Прикосновение Вечности||

Мы вышли из комнаты с Джейн и Кайусом. В коридорах замка царила торжественная тишина, как будто сами стены замерли в ожидании. Мягкий свет факелов играл на каменном полу, и каждый шаг звучал особенно величественно. Я знала, этот день изменит всё. Сегодня мне исполняется двести лет, и я официально становлюсь всемогущей правительницей вампиров.

Перед главным залом мы остановились. Голос моего отца, Аро, раздался громко и властно, каждое слово звучало как удар колокола.

Отец: Сегодня настал великий день. Моей дочери исполняется двести лет, и отныне она не просто часть нашей семьи. С этого мгновения она наша всемогущая правительница, владычица вампирского мира!

Двери распахнулись, и я вошла в зал.

Сотни вампиров подняли глаза на меня. Их взгляды были разными: восторг, признание, уважение, зависть. Одни склоняли головы, признавая мою власть, другие смотрели так, будто видели воплощение вечности.

По обе стороны зала стояли горы подарков, свёртки в дорогих тканях, перевязанные золотыми лентами, сверкающие драгоценностями. Они были символами преданности и силы, которая теперь принадлежала мне.

Мой взгляд упал на семью Калленов.

Эсме смотрела на меня мягко и тепло, как мать, помнящая ребёнка, которого когда-то знала. Карлайл, его взгляд был полон уважения и тихой гордости. Эдвард задержал взгляд дольше всех, в его глазах мелькали воспоминания.

И тут я заметила Беллу. Она уже была вампиром, и странное тепло разлилось по моему мёртвому сердцу. Она была моей сестрой… пока я не узнала, что мой настоящий отец Аро, но она для меня ею и останется. Это открытие когда-то изменило всё. Её взгляд был полон любви и поддержки.

Розали и Элис, их глаза были полны заботы и понимания, тихая опора в этом сложном миге. Эмметт смотрел волнительно, наблюдая за мной.

Я почувствовала, как радость расползлась по груди.

– ,,Они все вспомнили меня!'

Вспомнили не правительницу, не власть, а меня саму, ту, кем я была, кем они знали меня прежде. Моё мёртвое сердце наполнилось счастьем.

Как только я поняла, что почти все Каллены, меня вспомнили, я мягко проникла в их мысли, чтобы убедиться, вспомнили ли они меня на самом деле. Их воспоминания, чувства и признание были ясны, честны, они знали меня, видели меня. Я начала мысленно говорить с ними:

– ,,Вы меня помните… правда?" - спросила я, стараясь удержать дрожь радости.

На лице Эсме сразу появилась её тёплая улыбка.

Эсме: ,,Конечно дорогая, мы вспомнили тебя. Мы гордимся тобой."

Карлайл: ,, Милая, мы всегда знали, что ты особенная. Сегодня весь мир это увидел."

Эдвард: ,,Евка, многое упущено, но теперь мы наверстаем время. Мы гордимся тобой."

Белла: ,, Сестрёнка, мы рядом. Всегда рядом."

Элис и Розали: ,,Ты сильная, Евочка. Мы ценим тебя и рады снова быть рядом."

Эмметт: ,,Ты невероятная. Мы гордимся тобой больше, чем можешь представить."

Я чувствовала, как тепло и гордость разливаются по моему сердцу. Моё ощущение пустоты начало исчезать, заменяясь силой и радостью от того, что они меня вспомнили, что мы снова вместе.

Но потом мой взгляд наткнулся на Джаспера. Он сидел рядом с девушкой, его рука обвивала её в лёгком, почти привычном жесте. Они мило болтали, смеялись, шептались, казалось, будто весь мир вокруг перестал существовать. Его улыбка, его взгляд, всё это принадлежало ей.

В этот момент радость мгновенно испарилась. Я ощутила резкую скорбь, моё уже давно мёртвое сердце сжалось, пустота разлилась по всему телу.

И тогда началась гроза. Дождь хлынул с неба, молнии разрезали тьму. Всем остальным это показалось неожиданным, они удивлённо отреагировали, только Вольтури оставались спокойны, как будто знали, что это неизбежно.

Я заметила, что Джаспер, отстранившись от спутницы, наблюдал за грозой в окне. Его взгляд был напряжённым, лёгкая тревога мелькнула в глазах. Спутница рядом с ним отпрянула, её лицо исказилось удивлением и страхом. Я испытала мгновение соблазна, пристальным взглядом я направила часть своей боли прямо на неё. Она резко взялась за голову от боли. Но тут же я взяла себя в руки и прекратила, отстранившись от соблазна причинить страдание.

Чтобы понять, кто эта девушка, я осторожно проникла в мысли Эммета,.

– ,,Это… она спутница Джаспера?" - спросила я мысленно.

Эмметт грустно кивнул.

Они все вспомнили меня, все, кроме Джаспера.

Я почувствовала, что Вольтури заметили мою скорбь. Их лица не выражали злости или разочарования, они поняли, что я ничего не забыла, что память прошлого жива во мне.

Джейн и Кайус, едва касаясь меня взглядом и жестами, незаметно поддержали меня.

А отце подошёл тихо сзади.

Отец: Прости меня, доченька... - прошептал он. – что тогда отдал приказ стереть им память. Я просто не хотел, чтобы тебя кто-то отвлекал от обучения.

Я повернулась к нему и просто сказала:

– Я прощаю тебя…

Он коснулся меня взглядом, и между нами пробежала тёплая, доверчивая связь, мы полюбили друг друга за эти годы как отец и дочь. В его присутствии я почувствовала спокойствие и силу, которую даёт истинная семья.

После, я пошла в центр зала. До этой ночи никто меня не видел, и потому взгляды всех вампиров были полны ожидания, трепета и любопытства. Свет факелов отражался в диадеме, платье скользило по мрамору, и я ощущала, как каждая нота в моём голосе становится властью.

Я слегка развела руки и обнажила плечо, демонстрируя знак своей крови, метку дракона под кровавой луной. Линии дрогнули и вспыхнули изнутри, а из рисунка вырвался дракон, особенный, рождённый под кровавой луной, часть меня самой. Он взмыл в воздух, облетая зал.

Гости были поражены, ни у одного правителя не было такой метки. Каллены переглядывались с изумлением, Эдвард слегка приподнял бровь, Белла, уже вампир, напряжённо следила за движениями дракона, а шёпоты гостей, тихие и сдержанные, распространялись по залу, как лёгкое напряжение в воздухе.

Дракон сделал круг и, словно повинуясь сердцу, устремился к Джасперу. Лёгкими движениями опустился ему на плечо и развернул крылья так, будто готов был защищать. Его взгляд сверкнул, а фыркание было полным вызова, словно он всем говорил: ,,Он не твой!", и резко направил этот сигнал на спутницу Джаспера. Та невольно отшатнулась.

Глаза гостей расширились от изумления, кто-то едва заметно приподнял подбородок, другие слегка наклонили головы, сжимая кулаки или сдвигая брови в восхищении. Каждый почувствовал величие этого существа, которое выбрало Джаспера и своим присутствием заявило о его защите. Даже Вольтури, обычно невозмутимые, едва заметно кивнули, признавая силу и необычность момента.

Джаспер замер. Ему понравилось, что дракон подлетел именно к нему, это удивило его, вызвало лёгкое восхищение. Он провёл рукой по чешуйкам дракона, нежно, будто не хотел отпускать.

Дракон доверчиво прикрыл глаза, продолжая сидеть у него на плече, пока я не подняла взгляд и тихо произнесла.

– Вернись.

В тот же миг дракон мягко расправил крылья и на прощание прижался щекой к Джасперу, выпустив тихий, довольный звук, а затем вновь растворился в метке на моём плече.

Где-то сбоку Эммет тихо сказал Розали.

Эммет: Кажется, дракону спутница Джаспера не понравилась… точно так же, как и нашей Еве.

Розали едва заметно улыбнулась, и в её глазах мелькнула искра одобрения.

Аро, наблюдая за этим, произнёс тихо, но слышно всем.

Отец: Теперь все видят, чья ты дочь.

– Сегодня настал новый день в истории нашего мира. - произнесла я, и тишина впитала каждое слово. — Перед вами ваша правительница. И пусть этот вечер станет символом единства.

Джейн стояла рядом, её взгляд сиял гордостью и радостью. Она слегка улыбнулась, как бы говоря всем присутствующим: ,,Вот она, моя лучшая подруга, и она сильна как никогда".

Я сделала лёгкий жест рукой и добавила.

– А теперь… приступим к трапезе.

В зал внесли бокалы с кровью. В воздухе разлился терпкий аромат крови: густая, человеческая, и более лёгкая, животная, каждый выбирал то, что предпочитал. Шёпоты, взгляды, лёгкие движения глаз гостей оживили атмосферу, делая её напряжённой и величественной одновременно.

Джаспер долго ещё провожал взглядом метку, где теперь снова была его драконья форма, и в его глазах я увидела лёгкую тоску, восхищение и признание.

И в тот миг я поняла. Мой дракон, рожденный под кровавой луной, стал сильнее любой клятвы, а связь между мной и Джаспером была теперь ощутима всем сердцем.