает: то приобнимет чуть крепче, то поцелует в ответ ластящегося омегу, то ручку погладит. А через какое-то время Тэхен и вовсе на колени к Мину перебирается. И вот теперь уж точно не до фильма становится. Внутренний омега скулит, чувствуя скорую разлуку, а потому норовит быть приласканным, да и не только. Юнги прижимает парня к себе, накрывая губами тонкую шейку.
– Знаешь, может быть, если бы на тебе стояла моя метка... тогда я бы не ревновал так. Ведь был бы уверен в том, что окружающие тебя альфы в курсе того, что ты занят.
Мужчина трется носом о кожу, рокочет довольно, временами чуть крепче сжимая талию. Омега чувствует сразу, что его альфа поддается на ласки, горячее дыхание обжигает кожу, а чужой запах становится еще более ярким, концентрированным.
– Хен... давай не будем торопиться с меткой, – взволнованно шепчет Тэ. – Но знай, когда мы поженимся, я обязательно позволю тебе это сделать. Неужели ты мне не доверяешь...? – он прижимается спиной к груди старшего и облизывает губы. Все же встречаются они чуть больше месяца. Довольно поспешно будет перейти сразу к меткам, хотя Тэ не против, скорее, у него есть еще какие-то внутренние опасения, которые искоренить довольно сложно, особенно учитывая то, что сам он рос в семье без отца.
Сердце начинает биться быстрее, разгоняя по телу горячую кровь. И больше прочего, конечно, приливает к паху. Ну а разве могло быть иначе, когда Тэхен вот уже несколько минут елозит своим очаровательным задом прямо по нему? Телевизор тут же выключается за ненадобностью.
Подняв юношу на руки, как принцессу, альфа поднимается на ноги и несет его в свою спальню. Бережно уложив Тэхена на простыни, Юнги нависает над ним, накрывая губы жарким поцелуем, который по новой выбивает почву из-под ног. Тэ самозабвенно отвечает, сминая губы и касаясь пальцами чужих щек. Тело альфы давно уже сводит легкой судорогой предвкушения и стоит у него по стойке смирно, да так крепко, что орган ощутимо упирается в чужое бедро.
Возбуждение сводило низ живота, а чувство того, что это взаимно, заставляло приятно содрогаться от желания. Все же отстранившись от чужих губ и тяжело дыша, студент чуть рыкает, инстинктивно забираясь руками под футболку своего хена и слегка проводя короткими ногтями по лопаткам. Младший до безумия хочет Юнги, только его. Сейчас хочется насладиться их близостью, насытиться наперед, пусть это на самом деле и невозможно.
Смазка у омеги уже выделяется обильно, пачкая белье, поэтому он помогает Юну снять с себя всю одежду, которая, как и одежда Мина после, летит на пол.
То, как отзывается на ласки Тэхен, только подстегивает двигаться дальше. И Юнги как зачарованный выцеловывает все открытые участки кожи. А когда одежда обоих улетает на пол, альфа и вовсе покрывает влажными поцелуями каждый сантиметр тела, оставляя кое-где засосы. Парочку нарочно ставит на видных местах и делает их "пожирнее", чтоб издалека было видно. Раз уж он пока не может поставить настоящую метку, будет метить омегу так.
Ждать становится буквально невыносимо, желание затмевает разум, и мальчишка переворачивается, седлая любимого. Покрывает подтянутую грудь и шею альфы маленькими засосами, которые наутро из красноватых пятнышек превратятся в сиреневые или синевато-фиолетовые. Тоже своего рода замена метки, чтобы ни одна сучка не посмела позариться на его альфу в этой, с позволения сказать, командировке.
Оказаться на лопатках мужчина, конечно, не планировал в этот вечер. Но у Тэхена явно планы были другие, поэтому альфе остается лишь крепко сжимать ладонями чужие ягодицы. Чужие поцелуи на коже остаются обжигающим клеймом, и это так греет сердце и душу, что альфа не сдерживает грудного рыка.
Все омежье нутро урчать готово и податливо стелиться перед любимым мужчиной. Тэхен все же сдается под натиском чужого феромона. Запах свеженапечатанных книг отпечатывался на подкорку сознания, проникал в каждую клеточку, сводил с ума окончательно. Влияло ли ощущение скорой разлуки на восприятие этой близости омегой? Определенно.
Разведя в стороны ягодицы, Мин сразу проталкивает в Кима два пальца. Благодаря смазке те проскальзывают легко, вот только стеночки все равно давят сильно. Даже несмотря на то, что они довольно часто занимаются сексом, Тэхен все еще остается узким и это радует чертовски.
Омегу едва не подбрасывает, а с губ срывается неожиданно шумный стон. Младший приподнялся, упершись коленями в матрас, благодаря чему пальцы Юнги чвокали и скользили внутри очень легко, массируя стеночки. Пару раз, кажется, альфа достает подушечками до простаты.
Ким отчетливо чувствовал малейшее движение, каждый раз покрываясь мурашками, но, как ни крути, хотелось большего, и, кажется, хен его услышал.
Член дергается, выделяя очередную порцию предъэякулята. Мин мягко отстраняет от себя омегу и тянется к прикроватной тумбе, чтоб достать оттуда фольгированный квадратик контрацептива. Пара секунд, за которые Юн берет презерватив и вскрывает его, кажутся гребанной вечностью. Раскатав латекс по органу, альфа настойчиво давит на чужие бедра, опуская их на пах. Проводит головкой по дырочке несколько раз, размазывая естественную смазку омеги, а потом мягко давит, проникая.
В горле уже пересохло, желание главенствует не только в теле, но и в разуме, а потому младшего даже просить не нужно – он сам опускается на член любимого, через легкий дискомфорт, но не более. Его стеночки достаточно податливы, особенно учитывая количество собственной смазки, что пахла ярким хвойным мандарином, забивая пазухи.
Тэхен застонал в голос от долгожданного чувства заполненности членом альфы, поерзывая сильнее, чтобы точно насадиться по основание, и начал постепенно двигаться, вновь припадая к губам Мина.
Перед глазами, кажется, взрываются тысячи и тысячи фейерверков и вновь рождаются миллиарды звезд. Потому что объяснить иначе это безумие Юнги не может никак. Член ощутимо пульсирует, медленно проникая в узкую дырочку. Кажется, в потоке тихих рыков и полустонов несколько раз отчетливо звучит имя омеги. Мин крепко сдавливает пальцами чужие бедра, помогая Тэхену плавно подниматься и опускаться на члене. Сам тоже не лежит смирно, толкаясь в парня. Чужие губы приятно жгут, про ощущение чужого веса на себе вообще говорить нечего. Это до дрожи в поджилках приятно.
Их влажный поцелуй сводил с ума, казалось, сердца в унисон бьются. Через некоторое время омега отстранился и уже внаглую прыгал на члене старшего, поочередно привставая на коленях и затем усаживаясь до конца на хлюпающий орган. Мужчина подхватывает его под попку, помогая, облегчая движения, и сам толкается навстречу.
Ким периодически закатывает глаза от удовольствия, тело покрывается мурашками все сильнее при приближении такого желанного и долгожданного оргазма. Ким двигается ритмично, несмотря на то, что бедра напрягаются, даже немного затекают, но ему плевать. Он кайфует невероятно, особенно когда чувствует, что хен ему помогает, сжимая до боли и синячков мягкие булочки.
Оргазм себя ждать не заставляет, поэтому уже через пару минут таких "скачек", альфа изливается в презерватив, глухо зарычав. До зуда в деснах сейчас хотелось впиться в нежную, карамельную кожу, впустить в кровь свой феромон, пометить, чтоб ни один альфа больше и близко не подошел.
Омегу тоже долго ждать не пришлось, он излился с громким стоном практически сразу после Юна, обмякая в его руках тут же и почти падая на него. Прижимая юношу к своей груди, мужчина судорожно хватает губами воздух, стараясь восстановить дыхание.
– Даже не думай, что я ограничусь одним разом.
Губы младшего растягиваются в улыбке.
– Я и сам не планировал останавливаться, – облизывает пересохшие от частых стонов губы, выравнивая дыхание. – Но на этот раз ты сверху, хен.
– Без проблем, малыш. Дай только пару минут, дух перевести. Все же мне не двадцать.
Мужчина тихо смеется, прижимая к себе парня. Гладит его то по спинке, то по головке.
Тэхен едва не засмеялся от слов любимого.
– Правда? А мне показалось, что ты совершенно не уступаешь молодняку, – прикусив нижнюю губу, омега все так же старается выровнять дыхание, иногда шумно сглатывая, и прикрывает глаза на несколько долгих секунд. Ему и самому нужно передохну́ть после такого жаркого оргазма. С Юном он всегда чувствовал, что выжимает из себя все возможное, до последней капли. Даже в тот, первый раз, едва ушел на заплетающихся ногах, когда ему позвонил папа. Омега не хотел уходить в ту ночь, ему хотелось еще немного полежать, ощутить эту сладость их совместной ночи и, возможно, проснуться утром с этим мужчиной. Он впервые не захотел просто одеться и по собственной воле свалить после, как считал изначально, одноразового перепихона.
Ким влюбился как мальчишка, его тело, сердце, мозг – все среагировало именно на этого альфу. Тэхен сразу понял: что-то идет не так, как обычно.
Через пару минут альфа опускает руки на чужие ягодицы, крепко сжимая и разводя в стороны. Дырочка от обилия смазки соблазнительно чвокает, заставляя Юна хищно облизнуться. Мужчина рывком переворачивает их, оказываясь сверху, и припадает губами к губам. Пальцами нарочно надавливает на чувствительное колечко, дразня и вырывая из груди младшего стон. Целует Юнги долго, страстно, пока не чувствует вновь пульсацию в собственном органе.
Из мыслей омегу вырывают чувственные прикосновения и нависший над ним хен, что уже в полной готовности вновь льнул к нему. Губы обжигало заново, возбуждение за считанные секунды нарастало и вновь начинало давить в низу живота. У младшего кружилась голова, однако тело все так же требовало своего альфу. Именно его. Наверняка, это еще и предтечное состояние так влияет, но, как бы то ни было, ни одна течка не заставит полюбить того, с кем перепихнулся для взаимопомощи. А Тэхен уже давно и бесповоротно влюблен.
Омега едва пытается что-то произнести после такого жаркого поцелуя, но получается невнятно. Парень только стонет жалобно, то и дело норовя хена ближе притянуть.
От младшего приходится отстраниться, чтоб заменить презерватив. Член входит на этот раз уже совсем легко, но довольный стон с губ альфы все же срывается.
Парнишка стонет сильнее, чуть кусает кончик языка и обнимает Юнги за шею, притягивая вплотную.
– До чего же ты потрясающий, – словно пьяный шепчет в чужие губы Юнги, прежде чем снова крепко поцеловать возлюбленного.
Сейчас уже двигает бедрами он быстро, четко. Все же находиться в привычной для себя позиции куда удобнее, а потому и толчки выходят более крепкими, глубокими и резкими. Их тела будто в страстном танце сплелись и каждое движение ощущается полнейшим безумием.
Альфа двигает бедрами, не давая Тэхену расслабиться. А порой и угол проникновения меняет, и когда омегу подбрасывает на очередном толчке, Юн понимает - нашел то, что искал. Теперь уже бьет в самую точку, каждый раз внутрь толкаясь, отчего у Тэ слезы на глазах удовольствия проступают. Словно в противовес грубым толчкам, губы нежно собирают соленые капельки, стекающие из уголков чужих глаз.
Младший дышит учащенно, скуля и выстанывая имя самого нереального альфы на земле. Как же прекрасно, что он его теперь знает, а не как в первый раз, когда был вынужден ограничиваться только одним простым "хен".
Каждое движение члена внутрь сопровождается гулкими шлепками, а сам Тэхен в экстазе теряется. И кто бы сказал ему, что этому мужчине за сорок! Он даже сейчас, зная о данном факте, очень слабо в это верит, учитывая то, насколько чувственный, нежный и животный их секс. Ни один альфа не доставлял ему такого удовлетворения. Может все потому, что было-то без любви?
В этот раз оргазм приходит долго, позволяя отлюбить омегу как следует. Юнги, кажется, все позы успел перепробовать, прежде чем, сжав челюсти на чужой шее, излился в презерватив. Хотелось бы, конечно, сдавить зубами кожу чуть сильнее, пробив и поставив метку, и повязать Тэхена узлом, накачав спермой. Но пока Юнги позволяет себе лишь слегка прикусить, оставив синяк, хоть как-то обозначающий принадлежность Кима альфе. Да и об узле пока думать рано, омега сам еще ребенок. Какие ему дети...
Тэхен за время их соития и сам обессилеть успел. Когда, наконец, обоих пробил яркий, сочный оргазм, Ким почувствовал себя так, будто парит в невесомости. Завязав узлом второй презерватив, Мин без сил падает на кровать рядом с парнем. Голову слегка ведет после оргазма, а по телу приятная усталость разливается. Хватает сил лишь утянуть Тэхена, укладывая прямо поверх себя. Вес чужого тела ощущается до мурашек приятно. Пальцы осторожно забираются в чужие волосы, массируя кожу головы. Нужно бы сходить в душ, но сил на это нет совсем.
Тэ даже понять не успел, как оказался лежащим на разгоряченном теле Юна. Спорить и возмущаться, даже в шутку, желания не было вообще. Все было слишком прекрасно.
Так они и засыпают.
Утром Юнги просыпается первым. Тэхен все еще сладко сопит, устроившись под боком. Поцеловав его осторожно в лобик, мужчина поднимается с кровати и первым делом идет в душ. Сегодня очень хочется порадовать омегу завтраком в постель, а потому он быстро моется и идет на кухню.
На завтрак Юн готовит омлет, обжаривает пару тостов, намазав их шоколадной пастой, и готовит любимый кофе омеги. Уже через полчаса он осторожно открывает дверь в спальню, держа в руках поднос. Тэхен сопит все так же сладко, свернувшись на кровати калачиком. И это умиляет настолько сильно, что широкая улыбка не исчезает с лица Юна, пока он подходит ближе. Оставив поднос на тумбе, альфа присаживается на край кровати и мягко касается пальцами чужой щечки.
– Сердце мое, просыпайся.
Утро встречает тихим голосом Юнги, который слышался как-то отдаленно, словно сквозь толщу воды. Ким постепенно разлепил глаза, потирая их кулачками, и наконец понял, что, вообще-то, альфа совсем рядом. Осознание не сразу приходит. Присев на кровати, Тэ отмечает про себя, что зад чертовски сильно болит, но от воспоминаний вчерашней ночи кожа покрывается приятной дрожью.
– Юнги-я... – выходит чуть хрипловато после того, как вчера стонал на всю квартиру, но Ким расплывается в еще сонной улыбке, обнимая мужчину за плечи. Видеть его таким домашним, чуть потрепанным после сна уже стало прекрасной привычкой.
Улыбка сама ползет по лицу, пока Юн прижимает к себе еще сонного омегу. Он зарывается носом в чужие волосы, вдыхая полной грудью сладкий, пьянящий аромат.
На автомате оглядев спальню, заторможенный взгляд не сразу, но уцепил стоящий на тумбе поднос с чем-то аппетитным, и Тэ почти сразу понял, что это... завтрак. Черт, это что, ему? Мальчишка так и застыл снова на несколько минут. Что с ним творит этот альфа? Мин молча наблюдает за сменой эмоций на чужом лице, не переставая улыбаться. Только через некоторое время Ким все же указал пальцем на поднос, а потом на себя, как бы спрашивая: "это мне?". Слишком много эмоций за одно утро. Так можно и дара речи совсем лишиться.
Переставив поднос на кровать, Мин мягко касается губами губ.
– Тебе, тебе, – тихо смеется старший.
– Хен... Спасибо тебе огромное, – омега благодарно целует любимого, тут же приступая к прекрасному приему пищи. Он ел так, словно пришел с голодного поля, хотя немудрено, учитывая, сколько сил вчера потратил. Пока младший кушает, Юн молча сидит рядом, поглаживая чужое бедро, и шарясь в телефоне.
– Чертоффки фкуфно, – бубнит Тэ с полным ртом, ловя, кажется, еще и вкусовой оргазм от сочетания продуктов.
– С занятым ртом не разговаривают, – Юн мягко щелкает парня по кончику носа, возвращая все внимание к открытому на смартфоне документу. Кажется, дела продвигаются куда быстрее и уже сегодня в ночь ему надо будет уехать. А потому хочется день провести с Тэхеном. Вот только тому на учебу надо, да и альфе самому нужно еще кое-какие вопросы в офисе решить.
Омега одновременно ест и кладет свою руку поверх руки любимого мужчины, поглаживая ее большим пальцем. Он готов каждое утро проводить именно так, и пусть кто-то может назвать подобное юношеским максимализмом. Тэхен в себе и своих желаниях уверен, жаль только, что он еще не настолько самостоятелен, чтобы жить с Юнги вместе и вообще выйти за альфу замуж.
– Если рот занят членом, то да, не разговаривают. А если едой, то это вполне реально, – хихикает младший, доедая свой сегодняшний завтрак, и снова клюет Мина в щечку в благодарность.
– Если шустро соберешься, я подвезу тебя до университета, – Юн поднимается на ноги и уносит поднос на кухню, отправляя Кима мыться.
Парнишка почти вылетает из кровати. Конечно же, он безумно хочет, чтобы Юнги его подвез, а потому быстро ополаскивается в душе, переодевается в свой "учебный" простой наряд, немного замазав синячки под глазами консилером.
Пока омега моется, Юн успевает убраться на кухне, потом возвращается в спальню, достает из шкафа костюм и рубашку и переодевается.
Собирался Ким добрых двадцать минут, но стоит отметить, что для него это было крайне быстро. Обычно парень долго раскачивался, потягивался, не спеша поднимался с кровати, иногда кушал, умывался и полчаса в ванной ныл самому себе о том, что не хочет никуда идти и хочет остаться в горячей ванне. Но, в итоге, собирал-таки себя в кулак и шел на автобус до универа.
Сегодня же ему нужно было делать все быстро, и он справился.
– Хен, я готов! – парнишка возвращается к моменту, когда альфа уже заканчивает завязывать галстук. – Какой красавец, – Тэ подходит со спины и чмокает Юна в щеку, привстав на носочках. – Поехали?
– Отлично, – мужчина вновь расплывается в довольной улыбке. – Пойдем, малыш.
На секунду прижав парня к себе, Юн нежно целует его в губы. Омега счастлив, что теперь его утро начинается не с противного звона будильника, а с голоса альфы и теплых поцелуев. Так даже на учебу мотивация появляется.
Квартиру они покидают, держась за руки. И пока едут в машине, Мин руки младшего из своей не выпускает.
Тэхен отчего-то немного волнуется, все же их отношения необычны, хотя Юнги с первого взгляда и правда не примешь за человека возраста сорок плюс. Но выглядит он невероятно соблазнительно, особенно в своем официальном костюме. Только это выдает возраст.
Паркуясь на стоянке у университета, альфа не глушит мотор, но из машины все же выходит. Омега сразу следует его примеру. Не обращая внимания на проходящих мимо студентов, Юнги заключает Тэхена в крепкие объятия, накрывая губы поцелуем. Юноша даже теряется от такого напора. И они бы еще долго целовались, если бы не...