Вечер.一。
Персонажи: Вэй Усянь, Лань Ванцзы, Лань Сичэнь, Цзинь Гуаньяо, Цзян Чэн, Сюэ Ян.
Как вы проводите абсолютно обычный, тихий вечер со своим возлюбленным или же другом?
Вэй Усянь - дружеские отношения:
Сумерки опускаются на Илин, горная местность заходится слабым туманом. Тропу к пещере Фу Мо освещают несколько десятков бумажных фонариков, сделанных Вэнь Цин и маленьким А-Юанем, помогающим ей тогда. Ты медленно проходишь по освещенной дороге, заходишь внутрь пещеры через широкий проход. Внутри темновато, лишь тусклая свеча горит на низком столике, стоящем где то в углу, возле захламленной кровати. За столиком сидит Вэй Усянь, разбирающий какую то странную конструкцию.
Ты неспеша подходишь ближе, тогда Усянь наконец поднимает голову и замечает тебя, широко улыбается и приглашает присесть рядом. Ты садишься, приходится правда прямо на пол, но это не имеет значения. Вэй Ин начинает показывать тебе свою новую разработку - как он ее там назвал? Кажется, компас зла. Он с энтузиазмом рассказывает тебе, как после твоего рассказа о неудачной ночной охоте, где вы несколько часов проходили в поиске одной конкретной твари, но так и не смогли ее обнаружить, ему в голову пришла идея создать устройство, показывающее месторасположение нечисти. Усянь всегда с интересом делится с тобой своими новыми идеями и изобретениями, а ты в свою очередь с интересом слушаешь.
Внутрь тихо заходит Вэнь Нин, принесший вам чаю - ради твоих приходов Вэй Ин все же купил на рынке чайных листьев. На вкус они правда совсем плохи, но вы оба пьете, старательно игнорируя этот факт, и продолжаете беседу. Теперь уже ты рассказываешь о последних событиях и жизни его шицзе в Ордене Цзинь. К вам забегает маленький А-Юань и взбирается к тебе на колени крепко обнимая. За время твоих частых визитов он уже привык к тебе и с нетерпением ждет каждого раза, когда вновь сможет побывать у тебя на руках.
А тем временем на ночное небо всходит полная луна, освещающая своим тусклыми светом кроны деревьев, что плотными зарослями окружают гору.
Лань Ванцзы - дружеские отношения:
Ты медленно помешиваешь содержимое небольшого котелка деревянной ложкой, пробуешь на вкус - вроде неплохо, но чего то явно не хватает. Накладываешь совсем немного в тарелку и идёшь к столу, где сидит Ванцзы. Тот задумчиво смотрит в окно - там солнце медленно уходит в закат, окрашивая все вокруг своими тепло-оранжевыми лучами, а легкий ветерок сдувает с деревьев осенние листья. Как только ты подходишь, Ванцзы вновь поворачивается к тебе. Ты просишь его отведать, сказать, чего недостаточно, и он берет палочки, пробует. Ответом служит спокойное и краткое - "перца мало".
Ты улыбаешься и благодаришь за подсказку, после чего вновь возвращаешься к котелку, чтобы добавить недостающих специй. Лань Чжань же молча наблюдает за твоими действиями, но взгляд его словно направлен сквозь тебя. Он вновь ушел глубоко в свои мысли, куда то туда, где его любимый человек был еще жив, сидел с ним в той закусочной и наслаждался острыми блюдами, которые оплатил ему Ванцзы.
Обратно в реальность его возвращаешь ты, когда объявляешь что ужин готов и садишься рядом, подавая ему тарелку с кушаньем. Ты начал практиковаться в искусстве кулинарии совсем недавно, а потому твои навыки были не столь хороши, как хотелось бы. Но Ванцзы ел все, что ты ему подавал, не давая непрошеной критики – только если ты сам спросишь. Ты рассказывал ему о последних событиях твоей жизни, что произошли со времени вашей последней встречи, а он молча ел и слушал, делая краткие комментарии, когда это требовалось. Ваша беседа пусть и ненадолго, но слегка отвлекла Ванцзы от его горя.
На улице же редкие прохожие спешили по своим домам, пока солнце вовсе не скрылось из виду и на смену ей не пришла луна. Вскоре и Ванцзы отправиться обратно в Облачные Глубины, чтобы успеть вернуться до девяти часов. А пока, вы наслаждаетесь обществом друг друга и ужином, на этот раз вышедшим на удивление вкусным.
Лань Сичэнь – возлюбленные:
За окном нещадно льет дождь, колотя по крыше тяжёлыми каплями. На улице холодно, мокро и противно, совсем не та погода в которую хочется выходить наружу. А вот дома тепло и уютно – особенно после того, как выходить все таки пришлось и ты промок до нитки.
Ты по плечи погрузился в теплую воду, которую для тебя нагрели слуги, и откинул голову на деревянную стенку большой бочки для купания. Руки Лань Сичэня ласково гладили твои плечи, вели выше, обводя контур лица и принимались перебирать пряди твоих волос. Он отогревает тебя, после твоего неудачного попадания под дождь. Сичэнь взял мыльный корень и принялся намывать им твои волосы, параллельно с этим слушая твой рассказ о прошедшей ночной охоте с юными адептами Ордена Лань. Он с нежностью целует тебя в висок и улыбается. Лань Сичэнь отходит в сторону и зажигает несколько палочек благовоний, их приятный аромат тут же наполняет комнату.
Мужчина вновь возвращается к тебе, спрашивает, не остыла ли вода. Он укрывает твои плечи полотенцем и помогает вылезти из бочки. После того, как ты одеваешься в нижние одежды, Сичэнь поднимает тебя на руки и садится вместе с тобой на кровать, устраивает у себя на коленях, прижимает к груди, продолжая отогревать тебя уже в своих объятиях. Ты льнешь к нему, словно довольный кот, жаждущий ласки.
Он тихо шепчет тебе на ухо слова, наполненные любовью, а за окном дождь начинает постепенно стихать и успокаиваться. Близится время отбоя, Сичэнь тушит свечи и комната погружается во мрак.
Цзинь Гуанъяо – возлюбленные:
Он играл на гуцине, вспоминая короткие мотивы, которым его когда то учил названный брат. Та цель, ради которой он учился этому искусству давно была исполнена, но ему вновь пришлось сесть за инструмент, поскольку ты выразил желание послушать его игру. И ради тебя Гуанъяо вновь принялся перебирать струны пальцами, мысленно погружаясь в далекие воспоминания давно минувших дней. Впрочем, не самых приятных.
Едва он закончил играть, как получил слова похвалы и восхищения его мастерством – мол, немногие люди, не принадлежащие к клану Лань могут добиться такого уровня. Он благодарно улыбнулся в ответ на твои слова и отложил инструмент в сторону, говоря, что его навыки вовсе не так хороши, как ты их восхваляешь. Гуанъяо протянул тебе руку и пригласил переместиться за стол и отведать кушанья, заранее подготовленные слугами. Он хорошо знает твои вкусы в еде и приказал готовить лишь те блюда, которым ты отдаешь большее предпочтение. Ты с аппетитом уселся за стол и принялся за ужин,переодически прерываясь, чтобы поговорить с Цзинь Гуанъяо. Тот ел не слишком много, в основном лишь медленно потягивал вино и наблюдал за тобой.
Беседа медленно приобретала более кокетливый тон. Ты оставил тарелку и уцепившись за ворот его одежд, подарил Яо сладкий поцелуй. Его губы отдавали только что выпитым вином, но вскоре оно затерялось и смешалось с привкусом крови – один из вас, кто именно уже было непонятно, пустил в ход зубы. Ужин в мгновение был забыт.
Когда поцелуй был разорван, ты положил голову к нему на плечо и обвил руками его тело. Гуанъяо поправил спавшую тебе на лицо прядь волос и заправил ее за ухо. За пределами комнаты, по коридорам сновали слуги, готовые вскоре отойти ко сну, но в покоях Гуанъяо еще долгое время не погасал свет.
Цзян Чэн – возлюбленные:
Было уже поздно, солнце давно опустилось за горизонт. Пристань Лотоса была красиво освещена яркими огнями фонарей. Ты стоял на террасе, облокотившись на деревянную балку и наблюдал за этой красотой. На водной глади протекающего рядом канала красиво отражался лунный свет. Где то в кустах пробежал заяц, скрываясь от следующего по пятам хищника. Пение птиц стихло, им на смену пришло стрекотание сверчков.
Ты почувствовал сильные руки на своей талии, обнимающие тебя сзади – это Цзян Чэн освободился от бумажной работы и присоеденился к тебе. Ты откидываешь голову ему на плечо и смотришь из под прикрытых век, замечаешь на его лице умиротворённую улыбку. Пожалуй, ты будешь единственный, помимо его почившей сестры, кому было дозволено ее видеть. Цзян Чэн улыбался редко, но он улыбался тебе, своему личному счастью. Ты долго рассматривал его, прежде чем наконец полностью закрыть глаза и расслабиться в руках возлюбленного. Пожалуй, в таком положении, пусть и стоя, ты мог бы и уснуть. Цзян Чэн взял твою ладонь и поднял ее, прижался губами к тыльной стороне и тоже закрыл глаза.
Впервые за много лет его душу вновь посетило умиротворение. Оказалось, счастье могло крыться в таких простых мелочах как объятия и простое человеческое присутствие рядом. И на этот раз, он его ни за что не упустит. Кто знает, как долго вы простояли на этой террасе, получая удовольствие от компании друг друга. Разговоров не требовалось – лишь тишина и теплые прикосновения.
В кустах промелькнул все тот же заяц. На этот раз он был не один, вслед за ним бежал его, точно такой же, сородич. Они кувыркались, напрыгивая друг на друга и перекатываясь по траве, прежде чем наконец не успокоились и не улеглись рядом друг с другом, согреваясь от ночной прохлады.
Сюэ Ян – возлюбленные:
Ян вышел на порог вашего дома и накинул на твои плечи теплый плед, после чего уселся рядом, на ступень. Ты протянул ему чашку горячего чая, которую тот принял и отхлебнув немного, поставил на пол, по правую руку от себя. Он почувствовал, как ты кладешь голову на его плечо, и натягиваешь край пледа на него, чтобы укрыть вас обоих. Сюэ Ян лишь довольно хмыкает и одной рукой прижимает тебя ближе к себе. Сегодня вы собрались вместе встретить закат – идея принадлежала ему. Не сказать, оказывается, он тот еще романтик. А ведь на первый взгляд и не скажешь.
Солнце медленно опускалось за горизонт, его последние лучи горели ярким пламенем и окрашивали все вокруг ярко–оранжевым светом. Рядом послышалось мяуканье и из дому вышел крупный рыжий кот, которого вы завели совсем недавно. Он неспеша подошел к вам и улёгся на твои колени, свернувшись на них калачиком. Ты улыбнулся и протянул руку, чтобы погладить мурчащее существо, но в ответ на это действие уловил недовольное фырканье Яна. Подумать только, этот бесстыдник мог приревновать тебя даже к животному. Благо, в отличии от Сюэ Яна, руки у тебя было две, и если одну ты положил на макушку кота, то вторую на щеку возлюбленного, ласково поглаживая ее. Наконец , этим он остался довольным и перехватив твою ладонь, поднес ее ко рту, слегка прикусил палец, посмеиваясь.
На действия Яна ты лишь рассмеялся, и, пробормотав что то о том, что между прочим заводил себе лишь одно животное, в удовольствии прикрыл глаза. Эта размеренная, спокойная, в каком то смысле скучная жизнь, наполненная чужой и заботой и любовью – вот чего всегда недоставало Сюэ Яну. Вкусив такой жизни лишь раз, он больше не мог остановиться, теперь желая, чтобы так длилось всегда. И оно будет.
Вы просидели так долгое время, сначала наслаждаясь разговорами и дурачествами, а после наступившим спокойствием и умиротворением. Ты заснул на его плече, к тому времени, как потемнело, и Сюэ Ян просидел с тобой и рыжим наглецом на крыльце до следующего утра, в ожидании пока взойдет солнце.
Я честно пытался сделать что–то атмосферное, но не уверен насколько у меня получилось.