Вечер. 二。
Персонажи: Мо Сюаньюй, Сяо Синчэнь, Вэнь Нин, Нэ Хуайсан, Цзинь Лин, Лань Сычжуй, Лань Цзинъи.
Мо Сюаньюй - возлюбленные:
Солнце только село за горизонт, на улице играет легкий летний ветерок, от которого колышется огонь в фонариках, освещающих крыльцо вашего дома. В вашей комнате ярко горит свет, слышится тихий шелест бумаг, а из кухни доносится приятный аромат только что приготовленного ужина. Сюаньюй сидел за столом, весь измазанный в туше. Он растер черную каплю по своей щеке и с усталым вздохом отложил кисть в сторону. Весь вечер он упражнялся в прописях по твоему настоянию, поскольку в Ланьлине его не успели всему научить. Получалось у него довольно хорошо, в конце концов ради тебя он действительно старался выводить иероглифы как можно аккуратнее и красивее.
А пока Сюаньюй трудился над каллиграфией, ты готовил вам вкусный ужин. Нож в твоих руках ловко нарезал мясо на мелкие кусочки, которые тут же отправлялись в котелок. Позже все его содержимое превратится во вкусный, наваристый суп, который тебя и попросил приготовить возлюбленный. Ты тихонько напеваешь себе под нос незамысловатый мотив, который услышал сегодня на рынке от уличных музыкантов - красиво пели, ты даже кинул им пару монет. Когда еда готова, ты накрываешь стол и зовёшь Сюаньюя есть. Тот довольно быстро приходит на кухню и тут же крепко обнимает тебя, благодарит за приготовленное блюдо.
Ужин прошел за приятной беседой. Ты рассказал ему одну из забавных ситуаций, произошедших с тобой, во время последней ночной охоты, а юноша с интересом слушал, а после еще долго хохотал, позабыв все правила приличия за столом. Впрочем, упрекать ты его за это не стал.
После трапезы он показал тебе свои прописи, чтобы получить заслуженную похвалу и нежный поцелуй. Вскоре свечи в комнате были потушены и настала тишина, нарушаемая лишь редким уханьем совы за окном и размеренного дыхания спящих.
Сяо Синчэнь - возлюбленные:
В комнате блекло горит свеча, освещая ровно выведенные на страницах книги иероглифы. Синчэнь лежит, положив голову тебе на плечо и внимательно вслушивается в твой голос, читающий ему старинную повесть, в которой рассказывалось об образовании четырех великих кланов. Он с интересом внимал твоим словам, наслаждаясь спокойным звучанием твоего голоса. По комнате разносится приятный запах благовоний, словно он находился в храме. У тебя дома всегда пахнет травами, благовониями и деревом. Что то знакомое и такое родное всплывает глубоко в его памяти, когда он вновь и вновь чувствует этот аромат, приходя к тебе, но Синчэнь старательно отгоняет болезненные мысли и возвращается к реальности, где ты читаешь для него рассказы.
Синчэнь любит, когда ты читаешь ему. Твой голос успокаивает, заставляет отвлечься от неприятных дум. Ему приятно, что ты уделяешь ему такое внимание, что готов тратить время на чтение давно известных повестей только для своего слепого. Синчэнь интересуется, не тяжело ли тебе, что он лежит у тебя на плечах, но ты лишь гладишь его по волосам, призывая успокоиться. Постепенно он перестает вслушиваться в текст и медленно проваливается в сон. Сны Синчэню больше не снятся, ты дал ему для этого специальное снадобье, чтобы даочжана не мучали кошмары. Теперь его сон крепок и спокоен, за это он так же очень тебе благодарен.
То, что возлюбленный спит, ты понимаешь не сразу. В конце концов между спящим Синчэнем и спокойно слушающим твое чтение Синчэнем, довольно трудно заметить разницу. Но когда после нескольких окликов даочжан никак не отреагировал, ты все понял и лишь поцеловал его в макушку, шепотом желая спокойной ночи. Аккуратно потянувшись за пледом, ты укрыл им Сяо Синчэня.
И пока возлюбленный спит, ты взял лежащую рядом, уже другую книгу, где рассказывалось о темных искусствах. Ты погрузился в чтение, на сей раз, не проговаривая текст вслух. Сегодня в вашей комнате не погаснет свет, и ты позволишь Синчэню всю ночь проспать на своем плече, сам же изучая содержимое запретной книги вплоть до самого рассвета.
Вэнь Нин - возлюбленные:
- Прошу простить мне мое своеволие, но именно именно про него я хочу написать отрывок из современного AU. -
Подъездная дверь с шумом захлопывается и вы с Вэнь Нином выходите на улицу. Сегодняшним вечером вам выпала честь получить приглашение к Вэй Усяню и Лань Ванцзы, в чьей квартире вы являетесь не редкими гостями. Вы слегка засиделись, теперь пришло время возвращаться к себе домой. Под ногами в свете луны блестит мокрый, после недавнего дождя, асфальт. На душе, на удивление, легко и спокойно.
Ты накидываешь на плечи парня свое черное пальто, все же, вечерами сейчас прохладно, а он одет лишь в один свитер. Он улыбается, бормочет о том, что не стоило, но ты в ответ на эти слова только целуешь Вэнь Нина в висок и берешь его за руку, переплетая ваши пальцы. Темную улицу освещает один лишь единственный фонарь, под светом которого кружат осенние листья, поддуваемые ветром. Оказавшись под его освещением, ты вдруг поднимаешь ваши переплетённые руки вверх и крутишь возлюбленного вокруг своей оси. Вэнь Нин с тихим смехом подхватывает неловкий танец, отдаленно напоминающий вальс. Проходящая мимо женщина, несущая в руках пакеты с продуктами, с умилением смотрит на вас и улыбается. Отойдя дальше, она по прежнему оглядывается на вас.
Ты подхватываешь Вэнь Нина на руки, и кружишься, а тот смеется и обнимает тебя за шею. Наконец остановившись, вы долго целуетесь, наслаждаясь прекрасным моментом. После этого Вэнь Нин сходит обратно на землю и вы продолжаете свой путь домой, вновь держась за руки.
В разговоре Вэнь Нин упоминает, что хотел бы поужинать чем то сладким, вместо приготовленного с утра мясного рагу, и вы слегка меняете направление, теперь идя в ближайший продуктовый магазин, где ты купишь возлюбленному все, что пожелает отведать его душа.
- Простите, это моя личная мечта. -
Нэ Хуайсан - возлюбленные:
Хуайсан склонившись над свитками, задумчиво постукивал пальцем по чаше с вином. Записи обрывочные, к тому же почерк довольно трудно разобрать, но он очень старается. Так ничего и не разобрав, он раздраженно смахнул записи со стола и откинулся на мягкие подушки, залпом осушая чашу. Последние несколько дней выдались действительно утомительными, приходится много работать, чтобы подготовить все для свершения плана. Из за всех этих дел, у него практически нет времени для ваших встреч и визитов в Облачные Глубины, а потому ты сам приехал к нему в Нечистую Юдоль на несколько недель, чтобы быть вместе хотябы немного. Он раскрывает веер и начинает обмахиваться им, в попытке расслабиться. Взгляд вновь скользит по разбросанным по полу свиткам. Хочется их растоптать.
В этот момент дверь в комнату приоткрывается и внутрь проходишь ты, сразу перетягивая все его внимание на себя. Хуайсан с интересом приподнимается и прикрывает веером довольную ухмылку, что была вызвана твоим внешним видом. Ты одет в клановые одежды ордена Цинхэ Нэ, стащил один из прекрасных пышных нарядов Хуайсана, как и его саблю, которую ныне с интересом крутил в руках. Хуайсан смеется и поднимается на ноги, кружит вокруг тебя, внимательно осматривая твой образ со всех ракурсов, а после обнимает за талию и шепчет на ухо о том, что эти одежды идут тебе куда больше, чем одежды ордена Лань. Впрочем, Хуайсан считает, что тебе впринципе было бы лучше без одежды.
Ты краснеешь от кокетливого тона и лестных слов, но не отступаешь и осторожно поддеваешь подбородок возлюбленного острым концом его собственной сабли. Он удивленно охает, а после шепчет что то о запрещенных приемах, но вскоре эти слова теряются, как и слои одежд, спадающие на пол.
Этой ночью слуги старательно обходили покои Главы Ордена стороной.
Лань Сычжуй - возлюбленные:
Деревянный гребень вновь и вновь проходится по темным прядям твоих волос, распутывая их и счищая подсохшую грязь, налипшую после ночной охоты. Ты сидишь, лицом к зеркалу и наблюдаешь за тем, как Сычжуй стоя за твоей спиной, старательно рассчёсывает твои волосы. У вас это уже стало неким ритуалом, что повторялся каждый вечер, вновь и вновь. Он может с уверенностью заявить, что ему нравится приводить в порядок твои волосы, вновь делая их мягкими, гладкими и шелковистыми. Нравится заниматься твоей прической, иногда экспериментируя с различными ее вариациями - где заплетет косичку, где небрежно выпустит прядь или завяжет слабый пучок. И пусть это не соответствует правилам клана, пусть так, в конце концов вы находитесь за закрытыми дверьми вашей комнаты, где вполне можно позволить себе такие мелочи.
Ты оборачиваешься, мягко перехватываешь его руку и целуешь тыльную сторону ладони. Молчаливый и куда более приятный способ сказать "спасибо". Сычжуй улыбается и тоже целует тебя, только в лоб. Он откладывает гребень и поднимается, а ты следом за ним. Предлагаешь ему выпить чаю, для лучшего сна и Сычжуй соглашается, присаживаясь за стол. Он рассказывает тебе о своих достижениях на ночной охоте с Вэй Усянем и Лань Ванцзы, пока ты разливаешь горячий напиток по чашкам, а ты с интересом слушаешь и хвалишь его. В последнее время его навыки не только в игре на гуцине, но и в фехтовании намного улучшились, пусть и до того были хороши. И ты действительно рад этому.
После позднего чаепития слышится призыв к отбою, ты гасишь свет в вашей комнате и вы вместе укладываетесь спать. То ли чай, то ли твое присутствие обеспечили юноше спокойный и крепкий сон.
Лань Цзинъи - возлюбленные:
Цветочная поляна освещается блеклыми лучами заходящего солнца. Неподалеку слышится веселое журчание реки, в ее водах плещется мелкая рыбёшка, на которую пару минут назад глазел Цзинъи, при том показывая тебе, какая она красивая. Он еще тогда ляпнул фразу "прям как ты", но тут же отхватил за это. Впрочем, теперь ты, успокоившийся, ловко сплетаешь сорванные возлюбленным неподалеку, красивые голубые цветы в пышный венок. На один из лепестков села бабочка и ты замер, не желая спугнуть ее и шепотом позвал Цзинъи, чтобы тот тоже посмотрел. Тот наклоняется ближе, резким движением пугая хрупкое насекомое, и то поспешно упорхнуло прочь под разочарованный вздох адепта. Ты на это лишь тихо смеёшься и целуешь его в лоб, говоря что то о том, какой он неуклюжий, после чего возвращаешься к плетению венка. Цзинъи тоже пытается сплести что-то похожее, но цветы в его руках разваливаются, никак не желая обретать единую форму. Он долго возмущается и проклинает ни в чем неповинные растения, вплоть до тех пор, пока ты наконец не помог ему.
Когда оба венка были готовы, ты достал из кармана красную ленту и связал их вместе, завязав красивый и аккуратный бант. Ты и Цзинъи спускают венки на водную гладь, отправляя их плыть вместе по течению реки. Так, как вам двоим суждено быть вместе на протяжении всей вашей жизни - сомнений в этом не было. Он наклоняется, наблюдая за плывущими по воде, только что сплетенными, украшениями, пока те не скрылись из виду. Цзинъи счастливо вздыхает и втягивает тебя в поцелуй, слегка краснея, говорит что то о том, что теперь ты его на веки. Ты, если быть совсем уж честным, вовсе не против.
Вы еще некоторые время сидите на берегу реки и болтаете. Вдруг на нос Цзинъи садиться та самая бабочка, расправив крылья, и тот удивленно хлопает глазами, боясь даже вздохнуть. Ты улыбаешься, отмечая то, как мило сейчас смотрится юноша.
Чуть позже, бабочка все же улетела, а Цзинъи наконец смог нормально вдохнуть. Вы улеглись на траву, не заботясь о том, что она может окрасить ваши одежды и сплелись в объятиях. Солнце наконец полностью опустилось за горизонт.
Цзинь Лин - возлюбленные:
После захода солнца город освещали многочисленные фонарики, сделанные лавочниками, чтобы привлекать к себе внимание поздних посетителей. В одной из таких закусочных сейчас сидели вы с Цзинь Лином, уплетая вкуснейшую лапшу в Юньмэне. Пожалуй, сбежать из Пристани Лотоса в позднее время, было не лучшей вашей идеей, за которую вы после обязательно охватите. Все же, ночные прогулки действительно лучше совершать в Ланьлине, поскольку Лянь-Фань-Цзунь куда более лояльно относится к таким весельям. Но, раз уж Цзинь Лину приспичило именно сегодня, пусть будет так. Ты в любом случае получил компенсацию в виде тарелки супа, а большего и не надо. Ведь было что то в том, чтобы сидеть здесь бок о бок, за ужином, обсуждая все на свете. Где то под столом, у ваших ног, свернулась калачиком Фея.
Закончив трапезу, вы вышли наружу, неспеша прогуливаясь по пустынным улочкам. Собака послушно следовала за вами. Цзинь Лин рассказывал тебе о наглом торговце, посмевшим сказать что то о его манерах и воспитании, и вы вместе обругали нахала. Позже, вы дошли до пристани, где осталась лодка на которой вы приплыли в этот городи ты сначала взобрался сам, а потом подал и ему руку, помогая взобраться следом. Так вы и поплыли по течению, под лунным светом, теперь уже в полной тишине - ты греб, Цзинь Лин со скучающим взглядом осматривался вокруг. Спустя несколько минут ты отложил весло, позволяя течению нести вас вперед, и присел рядом, притягивая юношу в объятия. Теперь, вдали от людей, можно было дать волю чувствам и просто провести несколько минут в плену нежных поцелуев. Ладно, нежными их назвать сложно, но все же.
Вы слегка увлеклись и лодка с шумом перевернулась. Первым на перевернутое дно влезла Фея и встряхнула промокшую шерсть. После за ее край одной рукой уцепился и ты, другой придерживая ругающегося Цзинь Лина.
В Пристань Лотоса вы вернулись мокрыми и лишь глубокой ночью.
