Будь ты проклят, Чон Чонгук!

Моя па­ра — это ты.

Моя. Па­ра. Это. Ты.

Гос­по­ди.

Ми­ен нес­коль­ко раз про­из­несла фра­зу мыс­ленно, буд­то убеж­дая се­бя, что ей не пос­лы­шалось. Буд­то убеж­дая се­бя, что уши не об­ма­нули ее. Убеж­дая се­бя... за­чем? Нах­му­рилась, сме­рив Чон­гу­ка вни­матель­ным взгля­дом, и он ско­вано пос­мотрел в от­вет, буд­то бо­ясь по­шеве­лить­ся. И это еще боль­ше уди­вило ее, да­же зас­та­вило по­верить ему на од­ну до­лю се­кун­ды. Ка­жет­ся, впер­вые она ви­дела Чон Чон­гу­ка ис­пу­ган­ным. Мо­жет, это был и не сов­сем ис­пуг, а ка­кая-то са­мая лег­кая его фор­ма, но, оп­ре­делен­но, бес­по­кой­ство ви­тало в воз­ду­хе. И нап­ря­жение тре­щало в по­меще­нии, ме­чась, как заг­нанный в клет­ку зверь.

И ес­ли сна­чала не­ис­то­вое же­лание по­буж­да­ло Ким Ми­ен по­верить сло­вам Чон­гу­ка, то те­перь ей хо­телось толь­ко злоб­но рас­сме­ять­ся ему в ли­цо, по­казав всем сво­им ви­дом, что она о нем ду­мала. А по­том стук­нуть хо­рошень­ко ему по го­лове, что­бы все из­ви­лины вста­ли на мес­то.

Ма­разм! Ни­как ина­че!

Что он хо­тел этим до­бить­ся? Не­уже­ли Чон Чон­гук ре­аль­но ду­мал, что она без сом­не­ний по­верит ему пос­ле то­го, как он пос­тро­ил ей глаз­ки и ска­зал о ка­кой-то фан­тасти­чес­кой че­пухе? У нее дол­жно бы­ло что-то щел­кнуть в гру­ди?

Всё ка­залось бес­смыс­ленным.

Воп­ро­сы. Воп­ро­сы. Воп­ро­сы. Они бе­жали в ее соз­на­нии бе­гущей стро­кой, и Ми­ен ед­ва ус­пе­вала их чи­тать, а го­ворить же во­об­ще не со­бира­лась.

Слиш­ком мно­гое по­меня­лось в ее жиз­ни. И она пе­рес­та­ла пос­пе­вать за ней, хо­тя обыч­но всег­да шла впе­реди. Глу­по. И еще раз глу­по! Чон Чон­гук на­чал пред­став­ле­ние, но Ми­ен бы­ла не на­мере­на учас­тво­вать в этом цир­ке. Она — не кло­ун, что­бы над ней сме­ялись. Но судь­ба бы­ла жес­то­ка по от­но­шению к ней, и би­лет за пред­став­ле­ние нель­зя бы­ло вер­нуть. А жизнь и вов­се не яв­ля­лась цир­ком.

В шко­ле над Ким лю­били из­де­вать­ся, сме­ять­ся и час­то под­ка­лыва­ли ее, и по­это­му Ми­ен сде­лала вы­вод, что чем боль­ше от­ве­ча­ешь, тем боль­ше по­луча­ешь не­нуж­но­го вни­мания к се­бе. Мо­жет, это сра­баты­вало и не на всех, но на мно­гих. К Чон Чон­гу­ку это, ко­неч­но же, не от­но­силось. Ин­те­рес­но, из­ме­нилась ли си­ту­ация, ес­ли бы Ким Ми­ен из­на­чаль­но об­су­дила с Чо­ном все пре­тен­зии. А ведь они ни ра­зу не смог­ли нор­маль­но с ним по­гово­рить. Ни ра­зу с их пер­вой встре­чи. Да и нуж­ны ли бы­ли раз­го­воры? Ми­ен до сих пор не зна­ла, хо­тела ли она слу­шать его го­лос. Она да­же име­ла в ви­ду не речь, а имен­но го­лос. Бо­же. Прос­то пыт­ка. Для ее ушей. Для нее са­мой. Са­мая нас­то­ящая пыт­ка. И сей­час, ког­да у них впер­вые слу­чил­ся хоть ка­кой-то раз­го­вор, по­хожий на че­лове­чес­кий, Ми­ен прос­то не мог­ла по­верить. Кто он? Обо­ротень?

Де­вуш­ка хмык­ну­ла собс­твен­ным мыс­лям, по­качав го­ловой. Пе­реве­ла взгляд за спи­ну пар­ня. За ок­ном бы­ло тем­но. Улич­ный фо­нарь ста­ли всё ча­ще вык­лю­чать по но­чам, а де­вуш­ка же ус­пе­ла при­вык­нуть к не­му: он слу­жил ей в не­кой сте­пени ма­яком. Бо­ялась по­терять­ся без не­го. По­терять­ся в се­бе. Мо­жет, уже и по­теря­лась. А вре­мя приб­ли­жалось к но­чи. И не­воз­можно бы­ло ни­чего раз­гля­деть, по­это­му она ви­дела лишь очер­та­ния ком­на­ты и двух фи­гур, от­ра­жа­ющих­ся в стек­ле. Она так прис­таль­но смот­ре­ла, буд­то на нем мог­ли быть вы­цара­паны от­ве­ты на все ее воп­ро­сы. На­де­ялась на это. Жда­ла. Но ок­но про­дол­жа­ло ос­та­вать­ся крис­таль­но-чис­тым.

Ми­ен шум­но ды­шала и мол­ча­ла. Не зна­ла, что го­ворить даль­ше, как се­бя вес­ти, по­это­му прос­то скрес­ти­ла ру­ки на гру­ди и скеп­ти­чес­ки под­ня­ла бровь.

Раз­ве всё это мог­ло быть прав­дой? В мыс­лях яр­ко вспы­хива­ли кар­тинки из вос­по­мина­ний. Ес­ли из­на­чаль­но Чон Чон­гук вел се­бя, как пол­ный му­дак (а ведь рань­ше Ми­ен да­же мыс­ленно не до­пус­ка­ла про­из­не­сения по­доб­ных слов!), то в этом го­ду стал прос­то по­ло­ум­ным. Мог ли он прит­во­рять­ся нас­толь­ко хо­рошо? И так всё тща­тель­но про­думать? Да­же вы­сокую тем­пе­рату­ру те­ла! Но это не­пос­ти­жимо. Та­кое прос­то не мог­ло быть в ре­аль­нос­ти. Они — са­мые что ни на есть ре­аль­ные лю­ди, а не ге­рои в ки­но.

Го­лова зак­ру­жилась, и Ми­ен прик­ры­ла гла­за, ус­лы­шав шо­рох нап­ро­тив. Точ­но. Она же здесь не од­на. А ес­ли это прав­да? И всё про­ис­хо­дящее не яв­ля­ет­ся бре­дом? Зна­чит ли это то, что всё кни­ги и филь­мы мо­гут ока­зать­ся под­линны­ми и их пер­со­нажи су­щес­тву­ют в ре­аль­нос­ти?

Ким Ми­ен не так силь­но ув­ле­калась ми­фоло­ги­ей, по­это­му ма­ло чи­тала о ней. А тем бо­лее об обо­рот­нях.

Ни­чего страш­но­го. Она вы­яс­нит. Всё уз­на­ет. Спо­кой­но. Без ка­кой-ли­бо па­ники.

А сей­час даст Чон Чон­гу­ку вре­мя, пусть ис­пы­та­ет шанс и по­пыта­ет­ся всё объ­яс­нить, а Ми­ен рас­сме­ет­ся в кон­це, выс­лу­шав его сказ­ки.

А па­уза в это вре­мя за­тяну­лась.

— Ты что-ни­будь ска­жешь? — спус­тя ма­лень­кую бес­ко­неч­ность се­кунд спро­сил Чон­гук, рез­ко по­вер­нул шею, и ти­шину ком­на­ты ог­лу­шил хруст поз­вонков, и де­вуш­ка ма­шиналь­но прос­ле­дила за его дви­жени­ем.

— А что ты хо­чешь от ме­ня ус­лы­шать?

— Ты не ве­ришь мне? — не сво­им го­лосом про­из­нес па­рень. Он тя­жело вздох­нул, и Ми­ен по­нима­ла, что этот стран­ный раз­го­вор ему то­же не дос­тавлял осо­бой ра­дос­ти, буд­то Чон­гук зас­тавлял се­бя рас­кры­вать рот и ше­велить язы­ком, что­бы хоть что-то про­из­но­сить. И ей ста­ло от­че­го-то неп­ри­ят­но от по­доб­ных мыс­лей.

— Зна­ешь, а я зуб­ная фе­еч­ка, ко­торая при­лета­ет к де­тям за вы­пав­ши­ми мо­лоч­ны­ми зу­бами и вмес­то них ос­тавля­ет мо­нет­ки под по­душ­кой, — не­тер­пе­ливо бро­сила, фыр­кнув, а по­том, не до­жида­ясь от­ветной ре­ак­ции, на­тяну­то уди­вилась, при­ложив ла­донь ко рту. — Что, ты мне не ве­ришь?

Чон­гук мед­ленно за­катил гла­за. И точ­но мыс­ленно при­зывал се­бя сдер­жи­вать­ся, что­бы не наг­ру­бить, уж боль­но он на­дул ще­ки, от­че­го Ми­ен ехид­но при­под­ня­ла бровь еще вы­ше. Она и не зна­ла, от­ку­да у нее по­яви­лось столь­ко сме­лос­ти. Преж­няя не­лов­кость буд­то ис­па­рилась, и ее мес­то за­няла ре­шимость.

— Я серь­ез­но.

— Я то­же, — в такт ему про­из­несла де­вуш­ка, не те­ряя ни се­кун­ды вре­мени.

Ким Ми­ен не без­моз­глая ку­рица, ко­торую мож­но вот так лег­ко об­ду­рить, на­вешав лап­ши на уши. За каж­дым сло­вом дол­жно сле­довать под­твержде­ние — без это­го ни­как. И ес­ли Чон Чон­гук сей­час же не объ­яс­нит, от­ку­да он взял ту че­пуху, ко­торую на­гово­рил нес­коль­ко ми­нут на­зад, то Ми­ен выс­та­вит его за дверь не це­ремо­нясь. Хо­тя в его слу­чае за ок­но.

— До­каза­тель­ства? — буд­то про­читал ее мыс­ли.

— До­каза­тель­ства, — под­твер­ди­ла, кив­нув. Она от­сту­пила на­зад, упи­ра­ясь яго­дица­ми в спин­ку сту­ла, про­дол­жая сле­дить за нез­ва­ным гос­тем.

— Хо­рошо, — с рас­ста­нов­кой про­гово­рил Чон. — Де­ло в том, что я не шу­чу и это су­щая прав­да.

Он сде­лал ко­рот­кий шаг впе­ред.

— Ко­неч­но, са­мым лег­ким до­каза­тель­ством бу­дет об­ра­тить­ся в обо­рот­ня пря­мо здесь и сей­час, но ду­маю, что ни те­бе, ни мне это бу­дет не сов­сем удоб­но, ведь одеж­ду при­дет­ся снять, — те­ат­раль­но вы­дер­жал па­узу, — но, ес­ли ты хо­чешь по­любо­вать­ся мо­им прек­расным об­на­жен­ным те­лом, то я с ра­достью по­кажу те­бе свой вол­чий об­лик.

Чуть скло­нил го­лову и под­мигнул, под­жав гу­бы.

— Да­же не меч­тай, — и ще­ки поч­ти не пок­расне­ли. Стой­ко вы­дер­жа­ла зри­тель­ный кон­такт, не смот­ря ни­же его глаз.

— Зря, моя до­рогая, — са­модо­воль­но ус­мехнул­ся, оки­нув взгля­дом свое те­ло, а Ми­ен хо­телось сте­реть эту улы­боч­ку с его ли­ца. И по­быс­трее!

— Да­вай без неж­ностей.

— А ты лю­бишь пог­ру­бее? — мед­ленно, рас­тя­гивая каж­дую бук­ву. — Бу­ду иметь в ви­ду.

Чон­гук ото­шел на­зад и опус­тился об­ратно на кро­вать, наг­нувшись впе­ред, упер лок­ти в ко­лени. Он хо­тел за­катать ру­кава, но от­че­го-то пе­реду­мал и за­мер.

Как же он ее раз­дра­жал, ей-Бо­гу. Ее ли­цо вов­сю го­рело, и в ком­на­те ста­ло не­выно­симо душ­но. Ми­ен слег­ка отод­ви­нула во­рот­ник коф­ты, встрях­нув тканью, что­бы хоть как-то ос­ве­жить­ся, и в гор­ле пе­ресох­ло. А ведь до его при­хода ей бы­ло хо­лод­но.

— Жар­ко­вато ста­ло, да? — Чон­гук за­чесал во­лосы на­зад, и они пря­дями сколь­зну­ли меж­ду его паль­цев, при­от­кры­вая лоб.

Прос­ле­див за его жес­том, Ми­ен прос­то про­иг­но­риро­вала воп­рос и раз­верну­лась к не­му спи­ной, на­чав пе­рек­ла­дывать учеб­ни­ки на сто­ле, по­пут­но пог­ла­живая ко­та, ко­торый про­дол­жал наг­ло ле­жать на кла­ви­ату­ре.

— Я так по­нимаю, на этом твои до­воды за­кон­чи­лись? — меж­ду де­лом по­ин­те­ресо­валась Ми­ен, заг­ля­дывая в блок­нот, в ко­торый она за­писы­вала всё до­маш­нее за­дание. Ве­ла паль­цем по бук­вам, но пе­ред гла­зами всё рав­но ска­кало и сме­шива­лось. Она бы­ла взвол­но­вана: их об­ще­ние с Чон­гу­ком в пос­леднее вре­мя ста­ло боль­но час­тым. Бы­ло не­ком­фор­тно чувс­тво­вать пос­то­рон­не­го че­лове­ка, сто­яще­го на по­роге лич­но­го прос­транс­тва.

Ким ощу­щала его жгу­чий взгляд на сво­ей спи­не, но де­монс­тра­тив­но не по­вора­чива­лась, об­во­дя ка­ран­да­шом на­писан­ные руч­кой сло­ва, пы­та­ясь сдер­жать дрожь в ру­ке. Но всё бы­ло без тол­ку.

— Я прос­то не мо­гу выб­рать, как убе­дить те­бя в прав­ди­вос­ти сво­их слов, что­бы ты по­вери­ла мне и при этом не ог­лу­шила тол­стен­ным фо­ли­ан­том од­новре­мен­но.

«А ты поп­ро­буй», — мыс­ленно до­бави­ла она, бо­рясь с же­лани­ем по­вер­нуть­ся, что­бы прис­таль­но пос­мотреть в ка­рие гла­за нап­ро­тив, но лишь за­мер­ла с рас­кры­тым блок­но­том в ру­ках.

Гу­бы Ми­ен чуть дрог­ну­ли, и она ко­рот­ко взгля­нула на объ­емис­тую кни­гу, пос­вя­щен­ную эпо­хе Чо­сон, ко­торую де­вуш­ка спе­ци­аль­но при­тащи­ла из биб­ли­оте­ки, что­бы под­го­товить­ся к ито­говой ра­боте по ис­то­рии Ко­реи. И сей­час она ле­жала у нее на сто­ле. А ведь у Ми­ен, дей­стви­тель­но, прос­каль­зы­вала мысль, что­бы при лю­бой опас­ности за­щищать­ся ей, раз­ма­хивая пе­ред со­бой. И по­это­му по­дод­ви­нула ее поб­ли­же к се­бе.

Вло­жила ка­ран­даш в блок­нот в мяг­кой жел­той об­ложке и от­ло­жила его, по­вер­нувшись к од­ноклас­сни­ку. Он си­дел, ис­подлобья гля­дя на нее. Его блед­ные гу­бы бы­ли сло­жены в тон­кую ли­нию, а чуть пок­раснев­шие гла­за ус­та­ло мор­га­ли. Она шаг­ну­ла к не­му и ос­та­нови­лась, по­топ­тавшись на мес­те.

— Чон Чон­гук, — по­мед­лив, Ми­ен про­тяну­ла ру­ку, но рез­ко от­дерну­ла ее, буд­то об­жегшись. Хо­тела дот­ро­нуть­ся, что­бы про­верить его тем­пе­рату­ру, но ре­шила, что это бу­дет слиш­ком для нее.

— Что?

— Ты выг­ля­дишь, мяг­ко го­воря, пар­ши­во.

Про­тер гла­за.

— Знаю, — под­нялся. Те­перь он воз­вы­шал­ся над ней, и Ми­ен приш­лось под­нять го­лову, что­бы ви­деть его ли­цо, а не взды­ма­ющу­юся грудь.

— И по­чему?

— Я пло­хо сплю, — он уви­дел, как удив­ленно при­под­ня­лись бро­ви Ми­ен, и про­дол­жил, — из-за те­бя.

— Из-за ме­ня? — воз­му­щен­но дер­нув пле­чами, вы­пали­ла де­вуш­ка. — Я не по­нимаю.

— Моя внут­ренняя сущ­ность пос­то­ян­но же­ла­ет тво­ей бли­зос­ти, — Ми­ен ни­ког­да бы не по­дума­ла, что че­ловек мо­жет быть нас­толь­ко пря­моли­ней­ным, но, ви­димо, Чон­гук про­читал весь ужас, от­ра­зив­шей­ся на ее ли­це, и пос­пе­шил ус­по­ко­ить: — Не толь­ко той бли­зос­ти, о ко­торой ты по­дума­ла, до­гад­ли­вая моя. Ей прос­то не­об­хо­димо твое при­сутс­твие. Ина­че... как же объ­яс­нить. В об­щем, сущ­ность, как ма­лень­кий ре­бенок, ко­торый пос­то­ян­но хны­чет, ког­да ма­моч­ки нет ря­дом. И, по­верь, это не­выно­симо.

— Ты хо­чешь ска­зать, что я дол­жна быть ря­дом с то­бой круг­ло­суточ­но? — в за­меша­тель­стве вос­клик­ну­ла она. И кто по­верит в та­кую глу­пость?

— Толь­ко в на­чале, по­том бу­дет лег­че, — за­гадоч­но про­тянул Чон­гук, а Ми­ен бе­силась от его за­гадоч­ности.

По­чувс­тво­вал взгляд на сво­их ла­донях, она спря­тала их за спи­ной, де­лая вид, что ни­чего осо­бен­но­го не про­изош­ло. Это бы­ла прав­дой. Да. По­дума­ешь, у нее лей­коп­ластырь на ла­дони. Вот толь­ко по­чему Чон не сво­дил с нее этот тя­желый взгляд ка­рих глаз, ко­торый про­бивал ее до са­мых кос­тей. И глуб­же. Еще глуб­же.

— Ты в по­ряд­ке?

— Что? — не по­няла де­вуш­ка.

— Я ви­дел, что ты спот­кну­лась. Не по­рани­лась? — об­вел ее мед­ленным взгля­дом. — Не мо­гу по­нять.

— Ты сле­дил за мной? — воз­му­тилась Ми­ен нес­коль­ко оби­жен­ным го­лосом. — Мог бы по­мочь в та­ком слу­чае, а не прос­то смот­реть, как ме­ня ок­ру­жила
стая бро­дячих со­бак! — бро­сила на не­го стран­ный взгляд, нах­му­рив­шись. — Ой, прос­ти, я за­была, что те­бе нет ни до ко­го де­ла, кро­ме се­бя. Что уж го­ворить о ка­кой-то там за­уч­ке!

Чон­гук нап­рягся, опус­тив го­лову. Тем­ные во­лосы зак­ры­ли его ли­цо, и у Ми­ен не бы­ло воз­можнос­ти про­читать его эмо­ции в гла­зах. Он сжал паль­цы в за­мок, а по­том рез­ко за­рыл­ся ими в во­лосы, взъ­еро­шивая. Ры­чание. Или Ким Ми­ен прос­то пос­лы­шалось. Она, ка­жет­ся, уже заб­лу­дилась, прос­то за­пута­лась в по­токе собс­твен­ных мыс­лей.

Ти­хо про­цедил:

— Я по­мог те­бе.

Ми­ен не­веря­ще пос­мотре­ла на не­го и от­ри­цатель­но мот­ну­ла. Она не го­това бы­ла ве­рить ему. Да и не сра­зу по­няла, к че­му он кло­нил.

— Я те­бя не ви­дела, — упер­то про­гово­рила она в то вре­мя, как меж бро­вей за­лег­ла скла­доч­ка.

— Ко­неч­но, не ви­дела она, — вып­лю­нул Чон ей под но­ги, и сар­казм не­види­мой пылью за­поро­шил их.

Встрях­ну­лась, пы­та­ясь из­ба­вить­ся от неп­ри­ят­ных ощу­щений. Впи­лась ла­донью в край сто­леш­ни­цы и на­чала нер­вно выс­ту­кивать ука­затель­ный паль­цем ка­кой-то ритм. Раз­нер­вни­чалась.

— Ты при­шел в оче­ред­ной раз, что­бы по­ругать­ся со мной? У ме­ня нет для это­го нас­тро­ения, — в пос­леднее вре­мя у не­го всег­да его в прин­ци­пе не бы­ло. — Сей­час мне нуж­но де­лать до­маш­нюю ра­боту, не мог бы ты уй­ти?

Не­доволь­но пос­мотре­ла на Чон­гу­ка и при­куси­ла язык, ру­гая се­бя за чрез­мерную мяг­кость по от­но­шению к наг­ло­му од­ноклас­сни­ку, ко­торо­го не­об­хо­димо бы­ло дав­но уже вып­ро­водить из до­ма. Но Ми­ен по­чему-то это­го не де­лала. И са­ма не по­нима­ла по­чему.

— Про­дол­жай, — быс­тро бро­сил и за­мол­чал.

Ми­ен опус­ти­ла взгляд на пол.

— Я не по­нимаю, что ты от ме­ня хо­чешь, — за­тара­тори­ла она. — Те­бе пла­тят день­ги за то, что ты стал об­щать­ся со мной? Од­ноклас­сни­ки ски­нулись? Или за­чем ты это де­ла­ешь? Ве­село из­де­вать­ся на­до мной?

Всплес­ну­ла ру­ками, а по­том об­хва­тила го­лову, по­тому что она вне­зап­но за­гуде­ла. Ду­мать ста­ло тя­жело. И во­об­ще весь мир стал та­ким тя­желым-тя­желым, что кис­ло­рода не хва­тало. Под­ня­ла гла­за к по­тол­ку, не поз­во­ляя сле­зам ско­пить­ся в них.

Чон­гук мол­чал.

— Я прос­то ус­та­ла, по­нима­ешь? — ее го­лос пре­датель­ски дрог­нул. — Ус­та­ла ша­рахать­ся от лю­дей, пос­то­ян­но ог­ля­дывать­ся и ждать под­лянки. Ты зна­ешь, сколь­ко раз я дос­та­вала сум­ку из по­мой­но­го ба­ка? — кив­ну­ла, буд­то спра­шивая, но от­ве­та Ми­ен и не жда­ла. — Я то­же не знаю, по­тому что прос­то сби­лась со сче­та. Не пом­ню, сколь­ко раз ме­ня об­ли­вали, тол­ка­ли, втап­ты­вали в грязь сло­вами. И это обыч­но са­мое боль­ное. При­ят­но быть за­води­лой? Нра­вит­ся слу­шать от ме­ня по­доб­ное?

Чон сжал ку­лаки. Его пле­чи рез­ко под­ни­мались и опус­ка­лись, буд­то он вот-вот мог взор­вать­ся. Раз­ле­теть­ся на мел­кие ос­колки, впи­ва­ясь в ко­жу Ми­ен. Что­бы при­чинить боль. Еще боль­ше бо­ли. Чуть при­под­нял го­лову, и те­перь Ким Ми­ен мог­ла ви­деть кон­чик его но­са, но боль­ше ни­чего: чел­ка про­дол­жа­ла зак­ры­вать вид на ли­цо.

— Я сог­ласна с тем, что ве­ла се­бя не сов­сем по­доба­юще и зас­лу­жила осуж­да­ющих взгля­дов, но я же не со зла, — Ми­ен шеп­та­ла: го­ворить гром­че уже не бы­ло сил. — У ме­ня и мыс­ли не бы­ло о том, что­бы выс­та­вить ко­го-ли­бо в дур­ной све­те. По­нимаю, что раз­да­вала со­веты, не по­думав, ука­зыва­ла лю­дям на ошиб­ки, ког­да они это­го не про­сили, и всег­да бы­ла го­това от­ве­чать на уро­ке. Смеш­но, да? Но, ви­димо, мне и это­го нель­зя де­лать, что­бы лю­ди по-нор­маль­но­му от­но­сились ко мне. Но ведь мож­но бы­ло прос­то ска­зать, что не нра­вит­ся, раз­ве нет? Объ­яс­нить по-че­лове­чес­ки. Прос­тым язы­ком. Я не та­кая уж и глу­пая, по­няла бы. Воз­можно, и мед­леннее, чем сей­час, ведь твой спо­соб по­мог мне ра­зоб­рать­ся в се­бе го­раз­до быс­трее. Счи­тай, что это твоя зас­лу­га. Спа­сибо, Чон Чон­гук, — ед­ва шеп­ча.

Глу­боко ды­шала, не ве­ря, что до сих пор не раз­ры­далась. Пе­реве­ла ды­хание, пос­мотрев на Чон­гу­ка. Пе­ред гла­зами всё бы­ло пут­но. Бе­лая пе­лена зас­ти­лала взор, но Ми­ен дер­жа­лась. Не сей­час. Не при нем. Наб­равшись сил, спро­сила:

— Есть что до­бавить?

— Всё хо­рошо, про­дол­жай, — его ти­хий го­лос, буд­то ре­занул ей по шее, и она чуть не за­дох­ну­лась, за­быв, как ды­шать.

— Я не ве­рю ни еди­ному тво­ему сло­ву, по­это­му прос­то иди к чер­ту, Чон Чон­гук. По­жалуй­ста, ва­ли из мо­его до­ма и боль­ше ни­ког­да не го­вори со мной.

— Еще раз, — на вы­дохе про­гово­рил Чон­гук, рас­прав­ляя пле­чи, но Ми­ен всё рав­но не мог­ла ви­деть его ли­ца.

— Про­вали­вай уже! — эмо­ци­ональ­но прик­рикну­ла Ми­ен, со­вер­шенно не за­ботясь, что ба­буш­ка или де­душ­ка мог­ли ус­лы­шать ее. Па­ра сле­зинок прыс­ну­ла из угол­ков глаз, и она пос­пе­шила их сте­реть ру­кавом.

От­тол­кнув­шись Чон­гук встал, пря­мо пос­мотрев в гла­за де­вуш­ки. Вып­ря­мил спи­ну, опас­ли­во су­зил гла­за и вы­дох­нул че­рез рот, прой­дясь язы­ком по ря­ду зу­бов. Всё бы ни­чего, толь­ко Ми­ен поб­ледне­ла, от­сту­пив на­зад. Она в ужа­се хло­пала рес­ни­цами и за­жала ру­кой рот в не­мом кри­ке. Су­дорож­но за­дыша­ла, и Гук в за­меша­тель­стве шаг­нул на­зад, ут­кнув­шись но­гами в край кро­вати.

Его гла­за бы­ли яр­ко-жел­ты­ми, пря­мо как у вол­ка. А вок­руг них па­ути­ной бы­ли вы­рисо­ваны тем­ные ве­ны, по­хожие на тон­кие ни­ти. Ког­да он рас­крыл рот, взо­ру сра­зу пред­ста­ли мощ­ные клы­ки. Ес­ли он наб­ро­сит­ся на Ми­ен, то рас­ку­сит ее шею в од­ну се­кун­ду. И от это­го ста­нови­лось не по се­бе. Она пя­лилась на не­го, за­мерев, как ста­туя. Он выг­ля­дел пу­га­юще, но убе­гать в ужа­се не хо­телось. Хо­телось толь­ко по­лучить ин­форма­цию.

Чон­гук по­каш­лял в ку­лак, и толь­ко сей­час Ми­ен за­мети­ла длин­ные ос­трые ког­ти на его паль­цах, ко­торые мог­ли рас­кром­сать лю­бую плоть уж точ­но.

— Что... как та­кое воз­можно? — за­шеп­та­ла, вы­тянув дро­жащую ру­ку впе­ред.

— Так про­ис­хо­дит, ког­да я злюсь, — ос­ве­домил Чон, по­жав пле­чами. — Я учусь кон­тро­лиро­вать сущ­ность, но по­ка не всег­да вы­ходит.

— Ты ра­зоз­лился на ме­ня? — опас­ли­во уточ­ни­ла она, бо­ясь ус­лы­шать от­вет.

При­кусил гу­бу до кро­ви и вы­тер ее тыль­ной сто­роной ла­дони. А Ми­ен наб­лю­дала, как за­воро­жен­ная.

— Нет, я ра­зоз­лился на се­бя.

Она не зна­ла, прав­ду ли он ска­зал, но та­кое пред­ло­жение ус­тра­ива­ло ее. По­это­му и не ста­ла нас­та­ивать.

— И... — мах­ну­ла ру­кой у се­бя пе­ред ли­цом. — Как дол­го ты хо­дишь та­ким?

— В за­виси­мос­ти от то­го, как силь­но я был зол, — Ми­ен вспом­ни­ла тот мо­мент, ког­да Чон спас ее от ху­лига­нов, а ведь она бы­ла уве­рена, что жел­тые гла­за ей по­чуди­лись. — Ког­да прос­то жел­те­ют гла­за, они пос­те­пен­но воз­вра­ща­ют­ся к сво­ему ес­тес­твен­но­му цве­ту в те­чение нес­коль­ких ми­нут, а сей­час мне, — все это вре­мя он те­ребил ног­ти на ру­ках, — мне по­надо­бит­ся око­ло ча­са, что­бы вер­нуть­ся в обыч­ный об­лик.

Ми­ен не­ук­лю­же кив­ну­ла, го­воря о том, что по­няла. Но, ко­неч­но, ей хо­телось уз­нать о кро­ви обо­рот­ней по­боль­ше.

— И этот про­цесс ни­как не ус­ко­рить?

Жел­тые гла­за свер­кну­ли.

— Да­вай, са­мая ум­ная уче­ница, ска­жи мне, что я дол­жен сде­лать, что­бы как мож­но быс­трее стать нор­маль­ным че­лове­ком?

От­вет был на­писан, буд­то у не­го на лбу, и Ми­ен ах­ну­ла, ок­руглив гла­за.

— Это я? — с сом­не­ни­ем спро­сила она. — Те­бе нуж­но при­кос­нуть­ся ко мне? Или...

Де­вуш­ка ед­ва ус­пе­ла про­из­нести сло­ва, как Чон­гук сде­лать рез­кий ры­вок впе­ред.

У Ми­ен чуть сер­дце не выс­ко­чило, ког­да его го­рячая ла­донь лег­ка на ее по­яс­ни­цу, и он при­тянул ее к се­бе. Она ли­цом впе­чата­лась ему в грудь. И буд­то вы­пала из ми­ра на па­ру се­кунд. Соз­на­ние вер­ну­лось к ней тог­да, ког­да но­са кос­нулся лег­кий аро­мат ле­са, зем­ли и кос­тра. Чон­гук при­об­нял ее вто­рой ру­кой и при­жал к се­бе поб­ли­же, за­ковав де­вуш­ку в коль­цо из сво­их рук.

Она пос­та­ралась выр­вать­ся, но по­пыт­ка бы­ла нич­тожной. Ведь обо­рот­ни нам­но­го силь­нее прос­тых лю­дей, тем бо­лее та­ких сла­бых, как Ким Ми­ен. И вот. Да­же са­ма не уло­вила тот мо­мент, ког­да по­вери­ла ему. По-нас­то­яще­му. Раз. И всё. Он — обо­ротень. Боль­шой чер­ный волк. И это он спас ее. Уже дваж­ды.

Чон ды­шал ей в лоб, об­жи­гал ее сво­им пре­рывис­тым ды­хани­ем, а ког­да он скло­нил го­лову и лег­ко кос­нулся гу­бами ее ко­жи, Ми­ен вздрог­ну­ла, бо­ясь по­терять соз­на­ние. Та­бун му­рашек про­бежал­ся с ма­куш­ки до са­мых пят и за­терял­ся где-то на кон­чи­ках паль­цев на но­гах. Пе­ре­из­бы­ток эмо­ций был слиш­ком силь­ным. Она не по­нима­ла, что чувс­тву­ет. Всё прев­ра­тилось в та­кую ка­шу, что ра­зоб­рать бы­ло не­воз­можно. Его ла­дони об­хва­тили ее ли­цо, и она не мог­ла по­шеве­лить го­ловой, хо­тя ру­ки и ока­зались сво­бод­ны­ми. Но си­лы буд­то по­кину­ли ее, и она не мог­ла под­нять их. Да­же паль­цем ше­вель­нуть не по­луча­лось. И не под­ни­мала от не­понят­но­го стра­ха гла­за, вгля­дыва­ясь в тем­ную ткань нап­ро­тив, Ми­ен ви­дела, как грудь взды­малась всё спо­кой­нее.

По­вел го­ловой. Вдох­нул пог­лубже. Про­шел­ся кон­чи­ком но­са по вис­ку. А Ми­ен каж­дый раз уми­рала. Что-то уми­рало в ней. И она бо­ялась это­го.

И ти­шина. Бь­ющая на по­раже­ние.

Чуть вы­дох­нул и поп­ра­вил ее во­лосы, вы­бив­ши­еся из хвос­та.

— От­дашь мне свою по­душ­ку? — про­шеп­тал, и каж­дая бук­ва от­пе­чата­лась клей­мом на ее лбу.

— Что?

Ка­жет­ся, ей пос­лы­шалось.

Об­хва­тил паль­ца­ми ее под­бо­родок, зас­та­вил пос­мотреть на се­бя. По­вино­валась.

И взгляд Ми­ен про­яс­нился. Она так силь­но уди­вилась, что из ее рта вы­валил­ся ка­кой-то не­понят­ный на­бор букв, а в кон­це она ик­ну­ла, из-за че­го ка­рие гла­за пар­ня со­щури­лись, об­ра­зуя мор­щинки на угол­ках.

Чон­гук так же быс­тро от­пустил ее, как при­тянул к се­бе, и Ми­ен слег­ка по­шат­ну­лась. Он за­ин­те­ресо­ван­но ог­ля­дывал ее и ждал про­дол­же­ния ре­ак­ции.

Он был обыч­ным. Не бы­ло жел­тых глаз. Не бы­ло ви­димых вен. Не бы­ло клы­ков. Не бы­ло ког­тей. Ни­чего не бы­ло. Он был обыч­ным.

— За­чем те­бе моя по­душ­ка? — де­вуш­ка до сих пор не бы­ла уве­рена, что пра­виль­но рас­слы­шала, но прос­то мол­чать уже не мог­ла.

Она — смысл жиз­ни его сущ­ности. Имен­но она. Ник­то дру­гой. Ее сер­дце раз­ры­валось в груд­ной клет­ке от од­ной толь­ко мыс­ли о том, что она, Ким Ми­ен, так дей­ству­ет на не­го, Чон Чон­гу­ка. Жут­ко хо­телось поз­ло­радс­тво­вать на эту те­му, но по­ка она не мог­ла наб­рать­ся храб­рости.

— От те­бя пах­нет ла­ван­дой, — зак­лю­чил па­рень, за­сунув ру­ки в кар­ма­ны чер­ной тол­стов­ки, и по­ежил­ся.

Ми­ен сму­тилась, по­чесав за ухом, и нак­ло­нила го­лову, ста­ра­ясь не­замет­но по­нюхать се­бя. Не­уже­ли так чувс­тву­ет­ся... Раз он обо­ротень, дол­жно быть у не­го нюх, как у со­баки. Бо­же, это ка­жет­ся та­ким не­ре­аль­ным. Фан­тасти­ка. Ни­как ина­че.

— Да, это тра­вяная по­душ­ка. Го­ворят, что она сни­ма­ет го­лов­ные бо­ли и спо­собс­тву­ет хо­роше­му сну.

— От­дашь мне ее?

— Я мо­гу поп­ро­сить ба­буш­ку, и она сде­ла­ет те­бе та­кую же, ес­ли так хо­чет­ся.

От­ри­цатель­но по­качал го­ловой.

— Мне нуж­на имен­но твоя, — по­тянул­ся и зев­нул, прич­мокнув пе­ресох­ши­ми гу­бами. Ми­ен за­дер­жа­ла на них взгляд. По­том прош­лась по всей фи­гуре пар­ня, и сер­дце под­прыг­ну­ло, за­бив­шись где-то на уров­не шеи.

Ее гла­за, как блюд­ца чай­ные, рас­ши­рились, и ес­ли приг­ля­деть­ся, мож­но бы­ло уви­деть в них бли­ки ее мыс­лей. Они бе­жали, как в ста­рой ки­ноп­ленке, пу­та­ясь и за­едая, пов­то­ряя один и тот же мо­мент по нес­коль­ко раз.

— Ты... ты ра­нен? — за­ик­нувшись, про­гово­рила она. И паль­цы зад­ро­жали.

Чон­гук поб­леднел еще силь­нее, и кровь от­ли­ла от его щек на­сов­сем. Ми­ен бы­ло по­дума­ла, что он нач­нет от­не­кивать­ся и го­ворить, что она ме­лит че­пуху, но ожи­дания не оп­равда­лись.

— Прос­то ца­рапи­ны, — ско­ван­но дер­нулся. — Поч­ти не вид­но.

— По­кажи, — взвол­но­ван­но.

— Не сто­ит, — Чон мо­мен­том по­серь­ез­нел и от­вернул­ся.

— Я пом­ню, как со­баки вце­пились в вол­ка, — зап­ну­лась, — точ­нее те­бя. Те­бе бы­ло боль­но. Бо­же, Чон Чон­гук, ты выг­ля­дишь, как мер­твец!

— Вот и чуд­но, ког­да ме­ня не ста­нет, моя смерть бу­дет на тво­ей со­вес­ти, — горь­ко ус­мехнул­ся он.

— Не вре­мя для шу­ток! А ес­ли они бы­ли боль­ны? Ты ду­мал об этом? — воз­му­щалась Ми­ен, ма­шиналь­но нас­ту­пая на пар­ня. — Быс­тро по­казы­вай!

— Ты все-та­ки хо­чешь уви­деть мои бу­бен­чи­ки? — на­рочи­то поп­ра­вив кар­ман шта­нов, от­тя­нул его. — Ты так силь­но жаж­дишь, что­бы я раз­делся?

Ким Ми­ен от воз­му­щения чуть не по­дави­лась. Она хмык­ну­ла, прек­расно пом­ня, что уку­сы дол­жны быть при­мер­но на уров­не бо­ков, и, ни­чего не го­воря, схва­тила край тол­стов­ки пар­ня и по­тяну­ла на­верх. Из губ выр­вался про­тяж­ный стон. На жи­воте Чон­гу­ка, дей­стви­тель­но, бы­ло нес­коль­ко ца­рапин и си­няков, ко­торые ед­ва мож­но бы­ло уви­деть. Толь­ко вот на пра­вом бо­ку кра­сова­лась не­боль­шая ко­лотая ра­на. Ви­димо, на этом мес­те укус был сла­бым, и в ко­жу про­ник­ли толь­ко клы­ки жи­вот­но­го. И это выг­ля­дело не так ужас­но. Но от ви­да ле­вой сто­роны Ми­ен всю пе­редер­ну­ло. Хо­телось зак­рыть гла­за, что­бы раз­ви­деть это. Ра­на бы­ла нам­но­го мас­штаб­нее и рас­тя­нулась на весь бок. В те­ло про­ник­ли сра­зу все зу­бы со­баки. И нес­коль­ко раз. Края уку­са бы­ли рва­ными, и еще бы­ла вид­на при­пух­лость. Она кро­вото­чила, и крас­ная жид­кость сте­кала по ко­же до кром­ки шта­нов, впи­тыва­ясь в нее. Ми­ен мед­ленно мор­гну­ла. Про­вела паль­цем по тка­ни тол­стов­ки, и кровь от­пе­чата­лась на ее ко­же. Все бы­ло нам­но­го ху­же, чем де­вуш­ка пред­по­лага­ла.

— Ты об­ра­баты­вал ра­ны? — гром­ко сглот­нув, уточ­ни­ла Ми­ен. Она наг­ну­лась, что­бы луч­ше раз­гля­деть пов­режде­ния.

— Нет.

— Те­бе не­об­хо­димо сроч­но ехать в боль­ни­цу, — она стро­го пос­мотре­ла на не­го сни­зу-вверх, и ей да­же по­каза­лось, что Чон­гук сму­тил­ся.

— На мне всё за­жива­ет мо­мен­таль­но, — оп­равды­вал­ся он, ста­ра­ясь поп­ра­вить коф­ту, но Ми­ен не да­вала опус­тить ее на жи­вот. — Они за­тянут­ся к ут­ру, и да­же сле­да не ос­та­нет­ся. Бы­ло бы из-за че­го пе­режи­вать...

— Бы­ло бы из-за че­го? — вос­клик­ну­ла де­вуш­ка, но по­том, буд­то при­дя в се­бя, уба­вила гром­кость го­лоса. — Мно­гие из уку­сов со­бак опас­ны для че­лове­ка!

— Но я не че­ловек! — так же ше­потом воз­му­щал­ся Чон­гук. — Я со­бака!

— Не ут­ри­руй! — пих­ну­ла его в грудь. — Кем бы ты ни был, вследс­твие про­ник­но­вения в ор­га­низм раз­личных мик­ро­ор­га­низ­мов уку­сы мо­гут выз­вать тя­желые пос­ледс­твия, будь то за­раже­ние бе­шенс­твом или да­же ле­таль­ный ис­ход. Те­перь ты пред­став­ля­ешь, как это опас­но?

— И что?

— Те­бе нуж­но в боль­ни­цу, — про­лепе­тала она так, буд­то от­кры­ла но­вую пла­нету. — Сроч­но.

— Не по­еду я ни­куда, — выр­вал ткань из рук де­вуш­ки и сел на кро­вать. — Ес­ли ты так хо­чешь мне по­мочь, прос­то об­ра­ботай ра­ны и всё.

— Но я не врач, — ста­ла на­маты­вать кру­ги по ком­на­те, пос­то­ян­но ог­ля­дыва­ясь на дверь. — Ты в лю­бом слу­чае дол­жен сдать не­об­хо­димые ана­лизы, что­бы убе­дить­ся, что всё хо­рошо.

— Всё бу­дет в по­ряд­ке. Прос­то об­ра­ботай ра­ны.

Ос­та­нови­лась, упе­рев ру­ки в бо­ка, и вздер­ну­ла под­бо­родок, от­че­го Чон пре­неб­ре­житель­но хмык­нул.

— Хо­рошо, я сде­лаю это, — сог­ла­силась Ми­ен, — толь­ко с од­ним ус­ло­ви­ем. Зав­тра с ут­ра ты по­едешь в боль­ни­цу.

Чон­гук дол­го смот­рел на нее, а по­том кив­нул.

— Хо­рошо, я сде­лаю это, — пов­то­рил ее сло­ва с по­хожей ин­то­наци­ей, — толь­ко с од­ним ус­ло­ви­ем. Ты по­едешь со мной.

Ким Ми­ен ми­гом опе­шила, за­каш­лявшись, и ру­ка дер­ну­лась, по­чесав ще­ку.

— Я не мо­гу.

— Пусть те­бя то­же ос­мотрят, ты ведь упа­ла, мог­ла что-ни­будь пов­ре­дить, — Ми­ен бы­ло при­ят­но слу­шать по­доб­ные сло­ва, пусть да­же Чон­гук го­ворил их из-за внут­ренней сущ­ности. — Сог­ласна?

— Я по­думаю, — про­буб­ни­ла она, по­пятив­шись к две­ри. — Я схо­жу за ап­течкой, а ты си­ди на мес­те, — ука­зала на Гу­ка паль­цем и скры­лась за дверью.

Ми­ен быс­тро дос­та­ла ко­роб­ку с вер­хней пол­ки на­вес­но­го шка­фа на кух­не, а вне­зап­но по­явив­шей­ся ба­буш­ке на по­роге, ко­торая ус­пе­ла ис­пу­гать Ми­ен, приш­лось врать о том, что ей не­об­хо­димо об­ра­ботать ко­лен­ки, так как в по­гоне за ко­том, она упа­ла имен­но на них. И по­мощь Ми­ен не нуж­на. И во­об­ще она за­нята: ей за­дали це­лую ку­чу за­даний на по­недель­ник. Это не счи­тая до­пол­ни­тель­ных. Ужас прос­то. Мис­сис Ким ода­рила ее стран­ным взгля­дом, но воз­ни­кать не ста­ла, пред­ла­гая убе­га­ющей внуч­ке прих­ва­тить ва­зоч­ку с пе­чень­ем.

— Я не го­лод­на, спа­сибо, — крик­ну­ла Ми­ен со вто­рого эта­жа, от­кры­вая дверь в свою ком­на­ту.

— А я го­лоден, — тут же отоз­вался Чон­гук, чем зас­та­вил де­вуш­ку под­прыг­нуть на мес­те. До че­го же пуг­ли­ва.

— До­ма по­ешь, — бро­сила она, рас­кры­вая ко­роб­ку с ме­дицин­ски­ми средс­тва­ми.

Кив­ну­ла на тол­стов­ку, мыс­ленно при­казы­вая ее под­нять, но Чон, встав, снял ее сов­сем, бро­сив на кро­вать.

— Мог бы прос­то при­под­нять, я не зас­тавля­ла те­бя раз­де­вать­ся, — про­шипе­ла она.

— Раз­ве? — не­вин­но спро­сил па­рень, дер­жа ру­ки на ве­су. — Ты так и раз­де­вала ме­ня гла­зами весь ве­чер, не от­ри­цай оче­вид­но­го.

Ми­ен толь­ко цок­ну­ла, ста­ра­ясь не смот­реть на те­ло од­ноклас­сни­ка. Толь­ко на ра­ны. Толь­ко на ра­ны. Но его на­качен­ное рель­еф­ное те­ло слож­но бы­ло не за­метить. Ей хо­телось спро­сить, всег­да ли он был та­ким силь­ным или стал толь­ко пос­ле прев­ра­щения в обо­рот­ня, но вов­ре­мя при­куси­ла язык.

Дос­тав всё не­об­хо­димое, де­вуш­ка раз­ло­жила ве­щи пе­ред со­бой. Взяв пе­рекись во­доро­да, Ми­ен от­кры­ла ее и кра­ем гла­за пос­мотре­ла на ли­цо Чон­гу­ка.

— Нуж­но про­мыть ра­ны. Мо­жет быть боль­но, — буд­то ус­по­ка­ивая се­бя, про­гово­рила она, но Гук ни­чего не от­ве­тил, да­же бровью не по­вел.

По­ка она об­ра­баты­вала ра­ны, Чон не из­дал ни зву­ка, лишь в на­чале слег­ка дер­нул ру­кой, и Ми­ен бы­ла по­раже­на им. По-доб­ро­му по­раже­на. Пос­ле она об­ве­ла края ран й­одом и на­ложи­ла свер­ху про­мочен­ный в пе­реки­си бинт.

— Мо­жешь по­дер­жать тут, — не­лов­ко поп­ро­сила она, кру­тясь вок­руг об­на­жен­ной гру­ди Чон­гу­ка. Он при­дер­жал край ма­тери­ала в то вре­мя, как Ми­ен обер­ну­ла ос­таль­ную часть вок­руг его те­ла, пы­та­ясь не ду­мать о том, что она на­ходит­ся в опас­ной бли­зос­ти к муж­ско­му те­лу. Да она чуть ли но­сом об его со­сок не тер­лась. Бо­же! Ей точ­но бу­дут снить­ся кош­ма­ры.

Не­ук­лю­же за­вязав узел, Ми­ен за­кон­чи­ла нак­ла­дывать по­вяз­ку. Пос­ле че­го быс­тро схва­тила тол­стов­ку, бро­сила в Чон­гу­ка пле­дом и убе­жала со сло­вами о том, что вещь нуж­но сроч­но зас­ти­рать, ина­че ос­та­нет­ся пят­но. А Чон Чон­гук и не был про­тив.

Ког­да она вер­ну­лась в ком­на­ту, па­рень ле­жал у нее в пос­те­ли под оде­ялом. Ми­ен воз­му­щен­но ох­ну­ла, встрях­нув коф­той.

— Вы­лез из мо­ей пос­те­ли, — про­шипе­ла она, вклю­чая обог­ре­ватель, сто­ящий под бо­ком у книж­но­го шка­фа. — Жи­во!

— Мож­но я тут по­лежу, по­ка ты за­нима­ешь­ся сво­ими де­лами, — про­буб­нил он в оде­яло. — Я ти­хонь­ко, как мыш­ка.

— Слу­шай, мыш­ка, — по­весив тол­стов­ку Чон­гу­ка на ве­шал­ку, Ким Ми­ен ус­тро­ила ее пря­мо на­до обог­ре­вате­лем, что­бы та по­быс­трее вы­сох­ла, — вы­лезай из нор­ки быс­тро!

— Я не бу­ду ме­шать чес­тно, — не­доволь­но за­вор­чал тот и за­возил­ся. — Сущ­ность дав­но так спо­кой­но се­бя не ве­ла, бла­годать прос­то.

— Чон Чон­гук! — рыв­ком ски­нула с не­го оде­яло, и Чон­гук за­мычал, са­дясь на кро­вати. — Как толь­ко коф­та нем­но­го под­сохнет, го­товь­ся вы­лезать на­ружу.

Уб­ра­ла сло­жен­ное пу­ховое оде­яло на край, оки­нула взгля­дом пар­ня, на шее ко­торо­го был за­вязан плед, слов­но плащ. И ей вдруг ста­ло смеш­но от это­го, кто бы мог по­думать, что Ким Ми­ен опус­тить­ся до по­доб­но­го.

— Мож­но я прос­то при­лягу, спать не бу­ду, — уве­рял он ее.

— Нет, си­ди и не ше­велись. Ес­ли что-то не нра­вит­ся, то за­бирай свои ве­щи и про­вали­вай до­мой.

Нем­но­го изу­чив же­лания кро­ви обо­рот­ня, Ми­ен зна­ла, что Чон сог­ла­сит­ся.

Она от­верну­лась от не­го, что­бы дос­тать из школь­ной сум­ки нес­коль­ко книг, как вдруг до ее ушей до­нося стран­ный звук. Та­кой ти­хий. Об­ры­вис­тый. По­хожий на писк. Мед­ленно раз­верну­лась на ис­точник, ко­торый си­дел сму­тив­шись, об­хва­тив се­бя ру­ками. Ще­ки Чон­гу­ка не­ис­то­во го­рели, а ли­цо бы­ло та­ким, буд­то он ис­пустил га­зы на ви­ду всех ре­бят из клас­са.

— Ты что, ску­лишь?

— Нет, это не я, — твер­до от­ве­тил он.

И Ми­ен раз­верну­лась к Вол­чонку, но тот уми­рот­во­рен­но спал, да­же не по­шеве­лив ухом, и сно­ва по­вер­ну­лась в сто­рону Чон­гу­ка, вы­жида­юще вски­нула бро­ви. Это точ­но бы­ло не мя­уканье, а ску­леж.

— Я не знаю, что это, — про­цедил он, рас­ти­рая лоб. — Та­кое со мной впер­вые. Ду­маю... из ме­ня вы­ходят та­кие зву­ки по­тому, что ты ме­ня оби­дела.

— Я те­бя оби­дела? — изу­милась Ми­ен, плю­ха­ясь на стул. — Но я да­же не ду­мала...

Чон­гук нас­то­рожен­но нак­ло­нил го­лову и рез­ко за­гово­рил:

— Ду­маю, сю­да идет твоя ба­буш­ка.

— Моя ба­буш­ка? — сос­ко­чила. — По­чему ты так ре­шил?

— Ци­тирую: «Зай­ду-ка к на­шему ге­нию пе­ред сном, и ты, дед, иди спать, что раз­ва­лил­ся на ди­ване, как ба­лери­на», — зев­нул. — И, ка­жет­ся, она уже под­ни­ма­ет­ся.

— Вот черт!

Гос­по­ди, как же она бла­годар­на Чон­гу­ку за тон­кий слух. По­яв­лять­ся пе­ред ба­буш­кой в не­пода­ба­ющем ви­де бы­ло сро­ду на­каза­ни­ем. Сов­сем не­лов­ко. Ми­ен рез­ко по­тяну­ла Гу­ка за ло­коть, вы­нуж­дая то­го встать с пос­те­ли, но ему очень не хо­телось. Он вля­пал­ся раз­го­рячен­ным те­лом пря­мо в нее, но у де­вуш­ки не бы­ло вре­мени для не­лов­ких раз­ду­мий.

— Быс­тро под кро­вать, — при­каза­ла, на­дав­ли­вая на пле­чи пар­ня.

— Вот еще. Там гряз­но, — зап­ро­тес­то­вал тот.

— Что? Да там иде­аль­ная чис­то­та, я мою пол каж­дый день, меж­ду про­чим! — воз­му­тилась Ким, раз­дра­жен­но за­пихи­вая туш­ку Чо­на.

— А я по­душеч­ку зах­ва­чу, — до­воль­но вы­тянул ту, под­мигнул од­ноклас­сни­це и скрыл­ся из ви­ду. Лишь бы си­дел ти­ше во­ды, ни­же тра­вы. Не вы­совы­вал­ся во­об­ще, гад.

Прик­ры­ла кро­вать оде­ялом, слег­ка спус­тив то по кра­ям, что­бы не бы­ло вид­но пол, и об­легчен­но вы­дох­ну­ла. Толь­ко зря. У по­рога ос­та­лись муж­ские крос­совки. И да­же Ми­ен ста­ла слы­шать ба­буш­ки­ны ша­ги. Слиш­ком близ­ко. Ей ос­та­валось пре­одо­леть нес­коль­ко сту­пенек. Чуть ли не сев на шпа­гат, Ким Ми­ен хва­тану­ла обувь и бро­сила ту, ус­лы­шав ши­пение из тем­но­ты на по­лу под зас­те­лен­ной кро­ватью.

— Прос­ти, — скор­чи­ла гри­масу, на ка­рач­ках стоя у из­го­ловья пос­те­ли. Сла­ва Бо­гу, ком­на­та Ми­ен бы­ла ма­лень­кой, и ей не приш­лось бе­гать, как уго­релой. Хо­тя она и сей­час за­пыха­лась.

Дверь скрип­ну­ла, и в при­от­кры­той ще­ли по­яви­лась по­жилая жен­щи­на в цве­тас­том ха­лате.

— Еще не спишь? — по­ин­те­ресо­валась она. — Ты что это там де­ла­ешь?

— Мне по­каза­лось, что я ви­дела мышь, — на вы­дохе про­из­несла Ми­ен, ее ус­та­лость лег­ко бы­ло при­нять за ис­пуг, и ста­ла де­лать вид, что за­нята по­ис­ком од­ной наг­лой ра­неной мы­ши. О том что она ра­нена, она, ко­неч­но же, про­мол­ча­ла.

— Мышь? — удив­ленно вос­клик­ну­ла ба­буш­ка, за­ходя пол­ностью в ком­на­ту, и Ми­ен па­ру раз мыс­ленно уда­рилась го­ловой об пол. Лад­но хоть он чис­тый. — От­ку­да у нас мы­ши?

— За­бежа­ла од­на, ви­димо, — дер­нув пле­чами, за­суну­ла ру­ку под кро­вать и, на­шарив го­лову Чон­гу­ка, дер­ну­ла его за во­лосы. Он ге­ро­ичес­ки мол­чал. Мо­жет по­тому, что из­на­чаль­но уви­дел ку­лак пе­ред сво­ей сим­па­тич­ной мор­дашкой. — Ты не пе­режи­вай, ба­буль, Вол­чо­нок быс­тро ее пой­ма­ет. Эту про­тив­ную мыш­ку.

Жен­щи­на, вспом­нив о ко­те, наш­ла его взгля­дом и за­хихи­кала, прик­ры­вая рот мор­щи­нис­той ру­кой. Тот спал так креп­ко, что не за­метил бы да­же сот­ню мы­шей, пля­шущих пе­ред его но­сом.

— Ох, уж сом­не­ва­юсь, ми­лая.

Ми­ен еще нем­но­го по­гово­рила с ба­буш­кой о ка­ких-то глу­пос­тях, пос­ле че­го та выш­ла из ком­на­ты внуч­ки к все­об­ще­му об­легче­нию.

— Я ус­тал ле­жать на по­лу, — за­гово­рил Чон, не ус­певши вы­лез­ти на­ружу, — там так твер­до.

— В сле­ду­ющий раз пос­те­лю мат­рас, — с сар­казмом ска­зала Ми­ен, за­нимая мес­то за сто­лом. Чон­гук пус­тил нес­коль­ко по­хот­ли­вых шу­точек, но де­вуш­ка про­пус­ти­ла их ми­мо ушей.

— Я при­лягу? — она жда­ла это­го воп­ро­са, по­это­му кив­ну­ла. Ей уже без раз­ни­цы. Пусть де­ла­ет, что хо­чет.

— Толь­ко до тех пор, по­ка я де­лаю уро­ки.

Кро­вать скрип­ну­ла, прог­нувшись под тя­жестью те­ла, и Чон­гук гром­ко за­сопел.

Ми­ен отод­ви­нула но­ут­бук с ко­том к уг­лу, и жи­вот­ное про­тес­ту­юще мя­ук­ну­ло и сно­ва улег­лось. От­кры­ла пер­вую по­пав­шу­юся тет­радь и на­чала де­лать за­дание, лис­тая сра­зу нес­коль­ко книг, но лю­бопытс­тво ко­выря­ло ей в гор­ле тон­кой па­лоч­кой, и у нее не по­луча­лось до кон­ца сос­ре­дото­чить­ся.

— Чон Чон­гук, а по­чему ты счи­та­ешь это прок­ля­ти­ем?

Он дол­го мол­чал, но по­том про­буб­нил:

— По­тому что дол­жен ждать тво­его одоб­ре­ния.

— Мо­его одоб­ре­ния? — не по­няла она, про­лис­ты­вая учеб­ник.

— Да, нам да­ет­ся шесть­де­сят дней, что­бы най­ти па­ру и в пол­но­луние по­лучить ее сог­ла­сие на связь.

— А ес­ли не бу­дет сог­ла­сия, обо­ротень об­ре­чен му­чить­ся до кон­ца сво­их дней?

Раз­да­лось нев­нятное бор­мо­тание, и Ми­ен не ра­зоб­ра­ла ни сло­ва. Ви­димо, Чон за­лез под оде­яло с го­ловой. Она не мог­ла ви­деть, по­тому что си­дела к не­му спи­ной.

— Так те­бе и на­до, — зак­лю­чила она, улы­ба­ясь та­кому вы­воду. — Му­чай­ся те­перь.

— Слу­шай, я так ус­тал, да­вай по­гово­рим ут­ром, — за­копо­шил­ся. — Мо­жешь да­же под­го­товить лист с воп­ро­сами, ес­ли хо­чет­ся.

Ми­ен оби­жен­но пе­релис­тну­ла тет­радку. Боль­но она хо­тела. Вот еще.

— Чон Чон­гук, мо­жет сде­ла­ем ма­тема­тику, что­бы не те­рять вре­мя? Я, как твой вре­мен­ный ре­пети­тор, по­могу те­бе ра­зоб­рать­ся в за­дани­ях.

Но он не от­ве­чал.

— Чон Чон­гук, — бо­лее спо­кой­но пов­то­рила она и раз­верну­лась.

А он ус­нул. Ми­ен вздох­ну­ла, по­качав го­ловой. Она по­ложи­ла ру­ку на спин­ку сту­ла и ус­тро­ила под­бо­родок на сги­бе лок­тя. У нее по­явил­ся шанс раз­гля­деть Чон­гу­ка, не бо­ясь быть за­мечен­ной. Не то что­бы она хо­тела это­го... Маз­ну­ла взгля­дом по его те­лу и ос­та­нови­лась на ли­це. Он ле­жал на бо­ку, под­ло­жив под ще­ку ла­донь. Его рес­ни­цы дро­жали, бро­сая те­ни на блед­ную ко­жу, и под гла­зами вид­не­лись тем­ные кру­ги. Чон­гук прич­мокнул гу­бами и пе­ревер­нулся на спи­ну, за­жав на гру­ди по­душ­ку. По­душ­ку Ким Ми­ен! Ее лю­бимую по­душ­ку с ла­ван­дой! Как же она спать те­перь на ней бу­дет...

Не­ожи­дан­но да­же для са­мой се­бя стук­ну­ла по сто­лу и на се­кун­ду зас­ты­ла, убе­див­шись, что Чон Чон­гук все еще спал, Ми­ен об­легчен­но вы­дох­ну­ла. И за­чем она бес­по­ко­ит­ся?

Она от­верну­лась, ут­кнув­шись но­сом в чис­тый тет­радный лист, но в соз­на­нии эхом пов­то­рял­ся прич­мо­кива­ющий звук, и сос­ре­дото­чить­ся ни­как не по­луча­лось. Ну вот сов­сем.

Ми­ен бы мог­ла его раз­бу­дить и выг­нать, но она са­ма поз­во­лила ему ос­тать­ся, и сей­час бы­ло не­удоб­но за­бирать свои сло­ва на­зад. Тем бо­лее Чон выг­ля­дел та­ким утом­ленным. Ви­димо, пос­то­ян­ные при­хоти сущ­ности не да­вали ему спо­кой­но спать уже дол­гое вре­мя. А сей­час па­рень спал, как мла­денец...

Это пер­вый и пос­ледний раз. Пер­вый и пос­ледний раз, ког­да она раз­ре­шила ему пос­пать у се­бя в кро­вати.

За­пом­ни это, Ким Ми­ен. И пов­то­ряй каж­дый ве­чер пе­ред сном. Бо­же.

Чон­гук спал в ее пос­те­ли.

Уму не пос­ти­жимо.

Зак­ры­ла ла­доня­ми ли­цо, тя­жело вздох­нув. А по­том встрях­ну­лась, пе­рево­рачи­вая лист учеб­ни­ка.

— Всё в по­ряд­ке, — про­шеп­та­ла. — Не вре­мя от­вле­кать­ся.

Она так ув­леклась, что не за­мети­ла, как вре­мя пе­рева­лило глу­боко за пол­ночь. Уро­ки бы­ли сде­ланы и пе­реде­ланы вдоль и по­перек на эту не­делю и да­же на сле­ду­ющую. Ти­хо под­нявшись со сту­ла, Ми­ен лег­ко сня­ла тол­стов­ку с ве­шал­ки, по­пут­но от­клю­чая обог­ре­ватель. Она ее сос­тирну­ла, но от тка­ни про­дол­жа­ло пах­нуть ле­сом. И ей нра­вилось это. Пре­под­несла к но­су, улыб­нувшись. Рас­пра­вила коф­ту пе­ред со­бой, что­бы убе­дить­ся, что ни­каких пя­тен не прос­ле­жива­лось.

Вне­зап­но где-то вда­ли раз­дался про­тяж­ный вой. Ми­ен дер­ну­лась всем те­лом, и Чон­гук прос­нулся, пы­та­ясь сфо­куси­ровать взгляд на ней. Она не­лов­ко кив­ну­ла, а он быс­тро под­нялся и мол­ча заб­рал у нее тол­стов­ку, на­тяги­вая ту на се­бя.

— Это что, вас так вы­зыва­ют? — ее го­лос зву­чал вы­ше, чем бы ей хо­телось.

— Не сов­сем.

Он был не нас­тро­ен на раз­го­вор, Ми­ен не нас­та­ива­ла. Прос­то наб­лю­дала, как он на­тяги­ва­ет крос­совки и спры­гива­ет с ок­на.

Ве­тер про­ник в теп­лую ком­на­ту, и де­вуш­ка по­ежи­лась, зак­ры­вая ра­му. За­дер­ну­ла што­ры и, вык­лю­чив свет, лег­ла на кро­вать, уку­тыва­ясь в оде­яло, как в ко­кон. Толь­ко че­го-то не хва­тало. По­душ­ки...

— Он заб­рал мою по­душ­ку! — взвиз­гну­ла Ми­ен, уда­рив но­гой по спин­ке кро­вати, а она да­же не за­мети­ла! Мень­ше пя­лить­ся нуж­но бы­ло на его фи­гуру!

Не­доволь­но ус­тро­илась на бо­ку, под­ло­жив под го­лову ру­ку, и силь­но заж­му­рила гла­за, же­лая как мож­но ско­рее про­валить­ся в сон, но вне­зап­ное опо­веще­ние на те­лефо­не, зас­та­вило ее оч­нуть­ся и на­шарить его у из­го­ловья. Под­не­ся мо­биль­ный к ли­цу, Ми­ен, смот­ря од­ним гла­зом, раз­бло­киро­вала его, осо­бо не вгля­дыва­ясь, но же­лая, что­бы со­об­ще­ние бы­ло от Пак Чи­мина, а не от опе­рато­ра. Она сос­ку­чилась по дру­гу и хо­тела бы пос­ко­рее уви­деть его, тем бо­лее он уве­рил ее в том, что та­кой шанс в бли­жай­шее вре­мя по­явит­ся.

Не ус­пе­ла она от­крыть со­об­ще­ния, как рез­ко се­ла, рас­крыв рот от не­годо­вания.

— «Мой Чон­гукки», — про­чита­ла имя кон­такта вслух. Как это по­нимать?! У нее да­же но­мера его те­лефо­на не бы­ло.

Чон Чон­гук: Зав­тра в 9.00. У тво­его до­ма. И не опаз­ды­вай.

Как буд­то она хоть раз опаз­ды­вала! Са­модо­воль­ный ин­дюк!

Ре­шив, что она ни­куда не пой­дет, Ми­ен пос­та­вила бу­диль­ник на 8:15 (на вся­кий слу­чай, ко­неч­но) и лег­ла спать.

Толь­ко прос­ну­лась де­вуш­ка не от бу­диль­ни­ка, а от рез­ко­го зву­ка в ок­но. Кто-то бро­сил яй­цо, и оно за­лепи­ло стек­ло, ис­пачкав его слизью. Дав­но та­кого не бы­ло. Но Ким Ми­ен же не при­выкать.

**Глава была закончена поздно ночью, прошу прощения, если вы встретили ошибки**

**Я не знаю, можно ли сюда вставлять ссылки, но пишите в лс или в комментах, если вам нужна ссылка на мою группу в вк**