Игра Королей. Первый Том. Карта Джокера

—Предупреждаю тебя, Куроми, я буду биться в серьёз, — предупредил Курон, занимая боевую позицию. Цель теста очень проста. Они стоят в том же зале, в котором Куроми с горем пополам месяц назад удалось сломить Курохару и Торакуро. Но теперь никакого лабиринта или летающих стен с неправильной гравитацией.  Они находятся в квадрате 10×10 метров, границы которого отделены белой краской, прочерченной заранее. Задача такова: либо обездвижить противника, либо отправить в биту, либо добиться того, чтобы он оказался вытолкнут за пределы отведённого квадрата. Всё до неприличия просто… Сам трефовый король предложил это испытание для последнего боя. Секундантом выступает Курохико.

  Курон и Куроми подошли к центру квадрата и пожали друг другу руки в знак уважения. Вопреки ожиданиям Курона, Куроми вела себя даже слишком спокойно. "Она не выглядит нервно. Не так, как в наш первый спарринг. Неужели она что-то придумала против меня?" — подумал информатор, протягивая руку. Он заметил, что догадка о том, что Куроми готова биться с ним на равных как-то по особенному взволновала его.

  Тем же временем Куроми подала руку информатору с единственной мыслью в своей голове: "Мне конец…"

  Курохико начала отсчёт:
—Раз, — противники отвернулись друг от друга. И на последующий счёт делали по шагу в противоположные друг от друга стороны.
—Два три четыре пять в бой! — скомандовал посол и Курон медленно повернулся приглашая Куроми:
—Атакуй. Первый ход слабому против… — тут мимо него мелькнула молния. Явно особое приглашение было ей не нужно. Он провернулся на 90 градусов, чтобы она не успела схватить его за руку. Вокруг информатора заблестели молнии. Единственное правило, введённое в битву, нельзя использовать технику телекинеза с целью выкинуть противника. Ведь действие телекинеза почти невозможно парировать, но он и не собирался. Информатор резко вздёрнул руку вверх. На пути Куроми выросла каменная стена, которая начала быстро ехать на неё. Куроми столкнулась с ней, и стена стала толкать её к противоположному краю арены. Обзор на противника для Куроми оказался закрыт. "Чёрт! Он решил просто вытолкнуть меня с арены!" — поняла она. Её подошва с шорохом скользила под натиском стены, и Куроми поспешила выпрыгнуть из-за стены, чтобы та не увлекла её за собой. Курон отозвал стену. Он спросил:
—Это всё? Тогда мой ход, — он чуть присел, готовясь атаковать. "Он не призывает реликвий…" — поняла Куроми.

"—Возможно, когда товарищ старший будет сражаться с тобой, то начнёт с ближнего боя. Если он начнёт бить кулаками, удар можно заблокировать. Это будет, как минимум, значить, что пока он собирается продолжать бой. Если он встанет в стойку тигра, скорее всего сила его атак и скорость возрастёт. Потому что это настоящие восточные единоборства. И тем не менее, ты сможешь отводить его атаки от себя, сбивая с курса, но если он поставит пальцы в положение "меч" или "дракон", не блокируй его удары. Это может плохо закончиться…"

  Курон рванул вперёд. И Куроми увидела, что пальцы Курона сложены в положении "тигр" (Пальцы согнуты из-за чего похожи на кошачью лапу. Удар производится непосредственно нижней частью ладони.). "Положение "тигр" не такое опасное. Его также нельзя блокировать, но его можно перевести в сторону от себя. Он ударит в живот", — Куроми подсела момент и коленом ударила по протянутой руке информатора по запястью, откинув его от себя. Курон отскочил назад, но ход он не закончил. Он поднял из земли два булыжника, которые тут же отправились в Куроми по очереди, чтобы не мешать друг другу. Куроми уклонилась, но тут она заметила, что протянутая к ней ладонь информатора развернулась, и он сжал ладонь, как будто дёрнув невидимую верёвку на себя. Этот жест явно говорил о том, что сейчас камни полетят обратно. И точно. Они затормозили у самой линии и полетели обратно. Куроми от одного уклонилась, отпрыгнув с пути, а от другого упала на пол, чтобы он не зашиб её. Куроми поднялась. Курон заметил:
—Чтож, неплохо, но я тоже не собираюсь сдаваться, — он снова чуть взмахнул рукой вверх, поднимая ещё два камня из земли.
—Да, а то без крови какое веселье? — спросила Куроми, вытаскивая из ножны первый кинжал. Он блеснул в свете солнца за окном и ламп, которые освещали огромный зал. Курон вздохнул отправляя уже 4 булыжника в Куроми. Два из них полетели с двух сторон, а два других по старой траектории. Куроми проскользнула между первыми двумя и, рванув к информатору, избежала двух других. Она сложила руки на бегу.
—Удар сжатым воздухом! Уничтожение цели! — Курон вытянул руку на неё и автоматически сказал:
—Гравита!.. — Курохико вмешалась:
—Товарищ Курон!.. — Курон вспомнил: "Я не могу использовать постоянную гравитацию! Но если я сейчас что-то не сделаю, ударной волной она вытолкнет меня с поля". Он тут же поменял положение руки к нему потянулась каменная крошка. Раздался мощный хлопок, но Курон даже не пошевелился. Он стоял так дальше в защитной позе, держа перед собой магический щит. Куроми отскочила к своей части квадрата.
—Снова щит, — сказала она сама себе, — но почему моя сильнейшая техника не сработала? Я била в упор. Урон должен был быть максимальным. Даже через этот магический щит ударная волна должна была пройти. — оценивающий взгляд Куроми скользнул по телу наставника, желая выявить его секрет. Она заметила, что камень, будто став резиновым, плотно оплетал ноги информатора, удерживая его на месте: "Ага, ясно. Он не успел поднять защиту за секунду до удара. Это его собственная характеристика, но ничего. У меня ещё есть годные варианты. Я атакую его только в лоб, но здесь нет ни препятствий, ни укрытий. Нельзя устроить ловушки. Использовать яд, дым и прочее тоже нельзя. Только интеллект. Что я могу сделать?"

  Куроми задумалась ещё сильнее: "Что я знаю про него? Товарищ Курон обладает сверхчеловеческой силой, скоростью и реакцией. Многие карты в Карточном Мире обладают сверхчеловеческой силой, но товарищ Курон сильнее остальных не столько физически, сколько совершенна его техника. Вероятно, его тело прочнее, чем у рядовых карт. Ведь как по другому объяснить то, что он устоял перед техникой сжатого воздуха? Что ещё? Он владеет двумя реликвиями. Щит и меч. Но мне мало известно об их супер-свойствах. Если я продолжу атаковать, сдерживая свои силы, я ничего не добьюсь. Чтож. Он вытащил реликвии, а значит время мне тоже использовать козырь в рукаве. Хах, это будет очень сложно".

   Курон вздохнул и сказал:
—Курон. Карточная Одежда! — Куроми поняла: "Он перешёл в режим Карточной Одежды. Я не могу больше медлить с этим". Куроми надкусила свой палец с единственной мыслью: "Я ещё не умею полностью контролировать это. А без сахара я буду только на половину в сознании. Но это не важно. Единственное условие, которое мне нужно помнить - не заступать за белую линию!" — Курон понял, что она хочет сделать и медлить не стал. Он рванул вперёд и во мгновение оказался рядом с ней, чтобы не позволить ей использовать Жертву Крови. Но Куроми слизнула кровь со странной ухмылкой на лице. Тут глаза Куроми потемнели. Она улыбнулась напряжённым оскалом и вокруг заплясали чёрные молнии. Она взяла кинжал в зубы и вытащила резинку с некоторой небрежностью завязала волосы в хвост со словами:
—Прошу не обижаться на меня потом, товарищ старший… — Курон тут же поднял щит и защитился от удара ногой со словами:
—Да какие ж тут обиды… — он ожидал, что она предпримет увеличить дистанцию сразу после удара. Ведь если она этого не сделает, то станет открыта для контратаки. Но она этого не сделала. Вместо этого, она решила ударить его другой ногой, воспользовавшись тем, что щит занят. Курон локтем отбился от удара и Куроми пришлось отступить, но что она заметила - нога, которой она ударила Курона во второй раз стала синеть, а из под кожи показались кровавые капли, будто она сильно ударилась обо что-то твёрдое. По костям прошёл болезненный мандраж, а потом они заныли тупой болью, а вот с Куроном, похоже, всё было нормально. Куроми чуть поджала ногу, но потом снова встала на неё игнорируя ноющую боль. Она снова присела на корточки, готовясь прыгать: "Я в сознании. Отлично. Вероятно, это потому что я не обезумела от ужаса. Но всё бесполезно. Как таковой ему и щит не нужен, чтобы защищаться от моих атак. Бить его грубой силой по рукам, плечам или ногам - бесполезно. Ударная волна сжатого воздуха тоже не сработала. Я своими усилиями даже не сдвинула его с места за всё это чёртово время! Что же делать? Я будто сражаюсь со стальной стеной. Он не сделал ни шагу назад". Курон провернул катану в руке; лезвие оставило за собой мимолётный, призрачный, но угрожающий звон, рассекая воздух. Информатор крепче взялся за рукоять: "Ни шагу назад…"

"—В чём твоя ошибка? — спросил трефовый король, взглядом намекая посмотреть под ноги. В этом не было необходимости. Курон и так стоял на четвереньках и пытался откашляться, избавиться от рези в горле и в животе.
—В чём твоя ошибка, Курон? — повторил он свой вопрос уже настойчивее требуя его ответа.
—Я, гхн, забыл про технику дыхания?..
—Это тоже, но это вторично. Про что ты не должен был забывать в первую очередь? — Курон сперва непонимающе поднял взгляд на короля. Тот отошёл и указал на три шага вперёд.
—Где крест? — Курон посмотрел под ноги, а потом туда, куда он показал. Крест, нарисованный подошвой на белом полу карточной пустоты был впереди, отдельно от Курона.
—Ох… Там…
—Вот тебе и "ох". А почему крест там, а ты здесь?
—Я… Я забылся.
—В бою такая "забывчивость" могла бы стоить тебе головы. Не забывай. Мы трефы, а не пики. Мы играем от защиты, а не от атаки. Я никогда не скачу по полю, как угорелый. Чтобы использовать сложные техники геокинеза, нам нужно прочно стоять ногами на земле или на платформе, которые я тоже научу тебя использовать с максимальной пользой, но это после, — и в подтверждение этого, король звучно топнул ногой. Курон так и ощутил, как по земле прошлась еле заметная вибрация, будто мини-землетрясение.
—Вот твоё самое главное оружие на данный момент (после, разумеется, мозга) - земля под ногами. И она требует всего твоего внимания и сосредоточенности. Будь твёрд, как камень, ведь как бы ветер не бушевал, скала пред ним не преклонится! — король отошёл от него на несколько метров и сказал:
—Давай снова! Ты знаешь, я не отстану от тебя, пока ты не покажешь мне результат! Встать! Сейчас!"

   Ход предоставлен ему. "Вот. Атакует!" — поняла Куроми. Она продолжала сидеть на корточках, напрягаясь, как пружина, чтобы при малейшем признаке опасности подпрыгнуть вверх. Курон убрал щит за спину и уже взялся за рукоять обеими руками.
—О чёрт… — выразилась Куроми. Курон замахнулся катаной, будто бы нарочно медленно. Будто намекая: "Сдавайся, пока я даю такой шанс. Объяви, что ты сдаёшься". Куроми прочитала этот намёк и она понимала, что он прав: "Как я собираюсь пережить это? Удар сжатого воздуха не защитит меня от магического лезвия. Может быть действительно проще сдаться? Он не хочет, чтобы я была информатором: он в меня не верит. Я чувствую это. Говорить об этом с ним бесполезно. Он не поддастся. Он не доверяет мне".

   Тут он обратился к ней:
—Твои атаки бесполезны. Я всё же оказался на порядок сильнее, чем ты. Сейчас самое время, чтобы сдаться, — Куроми вздрогнула, она и забыла, что информатор умеет говорить. Но тут же отозвалась, заставляя свой голос звучать как можно чётче:
—Хах. Заманчивое предложение… — она чувствовала, как капля холодного пота медленно и неприятно ползёт по её виску. Жертва Крови скоро прекратит своё действие. И тогда у неё останется только одна попытка снова использовать Жертву Крови прежде, чем она лишится способности двигаться, конечно, это случится только если он позволит ей выждать паузу. Время поджимает, ситуация - тоже, но она ответила:
—Однако, я вынуждена отказаться! — Курон вздохнул: "Я не хотел, чтобы до этого дошло, но она успешно прошла мои предыдущие атаки, которые по моим расчётам должны уже были вытолкнуть её за край арены".

  Взгляд Куроми скользнул в сторону, и она снова увидела белую границу. Куроми вдруг поняла: "Погодите. Мне не обязательно побеждать его, как с Курохарой. Мне достаточно вытолкнуть его за пределы арены. Как это сделать - другой вопрос. Хотя это возможно и куда проще. Мне нужно лишь немного больше крови", — подумала она. Она снова чуть надкусила палец, который успел регенерировать. Она открыла глаза, и информатор снова заметил, что её глаза стали ещё темнее. Теперь походило на глубокую бездну моря в пасмурный день. "Она что-то задумала. Теперь точно. Всё это время её атаки были не спланированы и хаотичны", — Куроми присела и на скорости пули метнулась вперёд. Курон, как и следовало ожидать, решает защититься щитом, чтобы атака не принесла ему никакого урона. Куроми подпрыгнула и протянула руку к его шее, которая из-за его привычки следить за противником оказалась на закрыта. Курон уже протянул свободную руку, чтобы хватить её за плечо и откинуть, как мираж растворился. Курон юмора не понял: "Что?! Что это?! Иллюзия? Нет. Клонирование? Невозможно". Тут его рефлексы подсказали ему повернуться назад и он заметил силуэт за собой. Это Куроми. "Вот она! Как она оказалась за мной хотя я не понял этого сразу?" — он развернулся и поставил ладонь в положение меч. Но снова мираж.
—Не понял… — он сделал шаг назад, тревожно оглядываясь по сторонам: "Это спрайты? Но все ли они действительно спрайты? Да, сомнений нет. Они возникают всего на пару мгновений, а потом исчезают". 

  Курон оглянулся справа. Лишь мимолётно, но будто она готовится схватить его за плечо. Он решил рискнуть и не уклоняться. И ничего не случилось. Этот мираж распался так же, как и появился. "Ясно. Уклоняться от этого бессмысленно. Она рассчитывает, что я буду уклоняться от спрайтов следуя исключительно своим инстинктам самосохранения. На её неудачу, я могу контролирова… Сзади?!" — но тут его схватили за плечо и дёрнули назад. Куроми была за его спиной. Секунда его промедления - и она уже держит его шею в замке мёртвой хваткой правой рукой. Он увидел, что она держит у его солнечного сплетения нож. Курон схватил её руку, которой она сдавливала его шею. Она была не намного ниже его. Но Куроми намекая, легонько ткнула кинжалом ему в живот под рёбрами с тихим:
—Чш-чш-чш. Не дёргайтесь, ваше высочество, — сказала она сладко, с самой хитрой ухмылкой на лице. Курон попытался освободиться, бросив её через себя, но Куроми напротив дёрнула его назад и чуть вниз за счёт того, что она чуть ниже его. Курон почувствовал, что начинает задыхаться. Куроми услышала, как его дыхание начало хрипеть.
—Ох, отпустить? — спросила она. Вопрос был риторический. Но Курон сдаваться не собирался. Он резко дёрнулся в сторону, решив освободиться, но Куроми только стала душить его сильнее.
—Чш-чш-чш-чш-чш. Не надо делать опрометчивых поступков. Я не хочу делать вам больно, ваше высочество, — как-то игриво зашикала на него Куроми. Она облизнулась и сказала:
—Подумать не могла, что мне будет нравится то, как трепыхается жертва, в моих когтях, — Курохико заметила, перелистывая газету с судоку, не глядя на поле:
—Страшная ты женщина… — Куроми на это загадочно ответила:
—Вы даже представить себе не можете насколько, — Курон понял, что сбросить её просто так не получится. Потому он решил попробовать по другому. Дышать становится труднее. И судя из того, что Куроми одним своим хлопком способна бить сжатым воздухом, разрушающим своей плотностью даже камни, Курон догадывался, что, возможно, если бы она хотела причинить ему боль в этом положении, она бы это сделала. Но был один способ, который он хотел опробовать.

   Он схватил её руку, которой она держала его за шею и вокруг него заплясали серые молнии. Он решил ударить её током, чтобы освободиться: "Это вызовет временное ослабление мышц и у меня будет секунда, чтобы вырваться". Куроми быстро поняла, что он решил сделать.
—Не выйдет, — он провёл электричество по её мышцам, но они не разжались. Курохико заметив, что Курон не действует, только иногда мечется явно в поисках решения сказала:
—Погодите… Я только на секунду отвернулась! — Куроми спросила:
—А вы думаете, я кого жду? — спросила она и вокруг неё заблестели чёрные молнии. Рявкнув, как кошка в схватке, она отшвырнула Курона от себя, и он начал кашлять. Он поднялся и сказал:
—Я понял. Кх. Хочешь битву, ты её получишь… — сказал он. Вокруг информатора засверкали молнии, но Курохико объявила, пожимая плечами:
—Не в этот раз, товарищ Курон, — Курон посмотрел на неё и Курохико указала на его ногу:
—Заступ, — Курон опустил взгляд и увидел, что ногой он стоит на линии. Куроми сказала, утешая его:
—Ну, ничего. В следующий раз… — но Курон прервал её. Он отменил карточную одежду и сказал:
—Следующего раза не будет. Я проиграл и своё слово сдержу. Я беру тебя в напарники… — Курохико отметила, поправив очки:
—А ты молодец… — Куроми поблагодарила:
—Спасибо… — она наклонилась к повреждённой ноге. Кровь сочилась через мелкие ранки, кость противно ныла. Регент опустился на одно колено:
—Сильно болит? — Куроми поправилась:
—Нет, я быстро поправлюсь, — она стёрла застывающую кровь с колена, показывая, что теперь там только синяк, — видите? А вы?
—Ни единой царапины, — ответил регент, поднимаясь и подавая руку Куроми. Куроми поднялась с его помощью.
—Простите, что тыкала в вас ножом, — неловко извинилась Куроми. Курон ответил, отводя взгляд:
—Это спарринг, он подразумевает нечто подобное, как и травмы, чтож. Я доложу товарищу Куромаку об исходе поединка, — и он двинулся к выходу из тренировочного зала. А Куроми ещё пару минут стояла на месте.

   Уже к обеду, не успела Лямбда получить информацию для статьи, как уже весь замок был осведомлён о том, что Куромико, попаданец, проучившаяся в группе Сигма меньше года, одолела всех своих одногруппников, а после и своего мастера, закончив его курс в рекордные сроки и без единой реликвии, без способностей к телекинезу или геокинезу. И Куроми жалела, что не может сидеть в берушах в столовой. Куроми пришла пораньше, надеясь на меньшее количество карт. Она взяла поднос и в этот раз набрала суп с лапшой, кусок мяса с рисом и кружку кофе, заставляя повара размышлять, а сможет ли она всё это съесть. Куроми уже двинулась к дальше у столу, но её окликнул голос:
—Сестрёнка, мы тут! — Куроми застыла, подвернулась и увидела, что за столом сидели Альфа. Звал её Макуро:
—Напоминаю, ты с нами! — Курокайхо снисходительно погладила его по голове в шапке-авиаторе. Куроми прошла к ним, ловя заинтересованные взгляды. Она села со своими новыми друзьями, не понимая, что ощущает: смущение или лёгкую панику. За этот месяц она поняла, что кажется её можно назвать "серой мышью". Её трудно заметить даже с необычными волосами и глазами. И она чувствовала, что быть незаметной - ей привычно. Но сейчас через звон столовых приборов и голоса, она чувствовала их взгляды, слышала, что как только она зашла - тут же стала объектом их обсуждений. Тут были и стража и прочие подразделения и группа Омега, которые на удивление сидели вместе и обсуждали что-то. Макуро сказал:
—Ты что, забыла про нас? — Куроми ответила:
—Нет, я просто задумалась. И хотела сказать спасибо.
—Привет, Куроми, — поздоровался с ней Исакуро, который сидел напротив, рядом с Дакимакуро.
—Привет, — сказала Куроми, обращая взор к послам. Курохико и Дакимакуро наигранно враждебно смотрели друг на друга, а рядом с каждым стояли по три чашки с пшеничной лапшой. Курохико сказала:
—Даже не надейся, тебе не одолеть меня.
—Посмотрим… — загадочно ответил младший посол.
—На старт… — Дакимакуро ответил:
—Внимание…
—Марш!

  И по команде "марш" послы взялись за лапшу. Куроми спросила:
—Они соревнуются в поедании лапши? — Макуро ответил с ухмылочкой:
—Они всегда соревнуются и во всём. В этом нет ничего необычного. Куроми поинтересовалась:
—А на что? — Макуро ответил:
—На кружку кофе за счёт проигравшего, — Исакуро заметил, сглотнув блинчик во рту:
—Не самое удачное соревнование. Кто-то может поперхнуться, — Куроми увидела, что Макуро взял себе небольшую порцию с куриным бенто. По крайней мере, объём бенто мерк перед объёмом шоколадного торта на соседнем слоте. "Макуро такой сладкоежка", — заметила она с улыбкой. Её взгляд скользнул от Макуро к послам, добившим первую чашку и по прежнему обмениваясь взглядами, брались за вторую почти вровень.

   Напротив Куроми сидел Курон, с лицом будто у него недавно кто-то умер и лично у него поминки. В траурном молчании, он безынициативно гипнотизировал взглядом тофу¹ в супе. Его глаза выглядели потухшими и в принципе вид у него был глубоко несчастный. Рядом с краю лежала его фуражка. Куроми уже не спрашивала, что у него случилось или почему от взгляда на него, у неё горчит в горле. Он всё равно ей ничего не ответит. То, что теперь она его напарница, не давало ему повода открывать свою израненную душу. А Куроми и не заметила, как застыла, впервые внимательнее разглядывая своего наставника. И она поняла, что действительно считает его красивым, Его тонкие черты мраморного лица, глаза и волосы, собранные в хвост и похожие на жидкую платину. Её сознание упорно утверждало - его совершенство не естественно. Будто он не живой.

   Тут регент поднял на неё взгляд:
—В чём дело, Куроми? — Куроми тут же отвела взгляд:
—Ни в чём. Я просто задумалась… — она надеялась, что щекотящее покалывание на лице не значило, что она краснеет. "Странно, раньше такого никогда не было…" — она даже не заметила, как в столовой стало тише.
—Всем доброго дня, товарищи, и приятного аппетита, — и в ответ:
—Спасибо, товарищ Куромаку! — Куроми услышала, как после этого, кажется пророчество Исакуро исполнилось. Она обернулась и увидела, что Курохико поперхнулась лапшой, с трудом проглотила остаток и сипло дыша, откашливалась:
—Кха-кха… Г-господин Куромаку?.. — она дёрнулась в коликах и задела Курона, что сидел рядом, плечом. Тот, как раз собирался превозмочь свою апатию и съесть хоть ложку, но теперь старший информатор сидел очумевшим лицом. Его нос и рот были в оранжевом бульоне. Он положил ложку дрожащей рукой. Свободная рука дёрнула к себе воздух и ему в руки прилетело бумажное полотенце. Он поспешно вытер лицо, медленно поворачиваясь на послов. Дакимакуро сказал:
—Я выиграл, ты знаешь, что это значит… — Курохико легонько лягнула его рукой в подбородок:
—Иди ты к чёрту… Кха-кхм… — Дакимакуро начал хлопать её между лопаток. Исакуро ответил:
—А я говорил! — тут послы заметили то на них смотрит Курон взглядом, каким убить можно.
—Я дико извиняюсь… — сказала Курохико. Курон закатил глаза.

  Король снисходительно вздохнул, садясь рядом с Куроми, Макуро и Курокайхо, напротив Курона. Куроми решила, что было бы неплохо добить свой суп, потому в пару больших глотков, она прикончила чашку супа и взялась за мясо с рисом. Макуро восторженно смотрел на короля и спросил:
—Товарищ Куромаку, а почему вы решили спуститься? — тот уклончиво ответил:
—Я увидел, что сегодня в меню есть онигири², — Макуро протянул:
—А-а-а… А они были? — Курокайхо тихо сказала:
—Тише, — у короля треф действительно были онигири.

  Король обратился к Куроми:
—Я думаю, я могу тебя поздравить с успешным окончанием курса подготовки. Этим действительно можно гордиться. Многие на твоём месте были близки к смерти, — Куроми напряглась. Нож в её руках сильнее впился в кусок мяса. Она вспомнила про проклятие младшего информатора. Куроми мельком оглянулась на своих товарищей за столом, которые в миг замолчали, слившись со всеми остальными в столовой. Даже Макуро больше не давал весёлых комментариев. Исакуро ушёл, послы больше не дурачились. Возможно, именно так бы они выглядели для неё, не знай она их, как своих товарищей. Будто посторонние прохожие, чьи лица в памяти не отпечатываются надолго. В этой столовой теперь были только она, король и старший регент. А прочие звуки потухли. Куромаку склонился ближе к Куроми, обратившись к ней шёпотом:
—Куроми, наверное, ты заметила, что в отличие от остальных, я содействовал тебе с самого начала. Потому что с твоим появлением необходимость трудного выбора среди прочих отпала сама собой. Курон привёл тебя сюда с одной целью, и ты её достигла, успешно выполнив 1-ую часть моего плана. И сейчас я хочу объяснить тебе, почему я содействовал твоему становлению моим младшим регентом. Это нужно для твоего понимания своей роли в моей семье и твоего места в моём доме, — Куроми ощутила, как ком встал в горле, перекрывая путь еде. Она схватилась за кружку остывающего кофе, но он показался ей нестерпимо горьким. Она сдержала внезапное желание поморщиться.
—Я сам взял тебя пол своё крыло. Потому, как лидер и как опекун всей этой великой нации, я буду заботиться и о тебе, как об осиротевшем, но найденном нами орлёнке. Ты показала свою силу, свою верность нам будешь доказывать снова и снова. Будь готова, ибо скоро у тебя появится повод показать, как ты верна мне. С Пиковой Империей, страной Короля Императора Пика, мы, Трефовый Альянс, находимся в состоянии холодной войны. Бесконечной войны. За нашим "перемирием" стоят сто и одна оговорка. Мир никогда не наступал по-настоящему. Наша нация выросла в этой войне, стала сильнее, чтобы выжить, ведь цена за поражение будет страшна́… — Куроми ощутила, что его большая рука аккуратно схватила её за голову так, чтобы подтянуть ближе к себе за висок. Он не дёргал её, не давил, но она обнаружила, что даже при всём желании не сможет сбросить его руку или попросить убрать её. Он прошептал:
—Ценой будут без малого тысячи и тысячи жизней… И только вы можете их защитить… Как карта, как воин, ты только начала свой путь, — она ощутила холодные, как мрамор, два пальца коснулись её лба, печати глаза. Ей даже показалось, что сам король - статуя из цельного мрамора, — то, насколько ты можешь быть сильна, знать даже мне любопытно… И есть только один способ узнать, — Куроми поджала губы. Король продолжал:
—Битвы… И недалёк тот час, когда тебе придётся оборвать чью-то жизнь по моему приказу. Скажи мне, Куромико, младший регент… — воздух в комнате стал холоднее, тяжелее. Его дыхание коснулось её уха. Он прошептал:
—Ты убьёшь, если я прикажу?.. — повисла тишина, но Куроми слушала, как его слова звенят в её ушах, хоть и сказаны они были шёпотом.

  Снова выбор без выбора. В одном он был прав - поражение может стоить слишком дорого и никто не готов заплатить такую цену за нерешительность убить в нужный момент. Но что праведным считать теперь? Убить пикового за своих друзей, свой народ, или же не убивать, поддавшись некой нерешительной слабости, эху прошлой жизни, в которой даже мысли об убийстве были табу, эху жизни, о которой в памяти у неё тёмная пустота, неразборчивые сны, образы и голоса, но воедино их не собрать. На секунду её сознание породило образ, как будто она убивает безликие силуэты карт. И они почти ничего не могут сделать, настолько велика пропасть между их уровнем силы. Она поднимает клинок над головой и смотрит в своё отражение на поверхности воображаемого клинка. Она видит черноту в своих глазах, неутолимый голод крови; свирепый оскал искажает её вполне симпатичное лицо, которое теперь походило на страшную перекошенную маску в алых пятнах. Тело содрогается в неудержимых судорогах и глубоком свистящем дыхании. Она думала, что увидит слёзы на своих глазах, но вместо этого маска расплывается в жестокой оскалоподобной ухмылке, когда с клинка капает на лицо капля крови, а она, ведомая странным желанием, слизывает воображаемую кровь с уголка губ, ощущая её фантомный медный привкус, и улыбается своему отражению, усмехается своей прошлой жизни, которой больше нет ни в реальности, ни в памяти.

—Ты убьёшь, если я прикажу?.. — повторил вопрос король. Куроми крепче вцепилась в столовый нож и ответила:
—Как пожелает мой король…

(1 То́фу, так называемый соевый творог, — пищевой продукт из соевых бобов, богатый белком. Тофу обладает нейтральным вкусом, что является одним из преимуществ тофу и позволяет универсально использовать его в кулинарии.)

(2 Ониги́ри — блюдо японской кухни из пресного риса, слепленного в виде треугольника или шара. Обычно в онигири кладут начинку и заворачивают в лист сушёных водорослей нори.)