29 глава
Место: заброшенный ангар на окраине. Шум дороги почти не слышен. Тусклый свет от одной лампы под потолком. Пахнет железом, пылью и злобой.
Алекс привязан к железному стулу. Руки за спиной, лицо разбито. Губа лопнута, на щеке след ботинка. Он приходит в себя, тяжело дыша.
Перед ним стоят Джокер, Рыжов, Шрам и Грек. Все молчат. Только глядят. В этой тишине Алекс начинает дёргаться.
— Где я?.. — сипит он. — Это незаконно. Вы… вы меня похитили.
Рыжов хмыкает:
— Знаешь, что смешно? Ты говоришь о законе, а сам чуть не убил девчонку. Оставил её истекать кровью в подвале, как шавку. Где тогда был твой закон?
Алекс молчит. Только кривится.
Джокер делает шаг вперёд. В его глазах — ледяная бездна.
— Почему ты это сделал, Алекс?
Молчание.
— Отвечай.
— Она... она собиралась уйти. Сказать всем. Ты знаешь, кто я. Кто я был. Я не мог...
— Ты не мог, да? — перебивает Джокер. — А ты знал, что она каждую ночь кричала во сне? Что просыпалась от ужаса, что ты вернёшься?
Алекс опускает голову.
— Я... я её любил...
Шрам хохочет:
— Любил? Ты чуть не выпустил ей кишки, ублюдок.
Джокер достаёт из кармана нож. Острый, тонкий, блестит под светом лампы. Подносит к лицу Алекса.
— Хочешь почувствовать, как это — когда боль не прекращается?
Алекс в панике:
— Нет, нет, подожди! Я могу всё рассказать! Я не один был! Меня… меня науськали. Я не просто так.
Джокер замирает.
— Говори.
— Её отец… Он просил, чтобы я за ней присматривал. Но потом… он отдал её мне, как будто она вещь. Сказал: «Сделай, чтобы слушалась. Не пускай обратно к брату». Я… я думал, имею право.
Грек сжимает кулаки.
Рыжов кивает:
— Значит, отец знал, на кого тебя оставил. Прекрасно.
— Он хотел, чтобы Полина боялась. Чтобы не сбежала к Джокеру. Он считал, что брат опасен для неё.
Джокер не моргает.
— А ты считал, что у тебя есть власть. Что ты можешь владеть ею, как куском мебели. Но, Алекс… она — моя сестра. Единственный человек, за которого я убью без сожалений.
Он медленно подносит нож к щеке Алекса и царапает по коже тонкую линию. Капля крови. Алекс задыхается.
— Мы тебя не убьём. Пока. — Джокер отступает назад. — Но ты исчезнешь. Навсегда. И если хоть тень твоя появится рядом с её жизнью — тебя не найдут даже черви.
Рыжов подаёт сигнал. Грек достаёт шприц и вкалывает Алексу препарат — сильное седативное. Тот дергается, потом отключается.
— Куда его? — спрашивает Шрам.
— В контейнер, — спокойно говорит Рыжов. — А потом в тундру. Пусть живёт. Но далеко.
Джокер поворачивается и уходит. Он не чувствует удовлетворения. Только усталость. И пустоту.
Но он знает — это был только первый шаг. Семья должна быть в безопасности. А те, кто предал — наказаны.
***
Марина сидит на диване, кутаясь в плед. В комнате полумрак. Телефон в руке, но Джокер не отвечает.
Дверь открывается. Входит Джокер. На нём всё ещё кровь на рукаве. Он снимает куртку молча.
— Где ты был? — тихо, с тревогой.
Он смотрит на неё устало.
— Заканчивал то, что должен был закончить ещё год назад.
Марина подходит ближе, касается его руки.
— Ты видел Алекса?
— Он больше не вернётся.
Марина смотрит в его глаза.
— А тебе легче стало?
Пауза.
— Нет, — отвечает Джокер. — Но она теперь может спать спокойно.