ты - мое сердце

/Тишина субботы/

—————————————————————-

От лица Клэр

Утро было неожиданно тихим. Я проснулась чуть позже обычного, потому что не было колледжа, и первое, что ощутила — это глухая тяжесть в груди. Райли уже уехала куда-то — кажется, говорила, что по делам. Или к Пейтону. Мне было всё равно. Честно. Слишком многое крутилось в голове.

На кухне мама уже накрывала завтрак. Она как будто почувствовала, что мне тяжело, и не стала задавать лишних вопросов. Просто налила мне чай с жасмином — мой любимый — и протянула тарелку с горячими тостами. Я тихо села, всматриваясь в солнечные пятна на скатерти, будто ища ответы там.

– Мам, – начала я. Голос дрогнул, но я взяла себя в руки. – Я хочу тебе кое-что рассказать.

Она обернулась и села напротив. Её глаза сразу стали внимательными и тёплыми. Так, будто я снова была маленькой девочкой, боявшейся признаться, что разбила вазу в коридоре.

– Это про Винни. Мы... были близки. Не физически, но... эмоционально. Очень. Я думала, это может стать чем-то настоящим. А потом... потом пришли новости о моём состоянии. И я просто... поняла, что не имею права делать его частью этой боли. Я начала отдаляться. Сама. Сознательно. Хотя внутри всё кричит обратно.

Мама не перебивала. Только кивала, слегка стискивая пальцы.

– Ты делаешь всё правильно, дочка, – тихо сказала она. – Ты не обязана рушить его жизнь, если сама не уверена, как будет твоя. Но... – она посмотрела мне в глаза, – правду он всё равно узнает. Или от тебя. Или сам догадается. Просто будь готова.

Я кивнула, опуская глаза. Где-то глубоко в душе всё снова болезненно зашевелилось. Но мама была рядом. И это хоть немного, но грело.

Оставшийся день мы провели вдвоём. Убирали в доме, вытирали пыль, смеялись над старыми фотографиями. В какой-то момент я даже почувствовала, как немного легче стало дышать. Мама рассказывала про свою молодость, как влюбилась в папу, как тоже боялась открыться. Она говорила: «Боль – это тоже любовь. Иногда даже самая сильная её форма».

А в голове всё равно крутилось только одно: как сильно я хочу просто быть рядом с ним. Но не могу. Не сейчас. Не так.

⸻——————————————————-

От лица Винни

Он проснулся от тишины. Не от сообщений. Не от смеха Пейтона. Просто... от пустоты.

Пейтон, похоже, ушёл ещё на рассвете. Вероятно, с Райли. Эти двое вечно где-то вместе. И в какой-то степени, он завидовал. Не любви, а самой стабильности между ними. Тому, что у них есть хоть какие-то ответы. А у него — только догадки.

Клэр была странной всю эту неделю. Молча отстранялась. В её взгляде больше не было мягкости. Только стекло и холод. Он не понимал, что сделал не так.

"Я говорил что-то не то? Или... она просто играет? Или это я всё испортил?" — он перебирал в голове каждый разговор, каждое касание. Она была такой родной. А теперь — чужая.

Он хотел бы просто написать:
"Ты где? Что с тобой? Почему ты молчишь?"
Но не написал. Стер. Уже в третий раз за утро.

Вместо этого он включил наушники и завалился на кровать. Громкая музыка не помогала. Он хотел закричать. Выбросить стул. Разбить стекло. Но просто лежал, глядя в потолок.

"Почему я не могу понять? Почему она не говорит? Или... она просто больше не хочет быть со мной?"

Может, всё это было иллюзией. Может, он выдумал себе ту связь. Но нет — он чувствовал. В каждом её взгляде. В каждой улыбке, которой она теперь его лишила.

Он сжал кулак и прижал к губам.
– Чёрт, Клэр. Что ты делаешь со мной?