ОЖИДАНИЕ

Прибыли мы в Нью‑Йорк поздно ночью. За всё время, что мы были в пути, Артём ни разу со мной не заговорил. «Не понимаю, чего он добивается таким отношением ко мне», — мысленно вопрошала я, глядя в окно такси на огни мегаполиса.

Машина подъехала к большому и невероятно красивому дому. «Зачем нам двоим такой огромный дом?» — подумала я про себя, выходя на тротуар.

Когда я переступила порог, то буквально потеряла дар речи. Всё вокруг было настолько изысканно, что сразу становилось ясно: над интерьером работали профессионалы. Высокие потолки, лепнина, антикварная мебель — каждая деталь дышала роскошью и вкусом.

Пока я рассматривала гостиную, Артём заносил наши вещи.

— Соня, поднимайся за мной на второй этаж, — скомандовал он.

« Бесит, когда он меня называет по имени!» — пронеслось в голове. Я молча последовала за ним.

— Это моя комната? — спросила я, остановившись у двери с резной ручкой.

— Нет, наша, — коротко ответил Артём.

— Не поняла. Мы будем спать вместе? Тут же много пустых комнат.

— Ну, вообще‑то все комнаты заняты. Неделю назад приехала вся семья: Анна Сергеевна — мама Артёма, Альберт Викторович — отец, сестра Кира и бабушка Мария Петровна.

— И они не знают, что у нас в браке полный хаос? Все думают, что мы помирились и у нас всё хорошо?

— Именно. После последних событий бабушке было плохо, у неё больное сердце. Она очень сильно переживала за нас. Я не хочу больше её расстраивать. Так что, будь добра, веди себя как любящая жена.

— Артём, может, хватит уже так себя вести? Я устала, честно. Давай попробуем начать всё сначала? — Я подошла к нему, чтобы обнять, но он резко отвернулся.

— Слушай меня внимательно, больше повторять не буду. Ты моя жена только на бумаге. И не жди от меня ничего. Я больше не скажу тебе, что люблю тебя. И всё, что сейчас происходит в твоей жизни, — исключительно твоя вина.

— Хм. Я поняла тебя. Но ты хочешь сказать, что, спя со мной в одной кровати, сможешь не прикоснуться ко мне?

— Ох, поверь, ты меня не интересуешь как женщина, — бросил он и скрылся в ванной комнате.

— А вот это было больно, — прошептала я ему вслед, но он уже не слышал.

Утро следующего дня

Проснувшись, я обнаружила, что Артёма в комнате уже не было. Похоже, он вообще тут не ночевал. «Ага, я его не интересую как женщина? Мы это ещё посмотрим», — подумала я с упрямой решимостью.

Надо было спуститься вниз, поздороваться со всеми, позавтракать и разобрать вещи. А потом можно и с Кирой по городу погулять — всё‑таки это же Нью‑Йорк!

— Всем привет! — сказала я, входя на кухню.

— О‑о‑о, Сонечка? Ты уже проснулась? Как раз к завтраку, — тепло улыбнулась Анна Сергеевна.

Да, я называю её мамой, и она не против. Для меня это очень важно. Ведь свою родную маму я не знаю. Насколько мне известно, она бросила меня, когда мне было три года. В семь лет отцу пришла телеграмма, что она умерла. После этого он начал сильно пить, и в одиннадцатилетнем возрасте меня забрали в детский дом.

Но я не сломалась. Наоборот, стала сильнее. И считаю, что добилась многого в жизни. «То ли ещё будет!» — мысленно подбадривала я себя.

— А где все? — спросила я у Анны Сергеевны.

— Артём уехал рано утром. У него там проблемы серьёзные возникли, теперь днями и ночами будет пропадать на работе. Но ты, солнце, на него не злись, это временно. Потерпи. А остальные сейчас спустятся.

— Угу, — ответила я и села за стол.

— Кстати, сегодня у тебя начинаются занятия по английскому языку.

— Да‑а‑а???

— А что, Тема тебе не сказал?

— Э‑э‑э... Нет, забыл, наверное.

— У вас всё нормально?

— Да, конечно, — соврала я, натянуто улыбнувшись.

В этот момент к столу спустились остальные члены семьи. За завтраком мне увлечённо рассказывали про места в Нью‑Йорке, которые я обязательно должна посетить: Центральный парк, Бруклинский мост, Музей современного искусства, Таймс‑сквер...

Месяц спустя

Так пролетел целый месяц. Я занималась изучением английского и даже записалась на курсы парикмахерского искусства — получить сертификат международного уровня дорогого стоит.

С Артёмом мы практически не пересекались. Он всегда пропадал на работе или в кабинете. Даже не спал в нашей комнате — видимо, ждал, когда все уснут, и уходил в другую.

Но я понимала: так продолжаться больше не может. Надо что‑то делать.

«Пора брать ситуацию в свои руки», — твёрдо решила я, глядя в зеркало. В отражении я увидела не растерянную девушку, а женщину, готовую бороться за своё счастье.