Глава 32
Когда Линь Хуэй очнулся, на улице было уже совсем светло.
Он сонно открыл глаза и обнаружил, что лежит в чьих-то теплых объятиях. Его голова покоилась на руке Хэ Цзяньшаня, а сам он крепко обнимал его. Рука мужчины обхватывала его за спину, и они, обнаженные, плотно прижимались друг к другу.
Все эти годы Линь Хуэй жил по строгому распорядку. Как бы он ни уставал накануне, его биологические часы неизменно будили его по утрам в рабочие дни даже надежнее будильника. Но сейчас, осознав происходящее, он был готов провалиться сквозь землю от стыда. К счастью, Хэ Цзяньшань еще не проснулся, иначе бы он не знал, как заговорить с ним первым. Пока он размышлял, как незаметно высвободиться из этих объятий, внезапно зазвонил телефон.
Это был телефон Хэ Цзяньшаня. Линь Хуэй в испуге снова закрыл глаза.
Звонок продолжался несколько секунд, и Линь Хуэй почувствовал, как человек рядом слегка пошевелился. Казалось, Хэ Цзяньшань попытался достать телефон, не меняя позы, но у него не вышло. Через мгновение он аккуратно высвободил руку из-под него, и теплая ладонь больше не касалась его спины.
Движение Хэ Цзяньшаня вызвало легкий поток прохладного воздуха, и Линь Хуэй инстинктивно поджал плечи. Увидев это, мужчина поправил одеяло.
— Алло... — Голос Хэ Цзяньшаня звучал слегка сонно, не таким глубоким и звучным, как обычно.
— Лао Хэ, ты еще не встал? Разве в это время ты не должен быть на пробежке?
В комнате было тихо, и голос Сюэ Пэя отчетливо раздавался из телефона. Линь Хуэй слышал каждое слово.
Возможно, чтобы не разбудить его, Хэ Цзяньшань понизил голос до шепота:
— Встал. Что случилось?
— Не забудь, что сегодня вечером у меня ужин. Не хочу ничего говорить, но твоя командировка затянулась слишком надолго. Мой ресторан уже открылся, а ты только вернулся.
— О, понял.
— Адрес я пришлю тебе позже, а Линь Хуэю напишу в WeChat...
— Не надо, — перебил его Хэ Цзяньшань. — Не стоит так усложнять, я сам ему скажу.
— ...Ладно, как хочешь. В общем, в семь вечера, приходи пораньше. Пока.
Хэ Цзяньшань положил трубку и снова обнял Линь Хуэя.
Молодой человек изо всех сил старался дышать ровно, притворяясь, что еще спит. Но не прошло и нескольких секунд, как над его головой раздался тихий смешок, а затем прозвучал слегка насмешливый голос Хэ Цзяньшаня:
— Тебе нужно, чтобы я попросил для тебя отгул?
Линь Хуэй весь напрягся. Он отчаянно делал вид, что ничего не слышит, отказываясь отвечать на вопрос президента.
Это притворство было настолько милым, что Хэ Цзяньшань не удержался и поцеловал его, после чего встал с постели, оставив покрасневшего Линь Хуэя кутаться в одеяло.
Когда мужчина вышел, Линь Хуэй открыл глаза и прислушался к звукам из соседней комнаты: Хэ Цзяньшань почистил зубы, умылся, принял душ, а затем зашел на кухню и чем-то зашебуршал... Позже он вернулся в спальню, полностью одетый, подошел к нему, сел рядом и, нежно погладив его по волосам, сказал:
— Сначала я заеду домой, а потом сразу в компанию.
Стояла все та же тишина.
— Сегодня отдохни, хорошо?
По-прежнему не было никакого движения.
Хэ Цзяньшань усмехнулся и уже собирался встать, как вдруг Линь Хуэй схватил его за руку. Их пальцы переплелись.
Хэ Цзяньшань посмотрел на него, но молодой человек по-прежнему лежал к нему спиной, уткнувшись лицом в одеяло. Через некоторое время из-под одеяла раздался голос:
— Я приду на работу после обеда.
Будто торопясь сменить тему, Линь Хуэй быстро спросил:
— Что приготовил на завтрак?
Хэ Цзяньшань улыбнулся.
— Я долго искал, но так и не нашел, где у тебя рис, поэтому разогрел молоко, сварил яйца и кукурузу. Не забудь поесть, когда встанешь.
Линь Хуэй промолчал, но не отпускал руку Хэ Цзяньшаня.
— Ты... ты не исчезнешь?
Хэ Цзяньшань снова сел и, держа его за руку, успокоил его:
— Помощник Линь, я буду ждать тебя в компании.
Спустя долгую паузу Линь Хуэй тихо ответил:
— Мм.
Днем, когда Линь Хуэй прибыл в компанию, он, как и ожидалось, опоздал на пять минут. После вчерашней ночи Хэ Цзяньшань отнес его в ванную, помыл и привел в порядок, но нижняя часть его тела все еще ныла от боли, поэтому он провалялся в постели все утро и потерял счет времени.
Как только молодой человек вышел из лифта на двенадцатом этаже, он услышал голоса Ань Ни и Чжао Сяосяо. Увидев его, Ань Ни тут же схватила папку с документами и поспешила за ним, смеясь:
— Помощник Линь, я поймала тебя во второй раз!
Линь Хуэй улыбнулся. Перед выходом он принял душ, так что его волосы и уголки глаз были слегка влажными. В целом он выглядел менее официально, но с налетом особого шарма.
Ань Ни тут же воскликнула с преувеличенным восхищением:
— Помощник Линь, сегодня ты выглядишь по-другому!
Линь Хуэй замер на пороге своего кабинета.
— В каком смысле?
Ань Ни задумалась.
— Весеннее настроение!
— Менеджер Ань Ни, сейчас же зима, — усмехнулся Линь Хуэй, копируя ее интонацию, и вошел в кабинет.
— Тск-тск-тск, я сейчас пойду сплетничать, что у второй знаменитости Ваньчжу появилась пара.
Эта фраза рассмешила Линь Хуэя.
— А кто первая?
— Генеральный директор Хэ!
— О... — Линь Хуэй на мгновение замолчал. — Так он в кабинете?
— Да. Он только что вернулся после встречи с клиентами из банка, всего на десять минут раньше тебя.
Линь Хуэй был в шоке. Значит, он слышал весь их разговор с Ань Ни у дверей?
Изначально Линь Хуэй планировал обсудить с Хэ Цзяньшанем несколько текущих проектов сразу по приходу на работу, но у президента с утра возникла незапланированная встреча, так что плановое совещание передвинулось на послеобеденное время. В итоге он решил поговорить с ним после собрания.
В 14:30 Чжао Сяосяо сообщила ему, что пора в конференц-зал. Когда Линь Хуэй вошел, он понял, что не хватало только его, все остальные уже сидели. Кто-то болтал, кто-то смотрел в телефон, а кто-то готовился к совещанию. Мужчина, который еще несколько часов назад лежал с ним под одним одеялом, теперь сидел во главе стола с легкой улыбкой на губах, наблюдая, как он шаг за шагом приближается к нему и садится рядом.
Совещание началось.
Надо сказать, что «совещание» было одним из самых скучных изобретений в истории человечества. За все годы работы в компании Линь Хуэй посетил бесчисленное количество собраний — ежемесячные, квартальные, проектные — но так и не научился сохранять концентрацию от начала до конца. Особенно когда источником его рассеянности был человек, сидящий за тем же столом. Он думал, что если считать совещания профессиональной травмой, то те, где присутствовал Хэ Цзяньшань, хоть как-то компенсировали его страдания.
Сегодняшний день не стал исключением. Вскоре Линь Хуэй невольно начал поглядывать на Хэ Цзяньшаня. Но каждый раз, когда он бросал на него взгляд, мужчина уже смотрел на него.
После бесчисленных встреч взглядов Линь Хуэй наконец подпер голову рукой и отвернулся. С него хватит. Черт возьми, он не понимал, то ли Хэ Цзяньшань стал более проницательным, то ли он сам был слишком очевиден, поскольку его ловили каждый раз.
Тем временем Хэ Цзяньшань, поймав Линь Хуэя за этим занятием несколько раз, сначала развеселился, а потом задумался: а не смотрел ли он на него так же часто на прошлых собраниях? Но независимо от ответа, этот пристальный взгляд наполнял его сердце теплом. После минутного колебания он не удержался и отправил помощнику сообщение в WeChat.
[Хэ Цзяньшань: На что смотришь?]
Линь Хуэй увидел сообщение, когда Хэ Цзяньшань обсуждал с вице-президентом Сунь Цином планы на следующий этап работы с абсолютно серьезным выражением лица, будто это не он отвлекался десять секунд назад.
Линь Хуэй, с одной стороны, чувствовал себя виноватым за то, что его «разоблачили», а с другой — беспокоился, что мешает ему работать, поэтому перевернул телефон и не стал отвечать до конца совещания.
После собрания Линь Хуэй последовал за Хэ Цзяньшанем в кабинет.
Хотя он зашел с намерением обсудить работу, в момент, когда дверь закрылась, он почувствовал, как его лицо загорелось. Собрав всю свою профессиональную выдержку, он первым заговорил официальным тоном:
— Я изучил отчет по проекту Пань Синьняня. Думаю, все зависит от желания местных властей, но Фэнчэн — маленький город без явных промышленных преимуществ. Пока ситуация выглядит сложной, будет непросто. Президент, что вы думаете?
Хэ Цзяньшань прислонился к краю стола, опираясь на него руками. Он посмотрел на Линь Хуэя и вдруг сказал:
— Хочу поцеловать тебя.
Лицо Линь Хуэя мгновенно вспыхнуло. Ему потребовалось много времени, чтобы хоть немного успокоиться. Он заговорил, запинаясь:
— Вы... вы не можете так...
Хэ Цзяньшань парировал:
— Ты же сам спросил, что я думаю.
Линь Хуэй попытался пресечь эту опасную тенденцию.
— Президент Хэ, сейчас рабочее время и рабочее место. Так нельзя, это неправильно.
Линь Хуэй говорил очень серьезно, но его выражение лица, голос, слегка нахмуренные брови, приоткрытые губы и линия шеи, уходящая под одежду... все это притягивало Хэ Цзяньшаня.
Он не мог оторвать от него взгляд.
— Зови меня по имени, сейчас здесь только мы двое. Зови меня Хэ Цзяньшанем.
Линь Хуэй замолчал на мгновение, а затем тихо произнес:
— Хэ Цзяньшань, это неправильно.
Хэ Цзяньшань выпрямился, не сводя с него глаз, и медленно подошел к нему. Его горящий взгляд заставил молодого человека, будто испуганное животное, отступить на несколько шагов, пока его спина не уперлась в дверь.
Отступать было некуда.
Линь Хуэй подумал: «Нет, я прав. Нельзя так теряться». Он поднял голову, слегка сжал губы и посмотрел на Хэ Цзяньшаня упрямым взглядом.
Мужчина рассмеялся, и в его голосе прозвучали нотки то ли беспомощности, то ли нежности:
— Помощник Линь...
Его взгляд скользнул от глаз Линь Хуэя к его губам, а затем снова к глазам. Когда помощник Линь сосредотачивался, в его зрачках появлялся особый блеск, от которого было невозможно оторваться. Хэ Цзяньшань не удержался и поцеловал его в уголок глаза, прошептав:
— Ты должен знать, что даже президент иногда не может избежать ошибок.
Хотя они провели вместе ту чудесную ночь, Хэ Цзяньшаню все равно казалось, что этого было недостаточно. Утро, проведенное в разлуке, казалось слишком долгим. Если бы не назначенная встреча, он, вероятно, прогулял бы работу и остался с Линь Хуэем в постели.
Подобное было трудно представить. Даже сам Хэ Цзяньшань никогда не думал, что когда-нибудь Линь Хуэй станет для него важнее работы. Это произошло не из-за случайности или кратковременного увлечения. Это было результатом многолетнего проникновения, накопления и, наконец, взрыва.
Они неудержимо тянулись друг к другу. Им не нужно было больше слов. Все слова казались слишком бледными, пустой тратой времени.
Хэ Цзяньшань кусал горло молодого человека, целовал родинку на его плече, касался его ушей, спины, талии. Линь Хуэй крепко обнимал его, стонал, принимая его любовь, и оставлял на его теле следы.
Их накрыла одержимость, жажда, обладание, требование. Бесконечные и нескончаемые.
Любовь, как искра, зажигала все желания в сердце и теле. С того момента, как Хэ Цзяньшань осознал свои чувства к Линь Хуэю, он понял, что в его истории мог быть только один финал — «Линь Хуэй». Теперь он хотел на каждой странице этой истории оставить пометки о любви.
— Помимо того, о чем ты говорил, у меня есть новый проект, за который можешь взяться только ты. Только ты сможешь управлять им лично, сопровождать от начала до конца и контролировать в реальном времени. Справишься? — серьезно спросил Хэ Цзяньшань.
Выражение лица Линь Хуэя тут же стало сосредоточенным.
— Что это?
Мужчина посмотрел на него и снова наклонился для поцелуя.
— Отношения с Хэ Цзяньшанем.