3
- Что? Нет, я буду ухаживать за бабушкой и помогать дедушке.
- Ты должен поехать в Сеул к матери, мы переведём опекунство на твоих родных родителей, Чонгук, это не обсуждается, - дедушка был отстраннёным, расстерянным даже. Он смотрел на свои руки, которые были замком сцплены и лежали на столе.
- Что ты с ней сделала?! Почему она в таком состоянии? - не обращая внимание на деда, ругался омега.
Женщина подошла к сыну и взяла его лицо в руки.
- Солнышко, сейчас, в такой сложный период, ты должен понять, ситуация вышла из-под контроля, ты же не хочешь, чтобы бабушка страдала, верно? Ей будет не страшно со своим альфой, поверь мне, ей нужен покой, она стеренькая уже у нас. Но завидя тебя, она не сможет просто отдыхать, она будет суетиться, готовить, убираться, с тобой возиться, это же бабушка, ты же знаешь её. Солнышко, моё, прости, что я оставила тебя на 14 лет, но каждый делает ошибки. Давай сделаем это ради бабушки, дадим ей отдых, м?
Чонгук не понимал, что происходит-то вообще.
- Деда? Я что-то не так сделал? Я провинился? Из-за меня бабушке плохо, и я виноват в этом, да? Вы не выгоняйте меня, я буду делать всё что нужно, - всё-таки слёзы хлынули из его глаз. Самый ужасный день рождения.
Ему конечно никто не стал ничего объяснять, а просто увезли в другой город. Но он подумал, что так даже лучше, ведь этого страшного Хосока теперь в его жизни не будет. Он не знал, как появиться в своей старой школе и избегать сумасшедшего альфу.
Flashback
- Так о чём ты хотела поговорить? - бабушка с дочерью вышли в сад и сели на лавочку недалеко от цветущей сирени.
- У меня рак, пока первая стадия, но она активно прогрессирует, хороших прогнозов мне не дают, говорят лишь «давайте надеяться на лучшее». Дают год, я хочу его провести с сыном, - женщина посмотрела на небо, на белые цветы сирени и вдохнула свежий запах, в Сеуле такого количества кислорода нет, одни лишь выхлопные газы. И невольно улыбка проскальзнула на её лице, ведь она совсем девчонкой вот так сидела тут с мамой и говорила о том, что переезжает, потом о том, что нашла истинного, на этой же самой лавочке, что забеременела - сколько всего важного хранит этот сад, эта лавочка. Как жаль, что это последнее событие, которое тут произойдёт.
- Что же это за напасть такая? - бабушка начала рыдать: как это так, дочь спокойно говорит о том, что совсем скоро умрёт.
Хватается за сердце, что пропустило острый удар, и валится на пол, дочь подхватывает её, кричит деду и вызывает скорую помощь. Как хорошо, что Чонгук убежал, подумала омега. Но они не знают ситуации, что с ним произошла в тот же момент, возможно бабушка почувствовала и страх своего внука тоже, поэтому не выдержала, тем не менее, лучше бы ему не было б нигде сейчас.
<center>***</center>
Чонгука очень пугал отец: его взгляд слишком тяжелый и аура угнетающая. Для него. Знакомство было скомканым и зажатым, омега попросился спать, не выдержав это напряжение, перелёт и события совсем его лишили каких-либо чувств. Возможно, потом альфа ему покажется лучше, но не сейчас.
Его поселили в небольшой, но довольно уютной комнатке. Это был одноэтажный дом, где кухня совмещена с обеденной зоной и большой гостиной с камином, в этой же стене по обе стороны от камина находилась библиотека. Тепло и так замечательно пахнет в этом доме. Три комнаты и ванная. Этого вполне хватает для комфортного проживания, тут нет супер феерического интерьера, всё просто и лаконично. Только голова коснулась подушки с лёгким запахом материнского ландыша, а в комнате запах осенних листьев отца, омега был слишком уставшим и отрубился, не замечая вони альфы.
<center>***</center>
Открыв глаза, он подумал, что это всё злой сон, но в комнате по-прежнему запах не бабушкин, а материнский. Это навело на печаль, и он стал звонить бабушке.
Убедившись, что ей уже лучше, и что это и её инициатива отправить его к матери, он отправился на кухню, где отец задумчиво смотрел в планшет и что-то листал, а мать грустно сидела рядом и смотрела в тарелку, ковыряя яичницу. Появление сына заметили они не сразу, но всё же.
- Доброе утро, сынок, завтракать будешь?
- Доброе утро, я не завтракаю по утрам. Можно просто воду?
Отец всё это время хмуро смотрел на омегу младшего и подметил, что всё-таки похож, бесспорно похож на мать и на него самого, чем невольно вызывает улыбку. Омега получился слишком красивым.
- Через неделю в школу пойдёшь, нам отправили твои документы на перевод, - пробасил старший и скрылся за дверью другой комнаты.
- Я его боюсь, - констатировал факт омега. - Да и к тебе я не знаю, что чувствую, но называть вас мамой и папой я, увы, не смогу, - с тяжелым вздохом плюхнулся за стол мальчишка.
- Я понимаю твои чувства и не имею права тебя ни о чём просить, мы чужаки тебе совсем, называй нас как хочешь, но будь рядом, ладно? Не уходи, - не без мольбы в голосе озвучила женщина, поставив стакан с водой перед Чонгуком.
- Но...
- Ты потом поймешь всё, а сейчас... давай днём сходим в ТЦ, купим новой одежды и учебники в школу?
- Да, давай.
***
Дома до безобразия тяжёлая атмосфера царила всю неделю, но мать искренне пытается загладить свою вину и старалась быть хорошей матерью.Купили Чонуку новый телефон, ноутбук, модную одежду, но любовь ведь не купишь? Мать нежна и мила с ним, отца словно вся эта суета вымораживает и он чуть не рычит, на всех, в особенности на младшего. Слава богу наступает тот самый день, когда он может уйти чуть ли не на весь день с этого дома.
Утром мать будит сына в школу.
- Сегодня перый день, опаздаешь, вставай давай, - она поцеловала в лоб мило сопящую омежку, отчего в сердце матери зародилась небывалая тоска: сколько таких пробуждений она пропустила по своей глупости? Он сел, потёр глаза, а она, не сдержав свой порыв, обняла его.
- Ты такое чудо, не три глазки, - сонный Чонгук опешил, не зная, что делать, решил не шевелиться, наобнимавшись, она оставила омежку собираться.
Чонгук сел напротив вечно напряженного отца.
- Тебя отец подвезет, договорились? - сказала мать.
Чонгуку некомфортно, да и вообще жить с чужими людьми, один из которых источает только хмурость. Не повезло с истинным матери, Чонгук боится теперь, что ему тоже может так не повести, а вдруг его истинный тоже такой вечно неприятный, а вдруг преступник или улетел в другую страну? Как с таким встретиться?
- Как ты учишься? - первый поинтересовался отец, выводя его из мыслей.
- Хорошо, проблемы только с английским, 87 баллов последний тест.
***
Доезжают они относительно спокойно, ибо отец постоянно косился на вжавшуюся в сидение омежку, которая смотрела в окно на пролетающие незнакомые ему дома. И интересно, да и смотреть больше некуда, страшно, он никогда не находился один на один с ним.
- До встречи, Чонгук, - кинул ему отец, выходя из учительской, оставляя ребенка в кабинете с приятным мужчиной, альфой с обворожительной улыбкой, - я заберу тебя со школы, никуда не уходи.
- Здравствуйте, - низко поклонился Чонгук молодому классному руководителю.
- Доброе утро, меня зовут Чхэ Хёнвон, я отведу тебя в класс, садись на любое место, учебники есть?
- Да, всё на месте.
- Отлично.
Чонгук так никогда не волновался, страх окутывал его настолько что колени тряслись, в голове пульсировало и, кажется, он сейчас потеряет сознание.
- Не волнуйся, у меня все очень хорошие ребята, после урока подойди к старосте, он тебе всё расскажет, он тоже омежка, не бойся, - словно прочитал мысли учитель, заводя его в класс. Он поздоровался и представился, ребята ему улыбнулись, его удивил здешний менталитет, ученики не акцентировали внимание на том, что он дефектный, отнеслись к нему, как к самому обычному ребёнку. Но, конечно, всегда найдутся те, кто укажет на недостаток или будет давить особенность. Всегда есть такие. Они обычно сидят на задней парте и кидают что-нибудь в спину или те, кто смотрит с жадностью и похотью, Чонгук после урока сразу начал искать Чимина, как и сказал учитель, он староста.
И о Боже, Чонгук не верил в своё счастье, потому что им понадобилось всего пару минут, чтобы вспомнить друг друга, это же его самый любимый друг детства.
- Да ладно, но как? Ты же младше меня!
- Я... - Чон покраснел, ведь не любил про это говорить, считая это за хвастовство. - Я перескочил пару классов, правда теперь мне немного сложно даётся английский.
- Айгу-у, мой милый маленький Чонгук такой умный, а с английским я помогу, не проблема, - Чимин его заобнимал, и они пошли изучать школу. Болтали и смеялись так долго, что у омег разболелились животы, и, кажется, у Чонгука появилась мозоль на языке. Он так много никогда после ухода Чимина не говорил.
Так Чонгук обрёл своего друга, которого ни за что бы не променял. Он даже забыл о злосчасном Хосоке, и бабушке, и вообще обо всех накопившихся проблемах, которые успели упасть на маленькие плечики омежки.
После уроков он забыл, что отец должен его забрать, и ушёл на прогулку со старым другом, ведь им о многом надо поговорить. Телефон ещё со школы остался на вибрации.
- Моему отцу предложили работу в Сеуле, а папа не мог ему отказать в переезде, ну, а меня в последний день поставили в известность. Поэтому совсем не успели хорошо попрощаться, - Чимин всё ещё виснет на друге. Они мило беседовали, рассказывали про свои увлечения. - Люблю слушать обычную популярную попсу, а ты?
- Я рок люблю.
- То есть, ты никогда не слышал Ким Тэхёна?
- Не приходилось.
- Ох, ну ты чё, посмотри на этого красавчика, я его фанат, - тот начал копаться в телефоне, надел ему наушник и показал фотографию.
На него с фотографии смотрел удивительной красоты альфа, с подведёнными огромными глазами - они такие тягучие, как патока - он излучал спокойствие и лёгкое смятение, ведь даже с фотографии словно заглядывал в душу и всё о тебе знал. Каштановые волосы в лёгком беспорядке, а крепкая шея действительно выбивает воздух из легких. Аккуратная серёжка, что он поддерживает аккуратными пальчками.
- Да, он безумно красив, и его голос правда приятный, сколько ему лет, он выглядит популярным, - подтвердил Чонгук, потому что ему очень нравится.
- Да, популярный не то слово, ему всего лишь 19, он только год в моделинге, поёт с 16, жаль, что музыкой он просто увлекается, а так он модель, посмотри на его плечи, на эту родинку, - Чимин ещё что-то лепетал про этого альфу, рассказывал, какой он хороший и распрекрасный, показывал кучу фотографий.
На улице уже стемнело, и он спохватывается за телефон.
23 пропущенных от отца.
40 от матери.
- Твою мать, - Чонгук совсем забыл, это у бабушки он мог ходить сколько он хочет, а эти двое сказали ему, что заберут его со школы, и он испугался. Он набрал мать, и она ответила ему после первого гудка.
- Ты где?
- Прости, я заболтался со старым другом, мы в кафе недалеко от школы сидим.
- Ты нас напугал, Чонгук!
- Простите, я не привык...
- Подожди, отец скоро приедет.
Они разорвали связь, и Чонгук опустил голову на руку.
- Ничего, они же сами попросили тебя приехать к ним, они тебе ничего не сделают.
- Я правда отца боюсь.
- Всё хорошо будет, я рядом, - Чимин накрыл своей миниатюрной ладошкой его и улыбнулся так широко, что, кажется, его глаза исчезли.
Когда отец приехал, Чон почувствовал тягучий запах отца, злой и нервный. Попрощавшись с Чимином, он залез в машину, и его щека начала гореть от внезапного ужасно сильного удара, его глаза сразу заслезились от боли и от обиды.
- Ещё раз такое повторится, и тебя никто не спасет.
Глаза омеги увеличились, а рука, что была на щеке, опустилась на ручку двери, и Чонгук уже был намерен открыть её.
- Только попробуй.
- Что? Я пойду жаловаться, ясно? Я всё расскажу учителю, это насилие. Что значит не спасёт, и дальше бить меня будешь? Да кто ты такой, чтобы руку на меня поднимать?
- Угомонись, я сказал, - пробасил мужчина и дёрнул слабенькую руку на себя. - Ты, грёбаная маленькая подстилка, не имеешь права мне перечить, сел смирно, наш разговор мы продолжим, когда у тебя начнётся течка. И только попробуй вякнуть хоть кому-то.
Вот такой Чонгуки в 14(по фф)
Чимини тут 16 (по фф)
