4 часть
- Я не знаю, что произошло!, - активно дыша проговаривает Кульгавая, - Он просто слетел с программы!
Маф поглядывает на картину перед собой, и всё кажется сумасшедшим сном; Кадетка, компьютер которой, скорее всего, взломали и теперь льют от туда всю инфу, пытается хоть что-то с ним сделать. Соня, которая совершенно не понимает, что происходит и стоит с выпученными от удивления глазами.
Абдиева матерится раздражённо, подходит к технике, пытается остановить вирус, нажимает на кнопки, но ничего не происходит. Компьютер всё так же продолжает удалять абсолютно все файлы на устройстве.
- Что происходит вообще?, - тихо шепчет, напряжённым взглядом цепляясь к монитору, - Где Окс?
- Она на больничном, - Кульгавая отвечает, - Заболела.
- Как вовремя блять!, - резко выражается, хлопнув по столу.
Григорьева со стороны за всем этим наблюдает, впадая в глубокий шок. Десять минут назад она сидела на столе и её раздевали, а сейчас она видит перед собой агрессивную Маф и перепуганную Соню.
Бросает взгляд на монитор компьютера кадетки; раньше Соня ходила на курсы IT. Она многое понимает в технике. Если бы материальное состояние позволяло, она бы продолжала развиваться в этой сфере, но увы.
Она примерно понимает, как можно остановить работу программы, вспоминает формулы.
- Может я попробую?, - проговаривает, сразу же получая в ответ удивлённые взгляды, - Я раньше обучалась компьютерному языку.
Абдиева скептически её оглядывает, мало веря её словам. Но у них нет выбора.
- Ну попробуй.
Соня тут же подходит, настраивает мышь и что-то нажимает на клавиатуре. За её движениями наблюдает Маф и Кульгавая. В её действиях они мало что понимают, но всё выглядит так, будто Григорьева знает, что делает.
Через минуту активной работы, монитор компьютера внезапно погасает и воцаряется гробовая тишина. Маф и каадетка на друг друга смотрят, совершенно не понимая, что случилось.
- Всё, - Соня кратко объясняет, - Он заблокирован.
Кульгавая насторожено бровь поднимает, подходит ближе, всматриваясь в предмет техники. Ей слабо верится в то, что Соня так быстро смогла устранить проблему.
- Он теперь не работает?
- Нет, он просто выключен, - прокашливается, спиной ощущая на себе прожигающий взгляд, - Но вирус успел скопировать всю информацию с устройства и удалить.
- И что теперь?
- Теперь всё слито, - Маф начинает, тяжело вздыхая, - Теперь пиздец.
.....
- Да, пожалуйста, - Абдиева ходит туда-сюда по своему кабинету, активно разговаривая с кем-то по телефону, - Пусть никто не покидает рабочее место. Хуй знает, может к ним домой кто-нибудь припрётся.
Соня также находится в офисе, сидит на диване и не спускает взгляд с напряжённого тела начальницы. Уже пятнадцать минут она обзванивает всех кого можно, но так и не решает заговорить с Григорьевой.
Маф кладёт трубку, прикрывает усталые глаза ладонь и садится на другую часть дивана, откидываясь спиной на него. Скорее всего, у того, кто взломал программу, теперь есть все данные её работников. Значит они знают их адрес, номера и вообще всё о них. Она не может отправить их домой, пока они в офисе - они в безопасности. Сюда никто не сунется.
- Ты знаешь что это был за вирус?, - Маф тихо спрашивает, в ответ получая лишь пожание плечами.
- Я только знаю, что всё, что есть на компьютере, копируется и передаётся другому источнику.
- "Всё" это сколько?, - поворачивает голову на Соню, смотря полуприкрытыми глазами.
- Вплоть до истории браузера, - губы поджимает, ловя чужой раздражённый вздох .
Маф переводит взгляд в потолок, думает, кто это мог сделать? Зачем? Странные чувства её настигают. Она не должна была позволить такому случиться, все должно было быть под контролем. А теперь все её работники под опасностью, кто знает, что взбредёт в голову тому, кто всё это затеял.
Переводя взгляд на Григорьеву, что тихо сидела, о чём то размышляя, Маф чувствует некое спокойствие. От неё веяло умиротворённостью, расслаблённостью. Внимательно её разглядывает, подмечая, что девушка в спешке неправильно застегнула пуговицы на рубашке. От этого усмехается легко, вспоминает эти перепуганные глаза, когда внезапно им помешала Кульгавая.
Тянет руку к чужой одежде, замечая как Соня резко реагирует.
- Что вы делаете?
- На ты, - резко обрывает.
- Что?
Не отвечает на глаза полные непониманием, подсаживается ближе, руками прикасается к рубашке блондинки, медленно расстёгивает первые три. Соню опять настигает чувство тревоги, неужели даже в такой ситуации она хочет её раздеть?
- Разговаривай со мной на ты, - застёгивает пуговицы обратно, но уже в правильном порядке, - Хорошо?
Григорьева настороженно кивает, всматриваясь в карие глаза напротив и не понимает, что такого замышляет эта девушка? Кажется, что невозможно предположить её действия наперёд.
- Долго будешь трястись от моих прикосновений?, - шепчет тихо, кажется, совершенно позабыв о всех своих проблемах.
- Я не трясусь, - уверенно отвечает, после чего чужие холодные пальцы оказываются на затылке, волосы сжимая не сильно.
- В натуре?, - медленно поглаживает, наблюдая как артерия блондинки начинает набухать, - А мне кажется, что наоборот.
Соня чувствует как жар распространяется по её голове и как расслабляются мышцы. Маф умеет находить её точки. И очень успешно.
- Сегодня останешься здесь, хорошо?, - серьёзно проговаривает, всё таки убирая руку, - Идти домой опасно.
Григорьева снова послушно кивает, потому что по другому просто никак. Она не может не подчиняться. Не сейчас, и кажется, не в этой жизни.
......
- Я, наверное помешала вам, да? - Кульгавая начинает, хмуряясь от яркого света в комнате. Соня на её слова отрицательно мотает головой, скотчем закрепляя одну из многочисленных коробок.
- Нет, мы ничем таким не занимались, - Григорьева не поднимает глаз, лишь продолжает наматывать скотч.
- Правда что-ли?, - Софья усмехается, - Вряд-ли вы мультики обсуждали.
Блондинка на это усмехается. Лишь малейших взгляд Маф в её сторону вгонял в краску и становилось жутко неловко. Но Соня понимала, что это и есть её работа, да и в глазах кадетки они не замечает осуждения или неприязни.
- Ты бы знала сколько девочек каждый день приходят, - Кульгавая подпирает лицо ладонью, зевая устало, - Жалуются, что им отменили личные услуги.
- А таких много?, - присаживается на стул, волосы перекидывая через плечо, - Тех, кто вообще работал?
Соня задумывается на секунду, в голове считая всех тех особ, которые уже побывали в комнате Абдиевой. А потом усмехается собственным мыслям.
- Ну да, конечно, - демонстрирует свои ямочки, - Только сейчас никто из них не приходит.
Григорьева от этих слов хмурится, не понимающе поднимая глаза на кадетку. Насколько она помнит, Саша всегда говорила, что девочек у Маф полно, поэтому не факт, что Соню будут вызывать часто.
- Почему?
- Она всех отменила, - поясняет, плечами жмёт , - Буквально несколько дней назад.
Софья поднимается с кресла, когда на рабочий телефон приходит звонок. Соня погружается в свои мысли, раздумывая, почему именно она начала всегда приходить по вызову. Неужели кроме неё больше никто на приходит. Становится странно, когда от этой мысли по телу льётся неизведанное раннее чувство. Оно приятно обволакивает душу. Григорьевой нравится тот факт, что после её появления, больше никто на побывал в постели Абдиевой.
Иногда блондинка ловит себя на мысли, что хочет приблизиться, а в следующий миг испугается этой мысли, словно охваченная холодом. Соня не знает, как расшифровать эту эмоцию, но ощущает, что она необычайно значима. И всё же, несмотря на неясность, интуиция тянет её к Маф, как тихая река находит путь к морю — нечто большее и прекрасное, того, чего она не может выразить словами.
- Привет, - внезапно в комнату заходит Михеева, ели заметно им улыбается, махая рукой.
- Привет, - одновременно проговаривает девушки, каждая оглядывая пришедшую гостью скептическим взглядом.
Аня немного ежится около прохода, но всё равно заходит, подходя ближе к ним. Спрашивает местоположение Маф, и получив ответ, направляется к её кабинету. Соня внимательно за ней наблюдает, пока в голове крутятся миллион мыслей о том, что же всё таки здесь забыла Хоффманита.
- А почему Маф её поставила?, - внезапно задаёт свой вопрос, - Потому что ставить больше нечего было?
- Что? Нет конечно. Думаешь, у Маф когда нибудь не будет того, что ставить?, - Кульгавая усмехается, складывая бумаги в одну огромную кучу, - Аня сама захотела уйти. Вот её специально и проиграли.
Соня понимающе кивает на её слова. Так вот что. Григорьева закусывает губу, ей до жути интересно, о чём же таком они буду говорить. Всё внутри горит от чувства заинтересованности. Она быстро оглядывает пространство вокруг, замечая большую синюю папку. Чтобы хоть как-то отвлечься, она начинает её медленно перебирать.
- О, я как раз её искала, - Кульгавая подмечает резко, - Отнеси её пожалуйста к Маф.
Соня, наконец получив возможность подобраться к двери начальницы ближе, активно кивает, поднимаясь с места. Считает свои шаги, аккуратно и бесшумно идя к кабинету Абдиевой. Встав вплотную, она прислушивается к звукам внутри, хмуря светлые брови.
- Ну извини, дорогая, не я заставляя тебя уходить, - спокойный голос Мафтуны снова ведёт знакомые мурашки по телу и Соня выдыхает быстро, отгоняя от себя лишние мысли.
- Ну пожалуйста, на Захарову просто невозможно работать!, - Аня начинает грустно, - Я же была отличной работницей. Ты можешь просто снова выиграть меня в игре, тебе же не сложно.
- Я не хочу, - резко отрезает, - Обратно я и даром не принимаю.
Григорьева чувствует холод от её тембра и на секунду напрягается, такой она Абдиеву слышит впервые.
- Маф, умоляю, - Михеева, кажется, чуть ли не плачет, - Я не могу больше терпеть!
- Сколько Захарова просит за выкуп?, - незаинтересованный голос доносится из кабинета и Соня лишь ближе к двери жмётся, пытаясь расслышать лучше.
- Она хочет обменять меня на одну из твоих.
- На кого?
Недолгая тишина вешается будто человек на верёвку и Аня никак не хочет заканчивать то, что начала. Горячий интерес разжигает в блондинке пожары и хочется поскорее услышать ответ.
- На Соню.
От неожиданности Григорьева роняет на пол все свои бумаги, которые издают слишком громкий для этой ситуации звук. Соня тихо матерится, в ускоренном темпе собирает все документы и убегает, в испуге быть пойманной.
....
Короткий стук кулака об дверь заставляет Маф поднять голову, отвлекаясь от своей работы по решению проблемы, возникшей недавно.
- Заходи.
Дверь медленно приоткрывается и Григорьева входит в комнату, ловит на себе заинтересованный взгляд карих, немного мнётся у порога, но потом подходит к чужому рабочему столу. Протягивает руку с папкой, на что тут же тянется Абдиева. Их пальцы соприкасаются и Соня ощущает как ток бежит по её венам. Словно мир вокруг на мгновение остановился.
Она замирает, сердце бьется быстрее, волнение переполняет. Это простое прикосновение вызывает неожиданные чувства — смесь неловкости и притяжения. В её голове мелькают мысли: "Что это значит?" Она не может отвести взгляд, чувствуя, как растет между ними невидимая связь.
Маф отбирает папку, а потом снова переводит взгляд на свой монитор компьютера. То, что над её душой стояла мрачнейшая Соня, немного её насторожила, поэтому осторожно подняв взгляд, вопросительно выгибает бровь.
Григорьева смотрит себе в ноги, волосы убирая с лица. Она глубоко вздохнула, пытаясь успокоить себя, но волнение только усиливалось. Оно перешло в легкое дрожание ног, и ей хотелось выйти и пройтись, чтобы сбросить напряжение. Соня понимала, что этот разговор может изменить всё, и это осознание было подавляющим.
Каждый звук за пределами комнаты казался громче, а ожидание казалось бесконечным. Она пыталась собраться с мыслями, но вместо этого чувствовала себя всё более уязвимой. В голове роились вопросы, и она знала, что готова открыться, но страх перед неизвестностью всё еще держал её в своих цепях.
- Ты в порядке?, - наклоняет немного голову набок,складывает руки на груди.
- Аня приходила, - подтверждает и так известный факт, - Что-то случилось?
Маф на её слова улыбается уголками губ, знает ведь, что Соня стояла за дверью, прислушивалась к каждому слову. Напряжённое и сконфуженно лицо Григорьевой веселило. Абдиева на расстоянии чувствовала её нервозность. Было интересно почему? Из-за того, что Михеева снова будет на неё работать или из-за боязни оказаться в руках Захаровой?
- Ты ведь уже всё знаешь, - усмехается, взглядом призывая сесть на тот самый диван, где они сидели несколько часов назад, - Вообще-то, подслушивать неприлично.
- Я не подслушивала, - резко отрезает, послушно оседая на указанное место, - Просто мимо проходила.
Маф откровенно улыбается её словам, Соня сейчас казалась до безумия забавной. Её голубые зрачки бегали от угла в угол, но всё таки не решались посмотреть на неё.
- И?, - встаёт со своего кресла, медленно шагая в сторону блондинки, - Что ты хочешь узнать?
Абдиева опирается бёдрами на края стола, прямо перед сидящей Григорьевой, что даже не удосужалась ответить на заданный вопрос, лишь невинно хлопала своими зенитами, губы поджав. Маф иногда казалось, что её глаза сияют в прямом смысле этого слова. Девушка отчётливо видела в них ясный свет, обволакивающий большую радужку. Омуты у Сони действительно очень красивые.
- Она хочет вернуться?, - задаёт прямой вопрос, теряясь под её взором.
Маф только единожды и неохотно кивает головой, оглядывая рубашку Сони уже кажется, в сотый раз за день. Всё таки пуговицы расстёгнутыми ей нравились больше.
- И ты её вернёшь?
- Мы не можем забирать и возвращать когда хотим, - поднимает ладонь медленно, располагает на светлой макушке, - Всё решает игра.
Соня чувствует мягкие поглаживания, немного расслабляется под её прикосновениями, знакомое чувство наслаждения заполняет тело и рассудок.
Маф радовалась тому, что Соня начала доверять ей. Каждое её слово и каждое прикосновение казались наполненными новым значением. Это не просто изменило динамику их общения, но и заставило Маф чувствовать себя ближе к ней.
- Ты будешь играть на неё?
- Захарова просит слишком много, - ведёт рукой ниже; к шее, - Аня не настолько мне нужна.
Григорьева ощущает как мурашки бугут по телу, стоит пальцам начальницы надавить на вену сильнее. Соня чувствовала, как в груди поднимается волнение. Она не могла отвести глаз от Маф, её сердце билось быстрее, и дыхание становилось всё более учащённым.
- Хотя, - тянет слова, пока не заставляет прикрытые веки девушки раскрыться, в ожидании продолжения, - Я бы могла сыграть партию. Вдруг выиграю. Зато Аня снова вернётся на свою должность.
Соне невольно напрягается. Кажется, что душащая тишина окутывает их с головой и под своими пальцами Маф чувствует, как Григорьева раздражительно сглатывает. Блондинка осторожно хватает Абдиеву за запястье, мягко убирая её руку со своей шеи.
Мафтуна внимательно наблюдает за её действия, с полуулыбкой. Ей нравилось это выражение лица, определённо. Прям кровь циркулирует активнее от этих зажигательных глаз.
Соня вздыхает, мягко кивнув, встаёт с дивана, немного отходя в сторону.
- Меня Соня звала, я пойду.
Делает пару шагов к выходу, после чего её резко хватают за предплечье, тяня её тело обратно. Григорьева чувствует как бёдра упираются об края стола. Запястья зажаты в крепких руках и прижаты к деревянному сооружению. Ощутив лицо начальницы вблизи, мысли кидают её в прошлое; на несколько часов назад.
- Думаешь, что я могу проиграть тебя и отдать ей?, - спрашивает спокойно, зажимая её руки сильнее, - М?
Соня не отводит взгляд, смотрит прямо, в самую душу. Непонятное чувство неприятно бьёт под дых, но одно она знает точно - видеть здесь Михеева она точно не хочет.
- Ты сказала, что сыграешь.
- Но я не говорила, что поставлю тебя.
- Захарова согласится на что-то другое?
Маф не отвечает, смотрит проницательно, бегая зрачками по чужому лицу. Между ними дистанция в всего лишь пару сантиметров, если немного продвинуться ближе - Абдиева разрушит все свои принципы, сооружённые годами.
- Не знаю, - пожимает плечами, - Может да, может нет.
- Тебе меня не хватает?
- С чего такие выводы?, - усмехается.
- Тогда зачем её возвращать?
- А это плохо если вас будет больше?
- А это хорошо, если нас больше?
- Что за привычка задавать вопрос на вопрос?, - Абдиева, кажется, во всю наслаждалась этой ситуацией, - Аня очень хороша. Она опытная, да и не трясётся.
- Я тоже не трясусь!, - оскарблённо причитает.
Маф отпускает её руки, в то время как свои просовывает через чужую рубашку. В миг тело напротив бросается в жар. Холодные пальцы сжимают мягкую плоть и Григорьева немного выгибается в её руках.
- Не переживай, ни с кем кроме тебя я пока не сплю.
После этих слов Соня пытается освободиться из чужих рук, на что в ответ получает лишь смешок со стороны начальницы. Маф наклоняется к уху блондинки, обдавая нежную кожу тихим шептанием:
- Сегодня отвезу тебя кое-куда. Будешь там, пока всё не уляжется.
.....
Когда Маф привезла Соню в квартиру, тишина и темнота захватили её, как только они вошли внутрь. В коридоре пахло свежестью, но страх всё равно не покидал её. Она чувствовала, как напряжение уходит, но оставалась настороженной.
- Здесь будет безопаснее, - произнесла Маф, закрывая дверь. Её голос звучал уверенно, но Соня всё равно ощутила нотки тревоги в её интонации.
Соня огляделась, чувствуя, как сердце колотится в груди. Квартира была скромной, но уютной: мягкий свет ламп, уютные диваны и отсутствие лишних вещей создавали атмосферу спокойствия. Но даже этот уют не мог развеять её страх. Мысли о том, что произошло на работе, продолжали терзать её.
- Ты в порядке? - спросила Маф, заметив, как Соня нервно кусает губу.
- Вроде, - плечами пожимает, волосы за ухо убирая.
- Никто не знает, что ты здесь, - голову наклоняет немного набок, подходя к девушке ближе.
Вспоминая, как Соня была напугана и растеряна, Маф испытывала желание обнять её и успокоить, но в то же время боялась сблизиться слишком сильно.
Маф понимала, что должна быть осторожной. В прошлом её доверие обжигали, и она не хотела повторять ошибок. Эта девушка могла стать важной частью её жизни, но каждое движение, каждое слово требовало тщательной оценки.
Внутри неё разгоралась борьба: с одной стороны, желание защитить и стать опорой, с другой — страх, что это доверие может быть использовано против неё. Она знала, что должна быть сильной, но не могла избавиться от мысли, что уязвимость Сони отражала её собственные страхи.
- Я знаю, - кивает, прикрывая глаза, когда ощущает чужие руки на своих плечах. Абдиева тянет её ближе, вплотную. Ощущает дыхание чужого тела, мягко улыбается.
У Сони учащается пульс и сбивается дыхание. Маф ощущает капитуляцию её тела и осторожно проводит руками по изгибам. Мелкое дрожание чувствуется под ладонями, от этого хочется улыбаться протеворечиво. Под взгляд тяжёлых голубых, Абдиева медленно, с удовольствием расстёгивает чужие пуговицы. Соня, на удивление, без вопросов ей это позволяет, лишь с интересом за всем наблюдая.
Её грубые руки снимают рубашку с плеч, оставляя блондинку а одном бюсте. Внимательно оглядывает части тела; светлые ключицы и шею, которая была фарфорово чиста. Припадает осторожно губами, кусает не сильно, пальцами хватаясь за талию.
Соня вздыхает слишком резко, чем нужно. Чувствует горячий язык на себе и впадает в лёгкий ступор, будто всё, что происходит с ней - не с ней. Её одолевают странные чувства, с одной стороны ей хочется бежать, а с другой...
Ей слишком приятны эти ощущения.
От Маф не сбежать.
Абдиева оставляет за собой дорожку поцелуев, ведёт холодными руками выше; к груди. Нащупывает чужую плоть.
Внезапный звонок на мобильный Григорьевой выбивает из головы все мысли. Маф недовольно хмурится, пока Соня отключает свой телефон.
- Кто это?, - прашивает совершенно серьёзно, смотря прямо в глаза.
- Саша.
- Ответь.
- Я потом перезвоню, - взгляд прячет, чувствуя как её волосы сжимаются на затылке, заставляя голову поднять.
- Нет, ответь сейчас, - почти приказывает, - Вдруг что-то важное.
Григорьева хмурится недовольно, но потом всё таки под внимательным взглядом чужих карих глаз, снова берёт в руку телефон, отвечая на звонок.
- Алло, привет, Саш, - только из губ вылетают эти слова, как ледяные руки Абдиевой тянутся к ширинке джинс.
Соня смотрит на Маф перепуганно, пока та ей усмехается загадочно, осторожно расстёгивая замок.
- Нет, я вообще туда не заходила, - кажется, даже не понимает что говорит, впивается рукой в чужое запястье, пытается отодвинуть.
- Не трогай, - отрезает с улыбкой, шепчет, - Я тебе мешаю?
Григорьева смотрит раздражённо, сжимает бёдра, когда её ладонь нагло просовывается под ткань одежды. Маф очень нравится вся эта ситуация. Злобное лицо Софьи придавало чувство возбуждения.
- Нет, послушай, этот текст нам задавали на прошлой неделе, - Соня открывает рот в немом звуке, безжалостные пальцы сжимают бёдра, пока рядом с ухом что-то шепчет, - Транскрипция другая, Саш.
Соня матерится себе под нос, пока чужие поцелуи проходятся по лебединой шее, вниз по груди. Её руки сжимают грудь, смотрят прямо в глаза, ищут там эмоции. А их там полно; злость, раздражённость и кажется капля возбуждённости.
Григорьева из-за всех сил пытается не издать лишнего звука, Крючкова по ту сторону провода, не должна ничего заподозрить. Соня бегло всё объясняет, правда шатается через каждые два слова, но всё таки попрощавшись с Сашей, кидает трубку, вздохнув наконец.
- Весело было, да?
- Очень, - тихо проговаривает, удивляясь тому, что чужие руки застёгивают её джинсы.
- Посидишь немного одна?, - ведёт по бёдрам ладонями, губы поджав, - Мне нужно кое куда сходить.
Рот Сони открывается раздражённо, брови поднимаются вверх от удивления. Она всё это начала, а теперь просто так уходит?! Вот же...
Маф улыбается ей, заводит светлую прядь волос за ухо и быстро щёлкнув по носу Григорьевой, разворачивается. Через несколько секунд Соня слышит голос захлопнувшейся двери и немного постояв в изумлении от всего происходящего, идёт закрывать квартиру на ключ.
Григорьеву бесила вся эта ситуация, но...
Она впервые почувствовала что-то по отношению к человеку. Она не могла это объяснить. В смеси со всем были абсолютно разные эмоции. Будто душу Сони изрезали на мелкие кусочки, положили в мясорубку, а после измельчения отправили в блендер, к плюсу положили в морозилку на пару часов.
Григорьева думалаа, что её чувства к Маф становятся всё сложнее. Она была одновременно благодарна, напугана и полна сомнений. Эта борьба в её душе создавала непростую атмосферу, в которой она должна была найти свою позицию.
Решив оставить всё, как есть, она закрывается на несколько замков, уже хочет отойди на кухню, как громкие стуки слышатся по ту сторону двери. Невольно вздрогнула, Соня хмурится, это не могла быть Маф.
Медленно подойдя и посмотрев в глазок, Григорьеву настигает тревога. Как она её нашла?