Глава 8. Друг детства
Мы дошли до конца набережной, увидели знаменитый Алексеевский мост и стали свидетелями того, как закат растворяется в водной глади. Только появления огней в реке не дождались — пошли на остановку, слишком уже время было позднее.
— Я влюбилась, — восхищенно сказала я, то и дело оглядываясь на реку, огромную и могучую. Издалека она казалась спокойной, но вблизи, когда видно было быстрое течение, я начинала понимать, что на самом деле она несет в себе большую силу.
— Надеюсь, в меня влюбилась? — улыбнулся Игорь, и я в шутку ткнула его локтем в бок.
— В это место. В набережную, а реку, в мост…
— А лучше в меня. Шучу я, шучу! А то опять вмазать захочешь! Все детство нас с братом гоняла, и до сих пора такая! Настоящий воин, — рассмеялся парень.
— Я гоняла? — возмутилась я. — Так вы нарывались! Обзывали меня Лягушатиной!
— А ты в нас песком бросала! И камнями!
— Вы все равно первые начинали! К тому же вас было двое, а я одна!
— Ты и одна нам двоим фору давала, поверь! Лягушатина, наш троллейбус! Бежим! — вдруг воскликнул Игорь и схватил меня за руку. К остановке действительно плавно подъезжал рогатый.
И мы побежали, держась за руки. Бегал Игорь отлично — видно, что тренированный, а я немного буксовала, однако на троллейбус мы успели. Забежали в самый последний момент и уселись на свободное двойное сидение. Я — у окна, а Игорь — рядом, касаясь моего предплечья своим.
Створки с шумом закрылись, и мы плавно поехали вперед. Народу почти не было, а троллейбус тащился так, будто никуда не спешил, однако меня это даже радовало. Мы с Игорем тихо разговаривали и смотрели в окна. Сентябрьская ночь плавно опускалась на город. Восток все еще был озарен оранжевым светом, а на западе сгустилась черничная тьма. Вдоль дороги загорались фонари, а в домах один за другим вспыхивали окна. Вечерние улицы казались ухоженными и элегантными, с оригинальной подсветкой.
Игорь рассказывал мне о местных достопримечательностях, которые мы проезжали — в городе он давно уже освоился и считал своим родным.
— Это здание государственного академического тетра оперы и балета, — говорил он, показывая на очередное здание, сияющее огнями. — А это — «Арена-Мир». Новый спортивный комплекс, там наша местная команда по хоккею базируется. А вот справа, видишь, за тем поворотом? Там начинаются Золотые пруды, это парковый комплекс, рядом — элитный микрорайон, где живут бизнесмены и депутаты. Хочешь, прогуляемся там как-нибудь? Осенью там особенно красиво.
— Конечно, хочу! — тотчас согласилась я.
— Кстати, а у тебя парень есть? — неожиданно спросил Игорь. — А то приглашаю тебя на прогулку, а ты, может быть, занята.
— Нет, — мотнула я головой. — Иначе бы я не согласилась. А у тебя?
— У меня тоже парня нет, — улыбнулся он.
— А девушки? — не отставала я.
— Нет, — чуть помедлив, ответил Игорь.
Я нахмурилась — меня удивило то, что он отвел глаза в сторону.
— Точно нет?
— Точно. Мы расстались не так давно. В августе. — В его голосе прозвучала боль.
— Почему? — изумленно спросила я. И удивилась не потому, что они перестали встречаться, а потому, что у Игоря кто-то был. Я ни с кем не встречалась, а он уже имел в этом опыт! Будто был взрослее меня. Боже, и когда мы успели так вырасти? Вчера же еще на деревья залазили и крапивой друг друга жалили. Ладно, это я их с Артёмом жалила, когда они меня доводили. Знала секретный способ, как правильно сорвать крапиву. Папа научил.
— Она мне изменила, — ответил Игорь. В его голосе послышалась грусть.
— Ох, прости, что спросила, — вздохнула я.
— Все хорошо. Мы встречались с Катей два года, и я думал, это навсегда. А потом мне наши общие друзья прислали видео, где она на школьной тусовке у какого-то типа на коленях сидит и целуется с ним, — поделился Игорь. — Мне передали, что они не только целовались… Черт, даже вспоминать не хочу. Знаешь, что обиднее всего Ясь? Она мне даже ничего не сказала. Решила тайно с ним встречаться, наверное. Мне потом друзья сообщили, где у них свиданка будет, и я приехал в то место. Это рядом с торговым центом «Галактика», там народ часто собирается и гуляет. В твоем районе, кстати, находится. Там я их и увидел. Они опять целовались при всех.
— И что, ты подошел? — спросила я, затаив дыхания. История была грустной. Несправедливой!
— Подошел. Встал рядом. Подождал, пока они оторвутся друг от друга. И когда Катя меня заметила, сказал, что мы расстаемся. Она начала плакать, говорить, что все объяснит, а я ушел. Заблокировал ее везде. Но, как понимаешь, приятного во всей этой ситуации мало. До сих пор не отпускает. Я же ей доверял, — признался друг детства.
— Вот дура! — вырвалось у меня. — Променяла такого парня как ты на какого-то идиота!
— Он — типичный плохой парень. Крутой и сильный, его все боятся. Почему вы, девчонки, все время выбираете таких? — спросил он. — Зачем вам эти альфа-самцы на минималках?
— Не обобщай! Я не выбираю, — фыркнула я. — У меня с головой все в порядке. Эй, не переживай, пожалуйста! Ты достоин лучшего, чем эта Катя! Я верю в закон бумеранга! Этот парень тоже потом ее бросит.
— Я не желаю ей зла, — грустно улыбнулся Игорь. — Просто обидно, что она так поступила со мной.
— Может быть, оно и к лучшему, — сказала я задумчиво. — Согласись, лучше расстаться сейчас, когда вас мало что связывает. Чем тогда, когда вы будете женатой парой с тремя детьми.
— Разумно, — согласился Игорь. — Но успокаивает мало. До сих пор не понимаю, чем я хуже него.
— Ничем, — твердо сказала я и потрепала друга детства по волосам.
Наконец мы вышли из троллейбуса. Стало еще темнее — ночь отвоевывала свои права. На небе загорелись первые звезды, а в воздухе почему-то чувствовались запах костра и сладковатый аромат — всюду были насажены цветы, которые раскрывались после заката.
— Я тебя до дома провожу, — решил Игорь.
— А тебе потом самому сколько ехать? — нахмурилась я.
— Всего несколько остановок. Я не так далеко живу, — улыбнулся он. — И учусь в седьмой гимназии. Не слышала про нее?
— Нет, — покачала я головой.
— Она элитной считается, — хмыкнул Игорь. — Отец нас с Артёмом запихал по связям. Гнилое место, я тебе скажу.
Вот оно что. Родители братьев, насколько я помнила, были не то, чтобы богатыми, но обеспеченными — точно. Кажется, у их отца был свой небольшой бизнес.
— Не нравится гимназия?
— Пятьдесят на пятьдесят. Учителя сильные. А ученики — не очень. Есть нормальные. А есть детишки снобов, у которых в головах одни шмотки, айфоны и тусовки. Одноклы вечно соревнуются, у кого батя богаче.
— Когда слышу или вижу слово «одноклы» — первая ассоциация с одноклеточными, — рассмеялась я.
— В нашем классе это синонимы, — улыбнулся Игорь. — А ты в какой школе учишься?
— В сто пятой, новой.
— Надо же. Катя тоже там учится…
— Ого! Хочешь, при встрече я ей в спину плюну? — предложила я, а он лишь рассмеялся.
— Просто забей, хочу вычеркнуть из жизни этого человека.
Болтая, мы добрались до жилого комплекса, в котором находилась наша квартира. Расставаться с Игорем и возвращаться домой не хотелось. Мы встали у дороги, рядом с парковкой, и снова заболтались. Вспоминали детство, смеялись над своими бесконечными проделками. Рядом с Игорем было тепло и спокойно. Я будто окунулась в атмосферу детства, когда в нашей семье все было хорошо.
— Кстати, а почему твои родители решили переехать? — спросил Игорь. — Отец захотел? Я до сих пор его помню. Такой крутой мужик! Я из-за него в детстве тоже мечтал стать пилотом!
Упоминание о папе кольнуло в грудь. И сразу вся радость исчезла, оставив место лишь холоду.
— Это не папа захотел переехать, — опустила я глаза. — А отчим.
— Твои родители развелись? — свел густые брови к переносице Игорь.
— Нет.
— А почему? Что-то… случилось, Ярослав?
В глазах сами собой заблестели слезы. Так часто бывало, когда кто-то начинал расспрашивать о папе. Я поспешила опустить голову и закрыться волосами — не хотела, чтобы друг детства увидел слезы в моих глазах.
Игорь все понял — по одному моему поникшему виду.
— Нет, только не говори, что… — он потрясено замолчал.
— Да. Его больше нет, — прошептала я, ненавидя себя за то, что из глаз потекли слезы. Перед Игорем было неловко. Решит, что я какая-то истеричка. Но так больно было в душе, что хотелось кричать и выть. Мы столько сегодня говорили о нашем общем прошлом, что я не выдержала.
Игорь вдруг обнял меня. Одна его рука покоилась на талии, ладонь другой лежала на макушке. Я прижималась щекой к его теплой груди и чувствовала, как гулко бьется его сердце.
— Прости, Ясь, я не хотел расстраивать тебя, — шептал Игорь, гладя меня по волосам. — Даже не думал о плохом.
— Все в порядке, — шмыгнула я носом и обняла его за плечи, сама не понимая, почему. — Это ты прости, что я так реагирую. Просто иногда… Иногда накатывает. Я по нему скучаю.
— Все будет хорошо, — зачем-то пообещал Игорь и, прижимая меня к себе, уткнулся лицом в мои волосы. В его объятиях действительно было спокойно. Слезы начали высыхать, а та боль, которая пронзала душу, стала постепенно растворяться. Игорь не выпускал меня из объятий, и мы так и стояли в обнимку. Молчали. Я была благодарна ему за то, что он не начал задавать вопросы — потом все сама рассажу. Когда успокоюсь.
Когда я почти пришла в себя и отпустила Игоря, а тот нехотя разжал руки, мимо нас к парковке прошли широкоплечие парени. И не сразу поняла, что это Влад, Дима и Олег собственной персоной. Они шли с такой злобной рожей, как будто шли на разборки с демонами. Только биты за плечами не хватало. Вместо нее — мотоциклетный шлем. А еще у них была рассечена губа. Подрались, что ли?
Проходя мимо, Олег задел своим плечом плечо Игоря. Вот как будто бы места мало!
— Осторожней! — рыкнул Олег.
— Сам смотри, куда идешь! — мгновенно разъярился Игорь, и я его понимала. Стоит себе человек, стоит, а мимо него прет этот танк, задевает, а потом еще и обвиняет. Вот где у человека логика, где?!
Они остановился. Обжегли меня недовольным взглядом, а после уставились на Игоря. Криво улыбнулись и насмешливо спросил:
— Ты это мне, чувак?-спросил Олег
— А ты видишь еще кого-то? — ледяным голосом поинтересовался Игорь. — Ходи нормально, тут места много.
— Слушай, чел, ты нам не нравишься. И мы бы с удовольствием надрали тебе задницу, но у нас дела. Просто не появляйся здесь больше. Усек?-спросил Влад
В глазах Игоря появилась ярость, но он не успел ничего сказать, потому что вмешалась я. Меня возмутило то, как они себя ведут. Совсем обнаглел! Я их знаю два дня, а треснуть хочется так, будто мы знакомы пол жизни, и все эти пол жизни он мне надоедает.
— У тебя проблемы, Шепс? — громко спросила я, и они перевели взгляд на меня. Недобрый такой взгляд, тяжелый. Если бы можно было убивать взглядом, то они стояли бы в первом ряду.
— Опять ты, — сказал они в один голос
— Опять я. Я тут живу, на минуточку. И знаешь, что?
— Что? — с интересом спросили они. А я вдруг вспомнила, что они, вообще-то, самые опасные парни в школе, гроза района и прочее, и затухла, повторяя про себя мантру: «Мне не нужны неприятности, мне не нужны неприятности». И Игорю они не нужны. Вдруг одноклассничеки решат его избить? О из силище по школе чуть ли не легенды ходят…
— Говори, — велел Дима. — Что хотела сказать?
— Да так, ничего не хотела, — милым голосом произнесла я. — Погода сегодня хорошая, да? Звезды видны отлично! И луна скоро взойдет.
— Ненормальная, — сказали они и пошли на парковку. Там они оседлали байки и унеслись со двора.
Я облегченно выдохнула. Ура, отвязались. А вот Игорь выглядел странно. Смотрел вслед Олегу с крепко сжатыми кулаками, и на скулах его играли желваки.
— Ты чего? — удивленно спросила я.
— Это он.
— Кто он?
— Тот парень, с которым встречалась Катя, — с тихой ненавистью сказал Игорь. Он явно не ожидал увидеть здесь того, кто увел его любимую.
Я оторопела.
Неужели та девушка, с которой Олег целовался на балконе, и есть его Катя? Вот же Дуболом засранец! Мало того, что ведет себя, как король, так еще и всех девушек в округе соблазняет! Кто там у него до этой Кати был? Настя? А сколько было до нее? Даже думать об этом не хотелось.
— Ничего себе…
— Откуда ты их знаешь?
— Учимся в одном классе.
— Будь осторожна с этими типами, Ярослава. Не приближайся к ним, — выдохнул Игорь.
— И так стараюсь держаться в стороне, — пожала плечами я.
На этом мы с Игорем, который заметно загрузился, попрощались. Он проводил меня до самого подъезда, попросил написать сообщение, когда я буду дома, и ушел.
Несмотря ни на что, домой я возвращалась с улыбкой.