Только живи...

Арсению девятнадцать, когда он вдруг догадывается, что страшно. Страшно однажды больше не получить ни одного сообщения от "человека-лучика".

Октябрь. Адский холод, но теплая улыбка Антона согреет даже в суровые температуры ниже -50. Такой он добрый, такой уютный, такой солнечный, излучающий чистосердечность, что хочется его обнять. Крепко-крепко. И не отпускать. Никогда.
Арсений неожиданно для себя узнаёт, что он теперь борется не ради себя. А ради матери, отца и потрясающего "человека-лучика".

Декабрь. Боли растут в геометрической прогрессии. Теперь, в свои девятнадцать, Арсений чувствует, что разваливается по частям. По ночам он кричит от боли и... плачет... Это было так несвойственно Попову: плакать. Он ведь сильный, крепкий парень. Он ведь должен держаться.
Но Арсению хватает лишь одного всплеска боли, чтобы вникнуть в простую истину: его страдания не прекращаются. Они лишь отнимают у всех Арсения.

Арсения, который буквально полгода назад ещё смеялся. Арсения, который до этого и не подозревал, что его может вдруг не стать в один момент. И тогда его голубые глаза-океаны навсегда сотрутся с лица Земли, и он навсегда останется таким - вечно молодым. Девятнадцатилетним парнем, строящим грандиозные планы на будущее. Девятнадцатилетним парнем, смеющимся с шуток своих придурковатых знакомых. Девятнадцатилетним парнем, чьё нереальной красоты личико будет красоваться на чёрной мраморной плите могилы на кладбище.
Тяжело утешать себя тем, что всё ещё есть шанс. Тяжело и... страшно...

Январь. Арсений упал в обморок прямо в руки Антона, и, кажется, тот начинает догадываться обо всём. Попов, решая не тянуть кота за хвост, рассказывает всё другу. Он готов услышать любое: от короткого "прощай" до звука хлопнувшей двери. Арсений жмурится, прикрывая свои очаровательные глаза-океаны, боясь, что Антон кинет его, не захочет общаться, как сделали многие его псевдо-друзья; снова бросит одного. Одного, в этом суровом и одиноком мире, полного слёз и разочарований, скорби и потерь. И не будет больше у Арсения его "человека-лучика".
По щеке невольно сползает одинокая слеза. Попов чувствует прикосновение Шастуна, и ещё сильнее жмурится, боясь получить удар в печень. Но вместо этого тёплые нежные руки молодого парня обхватывают плечи Арса. Он начинает рыдать. И плевать, что стоит перед пацаном. Плевать, что выглядит, как сопливая девочка-подросток. Плевать, что слёзы мочат футболку Антона.
Арсений ждал боли, яростных глаз и крика "Я НЕ ХОЧУ ОБЩАТЬСЯ С ИНВАЛИДАМИ!", но получил совсем не это.
К счастью, часто наши худшие опасения не оправдываются.
И кажется, Арсений обрёл частичку себя.