Promise

Утро после вечеринки Хвана.

Рюджин почувствовала тепло. Тепло и невероятную мягкость под собой. Она открыла глаза, но тут же зажмурилась, когда солнечные лучи пробились сквозь белые шторы. Голова немного кружилась, и во рту чувствовался привкус сухости - похмелье.

Она приподнялась на локтях, оглядываясь по сторонам. Комната была незнакомой, но очень уютной. Всё было аккуратно расставлено, словно здесь жил человек, который ценит порядок и эстетику. На стенах висели плакаты культовых рок-н-ролльных групп, а над рабочим столом красовались страницы из модных журналов. На самом столе лежали карандаши, тетради, наброски с различными эскизами одежды. На полке стояли миниатюрные манекены в крошечных нарядах, а чуть выше - коллекция музыкальных альбомов.

Она взглянула на себя. На ней были свободные штаны и футболка, которая явно не принадлежала ей. Когда она успела переодеться? Рюджин нахмурилась, напрягая память, но ничего не вспоминала.

Спустившись вниз, она оказалась в просторной, светлой кухне. Всё здесь было выдержано в минималистичном стиле, но именно это делало обстановку особенно уютной. В воздухе витал пряный аромат куриного супа с острой заправкой. Желудок мгновенно напомнил о себе громким урчанием.

Она потянулась к стакану с водой, но, едва успела сделать глоток, как замерла, чуть не поперхнувшись.

Из-за угла появился Бан Чан, вытирая полотенцем мокрые волосы. Он был полуголый - на нём были только спортивные штаны, которые низко сидели на бёдрах. Вода стекала по его невероятно гладкой коже, капли пробегали по широкой груди, пересекали очерченные мышцы живота и исчезали под поясом штанов. Всё его тело выглядело как вылепленное руками скульптора - сильное, подтянутое, с рельефным прессом, который можно было бы пересчитать пальцами.

Рюджин судорожно сглотнула.

Чан бросил полотенце через плечо, ухмыльнулся и подошёл ближе.

- Выспалась?

Рюджин почувствовала, как её щёки начинают предательски гореть.

- Эм... да, - пробормотала она, украдкой продолжая бросать взгляды на его обнажённое тело.

Чан лишь усмехнулся, достал из шкафа две тарелки и налил в них горячий суп.

- Я сварил это от похмелья. Садись, поешь.

Рюджин, не дожидаясь второго приглашения, опустилась на стул. Первые несколько ложек супа казались острыми, но затем пришло приятное тепло, и голова немного прояснилась.

- Кстати... - Чан сел напротив и, положив локоть на стол, лукаво прищурился. - Надеюсь ты помнишь, как сама переодевалась.

Рюджин замерла с ложкой во рту.

- Что?

- Ну, ты пришла в себя, сказала, что не можешь спать в своём платье, и попросила что-то удобное. Так что... вот.

Она нахмурилась.

- Чего-то не помню.

- Я же говорил тебе не пить так много.

Рюджин фыркнула, но тут же запнулась, когда выпалила что-то совершенно глупое:

- Ну... не ты же меня переодевал, какая разница!

Осознав, что сказала, она тут же покраснела и спрятала лицо в ладонях.

Бан Чан рассмеялся.

- Ох, Рюджин, ты просто золото.

Она резко встала.

- Всё, я пошла в ванную!

- Держи, вот твоя зубная щётка, - Чан протянул ей новую упаковку.

Рюджин недовольно забрала её и скрылась в ванной, а Чан продолжал посмеиваться себе под нос.

После завтрака Чан устроил для неё небольшую экскурсию по дому. Он показал свою студию, где работал над эскизами. В его набросках было что-то особенное - стиль, вкус, смелость.

- Ты дизайнер? - удивлённо спросила Рюджин, перебирая его эскизы.

- Дизайнер и стилист, - улыбнулся Чан.

- Честно, я не ожидала.

- Обычно так и бывает.

Они смеялись, спорили о моде, а потом, внезапно для себя, обнаружили, что у них похожие вкусы в музыке.

После этого дня они стали ближе. Рюджин начала доверять ему, а Чан в свою очередь старался не разочаровать её.

В один день Чан предложил:

- Пойдём со мной в студию. Хочу показать тебе кое-что.

Рюджин согласилась.

Когда они прибыли, директор агентства обратил внимание на неё и вдруг предложил попробовать себя в качестве модели.

- Нет уж, - тут же отказалась она.

Но Чан не отступал.

- Ладно, но хотя бы примерь вот этот наряд.

Она нехотя согласилась. Как только она вышла из примерочной, всё изменилось. Платье, созданное Чаном, было великолепным, и, что удивительно, оно идеально подчёркивало её силуэт.

- Ты создана для этого, - сказал он.

Рюджин смотрела на себя в зеркало и впервые почувствовала что-то странное - уверенность, которую она раньше в себе не замечала.

- Ну, разок... почему бы и нет?

Чан торжествующе улыбнулся.

Так она оказалась на своей первой профессиональной фотосессии. Вскоре она получила свой первый гонорар - 30 тысяч долларов.

- ЧТО?! - закричала она, увидев сумму.

- Неплохое начало, да? - усмехнулся Чан.

Позже, когда Рюджин рассказала об этом Йеджи, та лишь поддерживала эту идею и даже настаивала серьёзно заниматься этим.

И вот так началась её новая жизнь. В жизни Шин Рюджин появилось что-то новое - любимое дело, новые возможности, а главное - рядом были те, кто искренне верил в неё и те кто любила она.