ОЖИДАНИЕ

Я сидела уже третий час за изучением английского языка. У меня сейчас взорвётся голова.

— Всё, больше не могу. Мне срочно нужна горячая ванна и расслабляющая музыка. Ну, в идеале, конечно, мне нужно было совсем другое... Как же я соскучилась по Артёму... М-м-м...

Зайдя в комнату, я увидела на кровати его вещи, а из душа было слышно, как бежит вода.

— Так, вот и шанс подвернулся. Он точно не устоит, и я уверена: он тоже соскучился по мне. Ведь раньше я для него была как наркотик. Он всегда меня хотел — везде. Его просто невозможно было остановить.

Сняв с себя одежду, я пошла в душ. Открыв кабинку, я зашла и просто сзади обняла Артёма, нежно стала целовать его спину. Я почувствовала, как напряглось его тело. Мои руки гладили его мускулистую грудь...

— Артём, повернись ко мне, — говорю я шёпотом.

— Зря стараешься, — он убирает мои руки со своей груди и, не глядя на меня, уходит.

Я села на кафель, обняла колени руками и просто плакала. Он прав: всё, что сейчас происходит, — виновата только я.

Когда я вернулась в комнату, его уже не было. Я выключила свет и легла спать.

Просыпаюсь от того, что меня кто‑то целует. Я не сразу поняла, что происходит...

— Артём, что ты делаешь? — говорю ему, пытаясь убрать его руки, которые блуждали по моему телу.

— Тсс, ты же этого сегодня хотела? Ты же этого добивалась? Так вот, я весь твой, — говорит Артём и начинает снимать с меня футболку.

— Пожалуйста, прекрати. Ты пьян, я не хочу. Уйди, прошу тебя, — уже со слезами на глазах молю его.

— Нет, красавица. Ты моя, и я безумно хочу тебя, — говорит он, снимая с себя одежду.

В это время я, прикрывая себя руками, пытаюсь отодвинуться от него. Но он резко хватает меня и срывает с меня трусики. Я лежу под ним полностью голая и плачу, а он продолжает жадно меня целовать.

Я сопротивлялась, как могла, но он сильнее меня. Я понимаю, что от его грубости у меня будут синяки.

— Молю тебя, прекрати, мне больно. Пожалуйста, не надо.

— Расслабься, и тебе не будет больно. Как же я скучал, — говорит он и резко входит в меня...

Уже не было сил сопротивляться. Я просто лежала, прикусывая от боли губы, а по щекам текли слёзы.

Когда он сделал своё дело, просто лёг на спину и отключился. Он был сильно пьян.

В этот момент я поняла: он победил. Он сделал мне так же больно, как когда‑то я ему... Но моя боль в тысячу раз сильнее...

В тот миг я убедила себя, что прощение — невозможный выбор. Это был не просто разрыв, а точка невозврата: всё, что когда-то связывало нас, теперь выглядело как руины, среди которых бессмысленно искать уцелевшие кирпичи доверия. Я знала: пытаться восстановить это — всё равно что пытаться склеить разбитое зеркало.