Часть 5
- И что мы делаем здесь? - Чонгук долго молчал, наблюдая за майором, что неотрывно смотрел на здание с уже потухшими окнами.
- Я вырос тут, - Тэхён так же и Чон прижался бедром к капоту своей чёрной иномарки.
- Но это же... - Чонгук осёкся, ещё раз посмотрел на здание, что умело пряталось в тени ночи, и снова посмотрел на профиль Кима. - Детдом?
- Ага, - он улыбнулся, словно это было признаком его сумасшествия, - а потом армия.
- Служил?
- Да. В отличие от вашего прибывания на базе, где лишь проводятся воспитательные работы, моё прибывание в армии было гораздо труднее, - Тэхён открыл дверцу водительского и достал две бутылки виски из бардачка. - Будешь?
- И откуда у тебя столько денег? - Чонгук взял одну из бутылок и в ночной темноте постарался прочесть название дорого бренда. - Ты же не любишь богатеньких.
- Богатеньких деток, - поправил младшего Ким и откупорил свою бутылку, - если ты не заработал деньги своим трудом, то не надо расточительствовать с деньгами других. Даже если эти другие - твои родители.
- И меня ты, видимо, таким не считаешь? - Чонгук усмехнулся, заливая в себя несколько глотков.
- Нет. Будь ты таким, вёл бы себя как твой сводный брат, - Тэхён прищурился. - Или всё же стоит считать тебя таковым?
- Это не мне решать, - брюнет покосился на мужчину, - никто не вправе влиять на мнение человека о тебе самом.
- И что ты думаешь обо мне? - Тэхён закинул голову назад, разглядывая мерцающие далёкие звёзды.
- Что я совсем не знаю тебя, - Чонгук любовался видом Кима, джинсы и рубашка необычайно хорошо сидели на нём.
- А как же моё дело? - Ким заметил, что парень чуть не поперхнулся. - Не уже ли ты так и не успел его изучить?
- Откуда ты...
- Я прекрасно помнил, что в той коробке лежали мои документы, - майор всё ещё не смотрел на Чона, - и это был своего рода эксперимент. И ты его провалил.
- Какой ещё эксперимент? - Чонгук возмутился, ему хотелось заставить Тэхёна посмотреть ему в глаза, пришлось стать напротив мужчины.
- Заинтересован ты во мне, - Тэхён медленно перевёл взгляд на личико парня, - или нет. И раз ты попытался спрятать моё дело, значит, испытание ты с триумфом провалил.
- Почему это? - Такая игра слов невероятно манила Чона. - Быть может это ты провалился, когда дал мне выбор?
- Может быть и я, - Ким подмигнул и попытался взяться за ручку дверцы авто, но чужая рука не позволила такого спонтанного действия, - тебе разве не нужно было кое-куда съездить? Ты же сам говорил.
- Нужно, - солдат и сам не осознавал, что крепко сжимает мужскую ладонь, словно в надежде на спасение утопающего в слегка помутившихся от резко поступившей доли алкоголя чувствах, - но за руль сяду я.
- Ладно, - Тэхён сделал шаг в сторону, но другой рукой Чонгук загородил ему путь отступления, - ты что-то хотел ещё?
- Мне кажется, что мы понимаем самое главное в друг друге, но боимся об этом спросить, - Чонгук опустил голову, разглядывая обувь, будто она интереснее всего на свете, - не хочется слышать отказ.
- Давай бутылку, - Ким дружелюбно, словно и не слышал ничего, потянулся за виски в руке брюнета.
- Вот видишь, - Чонгук отстранился, вдыхая как можно глубже свежий ночной воздух, - ты тоже этого опасаешься, - Чонгук быстро отвёл глаза от губ Кима, - даже имени моего не произносишь.
- Ты тоже, - майор усмехнулся.
- Я говорил.
- Когда нужно было ночью тащиться в архив? Это не в счёт, - Тэхён засмеялся, обходя машину. - Садись за руль. Иначе никогда не уедем из этого злополучного места.
Так и подмывало Чонгука спросить, зачем тогда Ким привёз его к детскому дому, если считает это место злополучным? Мог бы и просто сказать. Или он хотел, чтобы Чонгук увидел, чтобы о чём-то спросил, чтобы поговорил об этом с ним. Но Чон и так очень хотел понять, как, когда и что было с Тэхёном там, в его детстве.
В салоне тихо играла музыка, на которую ни один, ни другой внимания не обращали. Ночью город преображался. В спальных районах, где только что они были, царила тишина, спокойствие и умиротворение вперемешку с тяжёлыми тайнами каждого жителя. Ближе к центру всё ещё кипела жизнь. Свет, гул, множество народа.
Тэхён прокручивал в голове фразу Чонгука о том, что "чтобы показать тебе мою жизнь, нужно отделить меня от жизни Чимина, скрывать не стану, он попросил кое-куда заехать". Что такого скрывает в себе этот парень, что медленно переключает передачи и быстро топит в пол до упора, стоит светофору моргнуть жёлтым, Ким силился понять и жаждал в предвкушении. Единственное, в чём он был уверен так это в своё неизменном отношении к Чонгуку. Чтобы сейчас он не показал, Тэхён уже вряд ли изменит свою влюбленность на ненависть. Он уже слишком взрослый, чтобы идти на поводу бушующих эмоций.
- Бар?
- Для обычных людей да, - Чонгук заглушил двигатель, протягивая ключи от авто Киму, - обратно повезёшь ты. Я могу быть в стельку пьян или накурен.
Заведение самое обычное для ночной развратной жизни. Алкоголь, табачный дым, полуголые женщины, развратные молодые парни. Стандартный набор, что под громкую музыку действовал на нервы. Тэхён шёл за Чонгуком до какого-то столика в углу.
- Ты остаёшься здесь, - Чон кивает на стул. - Я постараюсь вернуться через час.
- Ты специально не хочешь, чтобы я увидел всё и разочаровался в тебе окончательно? - Ким усмехнулся, заметив искажение лица солдата. - Ладно, я подожду. Только я же мальчишка, моё отношение к тебе не изменится, даже если ты убьёшь кого-то.
- Если убью, то только тебя, - Чон усмехнулся, хватая за подборок мужчину. - Ты всё увидишь, я ничего и не собирался скрывать от тебя. Но нужный мне человек сейчас отсутствует на баре, так что надо его найти, а это займёт где-то час. Подождёшь?
- И откуда сколько смелости? - Тэхён плавился от ощущения горячих пальцев на лице.
- Ты сейчас в реальности, где командуют приближённые к богатству люди, - и Чон растворился в толпе.
Тэхён погрузился в свои мысли. Он всматривался в женские фигуры и всё не мог понять, что же с ним произошло, как это его, здорового, привлекательного мужчину ни разу за жизнь не интересовал, хотя бы просто ради спортивных достижений, секс с женщиной. Почему-то всё эти изысканные формы, которые девочки на баре упорно и настойчиво подставляли под руки любого пьяного парня, не возбуждали, а даже смешили. Что-то было во всей этой женской сущности отталкивающее, такое, что притупляло любое желание и превращало идею о сексе с ними в какой-то странный процесс. Ким хорошо помнил, как в первый раз посмотрел порнографический ролик в комнате старших детдомовцев. Тогда практически каждый парень был готов кончить хоть в тот же миг, только Тэхён смотрел на это скорее с научной точки зрения, которая говорила, что для естественного продолжения рода, это необходимо, но страстного желания женского тела в своих руках не возникло. Возможно, это и потому, что не было классической, традиционной семьи. Но ведь и у других ребят её не было, а вот трахнуть женщину они явно не побрезговали. Хотя Тэхён был убеждён, что не будь у человечества такой жёсткой потребности в естественном создании детей, а, например, возможность взрастить ребёнка с помощью генной инженерии и молекулярной биохимии на основе ДНК людей собственного пола, то все бы испытывали и влечение к собственному полу, помимо интереса к противоположному. В общем, не заметно для себя, подобные мысли атрофировали у Тэхёна любое желание к женщине, оставив лишь тягу к мужчинам.
Тэхён перевёл взгляд на компанию парней и мозг сразу вспомнил, как когда-то до армии Ким на первые заработанные деньги пошёл в клуб. Тогда же он и встретил первого молодого человека в своей жизни, что не отверг его ориентацию, а стал первым парнем. Одна за одной всплывали картинки первого секса. Было так страшно, словно Ким должен был умереть через несколько секунд. Но он до сих пор благодарен судьбе, что тот мужчина был первым. Он был неплох, очень мил и обходителен. Научил всему и сгладил все первые неловкости. Однако через неделю Тэхён прекратил сам с ним какие-либо отношения. Их расставание было мирным, ведь и Тэхён и тот мужчина прекрасно понимали, что отношения были построены на знакомстве под алкоголем и не имели никакой чувственности, скорее тактичность и наигранность. Никакой любви и в помине. Затем армия и редкие отгулы как глоток свежего воздуха, когда наконец Ким мог зайти в клуб и подцепить какого-то мальчишку на ночь, только чтобы не умереть от постоянных разговоров армейцев о своих "тёлочках". Тэхёна всегда возмущало, как люди презирают геев и лесбиянок, а сами принижают вторую половинку до уровня какого-то мальчика на побегушках или девочки по вызову. Сначала бы себя призирали за такое отношение к своим "идеальным" традиционным отношениям, а уж потом учили тех, кто по-настоящему может любить рядом с собой человека собственного пола.
- Держи, - возникшая из ниоткуда рука Чонгука с коктейлем, немного напугала Кима.
- Час прошёл, - это был не вопрос, снова констатация факта, Чонгук был жутко пьян, в кармане джинсовой куртки, которой не было на парне до этого момента лежало что-то полиэтиленовое, удивительно как вообще он дошёл ещё сюда обратно. - Наркотики?
- Они самые, - говорил Чон довольно стабильно, только с неким придыханием и краской на шее от градусов алкоголя, - я ж думаю ты не дурак и понимаешь, что многие из твоего отделения хоть раз их пробовали.
- Понимаю, - Тэхён залпом залил в себя коктейль, - даже знаю кто.
- А про меня знаешь? - Чонгук пьяно улыбнулся.
- А ты не употреблял, - Ким посмотрел по сторонам и протянул руку Чону. - Я верю.
- И куда мы? - Брюнет наблюдал как мимо проплывают высотки и круглосуточные магазинчики.
- Ко мне, - Ким остановился на красный сигнал светофора, продолжая удерживать руку на руле, он изучал как в отражении бокового зеркала рисуется профиль Чонгука.
- Я вот на красный по ночам не останавливался никогда, - солдат поёжился, как от мороза, - и любил погонять по городу.
- Пользовался деньгами отчима?
- Я сам заработал себе на авто, - как-то обиженно прозвучало в салоне. - Не очень дорогое, но моё. Это было моей надеждой, что я всё же не потону в кругу таких, как Чимин.
- А почему любил в прошедшем времени? - Тэхён повернулся к парню, что пристально рассматривал руку мужчины на руле.
- Я чуть не погиб, - шепот оглушающий обоих пассажиров.
Тэхён больше спрашивать не стал, казалось, что любой вопрос об этом будет лишним, ничего не значащим и не выражающим. Зелёный свет и снова педаль газа. Только майор чётко ощущает как рука плавится под взглядом младшего, но спрашивать сам ни за что не станет.
- Ты молчишь, потому что принципиально не хочешь спрашивать, - Чонгук пугает точностью описания мыслей Кима, - хочешь потешить самолюбие и услышать, как я отзовусь об этом. А что если я промолчу?
- Ты пьян, и я спишу твоё молчание на этот факт, - Тэхён включает поворотник.
- Ну откуда в тебе столько уверенности, что я ничего не запомню из-за алкоголя? - Чон усмехается и отводит взгляд на лобовое стекло.
- Так скажи, что думаешь, и я тебе потом отвечу откуда во мне такая слепая уверенность.
- У тебя жутко притягательные руки, - без всякого смущения и заминки, словно желая поиздеваться, произносит Чонгук. - А по поводу моей аварии могу только сказать, что я тогда не был пьян, а от скорости под триста не справился с поворотом и вылетел на встречную полосу. Твоя очередь, - солдат прикрыл глаза.
- А с чего ты вообще решил, что во мне есть такая уверенность? - Легкий смешок со стороны брюнета заставил улыбнуться и Тэхёна.
- И правда.
- Квартирка у меня обычная, - паркуясь на место подземной парковки, сообщил информацию Ким.
- Зато виски отменный! - С восхищением вытянул недопитые бутылки Чонгук.
До квартиры всё-таки без приключений дойти парни не смогли. Если ещё по парковке Чон шёл уверенно, то вот на лестнице буквально запутался в ногах и упал прямо на позади идущего Тэхёна. Киму труда не составило брюнета подхватить на руки и пройти ещё два этажа, зато Чонгуку, казалось, такое было в новинку. Глаза его округлились, руки крепче сжали две драгоценные бутылки спиртного, но он не произнёс и слова.
- Вот так, - Тэхён поставил парня на ноги, довольно улыбаясь, потому как думал, что тот будет как-то по увесистее ощущаться в руках.
- Как часто ты носил кого-то на руках? - Робея и слегка краснея, наблюдал Чонгук за поворотом ключей в замочной скважине двери.
- Впервые, - дверь открылась с лёгким скрипом, что шумно отозвался внутри солдата, и пригласила в обволакивающую темноту двух парней.