Глава 5: Where Is My Mind?
Впереди солнце садилось за горизонт. Его лучи немного слепили и подсвечивали паутину царапин на лобовом стекле. Я прищурился, чтобы лучше видеть дорогу.
За окном мелькал провинциальный пейзаж. Мы пронеслись мимо башни элеватора.
Пришлось подруливать, чтобы машину не занесло. Старался ехать как можно аккуратнее. Вцепился в баранку. Боль в ноге ушла на задний план.
И не только она.
На задний план также ушло прошлое, в котором я старался не совершать рискованных поступков; отодвинулась завеса неопределенности будущего, в котором либо мамка меня повесит над сараем, как старую ворону, в назидание окрестным подросткам: смотрите, что бывает с теми, кто плохо себя вел.
Либо Ден разобьет мне ебало за свое корыто.
Либо батя Ники пустит на фарш, если на полном скаку въеду в какую-нибудь канаву. Или приеду позже, чем он, и не смогу пояснить, откуда у меня тачка.
Все это сейчас не имело никакого значения. По крайней мере, пока.
Попробовал переключить передачу — рычаг уперся. Дернул сильнее, и она зашла с хрустом. Водила из меня так себе. От напряга лоб покрылся потом, но, несмотря на это, я не сбавил скорость.
Из дребезжащих динамиков продолжал надрываться «Рекорд Оркестр», задавая темп.
Ника опустила стекло до конца, высунулась в окно навстречу потоку воздуха и засмеялась. Ветер трепал ее волосы, они хлестали ее по лицу. Она была в абсолютной эйфории. На секунду отвел взгляд от прыгающей дороги, чтобы посмотреть на нее.
Она повернула голову. Наши взгляды встретились на мгновение. И в ее огромных зеленых глазах читался абсолютный восторг, или так мне показалось. Я выпрямился, попытался придать всему своему виду небрежной уверенности, вроде как тачки угоняю постоянно.
Подмигнул ей и улыбнулся, стараясь не упускать из вида дорогу.
Странное ощущение, как будто я — это не я. Как будто взял в аренду тело кого-то другого, способного на дерзкие, безбашенные поступки, и сейчас выжимаю из этой роли максимум.
Перед поворотом на ее кооператив все же сбросил скорость.
Ника дотянулась до проигрывателя и выкрутила звук на полную.
Потом внезапно положила свою ладонь поверх моей руки, когда я переключал скорость.
Ее рука была прохладной. Меня насквозь прошибло от этого прикосновения.
Как собака Павлова, схватил позитивное подкрепление.
Она убрала руку.
— Давай сфоткаемся! — достала свой телефон.
На секунду я повернул лицо, она сделала фото, машина подпрыгнула на каком-то ухабе, который я не заметил, потому что позировал ей. Сильнее вцепился в руль.
Мы долетели минут за 5, хотя мне показалось, что прошли секунды. Затормозил у знакомых ворот, машина неуклюже клюнула носом — резковато бросил сцепление. Мотор дернулся, чихнул и заглох.
Стало тихо.
Хоть бы ее батя не подъехал прямо сейчас. Выключил проигрыватель. Я достал телефон и посмотрел на часы.
— Приехали, — сказал ей. Небрежно положил руку на спинку её сиденья.
Она посмотрела на меня снова. Опять этим своим взглядом.
— Это было круто, — выдохнула Ника. Ее глаза всё еще блестели.
— Ага, — только и смог выдавить я, пытаясь унять дрожь в руках.
— Ты сумасшедший, ты в курсе?
— Походу, — я пожал плечами, изображая стоика. Пару секунд подождал, пока немного отпустило.
Она улыбнулась. Быстро потянулась ко мне, коснулась еще раз руки.
— Напиши, как доберёшься. Тебе же точно ничего не будет? — и выскочила из машины.
— Не парься, — я махнул рукой. — Только твоему отцу, наверное, лучше ничего не говорить.
— Я не скажу.
Так мы обманули ее батю второй раз за вечер. Первый был, когда она сказала, что идет прогуляться по селу.
Наблюдая за тем, как за ней захлопнулась калитка, я обреченно выдохнул.
Герой, блять. Что делать дальше - в душе не еб. Но нужно куда-то пристроить машину.
Еще пару секунд я смотрел на пустую пыльную дорогу, по обеим сторонам которой тянулась вереница разношерстных заборов.
Ладони вспотели и прилипли к рулю.
По телу пробежал озноб, хотя было не холодно.
Надо сваливать, а то реально сейчас ее батя приедет.
Завелся и кое-как развернулся, стараясь не газовать.
Выехал из кооператива и повернул на село, в объезд поля.
Обратно старался ехать тем путем, где меньше вероятность, что меня заметят соседи. Только этого не хватало.
Сумерки сгустились, стало заметно темнее. Свернул на пустырь, поросший сорняками и крапивой.
Стебли растительности глухо хлестали по днищу.
До моего дома от этого места было недалеко, меньше километра.
Чуть проехал и заглох. Выключил зажигание.
Стало тихо.
Драйв уступил место боли. В ноге дико пульсировал нерв.
Прошла минута, прежде чем я собрался с силами и вышел из машины. Длинный стебель крапивы неприятно мазнул по руке, кожа сразу же начала неприятно зудеть и порозовела.
Присел. Сунул ключи под переднее колесо.
Поднялся. Достал телефон.
Пальцы дрожали так сильно, что я трижды промазал по иконке камеры. Снимок вышел не очень четким, но хотелось побыстрее свалить, так что не стал переделывать.
Захлопнул дверь. Тот другой, который только что летел по трассе под «Ладу Седан», остался там, внутри. А здесь, в темноте, стоял я, силясь понять, как так вышло, что я угнал тачку у Дена.
Захотелось плакать, не знаю от чего: от накатившего отчаяния или от жалости к себе.
Я медленно пошел к дому. Позвоночник прошиб холодный пот. Руки колотило. И зубы постукивали друг о друга. Сердце стучало так, что стало тяжело дышать.
Зачем? Зачем я это сделал?
Каждый шаг — вспышка боли. В голове крутилось: все будет нормально. Может, Ден заберет тачку и забудет. Ничего не будет?
Ден забудет? Вот уж вряд ли.
Глубоко вдохнул. Вытер лоб рукавом. До дома оставалось совсем немного.
Вдалеке залаяли собаки, резко взвизгнул чей-то мотоцикл. Звук мотора напряг, т к я ожидал каждую минуту что из-за какого-нибудь угла вырулит Ден.
Дома было тихо. Мамка так и не пришла — до сих пор в гостях. Хоть какая-то отсрочка.
Не стал зажигать свет. Прошел в свою комнату. Рухнул на кровать. Хотелось выключить сознание, как выключают свет, чтобы так не давило.
Блять, он же меня убьет.
Завибрировал телефон.
Ника: «Ты дома?»
Больше всего мне хотелось рассказать ей правду. Хотелось написать как мне хреново, как болит нога и как меня трясет.
Я: «Ага. Только зашел».
Ника: «Всё еще не верю, что мы это сделали».
Я: «Хаха. Ден идет домой пешком».
Отложил телефон. Собака Павлова внутри меня довольно зажмурилась. Она получила свою порцию одобрения, и теперь боль в ноге казалась почти терпимой.
Минуты через две телефон завибрировал снова. Подумал, что это она написала еще что-то, и почти бодро смахнул заставку.
Это был Коля: «Бля, Лютик, ты живой? Ден с пацанами носится по селу как ебнутый. Ты угнал тачку? Спрячься где-нибудь. Пришлось дать ему твой контакт. Прости, чел. Тебе, кажется, пиздец».
Я ответил то же самое, что до этого говорил Нике:
— Не парься.
Внутри всё оборвалось. Телефон в руке ожил. Звонок с незнакомого номера.
Не стал брать трубку, сбросил.
Сообщение от пользователя, которого нет в контактах.
Голосовые. Я нажал на плей, прижав динамик к уху.
Голос Дена:
— Ты, блять, уёба! Ты че себе возомнил, сука?! Где тачка? Где моя машина, блять, ты?! Уеба, блять, быстро говори, где ты! Я приеду, я тебя разъебу нахуй, ты понял?!
Второе сообщение следом:
— Где тачка, блять, пиздец нахуй!?
Меня затрясло, телефон чуть не вылетел из рук.
Прикрепил фото, которое сделал в кустах, и дрожащими пальцами вбил текст:
«Возле 45-го дома, зеленый забор, где крапива. Ключ под колесом. Забирай», — чуть не дописал: «Извини, пожалуйста», но потом подумал, что это лишнее. Делу не поможет. Если он решил меня отпиздить, зачем еще унижаться? А может, он заберет тачку и ничего не будет?
Отправил. Две галочки стали синими.
Тут же нажал «Заблокировать». Иди нахуй. Забирай своего Пегаса и отъебись, блять, от меня. Пожалуйста.
За окном трещали сверчки.
Я встал и разделся. Нужно было смыть с себя этот день. Надеялся, что холодный душ приведет меня в чувство. Когда я стягивал футболку, руки запутались в ткани. Начал задыхаться.
Меня колотило.
Я стоял посреди комнаты в одних трусах, глядя на свои дрожащие ладони. Паническая атака.
Зачем я это сделал? Какой же я дурак. Не дурак даже. Долбоеб.
Я услышал звук мотора где-то на соседней улице. Замер. Прислушался. Сердце колотилось в самые уши, мешая разобрать — это Ден?
Ты че, дебил, он не мог так быстро тачку забрать.
Так и не дошел до ванной. Просто стоял и слушал темноту. Дышать становилось всё труднее.
Попытался сделать глубокий вдох, но как будто что-то помешало. Снова пошел в комнату, лег на кровать, накрылся с головой одеялом, как делают маленькие дети, когда спасаются от воображаемых чудовищ.
***
Я, кажется, отключился. Не знаю, сколько прошло времени. Минута или час.
Меня разбудил звук мотора. Тарахтение оборвалось прямо у ворот.
Я подскочил на кровати. Сердце ударилось о ребра и замерло. Машинально схватил одеяло, скатился на пол и забился в щель между стеной и шкафом.
Нащупал в темноте свою палку. Вцепился в нее двумя руками. Сейчас она была бесполезна, но я решил, что это лучше, чем ничего. И натянул одеяло на голову.
Снаружи раздалась возня. Кто-то перемахнул через забор и тяжело спрыгнул во двор.
Затем приближающиеся шаги.
Я перестал дышать.
По стене скользнул белый луч. Ден просвечивал фонариком мою комнату сквозь окно. Свет мазнул по краю шкафа, за которым я сидел, скользнул по полу и исчез в темноте.
Звонкий стук в стекло — оно задребезжало так, как будто сейчас вылетит. Раз, другой.
Голос Дена резал тишину.
— Лютик, блять. Выходи, если ты пацан. Побазарим.
Иди ты на хер.
Шаги удалились. Он начал обходить дом.
Было слышно как он стучит в каждое окно, от этого стало не по себе.
Скрипнула приоткрытая форточка на веранде.
Он что, собирается залезть в дом?!
Раздался громкий шепот:
— Лютик, я знаю, ты там. Слышишь?! Я тебя, блять, найду, уебище лесное. И закопаю нахуй.
Шорох. Он высунулся обратно.
Мне полегчало от мысли, что он не разъебет дом. И не ворвется сюда, обнаружив меня за шкафом. Было бы неловко как минимум.
Через пару секунд я услышал журчание. Походу, Ден обоссал входную дверь. Зашибись.
— Лютик, блять! — снова его голос. — Я знаю, что ты там, сука! Выходи!
Дзынь!
Звук разбитого стекла на веранде. Стекла падают на пол.
Прилив жара по всему телу. С одной стороны, захотелось полететь туда и попытаться драться, но, взвесив свои шансы, передумал.
Слабак.
Он просунулся в окно снова. На этот раз процедил сквозь зубы:
— Я знаю, ты там. Это только начало, блять. Я тебя уничтожу нахуй. На колени, блять, поставлю.
После этого он наконец-то свалил. Повозился с засовом, хлопнула калитка. Завелся жигуль. Колеса провернулись с визгом, и машина умчалась прочь.
Мамка придет, увидит все это и убьет меня. Потом вернется Ден и обоссыт мое тело. Блять, ну я и даун.
Просидел еще минут 20 за шкафом, потом выбрался и пошел оценивать урон.
Ноги затекли так, что чуть не рухнул обратно на пол. Зазвонил телефон мелодией, которая стояла на мать.
Блять, господи.
Я вдохнул поглубже.
— Алло.
— Чего трубку не берешь? — я если что всего два гудка пропустил.
— Да я это… Борщ накладывал.
— Я тут останусь. Полей завтра.
— Хорошо.
— Все нормально?
— Да… Фильм смотрю.
— Может, с утра забегу, или сразу на работу.
— Хорошо.
— Ладно, я вешаю трубку.
Одним поводом для паники меньше. Хотя бы сегодня не получу пиздюлей за разбитое стекло.
Экран снова загорелся. На этот раз Ника.
Ника: «Не спишь?»
Я стоял посреди темной комнаты, вслушиваясь в каждый шорох на улице, ожидая, что Ден вернется с монтировкой.
Я: «Только из душа вышел. А ты чего не спишь?»
Ника: «Думала про сегодня. Рассказала Егору и Лизе про мясокомбинат. Егор хочет послезавтра приехать, поснимать там видео для Ютуба. Проведешь экскурсию?»
При мысли о визите Егора меня сотряс финальный аккорд ярости. Ему нужен контент для Ютуба. Заброшка, индустриальная эстетика, все дела. Пока он там будет пилить контент… Если до этого вообще дойдет, и Ден не порешит меня раньше.
Какого хрена я должен его туда вести? Но в то же время проскользнула и другая мысль: что уделаю этого городского лоха за инциндент с пиццей. Найду способ показать Нике, какой он лузер.
Я: «Пусть приезжают. Сделаем им контент».
Ника: «Егор спрашивал, не опасно ли там)»
Я стоял в трусах, дрожал от холода и отходняков, и молился, чтобы во двор больше никто не запрыгнул. Покрепче замотался в клетчатое одеяло.
Я: «Передай Егору, пусть не ссыт. Со мной безопасно».
Сунул телефон в карман. Натянул кеды прямо на босые ноги, смяв задники, и вышел через прихожую на веранду.
Хруст.
Наступил на осколки. Теплый летний сквозняк тянул через пустые рамы, занося в дом запах ночи. Я вышел на крыльцо.
Еще сообщение от нее.
— Ты мне книжку не отдал.
Бля, точно, книжка. Я постарался вспомнить, где последний раз видел свою торбу от сменки, в которую я ее положил. На заброшке? В машине Дена? Была ли она со мной, когда я пришел домой?
Надеюсь, не забыл ее в машине.
Я держал телефон в одной руке, думал над ответом. Другой рукой потянулся к раме, хотел вытащить здоровенный кусок стекла, похожий на клык.
Стекло сидело крепко. Пришлось дернул сильнее.
Пальцы соскользнули. Острая, невидимая в темноте грань мягко и глубоко вошла в мякоть большого пальца.
Я выронил осколок и выругался. Он упал на пол со звоном и разлетелся на части. Посмотрел на руку. В бледном свете уличного фонаря увидел довольно глубокий порез. Кровь казалась почти черной. Она быстро собралась в тяжелую каплю, сорвалась с пальца и шлепнулась возле белого мыска правого кеда.
За ней вторая. Третья.
Я стоял, смотрел, как кровь капает на пол. Одна капля упала на белый носок.
Было больно, но после всех моих страданий стало казаться что я способен это пережить.
Телефон пиликнул. Ника прислала наше фото.
— У тебя тут такое серьезное лицо.
Я поставил ей реакцию сердечко, но потом подумал, что это как-то не по-пацански, и заменил его на смеющийся эмодзи.
Сунул палец в рот. Но это особо не помогло остановить кровь. Почувствовал сладковатый привкус железа. Рану засаднило.
Вернулся в комнату. Выдвинул ящик стола здоровой рукой, покопался, нашарил старый бактерицидный пластырь. Кое-как оторвал бумажку зубами, попытался приклеить пластырь к ране. Но он еле держался, наверное, клей, которым он клеится, почти высох. Тогда еще покопался в столе, извлек на свет старый носовой платок, серый в клетку, и прижал его к пальцу.
Упал в компьютерное кресло. Дернул мышку непострадавшей рукой. Системник тяжело загудел кулерами. Загорелся монитор.
Я открыл браузер. Набрал в строке запроса:
«Бойцовский клуб смотреть онлайн».
Кликнул по первой ссылке. Поставил фильм на паузу. Открыл соседнюю вкладку и вбил в поиск аудио.
Pixies — «Where Is My Mind?».
Нажал на плей.
Из колонок медленно потекла гитарная мелодия. Ударные задали ритм. Музыка заполнила темную комнату, задвигая все случившееся на задворки подсознания.
Изобрел этот прием какое-то время назад.
Если примера отца нет под рукой, приходится учиться жизненной мудрости у соседских мужиков и дедов. И заполнять недостающие пустоты крутыми мужиками из фильмов.
Сейчас мне понадобится Тайлер Дерден, чтобы получить заряд рафинированного безумия, достаточного для того, чтобы справиться со всем дерьмом, которое я сам заварил.