Глава 5: «Холод и пламя»
Прошла неделя.
Т/И осваивалась. Лили стала её лучшей подругой. Мародеры (как они себя называли) взяли её под крыло. Сириус постоянно крутился рядом — помогал с уроками, таскал на кухню, показывал тайные ходы.
— Сириус, — спросила она однажды, когда они сидели в Выручай-комнате. — Почему ты так ко мне привязался?
Он посмотрел на неё долгим взглядом.
— Ты напоминаешь мне... одного человека.
— Кого?
— Себя, — он усмехнулся. — Ты тоже притворяешься сильной, хотя внутри всё дрожит. Я вижу.
Т/И отвернулась.
— Ничего я не дрожу.
— Дрожишь, — он взял её за подбородок и повернул к себе. — Но это ничего. Я тоже дрожал. Знаешь, когда сбежал из дома? Первую неделю трясло так, что зуб на зуб не попадал. Думал — вернутся, заберут, убьют.
— И что?
— А ничего. Пережил. И ты переживёшь. Я рядом.
Он улыбнулся, и у Т/И ёкнуло сердце.
Она влюблялась.
Это было страшно и сладко одновременно.
В тот же вечер она столкнулась с Регулусом в библиотеке.
Он сидел один, за самым дальним столом, и писал что-то в пергаменте. Т/И подошла.
— Можно?
— Нельзя.
— Я сяду.
— Ты всегда делаешь то, что хочешь?
— Да.
Он поднял глаза.
В них всё ещё был лёд. Но где-то глубоко, на самом дне, плескалось что-то другое. Тёплое. Живое.
— Ты странная, — сказал он.
— Я знаю.
— Тебе не страшно со мной? Я слизеринец. Пожирателем буду.
— Будешь? — она посмотрела ему прямо в глаза. — Или тебя заставят?
Регулус замер.
— Что ты знаешь?
— Ничего. Но вижу. Ты не хочешь. Ты боишься.
Он сжал перо так, что оно хрустнуло.
— Уходи.
— Регулус...
— Уходи! — почти крикнул он. — Пока я... пока я не сделал больно.
Т/И встала. Но у двери обернулась.
— Знаешь, — сказала она тихо. — Если захочешь поговорить — я всегда в гриффиндорской гостиной. Приходи.
Она ушла.
А Регулус сидел и смотрел на сломанное перо.
Впервые за долгое время ему захотелось заплакать.