Promise

Вот так, дни пролетали. Наступили экзамены. И день рождения Ниннин.

День рождения Ниннин должен был стать событием, о котором будут говорить ещё долго. Она позаботилась о каждом мелком нюансе: шикарный особняк её семьи был украшен роскошными цветочными композициями, на террасе играла приглушённая музыка, а бассейн, подсвеченный голубыми огнями, выглядел особенно завораживающе в вечернем полумраке. Изначально она была против провести праздник в доме отца, но что-то заставило её согласиться. Она всеми силами пыталась не обращать внимание на него и его жену.

Гости уже начали собираться - среди них были её друзья, знакомые, даже некоторые преподаватели, которых она пригласила ради статуса.

Все улыбались, смеялись, поднимали бокалы, но у самой Ниннин не было настроения.

Она не ждала, но надеялась.

Весь вечер, пока принимала поздравления и позировала для фотографий, она продолжала украдкой бросать взгляды на вход. Хёнджин всегда приходил на её дни рождения. Он всегда был рядом. Но в этом году его не было.

Внутри что-то сжималось.

А потом он пришёл.

Поздно. И не один.

Йеджи держала его за руку, и у Ниннин вдруг перехватило дыхание.

До последнего она пыталась не верить слухам, которые ходили последние недели. В глубине души ей казалось, что это всего лишь игра, что Йеджи просто пытается что-то доказать. Но теперь, глядя на них, стоящих на пороге её дома, она знала - это правда.

Хёнджин выбрал её.

И этот вечер, который должен был быть её, вдруг перестал казаться праздником.

Он заметил её взгляд. И, возможно, даже понял, что она чувствует.

Но он не сделал вид, что ему жаль.

Вместо этого, спокойно подошёл к ней, держа в руках небольшую коробочку, и протянул её.

- С днём рождения, - сказал он.

Она медленно взяла подарок, всё ещё не сводя с него глаз.

- Пора отпустить прошлое, - продолжил он. - Я уверен, ты можешь сиять, и без меня.

Эти слова окончательно добили её.

Она не ответила. Просто сжала коробочку в руках и смотрела, как он вместе с Йеджи направляется к выходу.

Ниннин чувствовала, как внутри всё рушится.

Когда гости немного рассеялись, и шум вечеринки начал затихать, Ниннин наконец открыла коробочку.

Внутри лежала небольшая серебряная брошь в виде подсолнуха.

Она замерла. Перед глазами вдруг вспыхнула картина из прошлого.

После смерти её матери мир стал серым, бесцветным. Всё, что раньше приносило радость, теперь казалось пустым. Она не помнила, как пережила первые недели, но хорошо помнила тот день, когда Хёнджин отвёз её за город.

- Куда мы едем? - спросила она тогда, сидя в машине и безучастно глядя в окно.

- Увидишь.

Она даже не заметила, как они свернули с трассы на узкую грунтовую дорогу, ведущую куда-то вглубь. Когда Хёнджин заглушил двигатель и вышел, она нехотя последовала за ним.

А потом увидела.

Перед ними раскинулось бескрайнее поле подсолнухов, простиравшееся до самого горизонта.

Тысячи золотистых цветов тянулись к солнцу, словно впитывая в себя каждый луч, каждую частичку тепла. Лёгкий ветерок колыхал стебли, заставляя поле двигаться, как будто оно было живым.

- Полный радости, счастья и сияния - именно так можно описать подсолнуха, - тихо сказал Хёнджин, глядя вдаль. - Твоя мама хотела бы увидеть тебя такой.

Ниннин тогда ничего не ответила. Она просто стояла среди этого моря солнечного света, чувствуя, как с каждым вдохом немного тепла проникает и в неё.

Теперь, глядя на брошь, она вдруг осознала, что это значило.

Это был не просто подарок.

Это было напоминание.

В голове снова зазвучал слова Хёнджина:

- Теперь каждый раз когда увидишь их, то будешь знать, что это знак - пора двигаться вперёд.

Глаза защипало, но она сдержалась.

Хёнджин не мог сказать ей ничего важнее, чем это.

Теперь она действительно должна была отпустить. Возможно, он действительно был прав. Возможно, она могла быть счастливой.

Даже без него.

Аэропорт был окутан утренней тишиной. Только редкие объявления о посадке и мерный гул голосов разрезали пространство, наполненное искусственным светом.

Ниннин стояла у огромного панорамного окна, держа в руках телефон. За стеклом начинался новый день - первый луч солнца пробивался сквозь пасмурное небо, отражаясь на металлических крыльях самолётов.

Она написала сообщение. Нажала отправить.

Она не думала, что он прочитает его в такую рань, но где-то глубоко внутри надеялась.

Пальцы дрогнули, сжали телефон сильнее. Она не знала, стоит ли кому-то звонить. Это было бы слишком тяжело. Она ненавидела прощаться. Поэтому просто выключила телефон и спрятала его в карман.

До её рейса оставалось минут двадцать.

В этот раз её никто не остановит.

Где-то в глубине души это осознание приносило не облегчение, а боль.

Тихий всхлип сорвался с её губ.

- Ниннин?

Она резко подняла голову.

Перед ней стояла Йеджи.

Ниннин моргнула, не сразу понимая, реальна ли она или это игра её воображения.

- Ты что тут делаешь? - быстро смахнув слёзы, спросила она.

- Встречаю тётю, - Йеджи нахмурилась. - А ты?

- Не твоё дело.

Йеджи перевела взгляд на её чемодан, затем - на билет в руках.

- Канада? - спросила она с ноткой подозрения. - Надолго ты собралась?

Ниннин не ответила.

- А другие знают?

- Хватит вмешиваться в мои дела. Иди куда шла, - раздражённо сказала она.

Йеджи вздохнула.

- Ладно, тогда я позвоню Хёнджину.

Она потянулась за телефоном.

- Нет! Не надо... прошу...

Ниннин схватила её за руки.

Йеджи медленно опустила телефон и посмотрела на неё.

- Я знаю, что я последний человек, которого ты хотела бы видеть здесь... но не хочешь поговорить? Всё равно кроме меня тут никого нет.

Она кивнула на ближайшую скамейку, и, к её удивлению, Ниннин согласилась.

Они сели.

- В самом деле... я убегаю, - призналась Ниннин, устремив взгляд в пол.

Йеджи молчала, позволяя ей говорить.

- Я отступила. Я не могу больше здесь оставаться, это слишком больно.

Пауза.

- И я всё ещё ненавижу тебя.

Йеджи усмехнулась.

- Я это тебе прощаю.

Ниннин закусила губу.

- Возможно, я поступаю как трусиха, но я не готова прощаться со всеми. Они стали частью моей жизни.

Йеджи кивнула, обдумывая её слова.

- Не думаешь, что им будет обидно? Вот так просто уйти без слов?

Ниннин слабо улыбнулась, но в глазах была грусть.

- Надеюсь, они когда-нибудь меня простят.

- Когда ты вернёшься?

Тишина.

Ниннин не знала. Вернётся ли она вообще?

- Мы не были близки, - наконец сказала она. - Но пообещай, что никому не скажешь, что видела меня. Это единственное добро, которое ты можешь мне сделать.

Йеджи смотрела на неё, и впервые ей стало по-настоящему жаль Ниннин.

Она всегда казалась той, кто держит всё под контролем, но сейчас перед ней сидела одинокая девушка, не сказавшая никому, что уезжает.

Вместо поучительной лекции, вместо глупых слов, Йеджи просто протянула руку и осторожно обняла её.

- Если тебе так проще... я обещаю.

Ниннин не ожидала этого. На мгновение она замерла, затем крепко закрыла глаза, чувствуя, как в груди нарастает новая волна эмоций.

- Присмотри за Хёнджином, - выдавила она.

- А ты береги себя, - тихо сказала Йеджи, отстраняясь.

Ниннин резко встала и, не оглядываясь, пошла к выходу на посадку.

Она шагала уверенно, но внутри... внутри она была готова разбиться на сотни кусочков.

Йеджи смотрела ей вслед, пока голос диктора не объявил о прибытии самолёта её тёти.

Встряхнув головой, она встала.

Что ж, кажется, всё действительно закончилось.

Пару часов спустя.

Снаружи кафе было тихо. Воздух пропитался свежестью раннего утра, а слабый ветерок мягко покачивал листья на деревьях. Где-то вдалеке раздавался шум просыпающегося города - проезжали первые машины, открывались магазины, но здесь, на небольшой уличной скамейке, время будто замедлилось.

Хёнджин сел, опустив плечи, словно тяжесть последних событий давила на него. Йеджи прекратила погружаться в воспоминания и села рядом.

- Ты видела её.

Это не было вопросом, скорее утверждение.

Йеджи вздохнула, переплетая пальцы на коленях.

- Я обещала ей. Но знай, когда она будет готова, она выйдет на связь.

Хёнджин медленно кивнул, рассеянно глядя перед собой.

- Спасибо, что была рядом с ней в тот момент. Я представляю, как ей было одиноко и грустно.

Йеджи немного улыбнулась.

- Не стоит. Я оказалась там случайно, но рада, что так вышло.

Хёнджин глубоко вдохнул, но в глазах всё равно оставалась печаль.

- Я не смог удержать данное мной обещание её маме.

Он выглядел подавленным. Йеджи чувствовала, как он борется с этим чувством вины.

- Иногда отпускать человека - это лучшее, что мы можем сделать для него, - тихо сказала она.

Хёнджин молчал. Потом, будто устав держаться, он медленно наклонил голову к её плечу. Йеджи не отстранилась. Просто аккуратно провела пальцами по его волосам, успокаивающе поглаживая.

- Я думаю, она вернётся, когда станет легче. Когда она снова найдёт в себе силы смотреть вперёд... когда поймёт, что ей больше не нужно бежать.

Хёнджин закрыл глаза, вдыхая прохладный воздух утра.

- А ещё... я обещала присмотреть за тобой, - Йеджи усмехнулась, продолжая гладить его по голове. - Так что не дам тебе потеряться в собственных чувствах вины.

Хёнджин тихо рассмеялся, едва слышно, но в этом смехе не было грусти.

Утреннее солнце пробивалось сквозь облака, заливая улицу мягким золотым светом. Новый день начинался - и, возможно, вместе с ним начиналось что-то новое и для них.