1 глава
Египет пылал.
Солнце, огромное и немилосердное, раскаляло песок до белизны, заставляя воздух дрожать над землёй, как над раскалённым железом. Но во дворце фараона царила прохлада — высокие стены из резного камня хранили тень, а тонкие ткани, ниспадающие с потолка, колыхались от лёгкого ветерка с Нила.
Антон стоял на коленях в тронном зале, опустив голову. Его тонкие пальцы сжимали край простого льняного хитона, а зелёные глаза, обычно такие живые, теперь были прикованы к полу. Он не смел поднять их. Не смел даже дышать слишком громко.
Перед ним, на возвышении, сидел Арсений.
Фараон.
Его золотые браслеты звенели при малейшем движении, а тёмные волосы, убранные в тонкую диадему, отливали синевой под лучами солнца, пробивающимися сквозь высокие окна. Голубые глаза, холодные и ясные, как воды Нила на рассвете, изучали юношу с безмолвным интересом.
— Так это тот самый мальчик? — голос Арсения был низким, спокойным, но в нём чувствовалась власть, привыкшая к немедленному повиновению.
Советник, стоящий рядом, поспешно кивнул:
— Да, повелитель. Его привезли с севера. Говорят, он умеет читать звёзды.
Арсений медленно поднял руку, и золотые кольца на его пальцах сверкнули.
— Подойди.
Антон вздрогнул, но послушался. Поднялся на дрожащих ногах и сделал шаг вперёд. Потом снова опустился на колени, теперь уже у самых ступеней трона.
— Как тебя зовут?
— Антон, — прошептал юноша.
— Громче.
— Антон, — повторил он, на этот раз чётче, но голос всё равно дрогнул.
Арсений наклонился вперёд. Его пальцы коснулись подбородка Антона, заставив того вздрогнуть. Кожа фараона была тёплой, почти обжигающей после прохлады зала.
— Подними глаза.
Антон повиновался.
Их взгляды встретились — зелёный и голубой.
Что-то в глубине взора фараона изменилось. Стало мягче? Или просто любопытнее?
— Ты боишься? — спросил Арсений.
Антон не знал, что ответить. Правда могла обидеть, ложь — разгневать.
— Я… не знаю, чего ожидать, — наконец выдавил он.
Уголок губ Арсения дрогнул.
— Хороший ответ.
Он отпустил его подбородок и откинулся назад на троне.
— Оставь его при дворе, — сказал фараон советнику, не сводя глаз с Антона. — Пусть служит в библиотеке. Мне интересно, что ещё он умеет.
Антон опустил голову в поклоне, но сердце его бешено колотилось.
Что-то только началось.
И он ещё не знал — что.