🌺Chapter 17🌺
В школе что-то случилось, какое-то ЧП, поэтому это был последний день второй четверти. Обычно мы идем на каникулы 30, но... да, какая разница?!
Наверное, я никогда не был так счастлив. Это чувство, когда сначала жутко волнуешься, а потом испытываешь облегчение ... это что-то просто невообразимое! «Камень с души упал». Да тут не камень, с меня весь Эверест сошел! Я ведь говорил, насколько дорог для меня папа. Даже одноклассники заметили, что всё образовалось. А ведь отец Семы выполнил своё обещание. Я так хотел его поблагодарить, так хотел пожать его руку.
Весь день я только и говорил Семе с Васей, как я благодарен дяде Гоше. Они слушали и улыбались. Я напросился вечером к другу домой, чтобы побольше узнать о расследовании.
Незаметно пролетел последний урок. По его окончании мы собрали вещи и вывалились из школы.
До дома я шел настолько быстро, что ребята все время меня останавливались и смеялись надо мной. Я улыбался им в ответ, но все же мне не терпелось услышать все в подробностях.
Наконец, вечером я пришел к Семе. Васька, сославшись на дела, не пришла, поэтому мы пошли к нему в комнату. Я немного огорчился, когда не увидел в квартире дядю Гошу, но Семён сказал, что он может сам все рассказать, что он в курсе дела.
Закрыв дверь, Сема удобно устроился за столом, в то время как я вальяжно расположился на кровати, обняв его подушку. От этой позы он рассмеялся.
- Слушай, - прервал я его. - А как твой отец так быстро вызвал скорую и отправил моего отца в такую хорошую больницу?
- Просто в полиции у папы есть очень хороший друг. Вот он и постарался.
- Нам, наверное, надо будет возместить все убытки.
- Ты что, с ума сошел? - удивился Сема моим словам. - Ничего от вас не надо. Давай приступим к разговору. Бывают же такие друзья...
— Это точно! – я стукнул кулаком по кровати, забыв о своем любопытстве. – Вообще не понимаю, как такое могло случиться! Я ведь с самого детства их знаю! Оно же и предложили папе тут квартиру. Они помогли с документами. Они были такими добрыми... — моё лицо приняло выражение растерянности – до сих пор не хотелось верить в то, что хорошие люди совершили нечто настолько ужасное. Семён сел рядом со мной и обнял меня за плечи:
— Понимаешь, в наше время почти каждый человек больше всех на свете любит себя. И чтобы дать самому любимому всё, что он хочет, нужны деньги. А ты сам знаешь, что прибыль начальника куда больше прибыли его заместителей.
— Ну, да, — я кивнул. – А почему именно сейчас?! Они не могли раньше этого сделать? Или позже?
— В этом-то и была главная трудность. Они бы не получили фирму, если б твой отец не написал завещание, в котором, при всём раскладе дел, всё получали бы они. И тем более, вы должны были быть ближе для этого. Вероятно, поэтому и предложили переехать сюда.
— А если б не написал то завещание?
— Фирма бы перешла государству.
— Как?
- Я не знаю, - пожал он плечами.
— Тогда проехали. Но... почему тогда не убили папу сразу?
— Они пытались выпытать у него, где хранится завещание. Видишь ли... твой отец пожелал не оставлять его у нотариуса, а забрать с собой и хранить всё в секрете. То есть, единственная копия была в сейфе. А сейф найти дружки не смогли, поэтому им нужно было выпытать всё у твоего отца. Но он держался.
— Погоди... а как тогда Савиров и Фёдоров о завещании узнали, если об этом знал только папа?
— Нотариусом оказался двоюродный брат Савирова. Он-то и рассказал родственничку о возможном крупном наследии. Он, кстати, тоже привлечен к уголовному делу.
— Вот сволочь! – я даже закусил губу.
— Ночью, когда твой отец возвращался с работы, его, на тот момент, друзья встретили и вырубили. Он не оказал сопротивления, потому что доверял им и не ждал подвоха, – мои руки сами сжались в кулаки.
— Значит, в тот день их всё-таки не было на даче?
— Как сказать. Их алиби было определено по показаниям свидетелей и записи видеокамеры.
— Тогда как твой отец догадался? – спросил я. Юноша улыбнулся.
— Я не знаю. Этого он мне не сказал. Но соседи сказали, что видели дружков на даче. Но, как потом выяснилось, это были не они, а переодетые ими подкупленные люди.
— А как же папа? Всю дачу ведь обыскивали. Если его избивали в сарае... То там должна была быть его кровь! Он сам, в конце концов!
— Фёдоров и Савиров знали, что и дачу будут обыскивать. Поэтому... — он замолчал.
— Ч-что?..
— Они спрятали его.
— Куда? – я нахмурился – как-то странно Сема об этом говорил.
— Ну...
— Ну. Говори прямо, — не выдержал я.
— Они закопали твоего отца, – мои глаза расширились от ужаса, дыхание аж перехватило. – Не волнуйся, не волнуйся! – замахал руками Петров. – Он был в...таком деревянном сооружении...
— В гробу, ты имеешь в виду, — понял я.
— Ну... да. Он в расколоченном виде тоже находился в сарае. А рядом – аппаратура для дыхания под водой. Этим и объясняется, почему твой отец не задохнулся – у него был воздух из баллонов, и на всякий случай они оставили дыру для кислорода снаружи, – я нервно сглотнул. На что только люди не идут, чтобы обогатиться... Даже на такое. — Закопав его, Савиров и Фёдоров выпили, чтобы в них нашли алкоголь, а их копии смылись.
— Ужас... — я честно был ошарашен. Чтобы лучшие друзья так поступили... Даже ради больших денег... Это просто неприемлемо.
— В общем, — он вздохнул, – Я рассказал все, что слышал от отца, — он улыбнулся и потрепал меня по голове.
Уголки моих губ сами поползли вверх.
— Спасибо тебе и твоему отцу... Я даже не могу передать словами, насколько благодарен...
Он кивнул и дотронулся своим лбом до моего:
— Если будут ещё проблемы – всегда говори мне. Я обязательно помогу тебе.
— Д-да...
Он так часто стал так прикасаться ко мне. Сердце начинало биться быстрее, щеки розовели и...становилось тепло. Не знаю, почему, но тело как-то само, без приказа мозга, разума, здравого смысла, в конце концов... Я дотронулся губами до губ мальчишки. Теплые, его дыхание горячее. Ничего такого, просто легкое прикосновение, но оно разлило по всему телу такое приятное ощущение, что хотелось окутаться им навсегда. Я отстранился. Он смотрел на меня расширенными глазами, приобретшими сейчас оттенок светлее, чем обычно, его рот приоткрылся, а брови высоко взметнулись вверх. Никогда я не видел его таким потрясенным.
И тут я понял, что только что сделал.
Я свалился с кровати, приземлившись на подушку, кое-как поднявшись, налетел на стул, врезался в закрытую дверь, с пятого раза открыл ее и побежал, куда глаза глядят.
Слава Богу, наступают каникулы, и через две недели мы оба забудем про это маленькое недоразумение...