Глава 34
Рано утром Линь Хуэй, как обычно, пришел к Хэ Цзяньшаню, чтобы согласовать расписание.
— В среду перед окончанием рабочего дня вам нужно утвердить доработанный план для Нинхая.
— В четверг в 3 часа дня в городе пройдет совещание, на котором вы обязаны присутствовать. Вечером запланирован ужин, там будут несколько высокопоставленных руководителей.
— В пятницу утром господин Чжао отвезет вас в Линьчэн на встречу с местными партнерами. Ляо Дун сказал, что все уже организовано.
— Затем в субботу утром состоится совещание по проекту. После него, днем, вам нужно будет просмотреть материалы к итоговому собранию Ваньчжу и предложения по продвижению нескольких проектов, это срочно.
— В воскресенье в 9 утра запланирована встреча по зарубежному проекту...
— На этом все. У вас есть какие-то комментарии? — Линь Хуэй закрыл блокнот в ожидании ответа Хэ Цзяньшаня.
В общественных местах Линь Хуэй по-прежнему настаивал на обращении «вы». Хэ Цзяньшань несколько раз поправлял его, но он ни за что не соглашался изменить привычку, так что мужчина в конце концов махнул на это рукой.
Хэ Цзяньшань быстро подписывал документы, даже не поднимая головы.
— В субботу утром я разберу материалы итогового собрания и предложения по проектам. Освободи для меня время после четырех часов дня, включая вечер.
— Боюсь, это невозможно. Утром вы успеете только просмотреть материалы собрания.
— Тогда я подготовлю предложения по проектам в пятницу вечером.
Линь Хуэй нахмурился.
— Это слишком сжатые сроки. Если перенести на пятницу вечером, вы вообще не сможете поспать в Линьчэне. К тому же, после переговоров с партнерами вечером неизбежно будет ужин.
— Ничего страшного. Пусть будет пятница вечером. Я передам свои предложения по проектам утром в субботу.
— В последнее время у вас слишком много работы. Я рекомендую вам рационально распределять время.
— Все под контролем, поверь мне.
Линь Хуэй ненадолго замолчал, прежде чем спросить:
— Чем вы планируете заняться в освободившееся время в субботу днем? Я запишу.
— Добавь мне личное мероприятие, — Хэ Цзяньшань поднял голову. — Свидание.
Пишущая рука Линь Хуэя дрогнула. В его сердце возникло странное чувство, но не радость, а скорее легкая тяжесть. Он не удержался и сказал:
— Я советую вам перенести свидание. Можно отложить его, пока не закончится этот напряженный период.
Хэ Цзяньшань не согласился.
— Если откладывать, в конце концов все сведется к нулю. Я больше не хочу тянуть, да и у меня никогда не бывает свободного времени.
Линь Хуэй пытался его убедить:
— Тогда я предлагаю сократить свидание до двухчасового ужина, а вечером вы сможете разобрать материалы по проекту.
Все проходило слишком спешно. В конце года и так было много работы, а в последнее время график Хэ Цзяньшаня был крайне плотным, с огромной нагрузкой. И теперь, ради свидания, он еще больше урезал свое время на отдых.
Будто угадав его тревогу, Хэ Цзяньшань отложил ручку.
— Помощник Линь, мы договорились не обсуждать личное во время работы, но я все же скажу: работа важна, но свидание для меня не менее важно.
Линь Хуэй подумал: «Нет, ты — важнее всего».
Вернувшись в кабинет, Линь Хуэй почувствовал непонятную тоску. На самом деле, для него не имело значения, ухаживания это или свидания. Он был счастливее многих влюбленных уже просто потому, что каждый день видел Хэ Цзяньшаня на работе.
Но почему-то президент Хэ в этом вопросе проявлял неожиданную настойчивость. Он говорил, что они уже пропустили много обычных этапов, и теперь нельзя было пропускать еще больше. Более того, даже то, чего раньше не было, нужно было постепенно восполнять.
Линь Хуэй помнил, как тогда Хэ Цзяньшань сказал:
— Мы можем встречаться, и в то же время я могу за тобой ухаживать.
— Но ухаживают ради отношений. Раз уж мы уже вместе, разве это можно назвать ухаживанием? — не понимал Линь Хуэй.
Хэ Цзяньшань рассмеялся.
— Другие ухаживают, чтобы быть вместе, а я ухаживаю, чтобы ты наслаждался отношениями. Это не противоречит друг другу.
Звучало как софистика, но Линь Хуэй ничего не мог с ним поделать. Он понял, что Хэ Цзяньшань встречался с ним очень серьезно.
Никто не мог устоять перед такой серьезностью.
В конце концов, их отношения и так были достаточно запутанными. Они уже переспали, так стоило ли придираться к таким мелочам? Единственное, что его огорчало: когда он был влюблен тайно, ему казалось, что он не мог помочь Хэ Цзяньшаню. Теперь же, когда они вместе, он по-прежнему не мог ему помочь. Более того, из-за него мужчина только увеличил свою нагрузку.
Так быть не должно.
Он не знал, как выглядели отношения у других, но его роман с Хэ Цзяньшанем не должен был быть таким. Он был первым помощником в Ваньчжу, а не обузой для президента.
С этими мыслями он написал Хэ Цзяньшаню в WeChat: [Вы уже определились с планом на субботу? Я могу все организовать.]
Раз уж некоторые вещи изменить было нельзя, он сделает все возможное. Организовать самому свое свидание могло стать уникальным опытом. Хэ Цзяньшаню не нужно было тратить силы, достаточно было просто прийти и насладиться результатом.
Однако Хэ Цзяньшань, похоже, не хотел, чтобы он вмешивался. Вскоре пришел ответ: [Только одно. Помоги выбрать, на какой фильм сходить.]
К сообщению прилагался скриншот списка фильмов, жаль, что время оказалось не самое удачное: не было ничего интересного, все крупные проекты ждали новогоднего проката. Линь Хуэй просмотрел список сверху вниз, зашел на сайт с рецензиями и в итоге выбрал артхаусный фильм «Путешественник во времени» с рейтингом 2,6 из 10.
Отправив ответ, Линь Хуэй больше не получал сообщений, поэтому тут же вернулся к работе. Они оба старательно выполняли свои задачи, чтобы подготовиться к субботнему свиданию.
И вот в мгновение ока наступил долгожданный день.
Линь Хуэй заранее переоделся и ждал, когда за ним заедут. Сначала он предлагал самому доехать и встретиться в кинотеатре, но Хэ Цзяньшань настаивал на том, чтобы забрать его лично.
Линь Хуэй не знал, смеяться ему или плакать. Он и не подозревал, что Хэ Цзяньшань так ценил ритуалы. Мужчина также хотел арендовать весь зал, но он твердо заявил, что в этом нет необходимости. На этот фильм вряд ли будет много зрителей. Только тогда Хэ Цзяньшань отступил.
Честно говоря, по сравнению с прошлым походом в кино, когда он нервничал и переживал, на этот раз Линь Хуэй чувствовал себя гораздо спокойнее. Даже когда Хэ Цзяньшань позвонил и сказал, что ждет у входа, он все еще раздумывал, не взять ли с собой контракты, чтобы обсудить их по дороге.
Но почему-то, когда он медленно шел к воротам, приближаясь к Хэ Цзяньшаню, и видел, что тот, стоя у машины, улыбается при его появлении, он почувствовал, как его сердце начало бешено колотиться.
Зимний закат казался блеклым и холодным, но Хэ Цзяньшань притягивал к себе весь свет и тепло, из-за чего Линь Хуэй не мог сдержать улыбки. Раньше он часто представлял, как будет выглядеть их свидание, и эти романтичные или простые фантазии заставляли его смеяться в тишине ночи. Только сейчас он понял, что реальность была куда прекраснее любых грез.
Линь Хуэй подошел к Хэ Цзяньшаню, и они просто стояли и улыбались друг другу.
— Только не говори, что на пассажирском сиденье лежит букет цветов, — наконец произнес Линь Хуэй.
Выражение лица Хэ Цзяньшаня на мгновение застыло, словно он думал: «Тебе все еще нужен букет?»
Линь Хуэй не сдержал смеха. Теперь он точно понял, хотя Хэ Цзяньшань и говорил красивые слова, на практике ему явно не хватало опыта.
Что ж, по крайней мере, они оба были новичками и могли учиться вместе.
Они приехали в кинотеатр как раз к пяти вечера. Хэ Цзяньшань все продумал: фильм закончится в семь, и они сразу пойдут на ужин. Пока они ждали начала сеанса, они тихо вели беседу в углу.
— Ты ни разу не спросил, почему я тогда опоздал, — вдруг сказал Хэ Цзяньшань, разглядывая билеты.
Линь Хуэй усмехнулся.
— Что тут спрашивать? Рейсы редко прилетают вовремя. Да и потом Ань Ни сказала, что было ограничение воздушного движения, и ты, не дожидаясь, пересел на другой рейс, чтобы вернуться.
Он помолчал и добавил:
— А почему ты не объяснился в тот раз?
— Я слишком торопился и не подумал об этом как следует. К тому же, я не сказал, а ты не стал меня винить. — Хэ Цзяньшань вдруг улыбнулся. — Я бы хотел, чтобы ты иногда ругал меня. Не надо всегда искать мне оправданий.
Линь Хуэй покачал головой.
— Хэ Цзяньшань, почему ты все делаешь наоборот?
— Это как в проектах: если обе стороны в выигрыше, сотрудничество будет долгим. Если же одна сторона постоянно в убытке — ничего не выйдет.
Линь Хуэй понял его намек.
— Но, возможно, эта сторона не чувствует себя ущемленной.
Хэ Цзяньшань молча покачал головой.
Когда фильм начался, как и ожидалось, в зале кроме них никого не было
«Не зря у этого фильма рейтинг 2,6», — подумал Линь Хуэй.
Он огляделся и вспомнил, как в прошлый раз сидел здесь один, и тогда зал казался ему слишком огромным. Сегодня же, хотя с ним был всего один человек, кресла остались креслами, свет — светом, но что-то изменилось.
Он тронул Хэ Цзяньшаня, который изучал места:
— Смотри, мы сэкономили на аренде зала.
— Помощник Линь так хорошо считает. Может, мне сказать Ван Кайчуню поручить тебе годовой бюджет компании? — не поднимая головы, ответил Хэ Цзяньшань.
Линь Хуэй вздрогнул.
— Господин Хэ, пощадите!
Хэ Цзяньшань рассмеялся и протянул ему колу. Они устроились поудобнее, и фильм начался.
Уже через пятнадцать минут Линь Хуэю стало скучно. Он прижался к Хэ Цзяньшаню и прошептал:
— Хэ Цзяньшань, этот фильм такой скучный, что я сейчас усну.
Хотя в зале кроме них никого не было, он говорил шепотом, будто боялся помешать другим.
— Что будем делать? Может, не будем смотреть? — так же тихо ответил Хэ Цзяньшань.
Линь Хуэй зевнул.
— Нет уж, мы заплатили за билеты. Будем сидеть два часа, ни минутой меньше.
— Тогда поспи немного.
Линь Хуэй будто только этого и ждал, поэтому сразу согласился.
— Ладно, тогда я посплю.
— Спи, — тихо рассмеялся Хэ Цзяньшань.
Так Линь Хуэй, положив голову на плечо мужчины, постепенно закрыл глаза. Возможно, он передал свое состояние партнеру, потому что вскоре и Хэ Цзяньшань начал клевать носом. Последние два дня он работал без отдыха, ночью дежурил, утром немного поспал в машине, а днем, закончив переговоры, сразу поехал за Линь Хуэем.
Он действительно устал. Просто во время ожидания Линь Хуэя, он стоял на улице, и холодный ветер немного взбодрил его. А когда он увидел, как молодой человек идет к нему, в его сердце вспыхнуло незнакомое прежде чувство радостного ожидания, и усталость отступила.
На экране герои продолжали играть, мягкая музыка и полумрак зала расслабляли. Хэ Цзяньшань изменил позу, чтобы его возлюбленному было удобнее, и тоже закрыл глаза. Через несколько минут он уснул, а Линь Хуэй в его объятиях тихо сжал его руку.
Два часа фильма пролетели незаметно.
Хэ Цзяньшань слегка нервничал из-за того, что их первое свидание закончилось двухчасовым сном в кинотеатре, но Линь Хуэй был доволен, избегая разговоров о фильме и твердя, что хочет есть. Он повез его в ресторан Ванхайлоу, где заранее заказал ужин.
Название «Ванхайлоу*» звучало громко, но море здесь было ни при чем. Ресторан находился на 56-м этаже небоскреба и с высоты открывал вид на весь Цзинхуа. Половина стен была сделана из стекла, и ночной пейзаж выглядел потрясающе. Это было не самое дорогое, но самое труднодоступное место в городе.
П.п.: Буквально «Смотрящий на море».
За годы работы Линь Хуэй с Хэ Цзяньшанем побывали во многих шикарных местах, но, войдя в приватный зал, он не сдержал возгласа:
— Вау!
Молодой человек подошел к окну и замер, очарованный огнями города.
— Я никогда не видел Цзинхуа с такой высоты.
— Тебе нравятся ночные виды, — подошел к нему Хэ Цзяньшань.
Линь Хуэй задумался.
— Наверное, днем я слишком занят. Да и днем красивого слишком много, все не охватишь. А ночью некоторые вещи принадлежат только ей.
Например, звезды или лунный свет; подсолнух, оживший после пьянки; или поцелуй под шум дождя.
Так много всего.
Все самые прекрасные моменты в жизни Линь Хуэя были связаны с ночью. Не знал ли Хэ Цзяньшань все его мысли? Их взгляды встретились в отражении на стекле, не в силах оторваться друг от друга.
Ужин был составлен по меню Ванхайлоу с учетом предпочтений Линь Хуэя. Даже привычные ингредиенты в руках шеф-повара приобрели необыкновенный вкус.
Линь Хуэй ел с удовольствием, болтая без умолку, а Хэ Цзяньшань слушал, изредка отвечая, но при этом не переставая накладывать ему еду, наливать вино, чистить крабов и разделывать мясо.
В середине ужина снаружи раздался громкий хлопок. Линь Хуэй поднял голову, это был фейерверк.
— Хэ Цзяньшань, смотри, сегодня салют! — воскликнул он.
Хэ Цзяньшань взглянул и продолжил чистить креветки.
— Мм.
— Вау, как красиво!
— Мм.
Линь Хуэй насторожился.
— Это же не ты организовал?
Хэ Цзяньшань рассмеялся.
— Нет, просто совпадение. Наверное, какой-то праздник.
— Правда?
— Правда.
Хэ Цзяньшань по-прежнему сосредоточенно чистил креветки. Линь Хуэй посмотрел на салют, потом на него, затем встал, забрал у него еду и подвел к окну.
— Подожди... — растерялся Хэ Цзяньшань, даже не успев вытереть руки.
— Я могу обойтись без креветок, но ты не должен пропустить фейерверк, — сказал Линь Хуэй, его лицо светилось в разноцветных вспышках. — Ну же, скажи, какой тебе нравится?
Хэ Цзяньшань на мгновение задержал взгляд на окне.
— Вот тот золотой был хорош, яркий. Этот тоже ничего.
— А этот серебристый — классный! О-о-о!
— Огненный дождь.
— Ух ты, как взрывается... Будто золотой ливень.
— Красный — ослепительный, даже небо светлеет.
— Воронка! Похоже на воронку!
Салют длился минут двадцать, и они все это время стояли у окна. Они забыли про вино, про креветки, про весь роскошный ужин и почти ничего не говорили.
— Как думаешь, почему людям так нравятся фейерверки? Однажды я задержался на работе и возвращался поздно. На мосту Лишуй как раз запускали салют, и все прохожие, спешившие по своим делам, вдруг замедлили шаг.
Хэ Цзяньшань посмотрел на Линь Хуэя, и молодой человек серьезно взглянул в ответ.
— Хэ Цзяньшань, тебе понравился салют?
Спустя мгновение Хэ Цзяньшань сжал его руку и тихо ответил:
— Мм.