Окно дома напротив

ение, что они сделали это специально, чтобы не общаться со мной. Я бросилась к ним с улыбкой, потому что надеялась - может быть, хотя бы они что-нибудь мне объяснят?

- Девочки, привет! - воскликнула я. Ксюша опустила глаза и первой прошмыгнула на свое место мимо меня. Аня одарила меня мрачным взглядом, но тоже ничего не сказала. А близняшки насмешливо фыркнули. Яна задела меня плечом, а Аня тихо прошипела:

- Идиотка!

Самыми последними в классе появились Рина Сычева и ее подружки. Они будто что-то знали - уставились на меня так, будто бы я была мусором. Сложив руки на груди, Рина рассматривала меня, как охотник - добычу, но я не стала опускать взгляд. Смотрела ей прямо в глаза. Нашим гляделкам помешало появление Ольги Владимировны, которая залетела в класс и сразу же объявила:

- Урок уже начался! Займите свои места! Вставать не надо!

Рина криво улыбнулась и походкой модели направилась по проходу на свое место. А я опустилась на стул, чувствуя, как бешено колотиться сердце. Бессмертных сегодня не было - за партой я сидела одна.

- Бессмертных нет? - спросила классная, зорким взглядом огладывая присутствующих, чтобы сделать отметки в журнале - в обычном и в электронном. - Кого еще нет?

- Власова и Славенко! - выкрикнул кто-то из ребят.

- Ясно, - кивнула Ольга Владимировна и захлопнула журнал. - Так, собрались! Начинаем эту неделю продуктивно! Запомните, этот год для вас особенный, вы не должны подкачать!

Она начала урок с проверки домашнего задания, затем объяснила новую тему и устроила проверочную в самом конце. Как назло, у меня закончилась паста в ручке, а запасной не было - я умудрилась забыть пенал, когда собирала сумку.

- Есть запасная ручка? - спросила я тихо, обернувшись к Ксюше. Канцелярии у нее всегда было много, и она саму себя в шутку называла «канцелярской феей», однако одноклассница вдруг замотала головой, хотя на краю парты лежал ее пенал. Меня словно парализовало. Ксюша явно не хотела общаться со мной. Тогда я обратилась к другим девочкам, но они сделали вид, что ничего не слышат. Меня накрыло паникой. Да что происходит-то?!

- Т/ф, хватит вертеться и разговаривать! - услышала я голос Ольги Владимировны. - Так, листочки все приготовили? Сейчас раздам задания.

Мне писать было нечем - паста в ручке закончилась, и остались только карандаши. Пришлось брать один из них, спешно подписывать листок и решать уравнения. Ольга Владимировна собрала листочки, ничего не заметив.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Урок закончился, однако из кабинета мы выходить не спешили - по расписанию стояло две математики подряд. Класс наполнился привычным гулом. Кто-то разговаривал, кто-то смеялся, кто-то смотрел видео в тик-токе... И все, как один, делали вид, что меня не существует.

Даже те, кого я стала считать своими подружками. Ксюша, Аня и близняшки вылетели из класса и остановились у окна напротив, что-то громко и весело обсуждая. А когда я попыталась подойти к ним, просто ушли. Я стояла как вкопанная на месте, и чувствовала, как холод ползет по моим ногам, позвоночнику, проникая в сердце и замораживая его.

И тогда я поняла. Мне объявили бойкот.

Только за что? Что я сделала? В чем провинилась?

«Девочки, пожалуйста, скажите, что случилось?» - написала я в наш чат, они читали, но молчали.

«Что я сделала не так? Я ничего не понимаю...»

Вместо ответа меня удалили из чата.

В класс я вернулась абсолютно потерянная. Никогда раньше я не оказывалась в таком положении, когда от меня отказались все - ни в прежней школе, ни в лагере, куда иногда меня отправляла мама. Напротив, я всегда со всеми общалась, старалась помогать, если это было в моих силах, поддерживала. Я никогда не оказывалась одна.

Рина Сычева снова смотрела на меня с глумливой ухмылкой. Видимо, за всем этим стояла она. Но что я ей сделала? Неужели это как-то связано с Егором Власовым, которого сегодня тоже не было в школе? Рина ревновала его ко мне? Но ведь я лишь пару раз поговорила с ним и помогла вчера с решением уравнения. Ничего больше!

На следующей перемене, перед химией, я решила подойти к Рина и прямо спросить у нее, в чем дело. Было страшно, и сердце билось где-то в горле, а виски будто обхватило обручем и сдавливало. Но больше оставаться в неведении я не могла.

Мне нужна была правда. Пусть объяснятся.

Рина сидела за партой и болтала ногами. Юбка у нее почему-то была короче, чем у других девчонок. видимо, она укоротила ее, чтобы лучше было видно стройные загорелые ноги. Рядом с ней расположились ее подружки. Они весело что-то обсуждали, не стесняясь в выражениях.

Сычева заметила меня, но болтать не прекратила. И мне пришлось влезть в их разговор.

- Слушай, я не понимаю, что происходит? - спросила я, набравшись смелости. Обруч еще сильнее сжал виски, и сердце билось так громко, что я боялась - его сейчас услышат.

- Мне кажется или у нас в классе завелась крыса? - громко спросила Сычева, продолжая болтать ногами, не глядя на меня. - Я слышу, как кто-то пищит.

В классе воцарилась тишина.

- И я слышу, - заржала одна из ее подружек.

- Точно! Пищит кто-то! - поддержала ее другая подружка.

- Это крыса! - подхватила третья. Кто-то из пацанов заржал.

- А крыс надо травить. Они заразу разносят, - сказала Сычева и все-таки повернулась ко мне. Я вспыхнула. Жар обжигал щеки и лоб, пальцы дрожали, но я не собиралась отступать.

- Что случилось? - повторила я, стараясь держаться.

Рина прищурилась.

- Крысиный писк становится громче. Надо поймать ее.

- Ты прекрасно меня слышишь. Отвечай. Что я сделала? - повысила я голос. Ярость сменяла страх. Я не привыкла, чтобы меня унижали.

- Крыса пищит все громче, - явно повторяя за Сычевой, высокомерно сказала одна из ее подружек. Издевательский смех в классе усилился. Мои слова лишь больше раззадоривали их.

Я резко развернулась и пошла вон из класса, понимая, что ответа я так и не получу.

Лицо горело все сильнее, и мне хотелось ополоснуть его холодной водой. Да и слезы, подступающие к глазам, хотелось смыть - чтобы их никто не видел.

Быстрым шагом я дошла до женского туалета - в нем никого не было, кроме двух девчонок из параллельного класса. Однако увидев меня, они изменились в лице и поспешили поскорее покинуть туалет.

- Это та самая, - услышала я голос одной из них.

- Это она? Же-е-есть...

Они обсуждали меня, но почему, я так и не поняла.

Я долго плескала в лицо водой, держала руки под краном - так, что они покраснели от холода, пыталась успокоиться и выровнять дыхание. Когда я почти пришла в себя, в туалет забежала Ксюша. Лицо ее было испуганным - настолько, что мне и самой вновь стало страшно.

Ксюша огляделась по сторонам, убедилась, что в туалете мы одни и поманила меня к себе.

- Что? - непонимающе спросила я.

- Иди сюда! В кабинку! Быстрее! - прошептала она.

Я зашла в узкую кабинку, и мы заперлись в ней. Ксюша устало закрыла лицо ладонями.

- Что случилось? - тихо спросила я. Одноклассница тяжело вздохнула.

- Т/и, пожалуйста, пусть то, что я скажу тебе, останется между нами. Хорошо? Пообещай мне!

- Обещаю, - ответила я.

- На тебя обозлилась Сычева. Открыла охоту на крысу.

- Что? - заморгала я. - Какую охоту?

- Это так называется - открыть охоту на крысу! Школьный буллинг, понимаешь? Крыса - это жертва. Ты. - В голосе Ксюши были слезы, и сама она выглядела так, что вот-вот заплачет.

Я сглотнула.

- Сычевой не понравилось, что ты ходила на свидание с ее парнем, Егором Власовым, понимаешь? - продолжила тихо.

- Что? Какое свидание? - выкрикнула я, и одноклассница закрыла мне рот ладонью.

- Не кричи! Нас не должны услышать! С крысами разговаривать запрещается, - зашептала она испуганно. - За то, что я с тобой разговариваю, меня тоже могут сделать крысой... Ой, прости! Я не считаю тебя крысой, Т/и. Но идти против Сычевой и ее подружек тоже не могу. Я уже однажды была изгоем... В старой школе. Мне... Мне очень страшно. А Сычева... Она же у нас королева школы. Делает, что хочет. - В ее голосе послышалось призрение.

- Но я не понимаю, какое свидание? - тихо спросила я. - Это какой-то бред!

Ксюша вытащила телефон и открыла беседу класса, из которой меня исключили. Общение там шло активное. Я не успела прочесть всего, но выцепила какие-то колкие фразочки про себя. Обсуждали мое поведение, лицо...