Штиль [Закончен]

Пространство вокруг мигом заполнил переливистый смех Рады, перемешавшись с её же кашлем. А Дракон лежал на полу, таращился в потолок…И ненавидел…Ненавидел…

- Ой, пугливый ты, как девка красная! Ой, не могу! – она снова захохотала, вознося свой смех под самые пещерные своды. Дракон, как мог, скрыл стыд, но всё-таки едва-едва поборол желание тут же швырнуть себя с обрыва за такой поступок. И вправду, как девка красная шарахнулся! От чего?! От чего шарахнулся-то: от дыма обыкновенного! 

      Вконец уже на своём острове одичал да позабыл, что в сундуках у залива лежать может… А девчонка вон какая догадливая: один раз в заморской стороне побывала и всё запомнила, всё узнала… Даже повторить смогла! Вша!

- Будет тебе заходиться! Знал я, что это за безделица такая… С самого начала…

- Ага! Знал он! Кхе-кхе…

- Да не дыши ты на меня, бестолочь! В сторону надо! Дай покажу! – он сел, взял из её рук мундштук и вскоре сам выдохнул струю белого дыма. Рада смотрела на клубы, как заворожённая, пока они вовсе не растворились под сводами пещеры. Дракон улыбнулся: странная она всё-таки. Безделицам так радуется, когда сама всю диковину заморскую собрать сумела без подмоги! 

- Ты лучше скажи, как его состряпала? Где видела?

- В книгах читала. Название смешное: каль…ян. Кальян! А потом я его видала в тех землях, куда мы летали. Только там листики такие нужны мокрые, чтобы в блюдечко класть…

- Табак это. Табак…

- Вот! И я выпросила немного у купца, с которым мы в трактире разговаривали, пока ты говорил с другими людьми. 

- Ох и вертлявая! 

- Ну и здорово! Похвалил он, называется! – девица выхватила из рук драконовых мундштук и отодвинулась от него подальше, давая понять, что больше не уступит ему сей чести. 

      Некоторое время в пещере царило молчание: Рада разобиделась вдруг на Дракона за невнимание его, а он – молча на неё смотрел. Теперь девчонка напомнила ему самую настоящую рабыню из гарема султанского – сидит себе, важничает. Но ведь красивая… И потом – может важничать, раз такая умница… Волосы – точно всё пламя мира в себя впитали: так и сверкали, всполохами блики отражая. А стать какая! Кожа белая, как молоко! Шея лебединая, стан – будто кипарис стройный…

- Да ладно тебе. Не серчай. Я уже и забыл, как он курится. Мне-то это на что? Сам могу огнём полыхать. Ты, вижу, девка неглупая. В заморских землях точно не пропадёшь… - добавил Дракон мрачно и отвернулся. Всё равно надо ей улететь отсюда! Да подальше и поскорее! Невесте не быть с монстром - скоро опять Ритуальную Песню запоют… Что же она тогда станет делать, когда увидит, каков он? Уж другая-то Невеста окажется, как все прочие – глупая, перепуганная и покорная. Сгорит – и косточки не останется. А Рада после всего честить его станет чудищем да змеёй проклятущей…

- Угу… В заморских землях… - вяло отозвалась девица и крепко задумалась. Скажи она ему, что остаться хочет, он её или на смех поднимет или силой с острова вышвырнет. Ни того, ни другого не надобно… А вдруг… Рада даже зажмурилась: вдруг ка-ак пристанет он к ней… И тут-то уж точно не отобьёшься, потому что он-то мужик, а она – девица. У кого силы больше? И желания… Раду даже передёрнуло. 

      Помнила она, что девицы рассказывали ей в поселении ещё, как оно – с мужем жить. Как принуждают они жён своих, как они грубы, какую боль причиняют… Знала Рада, как муж с сестрой её обращался, и что после этих грязных тошнотворных ласк, которых и ласками-то не назвать, в муках и воплях рождаются крикливые дети, которые не нужны были ни отцу, ни матери. А потом – опять те же мерзкие приставания в темноте, эта гадкая возня, от которой Рада затыкала уши, стараясь сдержаться, чтобы не выбежать из избы в тёмную ночь: лишь бы не слышать и не знать, что в углу горницы опять творится та мерзость. Вспомнила она, как похвалялись женихи, поутру окровавленной простынёй размахивая, и как стыдливо шли за ними девицы. Точно пленные за деспотами-победителями. Только омерзение действо это у девицы с тех пор вызывало. Ничего более. Посему кем угодно готова она была Дракону стать, только не наложницей. 

- Ну?! – из раздумий вывел его голос и последовавший толчок в плечо. 

- А?

- Я говорю, куда тебя отнести, кара небесная?! Говори живее – у меня на острове своих дел полно. И тут ты мне без надобности…

- Завтра тебе скажу, куда. Дай ещё ночь подумать. Да посиди ты! Куда собрался?

- Вниз… - удивлённо ответил Дракон. 

- Вот ещё! Гостем будешь пока у меня. На-ка, почитай мне вслух, - Рада швырнула ему в руки книгу, которую сама почти прочитала, но уже порядком устала от сего занятия. Такая она была: ничего в тишине делать не могла. Однако не ответил ей Дракон… Всё молчал. 

- Ну чего ты? – девица глянула на него и удивилась: он внимательно смотрел в раскрытую книгу, однако быстро поняла Рада: Дракон читать не умеет…

- Почему не умею?! Я умею… Просто забыл уже совсем… Не до книг мне тут! – он захлопнул фолиант и бросил ей обратно. 

      Рада ненадолго опешила, хлопая своими огромными глазищами, а Дракон только и желал, что снова провалиться сквозь землю…

      Когда-то ведь он правда умел читать. И не только на одном языке. И любил проводить дни наедине с книгой. Но отец… Его презрение ко всему человеческому заставили юного Дракона не просто убрать все книги по сундукам, но и вовсе запямятовать грамоту. Сначала позабылись чужие языки, а после и написание слов... Дракону и незачем была эта наука на его острове. Все, что он делал или знал, ему не требовалось записать и негде прочесть… И хорошо: запиши он Ритуал, Рада обо всём догадалась бы гораздо раньше.

- Как так можно, - все еще не отойдя от его признания, пролепетала девица, - грамоту забыть?

- Ну… Вот так, - развёл руками Дракон, с ужасом и ненавистью осознавая, что все чаще и чаще он теряется перед ней и не знает, что ответить. Но в этот раз он хотя бы видел, что девчонка не со зла, не ухмыляется, видя его растерянность. Она сама удивлена. И, тем не менее, легче от этого не становилось.

- А… ну а хочешь, я… ятебясновачитатьнаучу! – выпалила Рада так быстро, что Дракон едва успел понять сказанное. Девица поначалу боялась ему такое говорить, да только, как и всегда бывало, не стерпела…

      Он задумался. 

      И расстроилась Рада. Так всегда матушка делала, когда она её упрашивала грамоте научить, чтобы было, с кем читать. Ничего матушка не отвечала – лишь насупливалась да отворачивалась. И Дракон теперь – тоже. Правильно, кому она нужна с ее ученьем? Косая да кривая! Дракон, небось, сплавить «Невестушку» куда-нибудь поскорей желает, а она к нему липнет… 

      Вопрос все еще висел в воздухе. 

- Ну научи, - как можно небрежнее бросил хозяин острова, чтобы девчонка ни за что не сообразила, будто бы ему хочется, чтобы она надоумила его еще на что-нибудь, - вдруг пригодится. Раньше-то читал…

- А что ты читал? – оживилась Рада, выдыхая струйку синеватого дыма из трубки, то и дело покашливая.

- Так и не скажешь сразу. Сначала, что приносило приливом, то и читал. Какие-то сказания, какие-то легенды. Да чего там только не было. А потом в городах заморских бывал я во дворцах, где сплошные книги, папирусы да пергаменты содержатся. И люди туда читать ходят…

- Библиотекой это называется, - хихикнула Рада, но тут же залилась кашлем, да таким, что Дракону пришлось подвести ее к дыре в стене пещеры, чтобы дать продышаться. Странное было у девицы чувство… Когда он положил свою ладонь ей на спину… Мурашки по коже пробежали, и поспешила Рада от него отстраниться, да только не знала, заметил ли сие Дракон.

- И когда ты меня, грамотейка, обучать будешь? - спросил он, когда оба вернулись на свои места.

- Это не сегодня. Завтра. Как светлее будет. Ты, поди, не видишь уже в темноте-то?

- Я хоть и живу давно, но всё-таки с годами не слабну, как вы, - проворчал хозяин острова, чем несказанно позабавил свою Невесту. 

- Может, драконы и не слабнут, но обижаются уж точно как девки красные, - рассмеялась Рада.

- А ты-то откуда знаешь?! Про девок-то красных?! – Дракон не сдержался и горько пожалел о сказанном. В ужасе он обернулся на неё. И ждал слёз или брани, но…

- Верно говоришь. Не понять мне их, пригожих… - девица прикрыла глаза, вспоминая лебёдушек-красавиц, которых вместе с ней вели к ритуальным столбам. И чего он их не забрал? Почто её взял? ЕЁ?!

- Скажи… - в тишине пещеры голос её отозвался эхом. – Скажи, а зачем ты… тогда… меня выбрал? Почему не других – красивых?

- Вот в следующий раз и выберу красивую, - мрачно отозвался Дракон, внутренне радуясь, что Невеста его не серчает. Да только недолго было ему светлые думы думать. Мигом вспомнил девок, в жемчуга и бусы рябиновые обряженных… Скоро ещё одна трепыхаться будет на алтаре, точно рыбешка пойманная, безмозглая. 

- А что ты сделаешь, если я… - она хотела сказать: «А что ты сделаешь, если я помогу удержать тебя на острове, пока Ритуальную песню петь станут?», но Дракон перебил:

- Ещё четыре дня до Ритуала осталось.

- Так скоро?!

- Коли не решишь, в какие земли отнести тебя – схвачу и брошу в первых попавшихся. Хоть на острове безлюдном! 

- А…

- Не нужна ты мне здесь! В Ритуале не потребна! А, стало быть, и тут – без надобности! Вот три дня тебе. Хочешь, завтра станешь меня грамоте обучать, да только что ты за это время успеешь. Думай! Думай, - он видел слёзы в её изумрудных глазах, но был уверен, что это из-за его криков, каковых девчонка всегда не любила. Посему поднялся Дракон на ноги и вышел из пещеры, оставив Раду одну. 

- Хоть и дракон ты… - прошептала она, захлёбываясь от слёз, - а глупый, как все мужики наши! Ничем не лучше! – не выдержав, Рада кинулась на своё ложе и зашлась в рыданиях, как делала, будучи маленькой. Крепко обижала её сестра, доставалось от ребятишек, от матушки – со всех сторон житья не было. И плакала она, когда никто не видел – душу свою слезами умывала. Так и теперь. Неужто не понимает он, что погибнет тут, как папаша его! В ненависти и одиночестве! А сердце-то у него хорошее… Разве может Рада позволить ему так поступить? Нет уж! Вот как превратится Дракон из нелюдя в человека, так и уйдёт она от него… Не ранее.

***

      На следующее утро чуть свет поднялась Невеста и отправилась гулять по острову. Это Дракон так думал, что прощается Рада со всем, её окружавшим, готовясь в чужеземную страну лететь. Но девица-то совсем не то затеяла. Искала Рада такое место, куда войти мог бы только человек… А дракон уж не сумел бы покинуть его. Искала ловушку для монстра и убежище, для…

- Н-ну? – он появился так неожиданно, когда девица склонилась над обрывом, что она едва не упала в море – в последний момент подоспел Дракон и схватил её за руку. Рада нахмурилась и злобно посмотрела на него:

- Всё шутки твои!

- Я ответа жду, - лицо его было непроницаемо. Но всё-таки Невеста залюбовалась… Какая стать! Какие черты! А взгляд какой! Словно искра душу манит на пламя… В котором и сгореть-то не жалко!

- Ты совсем уже спятила?! – Дракон тряхнул её, и сообразила Рада, что едва не начала улыбаться, как помешанная… Как улыбались девки поселенские купцам иноземным, что из стран заморских плыли, у них останавливались провиант закупить…Красавцами они тогда девице казались… Да только меркли все… пред Драконом. 

- Я… Это… Я….

- Да вижу я, что это ты, грамотейка! Чего ты без дела шастаешь?! Али надумала?! – сурово спросил он. Но не могла Рада правду сказать. А потом – опять солгала…

- Так это…Тебя я ищу. А вот ТЫ где шляешься?! – девица оттолкнула его, выдернув руку, так как сама уже крепко стояла на ногах. Удивился хозяин острова:

- Я? Да я день-деньской жду, чего ты скажешь мне!

- А кто вчера собрался грамоте учиться?! Или передумал? Трусишь?! – она знала, как с ним разговаривать! Когда дело не касалось её нутра, Рада хорошо разбиралась в разговорах да уловках. Так и на сей раз… Дракон побледнел, потупился, но нехотя пробурчал:

- Не передумал… Коли ты готова.

- Я-то готова. Да только света везде мало. Есть пещера повыше? 

- А ты не видишь?! Я тебе там жить предлагал ещё, когда ты меня во второй раз выхаживать согласилась! Так нет, осталась, где жила, а вот та пещера – выше всех! – рассердился он, указав на самый верх «драконьего черепа». 

- Так там ж источник… - приложив ладонь к глазам, заслоняя солнце, ответила девица. 

- Там и пещера есть. Самая высокая. Топай давай туда! 

- Тогда ты книги захвати. Али я такую тяжесть таскать буду? – проклял себя Дракон сто раз, пока веленые Радой фолианты в один сундук складывал. И ещё сто раз проклял, пока волок его, как послушная собачонка за ней наверх следуя… И сто первый раз клясть начал, когда увидел, что Невеста по букварю его учить вздумала… Это ж где видано, чтобы Гроза Северного Неба по буквам слоги мычал?! Ох, хорошо, что Великие предки не дожили… Не то изжарили б его, как поросёнка…

- И правильно бы сделали, - пробурчал он. 

- Слушай… Да тут же красотища-то какая! – всплеснула руками Рада, разглядывая чудной потолок с маленькими дырами, сквозь которые свет шёл, но вода дождевая не просочилась бы. А в одной из стен круглая выбоина – ну точь-в-точь окно! И видно весь остров как на ладони! У стен растут растения зелёные, кое-где цветы пёстрые. Пол – хоть и грязный, но вымести можно. Чисто станет, как в горнице!

- Ох, и чего я, дура, сюда не пришла! – девица покачала головой, выйдя на длинный выступ, что вёл из пещеры… Высота какая! Аж дух захватывает! Невеста смотрела на зачарованный остров, своим глазам не веря! Эх, и чего она, в самом деле, сюда не пришла?! Вдруг приметила Рада у самого основания черепа, внизу, подземелье глубокое… Задумалась девица: а вдруг ТАМ есть такая яма, что Дракону сгодится? Только пусть он не знает ничего… Иначе – откажется… И…

- Долго ты стоять там будешь? Давай уже… Пытай меня, - она едва не забыла про своего ученика. Увидев, с какой неохотою садится он за книги, Рада не сдержала смеха. Всё-таки занятный…

- Ладно. Только гляди мне! Слушайся! – она пригрозила Дракону пальцем, а тот – обречённо кивнул. Стыдно ему было! Ой, стыдно, хоть бери да прыгай со скалы!
Решил Дракон, что совсем немного эту мегеру послушает, а после – уйдёт. Всё одно – остров ему принадлежит, и он тут хозяин. Что хочет, то и делает…

      Да только позабыл владыка земли зачарованной о времени, как начал Раду слушать. Голосок её – приятный, текучий, точно ручеёк, так спокойно звучал, ничему не мешая: ни слух драконов услаждать, ни внимать её учению. Он слушал и смотрел, чувствуя, как быстро всё вспоминает: буквы, написание, чтение. Дракон знал это, а теперь – будто выуживал из забытого сундука памяти. Трудно было отказаться от такого учения… И такого учителя. Ох, и добрая же наставница Рада оказалась! Терпеливая: ни прикрикнет, ни толкнёт, коли ошибался Дракон. Говорила так плавно, так спокойно, а мудро-то как!

- Эх, и будешь ты жена учёная! Мужу не больно понравится слушаться тебя!

- Не тороплюсь я замуж. А тебе-то слушать меня понравилось, - улыбнулась девица, когда Дракон сложил книги в ларец. 

- Так и не жена ты мне, - ответил он, но не улыбнулся, посетовав про себя… Жаль, что не жена. Но тряхнул головой: ни к чему ЕМУ жёны. А ЕЙ – такие мужья. Вот если бы сумел он обуздать дракона, да человеком сделаться, но как-себя-то обманешь? И словно мысли его прочитала девчонка… Заговорила:

- Ты не серчай на меня. Ответь по совести: вот коли ты сумеешь не полететь на песню, коли сумеешь тут себя удержать, что делать будешь? Коли не позовут больше ящера… Нигде… - так удивила Рада Дракона, что обернулся он и смотрел на неё в изумлении. 

- Не колдунья ль ты? – спросил он, с трудом совладав с собою. Рада вспыхнула было: часто в поселении звали её ведьмой… Но смягчилась и даже засмущалась:

- Нет… Не надобно это мне…

- Ну, тогда и не удержать тебе меня здесь, - развёл руками Дракон. 

- А можно я тут пока поживу – в пещере этой? Хорошо здесь…

- Оставайся. Два дня у тебя осталось. А потом – я тебя в те земли унесу, в какие сам пожелаю, - ответил ей хозяин острова и вышел из нового жилища девицы. 

      Стемнело уже совсем. А внизу лишь осатанело ревело море. Высунулась Рада из дыры в стене и тут же назад удрала: темно, страшно. Дорога-то вниз идёт крутая, незнакомая. Ну как навернётся она, и тогда не будет Дракону заботы, кого в какие земли притаскивать. Нет уж! Так Рада помирать не собирается!

- Посплю на земле. В первый раз что ли, - отмахнулась девица и растянулась прямо на грязном полу, не жалея своё белое платье. Беспокойно спала она, снилось то поселение родное, то, что летит Рада куда-то, а потом – точно в мягкий пух падает. И так тепло, хорошо вокруг становится, не надо жаться от холода и грязи. Сон накрывает одеялом, как будто спит девица не на полу, а в мягкой постели, каковой отродясь у неё не водилось. 

      Проснулась Рада с лучом солнца, что скользнул по лицу её, и увидела, что действительно спала на ложе: на перине да под одеялом, что спасало от холода молчаливого камня. Привстав, покрутила Невеста головой, но никого подле себя не сыскала. Стало быть, приволок Дракон для неё перину, на руках отнёс да одеялом укрыл?! Вот уж невидаль! Коли нельзя было бы человеку на сей остров попасть, так ни за что не поверила б Рада, что он на такое способен! Заботиться может! Да ещё и О НЕЙ – о Невесте! 

      Вдруг над морем раздался громкий шорох и взмах. Тут же угадав, что делается, выскочила девица на выступ и залюбовалась: летал Дракон около острова своего. Да как грациозно! Красота-то какая: вся сила и мощь в теле его чёрном, в крыльях огромных могучих! Кабы было у Рады такое тело, такие крылья – за целый век не вернулась бы она в родное поселение, а всё по свету кружила б, никому боли и страха не причиняя… Да только, быть может, за эти крылья и плата такова: Ритуал? Не может иначе Дракон – жить, не сжигая Невест на своём алтаре? Поблекла на мгновение улыбка на лице девичьем, но тут же Рада тряхнула головой и замахала руками, привечая дракона. Заметил её ящер и в полёте чуть склонил мощную голову, на приветы её отвечая. 

      Улетел он совсем далеко, в точку чёрную на небосводе превратившись, а девица тем временем быстро начала спускаться вниз, желая взглянуть, не почудилось ли ей вчера подземелье, и есть ли там убежище. 

      Сошла Рада в туннель каменный, но не нашла ничего на ущелье похожее. Далее были всё залы да залы пещерные, а вот и сам алтарь, пеплом наполненный. Не сдержалась Невеста – ближе подошла, трепеща от ужаса. Могла ведь она этим пеплом стать… Могла! И должна была стать! 

      Рада прикоснулась к гладкому камню, в трещинах которого пересыпалась жуткая белая пыль. По телу пробежали мурашки, точно девица вот-вот готовилась жуткую смерть принять… Точно выстроились пред ней красавицы поселенские, девицы заморские – все убиенные драконами, что жили на этом острове когда-либо. Головами качали девицы, проклиная ящеров, их испепеливших. Желали они, чтобы пресёкся проклятый род, и страшились, чего Рада задумала. Невозможно из монстра сотворить человека! Нет у него пути обратного, покуда алтарь пеплом не заполнится, да не явит миру Сына Из Пепла Рождённого! 

      И стенали, и умоляли девицы Раду бежать. Спасаться! Сделать то, чего они не сумели, чтобы счастливо зажить вдалеке. Подле людей, коим подобна она, коим никогда не будет подобен Дракон! Снова и снова перед глазами мелькали лица, болью искажённые, языки пламени, тела пожиравшие. Попятилась девица назад, головой мотая, уши заткнула и зажмурилась. Но всё мерещились… Мерещились… Обречённые на покой… Девы юные, на века отданные…

- А я останусь! Всё равно останусь! Потому что не будет мне жизни нигде более! Потому что я… - вдруг почудились Раде объятия драконовы. Вскрикнула девица, руками замахала пред собой, открыла глаза, но не увидела ничего. Лишь… Камень. С обеих сторон был камень.

- Да неужто! – огляделась она и почувствовала, как сердце от радости заколотилось. Вот она! Ловушка для зверя! Узкий ход, в который может войти лишь человек, а дракону – уже не выбраться! И томиться там будет монстр до тех пор, пока не ослабнет, природе людской уступая! 

      Обрадовалась Рада, да думать стала, как бы ей сюда заманить Дракона… И время выиграть, чтобы он и вправду не отнёс её в дальние земли, как обещал. 
Крепко, видать, не хотелось ему, чтобы видела, как он Невесту сжигать будет. Ну, так и не увидит! Потому что никто не погибнет на этом алтаре более! Только бы придумать, как время протянуть до момента, когда запоют Ритуальную песню…
Рада вышла из подземелья и побрела вдоль острова. Никак не шло на ум, что же такое ей сделать, чтобы передумал Дракон? Чтобы позже согласился унести с острова?! Ящера крылатого поблизости не оказалось, стало быть, человек уже совсем скоро придёт. Спрашивать будет! А как ответа не услышит, обернётся чудищем и… Всё!

      Вдруг на глаза девице попались алые ягоды, что росли на небольшом кустарнике. И вспомнила Рада: ведь ягоды эти дурман насылают на того, кто ест их. Не опасно, однако же с виду человек здоровым не кажется! Стоит лишь чуточку более обычного их съесть – и будет дурман! То, что нужно! Всё равно, коли будет она прикидываться, Дракон не поверит – больно ушлый он. И упёртый. Раз сказал, что унесёт с острова – точно задуманное исполнит. 

- Нет уж. Я тебе не позволю, - Рада вздохнула и сорвала целую горсть ягод. Поторговавшись сама с собою, она решила: коли отравится всё-таки, так это даже лучше. Помрёт и не увидит, чего Дракон тут натворит без неё. Ну, а коли подействует, как надо – сумеет время протянуть и его в подземелье заманить. Конец положить смертям на алтаре. Кивнув своим мыслям, сжевала Невеста ягоды, хоть и знатно поморщилась: кислые они были, да потом – горечь во рту оставили. Пошла девица к заливу, где вид сделала, будто собирает вещи в дорогу. Отложила несколько мешков шёлковых, вышитых нитями золотыми, да стала туда класть ожерелья, браслеты серебряные, книги, карты путеводные… Там-то и отыскал её Дракон, принявший человечье обличье…

- Надумала? – спросил он, не поприветствовав. Лицо у него было сердитое, а глаза – грустные. Удивилась даже Рада, как быстро то поняла. Не горели больше его чёрные очи, как прежде - лишь тьма с поволокою была внутри них… Вот как, оказывается! Умеют грустить драконы…

- Надумала, - отозвалась девица, принявшись рассказывать ему о землях, в которых хотела бы остаться. Слушал её хозяин острова с мрачной серьёзностью, лишь изредка кивая. Но, наверняка кивал он не сколько Раде, сколько мыслям своим, подтверждающим решение нелёгкое: лучше бы Невесте отсюда убраться. Да побыстрее, покуда не запели поселенские Песню! 

      Вдруг почувствовала девица, что воздуха ей не хватает, а пред глазами поплыло всё. Пошатнулась она, испугавшись сначала, но потом поняла: то ягоды действие своё так начинают. В жар, а потом – в холод Раду бросило. Задрожала она вся. 

- Ты чего? – спросил Дракон, глядя на неё с удивлением и страхами потаёнными. 

- Знобит меня что-то… Поди, на ветру простыла, покуда летели. Ох, нехорошо мне…

- Врёшь вот, как дышишь! – рассердился он. – Хочешь, поди, помочь Невестушке другой удрать с алтаря! И вдвоём-то вы меня уморите! Это точно!

- Да что ты?! Совсем что ли рехнулся?! Нет… Плохо мне… Плохо… - побледнела Рада, точно полотно, сделала нетвёрдый шаг к Дракону, как вдруг колени подогнулись, и рухнула девица без сил прямо на руки его. 

      Испугался Дракон – не притворялась она. Некуда ей лететь, такой. Помрёт ещё в пути, чего доброго! 

- Отнеси-ка ты меня наверх… Полежу я, - плаксивым голоском попросила Рада, шею драконову руками обвивая. Тот поначалу отказался её на самый верх тащить, но потом всё-таки понёс, точно пушинку невесомую. Никогда прежде не видала девица, чтобы их поселенские мужики своих невест да жён так легко таскали, как её Дракон нёс… Крепко держал он стан девичий, чувствовала Невеста, что ничего не грозит ей на сем острове, покуда рядом хозяин земли зачарованной. Ничто не грозит, разве только – нрав его буйный. Да и с тем она со временем сладит. Ничего. Обязательно сладит…

- Не убился ты, пока впотьмах перину тащил? – насмешливо спросила она, когда Дракон опустил её на белое ложе. 

- Не твоего ума забота! Что вот теперь делать с тобой прикажешь?! – осерчал он сильно, но и боязно было за Раду. Бледная вся лежит прямо как та перина. Куда её нести? Нет уж. Пусть лежит, выхаживается! Вон, и испарина на лбу проступила!

- Воды дай напиться… Дня три-четыре уж точно мне здесь лежать. Да ты не бойся. Я никуда не пойду, как только ты улетишь. Здесь буду. Ничего не увижу да не услышу… А то… Я с ума сойду… от стра… - она хотела сказать «от страха», но вдруг перед глазами всё померкло. И последнее, что помнила Рада – это чёрные глаза Дракона, что в самую душу смотрели. Сердце девичье сжалось от этого взгляда: с какой болью он осознал, что и вправду придётся ей на острове его проклятом остаться, когда сюда принесёт ящер новую Невесту… Да ничего не поделаешь. Жизнь Рады для Дракона оказалась дороже, нежели вековые порядки Великих предков…

***

      Оставшиеся дни только и жил он, что ради неё. Уже не вспоминал даже о Ритуале. Решил: как запоют Песню, всё одно чудище в нём почует, да сам против воли своей в ящера он обратится. Тут уж ничего не поделаешь. А Раде пока помощь нужна… Как ему когда-то. Уж не думал прежде Дракон, что за Невесту свою будет бояться… Но боялся! Да ещё как: и воды приносил он ей, и на лоб повязки делал холодные – запомнил, как Рада его самого лечила. Плохо ей было: то в бреду металась, то спала часами. Да только ночью пред рассветом дня Ритуала выхаживаться наконец-то стала. Не рассказал ей ничего Дракон о том, что в бреду она лишь о нём говорила… И как звала его…

      Сама очнулась девица уже на рассвете. На рассвете, когда должны были запеть Песню, лишь только солнечный диск поднимется полностью над морем. Вскочила Рада со своего ложа, глянула на водную гладь: лишь краешек водяного зеркала позолотило дневное светило. Нет. Не пора. Рано ещё. Но всё равно – если бы чуть больше ягод съела она – конец! Улетел бы дракон, забрал Невесту, а Рада дрыхла бы! Ох, отвела беду, за малым на голову не обрушившуюся! 

      Поискала девица глазами Дракона – бродил тот вдоль кромки воды, словно неприкаянный. Головы не поднимал. О чём думал он? Чем голова его занята? Одет был, как и любой человек. Даже ожерелье плетёное на шее носил… Совсем, как обычные люди! Ну, за что ему доля такая досталась: девушек невинных убивать ради такого страшного продолжения рода своего?! Вся душа у Рады в пятки ушла, как представила она, что было бы, опоздай она с пробуждением! 

      Нет! Не бывать более смертям! Она Дракону поможет! Даже ценою жизни своей! Он вот как её пожалел: заботился, оберегал. И она ему добром отплатит!

      Поспешила Невеста вниз, к подземелью, при этом Дракона из виду не упуская. А тот её беленькое платьице ещё издали заметил. Испугался и обрадовался. Обрадовался, потому что жива оказалась его Рада. Цела да невредима. А испугался… Ведь на ноги встала! А любопытная какая! Ну, точно пойдёт смотреть! Как увидит, что на алтаре с девицами делается – помутится разум у ней со страху! Что же за доля такая?! Почто она тогда убежала, себя испепелить не дав? Вот теперь, сколько горечи им обоим…

- Стал бы я человеком… - проговорил Дракон, наблюдая за тем, как она спускается, - был бы счастлив с тобою, как только могут быть счастливы люди… Да только… Видать ты – проклятие предыдущих Невест, мне одному посланное… - он удивился, увидев, как она юркнула в подземелье, что вело к алтарю, и поспешил уговорить девчонку вернуться наверх, пока солнце ещё не поднялось высоко, не позвав ящера лететь за Наречённою. 

      Услышала Рада его шаги, и сама заторопилась. Бегом пробежала коридоры и залы каменные, остановившись у алтаря в ожидании. Появление хозяина не заставило себя долго ждать…

- Гляжу, здорова ты? Так и иди наверх, как обещалась, - беспокойно заговорил Дракон, с удивлением глядя, как Рада потихоньку от него пятится. Неужто думает, прикоснулся он к ней, пока она бредила?! 

- Здорова… Я знаю, что здорова. Да только… Боязно мне тут одной быть, покуда нет тебя. Вдруг в шторм ты попадёшь? Вдруг молния тебя сразит? Что со мной тогда станется? – спросила Невеста, с удовольствием замечая, что Дракон медленно к ней подступается, не замечая, что оба они к ходу узкому подходят. 

- Оно же и к лучшему, - грустно улыбнулся он, - тогда заклятие острова разрушится. И ты уплывёшь. Или корабль тебя прямо здесь заметит да поберёт. В беде не останешься. Ступай наверх.

- А ты…

- Да на что же тебе я?! – его голос эхом метнулся к своду страшной пещеры, где они впервые друг на друга взглянули в тот день Ритуальный… Ничего не ответила Рада, продолжая медленно отходить назад. В горле словно ком завязался: даже вздохнуть трудно. Ну как заревёт она сейчас?! Этого только не хватало! 

- Не дури, Рада! – сердито велел Дракон. – По-хорошему прошу тебя: ступай наверх и носу не выказывай! Так веками было и будет! Никуда от этого ни ты, ни я не денемся!

- А ты хотел бы?! Хотел бы прекратить?!

- Только со смертью моей это всё кончится! Не ранее! – они всё быстрее шли. Она – назад, а он – к ней. Рада уже вошла в каменный ход, и сердце колотилось в самой шее, словно вот-вот нарушу выпрыгнет. 

      Дракон осерчал: бросился к ней, как в первый день было. Невеста развернулась и убежала в сырой полумрак узкого хода, да всё равно поймал её Жених. Вокруг запястья сомкнулась хватка его нечеловеческая, и задрожала Рада, вспомнив, что в любой миг может вырваться чудище! Но обернулась она и увидела лишь его глаза тёмные, огоньком грусти мерцающие. 

- Пошли, кому сказал? Время уже… - промолвил Дракон, вздохнув. Он с трудом видел её лицо: даже для подобных ему было трудно рассмотреть хоть что-то во тьме. Рада и сама лишь чёрные блестящие очи могла разглядеть. И довольна была: хоть не видит Жених, как она вот-вот разрыдается. 

- Не пойду я. И ты никуда не пойдёшь.

- Это как ещё понимать?!

- Надоело мне смотреть, как ты мучаешься, и как людей мучаешь. Людям мы с тобой оба не нужны. Ты – потому что чудовище. А я… Потому что… Потому… что… - она захлебнулась в словах и перевела дух, чувствуя, как хватка на запястье слабеет.

- Я с тобой здесь буду, если ты того пожелаешь! Когда привыкнешь ты к себе, к человеку… То прогонишь меня в сей же час. А пока – не могу я дать тебе пропасть и погибнуть, как отец твой и как все твои предки! Ты не таков. Не они… Не жестокий ты вовсе. Я знаю. Коли были б мы оба другие, ничего бы я так не желала, кроме… - едва не сказала Рада: «Кроме как стать твоею женою», но не смогла… Испугалась… Вдруг ладони его легли ей на плечи, и зазвучал в темноте надтреснутый голос:

- Коли был бы я не чудище, а человек – я бы за тобой все земли исходил, за любые богатства тебя бы выкупил и даже из самой грозной крепости умыкнул. С тобою я был бы счастлив, не будь я драконом… Но только ты – девица простая. И не колдунья, чтоб проклятье рода с меня снять… И не смерть, хотя, будь ты ею, я ни капли б не устрашился подобной погибели. Будь, что будет. Сильней нас нутро наше. И Ритуал, порядки, традиции… А не было б их – тебя бы своею я сделал, ни дня не раздумывая… - он чувствовал, как она трепетала в его объятиях. Он знал, что теперь им обоим грозит беда пострашнее смерти. Беда, о которой он молодым читал в заморских книгах, про которую сказывали в дальних землях… И возможно уже они оба никогда не спасутся…Кажется, эту напасть у людей называют любовью…

      Вдруг увидела Рада из-под опущенных, мокрых от слёз ресниц, что сквозь ткань рубашки расползается по телу его огненные всполохи! Отшатнулась она, с ужасом глядя, как человек превращается в монстра. 

- Беги скорее! – крикнул ей Дракон, спиной прижавшись к стене хода, но она не добежала до выхода, встав так, что он уже не сумел выйти. В глазах Дракона замелькали языки пламени и чужой, звериный голос пророкотал:

- Да ты что задумала супротив меня?!

- Спасибо ещё скажешь, огнедышащий!!! – Рада оттолкнула его назад, во мрак. Дракон хотел было снова подойти к ней, но вдруг силы изменили ему. Стены пещеры задрожали от громогласного рычания, а в лицо девице хлынул поток искр. 

      Зажмурилась Рада, а когда открыла глаза – от страха едва не околела! Меж камней хода зажат стоял огромный чёрный чешуйчатый монстр! С рёвом он скрёб когтями в неприступную породу и, дико вращая глазами, мотал рогатой головой, слыша призыв Ритуала. Вдруг увидел дракон Раду, заревел пуще прежнего…

      С криками девица кинулась к выходу из ущелья, но уже у самого алтаря обернулась и увидела… Только пламя… Вопли Рады смешались с рёвом заточённого ящера…