Коты-Воители: «Придёт ночь, и она будет обязана выбрать...» [ТАЕТ]

С растопыренных в разные стороны сосновых ветвей  падали прозрачные ледяные капли. На огромной скорости они сталкивались с уже просвечивающейся из-под снега землёй, разбиваясь на множество водяных осколков. Земля была похожа на чёрно-белый шоколад с зелёными орешками! На проталинках кое-где всеми силами вырывались на поверхность нежные подснежники, покрывая чёрную землю зелёненькими росточками и уже другим, вовсе не холодным и не колючим, снегом. Всё вокруг так и блестело снежными и водными солнечными зайчиками, которых становилось всё больше и больше. Они скакали по полянкам, между деревьев, по дуплам, по лужам и по первоцветам, заливаясь смехом. Каждая небольшая ямка — теперь чистая лужица-зеркало для котов и других лесных зверей, ведь вода была, словно множество бриллиантов. Повсюду быстро бежали ручьи, но не питали землю влагой, потому что за зиму она промёрзла до состояния камня. Хитрые ручейки-сплетники всё время что-то нажурчивали и набульковали друг другу на ухо. Они врезались в препятствия в виде камней и веток, но быстро преодолевали их, становясь мощней благодаря новым кристалликам, слетающим с высоких деревьев.

Полетели сверкающие хрустальные брызги, а ворчливый ручей вышел из берегов, создавая крошечное устьице. Светло-серая лапа Затмения тут же промокла насквозь, и от одного лишь дуновения ветра он уже начинал дрожать подобно одинокому колоску в поле. В его порезы на лапе проникли ледяные капли и пронзили холодными сюрикенами, заставив почувствовать ещё большую ноющую и разрывающую лапу на части боль. Не сдержав своих эмоций, кот ударил по ручью вновь, но с большей силой. Он надеялся на то, что жизнь бегущей воды прекратится, но надежды не оправдались. Ручей боролся за свою жизнь, даже не давая себе право на мысль о скорой смерти, и позвал к себе на помощь уже вытекающие из краёв лужи! Они пополнили запасы блестящей струйки и даже сделали её более широкой, чем добили и без того запутавшегося в себе Затмения. Он хотел сейчас же уничтожить как можно больше вещей, чтобы хоть как-то успокоить цунами эмоций. Но во всём кипела жизнь. И эту жизнь не мог сейчас прервать никто.

— Ненавижу весну! — взревел берюзовоглазый и рванул с места, оставляя за собой мокрый след и мелкие звёздочки из капелек.

Ему казалось, что прямо сейчас, во время быстрого бега, его стошнит от его же непроглядного бурана мыслей, чувств и невыразимой боли, как душевной, так физической. Он порой даже забывал дышать из-за волнующего его головокружения. Его будто расчетвертовывали! Зачем только вернулась эта рыже-белая выскочка?! Чтобы бы всем в округе жизнь портить?! Будто бы она сама не понимает, что от неё только проблемы! Ему прекрасно жилось, было множество личностей, которые уважали его, хотели быть такими же ловкими. А теперь в стае появилась та, что когда-то морально убила его и его подругу, Шарлотту, на две луны. Он не мог простить её, да и не особо хотел. Он не хотел рядом с ней находиться. Но при этом за тысячами замками, повешенными на одной двери самого дальнего уголка его души, находилась затуманенная радость и размытое спокойствие. Он остановился. Его дыхание вновь начало становиться ровным и уверенным.

     Неужели он прекратит выполнять поручения Засушливой только из-за того, что не совладал со своими эмоциями после прихода давней знакомой? Уж точно нет, ничто не помешает ему выполнять свою миссию, свой предначертанный путь...

***

Вечерняя Роза и Шарлотта молча сидели внутри норы и пожирали взглядом вход в неё. Левая передняя лапа голубоглазой отстукивала ритм биения её сердца, её сестра лишь нетерпеливо помахивала хвостом, ожидая прихода своего приятеля. Солнце было уже в зените, и Затмение должен был быть здесь ещё час назад с жирной белкой в зубах, во всяком случае, он обещал! Родственницы одновременно повернули головы друг к другу, у каждой было своё на уме, но ни одна из них не спешила высказываться, переживая за то, что скажет что-то лишнее или не в тему.

— Ну и где он, интересно мне знать? Да ещё и ведёт себя более, чем странно! — отчеканила свой риторический вопрос Вечерняя Роза и грохнулась на землю, не желая больше стоять на лапах в ожидании. Земля была мягкой, но сухой, поэтому шерсть кошечки стала лишь немного пыльной.

— Да уж, с твоим приходом он стал сам не свой... Может, прежние чувства проснулись? — то ли собеседнице, то ли себе ответила бывшая Зефирка и тут же пожалела, что произнесла мысли вслух. Её зрачки на мгновение остановились в одной точке, а на лицо медленно заползла глупая улыбка дурочки. Беспокойно отводя взгляд, кошка тронулась с места и выбежала из укрытия, кинув на прощанье слова о скором её прибытии. Причём слова были такими же, что и произнёс перед своим уходом Затмение...

     Вечерняя Роза тупо похлопала глазами и скорчила гримасу полную негодования и непонимания. Сейчас ей ещё больше захотелось, чтобы Затмение вернулся, потому что у сестры выпытать хоть что-то вряд ли получится, а он сможет ей всё прямо сказать. Если он захочет сделать это... Кошка уже не могла быть уверена ни в чём.

     Немного потупившись и выругавшись по поводу этого безобразия, кошка решила выйти наружу и попробовать найти своего дружка там, хотя она и сомневалась, что сможет найти хотя бы один его след благодаря водным потокам, смывающим всё и вся. Она вышла лёгкой походкой и оказалась в их импровизированном лагере, который весь утопал в огромной луже, под которой находился лёд. Всего несколько часов назад на этом льду поскользнулась Витани, что переносила своего котёнка в более сухое место и получила неслабые ушибы, из-за которых попала в палатку лекарей. При том падении котёнок не пострадал, но ему было тяжело смотреть на мать, сильно ударившуюся головой, из лба которой текла струйка крови...

     Вечерняя Роза пока плохо знала и котят, и красавицу, но она уже была наслышана об упрямстве молодой матери, из-за которого она и проверила твёрдость и скользкость льда на себе. Её отговаривали переносить детей, мол, скоро вода не будет заливать её домик под корнями, но здоровье детей для Витани было гораздо важнее этих убеждений. Кошка тогда решила попробовать обойти «каток», но непоседливый котёнок сильно дёрнулся у неё в пасти, пытаясь вырваться, и она не удержала равновесия, но успела спасти котёнка, кинув его на землю. Уже сейчас Вечерняя Роза невольно восхищалась этой участницей стаи!

Недолго думав, рыже-белая поползла по льду, не собираясь обходить небезопасное место. Посреди этого холодного стекла сидели Лунносвет и Лунохвостая, с которыми ей уже приходилось общаться. Лунносвет немного подбешивал Вечернюю Розу своей властной манерой разговора, а с Лунохвостой они просто не нашли общий язык, из-за чего чёрная голубоглазая кошка с серой спиной, хвостом, ушами и концами передних лап стала просто игнорировать новоприбывшую. Зеленоглазая поспешно прошла мимо знакомых и кинулась в лес, желая выяснить, что там случилось с Затмением.

Ещё тогда, когда кошечка была маленькой, она начала замечать, что её приятель всегда идёт в западном направлении, сам того не замечая, поэтому она отправилась именно в ту сторону света. Возможно, теперь кот осознаёт своё продвижение, но попробовать стоило.

В той части леса было приятнее всего находиться, ведь именно здесь допоздна светилась яркая улыбка солнца, а берёзы создавали ощущение уюта и ленивого спокойствия. Птиц здесь было немного, они будто забыли про этот райский уголок. Ручейки то и дело обдавали путницу своими хрустальными блестяшками, заставляя слабо подрагивать от холода. Но сразу после этого она чувствовала в лапах ещё большую силу, и начинала бегать кровь по сосудам, наделяя всё тело теплом. Берёзы помахивали своими деревянными руками, будто провожали шедшую в дальний путь.

     Тут внимание Вечерней Розы привлекло одно из этих белых в чёрную полоску деревьев. На его белой коре были свежие следы когтей, и пахло здесь недавним пребыванием Затмения. Кошка насторожилась. К её лапам привязалась цепь с грузом плохого предчувствия.

     «Да уж... Нормально он так поцарапал дерево. Видимо, что-то его жутко взбесило!» — решила про себя она и тут же вскрикнула от резкого запаха, ударившего ей в ноздри. Это была кровь! Мерзкий запах доносился ветром до неё издалека, заставляя уже здесь почувствовать у себя во рту железный привкус. Она ни на шутку перепугалась, ведь не понимала, чей именно запах крови она чувствует. А вдруг с Затмением что-то произошло?!

     Зеленоглазка рванула со всех лап на запах с такой скоростью, какой могут позавидовать прыткие кролики! Её лапы сами несли её через море лужиц и прозрачных потоков. Она уже не замечала обдающей её ледяной жидкости! Пейзаж со скоростью молнии менялся перед глазами бегущей, а небо будто начинало давить на неё сверху, прижимая к земле. Несколько раз она падала, но продолжала бежать, не замечая клацанья своих зубов.

     Вот оно. То, что она и искала. Кровь. Алая жидкость почти до краёв наполнила лужу и яму, находившуюся рядом, но ручейки по капельке уносили её за собой, из-за чего ранее прозрачные струйки стали рубиновыми... Это была кошачья кровь, пролившаяся из ран настоящего бойца. Но тем бойцом был не Затмение. Затмение, скорее, являлся нападающим... Но кто же это тогда был? Все участники стаи Засухи попрятались по своим убежищам и выстилали новые подстилки из нескольких слоёв еловых ветвей, значит, это был чужак.

     Следопытница обнаружила неподалёку ещё несколько кровавых следов ведущих уже на север. Порой они становились больше, а иногда превращались в мелкие капельки. Уже представляя себе кровавое зрелище, Вечерняя Роза закрыла глаза и перевела дыхание, сопровождая действия глубоким вздохом. Она продолжала идти по пути, выложенному жидкими растекающимися рубинами.

     След оборвался. Но место, где больше не было жижи цвета смертоягод, было совсем не ожидаемо пришедшей. Это было начало лагеря Марты и Чёрной Вдовы. Но здесь уже вовсе не пахло этой стаей. Всё было насквозь пропитано Затмением, кровью и страхом. Жутким страхом, которого бы Вечерняя Роза не пожелала ни одному коту, ни одному самому страшному хищнику.

     Оглядевшись, она поняла, что никого нет в их лагере. Но она отвела взгляд с середины лесной поляны, и увидела то, что заставило окоченеть её в мгновенье ока. Около дерева, на уже почти растаявшем от тёплой жидкости снегу, лежал один полумёртвый, жутко истерзанный кот... Серый в тёмную полоску и с прекрасными голубыми глазами, которых уже не было видно... Зрачки Вечерней Розы расширились, сердце прекратило подавать признаки жизни, а дыхание перехватило. У Ледокола был открытый перелом задней левой лапы, из живота широкими частыми струями сочилась бордовая жидкость, правый глаз был сильно повреждён, всё тело было буквально изрезано, а на лбу когтями был вырезан какой-то знак. Знак был красным от крови и напоминал глаз, перечёркнутый глаз, прямо как и его правый.

     Теперь уже кошка не сдержала вопля ужаса, страха и негодования. Её крик напугал ворон, сидящих на дереве, прямо над полутрупом, уже с жадностью глядя на него и предвкушая то, как они будут пожирать его после кончины. Серо-чёрные птицы взлетели и исчезли за горизонтом. В сердце Вечерней Розы будто воткнули длинную острую иглу и начали вышивать узоры, причиняя невыносимую боль, лапы сами принесли её к Ледоколу, которого уже было практически невозможно узнать. Он слабо дышал и тихо хрипел, производимые им звуки были полны боли, с помощью них он звал на помощь, но при этом всё ещё не заметил подбежавшую из-за своего плачевного состояния.

     — Подожди здесь! Не умирай! Я сейчас же воды тебе принесу и в травах пороюсь! Может, на помощь кого-нибудь позову!

     Из салатовых глаз кошки лились слёзы от того, что она перенервничала. Из глотки сами вырывались какие-то реплики, которые она не могла контролировать. Не дожидаясь ответа от еле живого кота, она бросилась к ближайшей ели, щедро покрытой мхом. Содрав его прямо с небольшим количеством земли, она обмокнула его в чистой луже. Мох губкой впитал в себя немалое количество воды и уже буквально через несколько секунд лежал у лап Ледокола, но он ничего не делал. Только тогда Вечерняя Роза поняла, что он до сих пор не догадывается о её присутствии, либо он настолько ослаб, что не может даже коготочком пошевелить. Кошка бережно взяла зелёное растеньице и аккуратно выжала зубами из него воду в открытый рот Ледокола, подговаривая: «Ну же! Глотай!» Он сглотнул, но поперхнулся. Кот тихо закашлял и не мог вздохнуть, тогда уже Вечерняя Роза выжала остатки источника жизни ему в горло и помогла проглотить. Кашель утих.

     — Всё! Жди меня тут! Я скоро приду!

Со всех лап она помчалась по запаху в целительскую и, когда уже была внутри, принялась осматривать все травы и ягоды, которые там лежали. Совсем недавно она помогала Луковке, лечущей её стаи, колдовать над Затмением, поэтому она более-менее знала, что именно ей потребуется для продлевания жизни её знакомому. Не бросая времени на ветер, она взяла в рот окопник и золотарник, после чего разжевала их в кашицу и намазала на листья подорожника. Она не была уверена, что всё сделала правильно, но понимала, что хуже Ледоколу от этой смеси точно не станет. Она схватила свёртки с массой, палочку с намотанной на неё паутиной и три маковых зёрнышка. Мысли смешались и стали густой сумбурной кашей, но она понимала: нельзя сломаться прямо здесь и сейчас.

Перебежав множество луж, чуть ли не подскальзываясь на каждом шагу, она опять оказалась около кровавого тела Ледокола. Алая лужа, находившаяся прямо под еледышащим, увеличилась вдвое, что заставило рыже-белую ещё больше заволноваться и начать мелко дрожать. Сомневаясь в правильности своих движений, она облепила пострадавшего листьями с пережёванной смесью и закрепила их паутиной. Ему не становилось лучше. Тогда Вечерняя Роза через раздражение и ступающую на порог панику прикрикнула на своего «пациента» и приказала съесть три маковых зёрнышка. Тишина. Она запихнула мак ему в рот, и — о чудо! — он стал медленно пережёвывать успокоительное, громко чавкая. Зеленоглазка поверить своим глазам не могла! Она уже думала, что он грохнулся в обморок или начал умирать!

— Всё будет хорошо, — успокоила сама себя кошка и, уже обращаясь к Ледоколу, продолжила: — Что с тобой стряслось? Кто сотворил такое с тобой?!

Она вовсе не была уверена в том, что ей ответят, поэтому лишь грузно вздохнула, услышав тихое и тяжкое сопение. «Пусть поспит. Заодно и сил наберётся,» — решила для себя кошка и улеглась поблизости с полосатым. Она уложилась поудобнее и заснула следом, положив голову ему на плечо. «Этого не мог сделать Затмение!» — была её последняя мысль.

А за ней наблюдали две пары озлобленных глаз, одна из которых была бирюзовой.

___________________________
От автора:
Хэй! Вот и она — долгожданная глава, в которой более 2000 слов!!
Кстати, правильно ли всё сделала Вечерняя Роза, я и правда не знаю XD, ведь никогда в книгах не обращала особого внимания на травы, поэтому пришлось рыться в интернете. Хочу вас порадовать и новостью, что я вернулась в Россию... Теперь мне нужно будет вникать в то, что происходит в школе, но я обещаю вам, что буду продолжать писать! Всем огромнейшее спасибо за то, что не кидаете меня! ^^

Всем до новых встреч!