Утопия

Чонгук ненавидит Тэодора еще больше. Ким это видел: по лицу, по тому, как парень сильно сжимает руль, по косому взгляну через зеркало заднего вида. Все выдавало его ненависть.

Он агрессивно выкручивает этот самый руль, нажимает на газ и гонит на красный свет. Тэодор уже мысленно представил сумму штрафа, но сейчас это было не важно. Даже он понимает, что нужно как можно быстрее добраться до дома Чимина.

Юнги уже приехал туда, но по просьбе Тэодора, он должен стоять и ждать их. Ким не может позволить другу прийти в одиночку к нему.

Еще каких-то десять минут и они будут на месте. Чонгук снова слишком сильно нажимает на педаль газа, отчего у Тэодора замирает душа. Казалось, она на секунду покинула тело, а после, не успев моргнуть, Чонгук со свистом тормозит у дома Чимина, пулей выскакивает из машины и спешит к стоящему возле подъезда Юнги. Тот нервничает.

Тэодор, вздохнув, тоже вылезает из авто, поднимет глаза на окна, ища взглядом нужное. Правда какое – он не знает, но все равно смотрит, будто есть шанс его найти. Он подходит к Мину и Чону, поджимает губы и тяжело сглатывает слюну.

– Я один пойду. Чонгук, скажи какой этаж? – сказал Ким, нарушив молчание.

– С ума сошел?! – возразил Чонгук.

– Нет, Чонгук, – грубо ответил Ким, – Так будет безопаснее. Скорее.

Где-то вдалеке раздался лай собаки и звуки сирены. Двор освещался фонарем, но там, где стояли они, было темно.

– Третий этаж, – сказал Мин, – Забирай Чана.

– Спасибо, – Ким бросил это через плечо, открыл дверь подъезда со скрипом и побежал по лестнице наверх, скривив лицо от боли в пояснице и ногах.

До двери Тэодор добрался быстро. Возле нее он провертел в голове все то, что должен сделать и постучав несколько раз, постарался успокоить себя изнутри. Дрожь покрыла тело, по вискам ударило давление из-за чего в любой момент могла пройти кровь из носа.

Открыл ему дверь Чимин и стоило его увидеть, как внутри вспыхнули воспоминания об их с Чонгуком отношениях и все то, что происходило за этими дверями. Однако воспоминания о прошлом не стоили сейчас драгоценного времени. Не сказав ничего, Тэодор схватил Пака за руку, дернул на себя и толкнул в сторону лестницы в том, чем он открыл дверь – спортивных штанах, футболке и домашних тапочках. Сам же Ким, тяжело вздохнув, зашел в квартиру и захлопнул дверь.

В коридоре, возле двери, аккуратно стоят черные лаковые ботинки. Чистые, какими были всегда, сколько Тэодор помнит. На вешалке висит дорогое, очень дорогое пальто, и посмотрев на него, Ким сразу представляет, чем оно пахнет – дорогим парфюмом вперемешку с природным запахом этого человека.

Разувшись, Тэодор не снимает пальто, прошел в комнату чуть меньше его спальни. Здесь никого. Кровать мятая, а на полу лежит матрас. В голове тут же пробежала мысль, что Чан сделал что-то Чимином в качестве мести, но внешний вид Пака не говорил об этом. Он выглядел вполне обычным, просто домашним. Значит ничего между ними не было.

Вернувшись в коридор, миновав его и придя на кухню, где увидел Чана, сидящего за столом со сложенными руками на груди и ухмылкой, сердце Тэодора окаменело. Казалось, что даже перестало биться.

Надменный взгляд мужчины заставлял оцепенеть, поэтому Ким не сразу решился подойти к столу. Пока что он стоял в дверном проеме.

– Ровно два часа. – сказал Чан. – Ты вряд ли приехал один. Где Чонгук и Юнги?

– Зачем вы приехали сюда?

– Скажем так – это воспитательный процесс.

Тэодор нахмурился.

– Для меня? Если это так, то на Чимина мне плевать.

Чан засмеялся и встал. Медленно обогнул стол, подошел к Тэодору и схватив его за подбородок, надавил, заставив мужчину сделать несколько шагов назад и прижаться к стене. Руки заледенели мгновенно и что-то стекало по верхней губе.

– Не стоит так нервничать. У тебя кровь пошла из носа.

Чан поднял другую руку, сам вытер кровь и наклонился, заглянув в глаза Тэодора.

– Я знаю про тебя абсолютно все, Тэо. Знаю все о тех, кого ты трахаешь и с кем они спят. Это не сложно сделать, когда есть деньги, согласен? Ты же сам так делал.

– Что? – испуганно протянул Ким.

– Брось, – Чан убрал руку от подбородка, положил ее на плечо Тэодора, – Ты пробивал данные о Чонгуке. Только вот мне непонятно для чего. Нельзя было кого получше найти? Без денег, лицо детское, не ручной...для чего?

Горло будто сжала рука и дышать стало трудно. Сказать что-либо тоже было невыносимо и Киму оставалось только хлопать глазами, бегая ими по Чану.

– Если хотел отомстить его семье за мать, трахать было необязательно. Достаточно было причинить вред. – Чан сделал паузу, –  А знаешь, я расстроился, когда узнал об этом. Я не так воспитывал тебя и до последнего думал, что одумаешься.

Пальцы мужчины крепко сжали плечо, а другая рука легла на пах. Тэодор вцепился в ткань пальто, сжав его до боли в пальцах.

– Вы насиловали меня, – напомнил Ким, – Мне было шестнадцать в наш первый раз. Вы хотя бы помните, что сделали после? Помните, как я сам дошел до ванной комнаты с окровавленными ногами. Помните, как смеялись над тем, что я обмочился?  Помните все это? Я считал вас примером для подражания. Я любил, когда вы приходили в гости к отцу, ведь знал, что вы обязательно расскажите что-нибудь интересное. Но... после того, что вы сделали... Неужели думали, что я буду нормальным? И я сейчас говорю не о мести.

Чан, прищурив глаза, гладил член Тэодора и улыбался слушая.

– Я стал вашей копией, потому что по-другому не могу. Потому что наслаждаюсь этим.

– Значит, ты уже насиловал Чонгука. Понравилось?

– Господин Чан, – мужчина сделал шаг, приблизившись еще ближе к Тэо, убрал руку с плеч и обвил ее вокруг талии Кима. Другую руку, которой гладил половой орган Тэодора, он завел за спину, запустил в штаны, провел меж ягодиц и остановился возле анального отверстия.

– Значит так, Тэодор, хочешь сохранить всем им спокойную жизнь, то без лишних слов подчиняйся мне. Не вороти от меня лицо, не делай то, что мне не нравится и все будет хорошо. Я пытался донести это до тебя самостоятельно в нашу последнюю встречу, но ты не послушал. Надеюсь, теперь ты все уяснил. Я доберусь до каждого, кто связан с тобой.

Тэодор прикусил губу, чувствуя, как пальцы Чана пролезают под ткань нижнего белья сзади.

– Отойди от него.

Голос сбоку разнесся, словно гром среди ясного неба. Тэодор тут же поднял голову, повернул и увидел Чонгука.

– Все же дворовых псов невозможно перевоспитать, – на выдохе произнес Чан.

Тэодор не верил, что Чонгук сейчас стоит здесь. Он не думал, что он пойдет за ним, однако сейчас первое о чем думает Ким – как удержать Чана возле себя. Как не дать ему сделать шаг в сторону парня.

Он перехватывает руки мужчины в области локтей и крепко сжимает. Поднимает на него свои испуганные глаза и слегка качает головой.

– Умоляю... Вы обещали...

– Скажи ему, чтобы ушел, Тэо.

Тэодор молчал и смотрел все так же в глаза Чана. Тот резко дернул правую руку, замахнулся и ударил Кима по щеке.

– Ты не услышал?

Тэодор молчал, Чан ударил второй раз.

– Ты же знаешь, что мне это нравится. Зачем провоцируешь?

Ким снова промолчал, Чан ударил, отчего Тэо прикусил щеку и у него пошла кровь, а стоящий Чонгук резко шагнул вперед, но выставленная рука Тэодора, заставила парня остановиться.

– Тэо, я разложу тебе перед ним, если он не уйдет.

– Пожалуйста...

– Твое нытье не остановит меня. Ты же знаешь. Можешь хоть обоссаться здесь.

Тэодор опустил руку, отпустил Чана и глаза. Не верил, что услышал.

– Верно... Вам же плевать...

– Тэодор! – теперь раздался голос Юнги и Чан повернул голову.

– Господин Чан, вы зашли слишком далеко. Давайте остановимся. Я не хочу вызывать полицию.

– О, друг-гей, который влюблен в тебя. Вся шайка в сборе.

Тэодор изменился в лице, а Чан сделал шаг назад.

– Так ты не признался ему еще? Черт, я кажется раскрыл секрет.

– Господин Чан, давайте закончим. – Юнги ответил холодно, как и всегда.

– Нет, давай расскажем ему, – мужчина резко схватил Тэодора за волосы, дернул на себя и развернул, заставив поднял глаза на пришедших.

– Смотри, Тэо, это все люди, которым ты причинил боль. Юнги был влюблен в тебя, хотя нет, он любил. Сох по тебе, наверное, дрочил по ночам, ведь на женщину у него не встает. – Чан улыбнулся. – А вот Чонгук, которого ты обвинил в исчезновении своей матери, хотя парень не виноват. Кроме того, она его крестная и ты не раз видел его мать, когда был подростком. Ты отнял у него нормальную жизнь из-за мести, которая вышла тебе боком.

– Господин Чан! – прокричал Юнги.

– А разве я не прав? Ты не был влюблен в него? Чонгук не лишился спокойно жизни?

Все промолчали, а Чан сильнее натянул волосы Кима.

– Да, я любил, – признал Мин.

– Не надо, Юнги...

– Нет, ты послушай. Раз в прошлый раз ты был под таблетками, то сейчас стой и слушай. Расскажи все, Юнги, как рассказывал в его гостиной.

Тут не выдержал Чонгук. Прищурив глаза, он спросил:

– Откуда вы все знаете?

Тэо прикусил нижнюю губу, Юнги пронзил Чана убийственным взглядом.

– Господин Чан...  – протянул Ким.

– В твоей гостиной камера, мой милый Тэо. Ах, да, а установил ее твой верный помощник Ким Сокджин.

Все в момент выпали из реальности.

– Не задумывался, куда он пропал?

– Зачем... Скажите, зачем?! – прокричал Ким. – Почему я? Почему не мой брат или кто-то другой?

Чан цокнул и ответил, отпустив Тэодора:

– Потому что ты очень похож на своего отца, а он увел у меня любимую женщину.

Вытерев губы, Тэодор обернулся.

– Маму?

Чан просто улыбнулся.

– И вы...мстите за нее?

– Так, если хочешь обсудить семейные дела, то давай сделаем это не здесь. Надеюсь, Тэо, ты услышал меня. Иначе, следующий раз я не просто с визитом приеду к Чимину или кому другому. Я испорчу жизнь каждому из вас.

Чан будто бы плюнул это в лица присутствующих и прошел мимо.

***

Покинув квартиру Чимина, который сидел машине Тэодора все это время, они спустились вниз. Молча подошли к авто. Открыв дверь со стороны пассажирского сиденья, Ким дождался, пока выйдет Пак, после чего залез внутрь и закрыл дверь.

Наблюдая за остальными через стекло, Тэодору до ужаса хотелось заплакать. Он давно не был таким разбитым, таким уязвимым. Слова Чана он понял и без объяснений. Не сложно было догадаться. Но, единственное, чего он никак не мог понять – почему он мстит ему. Почему не отцу. Да, они чем-то похожи, но ведь он не виноват, что мать выбрала другого.

Подумав об этом, Тэодор покосился на Чонгука. Так было странно наблюдать за тем, как этот человек сейчас стоит и что-то говорит Юнги. Было дико осознавать, что у него похожая ситуация – Чан мстит ему за женщину и Тэодор мстит за женщину. И они оба не виноваты.

От этой мысли все внутри сжимается, давление снова ударяет по голове и из носа идет кровь. Приложил пальцы, Ким вытирает, размазав по щеке и слышит, как сбоку открывает дверь.

– Тэ, – голос Юнги заставляет давление снова ударить по голове, – Блин, сейчас.

Юнги пытается найти в своих карманах платок, но Тэодор машет рукой, мол, не надо.

– Я могу присесть?

– Да.

Забравшись в машину, Мин закрывает дверь и видит, как Чонгук пошел с Чимином в сторону подъезда.

– Отпустишь его с ним? – спросил Ким, вытирая нос.

– Да.

– Поражен. Я бы не стал.

Юнги дождался, пока парни зайду внутрь, а после повернулся к Тэодору.

– Насчет того, что сказал Чан, – начал было Юнги, но тут его перебил Ким.

– Как давно?

Мин молчал больше минуты, после чего, опустил голову, взглянул на кольцо и ответил:

– Еще до брака.

– Ты даже намека не кинул на это.

– А должен был? Ты мой друг, Тэ.

Ким усмехнулся.

– Был им.

– Что? – Юнги повернул голову, удивился.

– Не думаю, что после всего сказанного, ты захочешь остаться друзьями. Я даже не помню, когда ты говорил это. Этот гребаный Чан...

– Тэ, я злюсь на тебя, но это не повод обрывать общение. Кроме тебя у меня тоже никого нет.

– У тебя есть Чимин.

Было глупо сказать такое. Тэодор знает, что сейчас Мин скажет:”У тебя есть Чонгук”, правда Чонгука не было у него. Все то, что их держало вместе – разрушилось.

Однако Юнги промолчал и спросил совершенно другое:

– Когда Сокджин установил камеру? Ты знал, что он работает на Чана?

– Нет. Даже не догадывался. – ответил Ким, – Думаю, после того, как я пытался задушить Чона в гостиной. Чан не знал, что я взял его силой, а значит камера появилась позже.

– Нужно найти Сокджина.

– Нет. Оставь его.

– Почему? Он был с тобой столько лет и вдруг предает... Не кажется, что это странно?

– Я думаю, – Тэодор опустил глаза, – он работал на Чана изначально.

Повисла минутная тишина, как вдруг дверь со стороны Юнги открылась. Чонгук чуть наклонился, окинул взглядом и сказал:

– Господин Мин, Чимин в квартире, а мы должны ехать.

Юнги сразу вылез из авто, а Тэодор наблюдая, как его друг, позабыв обо всем, уже изменился в лице, улыбнулся, подумал, что пусть хоть кто-то сейчас не будет погружен в тоску.

Юнги ушел сразу же, как поблагодарил Чонгука и пожал ему руку. Сам Чон закрыл дверь, обошел машину и сел на место водителя. Взглянул на Тэодора через зеркало заднего вида.

– Зачем вмешался? – спросил Ким, не глядя на парня.

– Зачем остановил его? – задал встречный вопрос Чон.

– Он мне обещал не трогать никого из моего окружения.

– Он и не трогал. – ответил Чонгук. – А вмешался... Это я должен мучить тебя, а не он.

Тэодор улыбнулся, откликнувшись назад.

– Встань в очередь. Он первый.

Чонгук сделал то же самое, опустив руки себе на колени.

–Правда теперь, когда я все узнал, даже перехотелось тебя мучить. Ты, итак, жалкий.

Ким не стал возражать.

– Ладно, поехали домой.

Чонгук поддался вперед, завел двигатель.

2

Пошли вторые сутки. Юнги должен появиться сегодня дома, но он игнорирует звонки Инджэ, потому что не хочет слышать, что он снова никто и не имеет слова в ее благородной семье. Юнги лучше здесь – в маленькой квартире на третьем этаже, рядом с Чимином, который спит с ним на полу. Ночью переполз, со словами:”Можно к тебе?”. Юнги, конечно же, разрешил. Он сам хотел это предложить, но как-то стеснялся.

Парень лежит на его плече, обняв за талию и медленно дышит. Юнги гладит его волосы, смотрит на красивое лицо, а после переводит взгляд на блестящее кольцо, которое возвращает его к реальности слишком уж быстро.

Ему так хочется снять его, выбросить и забыть о браке, как о страшном сне, но пока все, что он может, это держать Чимина в тайне от всех. Так будет безопаснее.

Чимин перевернулся на другой бок и Юнги смог тоже лечь на правую руку, левой обнять Пака. Придвинув его ближе, Юнги уткнулся носом в шею, вдохнул запах геля для душа и шампуня, из-за чего по коже рассыпались мурашки, словно маленькие бусины по столу. Эрекция наступила сразу же и Мину пришлось отодвинуться чуть назад, чтобы Чимин ничего не почувствовал.

Пролежав так некоторое время, Юнги представил, как они могли бы так спать каждый день. Как могли бы назвать себя парой, которой не являются.

Те слова, которые он сказал  Тэодору, были ложью. Нужно было просто что-то сказать и он смог придумать только это, но, Юнги действительно надеется, что Чимину нет дела до Чонгука.

Поводив носом по шее, Юнги вспомнил тот вечер рождества, когда Чонгук заявился сюда. Они только открыли бутылку шампанского, сели на кухне, как неожиданно раздался стук. Чимин пошел открывать, Мин за ним, но встал у стены так, чтобы пришедший человек не смог его увидеть. А после он услышал голос Чонгука. Увидел, как Пак занервничал, но выйти и сказать, что они тут вдвоем, что только сели выпить, а тут им помешали, не мог. Он не имеет на это права.

А потом Чимин закрыл дверь и совсем равнодушно прошел мимо. Сел за стол и позвал Юнги. Они выпили, разговорились и Юнги хотел сделать другой шаг, как вдруг ему позвонил Тэодор, а дальше все разрушилось. Пришлось ехать к Тэодору, пришлось слушать Чонгука, пришлось нервничать, когда ему позвонил Чимин и сказал, что у него дома Чан. Не было смысла спрашивать, как именно он вышел на Чимина. Все предельно понятно.

Сейчас же, Юнги рад, что Пака не втянули во все это дерьмо. Он оказался лишь приманкой.

Юнги отводит лицо в сторону, чтобы вдохнуть свежего воздуха и случайно двигает руку, опустив ее ниже. Задевает край футболки, чувствует бугор и начинает дышать чаще. А после Чимин подал признак жизни после сна, взял руку Мина и положив ее на член.

– Я случайно задел... – Юнги хочет оправдаться. Недопонимания ему сейчас не нужны.

– Знаю, а я специально положил твою руку на член. Потрогай меня.

Юнги покраснел и опасаясь сделать что-то не так, медленно стал сжимать половой орган Пака. Тот прогнулся.

– Чимин, понимаю, сейчас не время говорить об этом, но сегодня должен вернуться домой.

Юнги поднял пальцы рук выше, поводил по уздечке. Чимин на секунду перестал дышать, а после опустил свою руку вниз и прекратил все движения, перехватив руку Мина.

– Да, ты умеешь все испортить, – сказал Пак и чуть отодвинулся.

– Прости.

Чимин повернулся, привстал и спросил, глядя на что-то перед собой:

– Чан больше не придет сюда?

– Нет.

– Тогда хорошо. Спасибо, что помог.

Чимин откинул одеяло, сел и потянулся.

– Говоришь так, будто мы прощаемся.

– А разве нет?

Мин тоже сел, испуганно глядя на парня.

– Мне нужно время, чтобы все решить.

– Чонгук тоже так говорил и что вышло? Я не маленький мальчик, Юнги. Женатый мужчина... Черт. Мы переспали один раз и на этом все.

– Чимин, прошу тебя...

Пак встал.

– Кофе будешь?

Юнги был поражен, как быстро была изменена тема разговора. Он встал следом, запутался в одеяле, но не упал. Поспешил на кухню за Чимином, который совсем спокойно поставил греться чайник и достал две кружки.

– Не игнорируй меня!

– А ты не кричи, – ответил Пак, – Не люблю это.

– Давай поговорим? Я должен убедиться, что ты не злишься, прежде, чем уйду.

– Не злюсь.

Чимин стоял в одной футболке и нижнем белье. Поджал пальцы ног от прохладного пола, а стоящий за ним Юнги: в спортивных штанах взятых у Чимина и похожей футболке, совсем не чувствовал холода. Его, наоборот, окутал жар.

– Чимин! – повысил голос Юнги, шагнул к Паку и схватил его за локоть, развернул к себе.

– Хватить уже орать! – выкрикнул Пак. – Я же попросил! Ты глухой?!

Юнги опешил. Он застыл и пришел в себя, когда Чимин толкнул его к столу, схватил плечо и развернул. Другой рукой он надавил на спину, заставив Мина лечь животом на стол, а сам навалился, утираясь членом в его зад.

– Орать ты будешь на Инджэ. Не я ношу кольцо, а она, так что вали к ней, а меня оставь в покое. Я устал от этого. Что ты, что Чонгук.

Юнги не сопротивлялся. Он просто лежал, смиренно и чувствовал, как тело Пака дрожит. Его хватка не сильная, но Юнги поддался ему, чтобы дать выговориться.

– Я хочу жить спокойно. – добавил Пак.

– Я тоже. Ты даже представить не можешь.

– Ты сам выбрал такую жизнь, Юнги.

– У меня не было выбора! – не выдержал Мин. – Меня никогда не спрашивали, чего я хочу! Никто! Я просто плыл по течению.

Чимин молчал, крепко держа Юнги.

– Ненавижу таких двуличных людей. – выдал Пак. – Трахнуть тебя напоследок? С женой же не такие ощущения.

Юнги в секунде изменился в лице, побледнев. Он никогда не ожидал услышать таких слов от него. Кто угодно мог сказать подобное, но точно не Чимин, поэтому первые две минуты после сказанного, Мин просто застыл, затаив дыхание.

– Нет? – спросил Пак, – Тогда вали к ней!

Чимин почти отпустил Юнги, но тут он ответил:

– Давай.

– Что? – удивился парень, чуть ослабив хватку.

– Сделай это.

Чимин резко убрал руки от мужчины и отошел назад. Юнги не встал. Так и лежал на животе на столе.

– Убирайся. – сказал грубо Пак.

Юнги не стал провоцировать Чимина. Выждал время, поднялся и не глядя на парня, ушел в комнату. Он быстро переоделся – даже зубы не стал чистить, – и ушел.

***

Из рук все валилось. Лезвие ножа уже три раза порезало кожу, пришлось перебинтовать раненый палец.

Его заместитель сам закончил приготовление ужина для Тэодора, который вместе с Чаном находился в уже привычной комнате. Персонал боялся туда заходить, поэтому эту задачу возложили на Юнги. Да и, впрочем, он был не против. Чана он не боится.

Взяв поднос с двумя тарелками супа, Мин прошел по коридору, подошел к двери комнаты, рядом с которой стояла девушка-администратор и кивнул ей, чтобы та открыла дверь. Войдя внутрь, Юнги проходит, подходит тихо к столу, за которым Чан орет на Тэодора, а тот, прикусывая губы, прятал глаза.

Он не видел Кима неделю. С того дня, как он ушел от Чиина прошло пять дней. Чан что-то выкрикнул, но Юнги не предал этому значения, пропустил мимо ушей, а после он кинул на стол упаковку таблеток.

– Вперед.

– Я принимал одну уже.

– Пей! – прокричал мужчина. Тэодор вздрогнул, а Юнги крепче сжал поднос.

– Лей, прошу, – сказал Тэо. Юнги уже очень давно не слышал имени этого человека. Почти забыл, что оно у него вообще есть.

Услышав, как его позвали по имени, Чан поддался вперед и опираясь правым локтем о стол, пристально уставился на Кима.

– Чего встал? Неси ужин. – обратился мужчина к Юнги.

Мин вздохнул. Шагнул к столу и расставил тарелки перед гостями, бросив короткий взгляд на Кима. Тот отвел взгляд.

– Юнги, ты собрал документы на развод? Инджэ подписала их?

– Все собрал, но она не подписывает.

Мужчина задумчиво посмотрел в сторону.

– Кажется, у отца Инджэ есть любовница, – выдал мужчина. Юнги застыл в полусогнутом положении, сжав поднос, – Думаю, это может повлиять на ее решение. Воспользуйся.

– А если эта ложная информация? – спросил Тэодор.

– Нет. Я не делаю ничего ни проверив это. Я же не ты, Тэо.

Ким промолчал, а Юнги выпрямил спину.

– И взамен на эту информацию вы что-то хотите?

Мужчина приподнял уголки губ, злобно смотря на Тэодора.

– Не парься. Он заплатит за это.

– Чан Лей! – вскочил Тэодор.

– Нет, так не пойдет. – сказал Мин.

Мужчина закинул ногу на ногу, сцепил пальцы рук в замок и опустил их на колени. Поднял надменно голову, будто рядом с ним находятся даже не люди, а некий скот.

– Юнги, к тебе ненависти у меня нет. Ты совершенно чистый человек, только вот любил это гнилье, – Чан указал на Тэодора. – Но в жизни же бывают ошибки, верно? Тебе тоже простительно.

– К чему вы клоните?

– Не пытайся мне помешать. Тэодор все равно обречен.

Юнги выслушал мужчину, спокойно опустил руку, держа в ней поднос и спросил:

– Вы не боитесь, что председатель узнает? Думаете, он простит вам это?

– Не узнает, – уверенно ответил мужчина, – Старший сын семьи Ким решает эти дела. Я с ним работаю уже очень давно.

Тэодор встал, вышел из-за стола и проговорив, что ему нужно в туалет, вышел из комнаты. Чуть выждав время ее покинул и Юнги, однако он пошел не на кухню, а в свой кабинет.

Открыв дверь, он огляделся и тут же зашел, закрыв ее плотно. Не включая свет, он подошел к столу, бросил на него поднос и снял фартук.

– Туалет в другой стороне.

Подняв взгляд на диван, Мин увидел на нем сидящего Тэодора.

– Юнги, я не могу так больше...

– Ты сам выбрал такой путь. Сейчас ты сам показываешь ему слабость. Ты же можешь по-другому, так почему не действуешь?

– Могу? – со смехом спросил Ким, – Что я могу? Раздвигать ноги, потому что боюсь его. Мне тридцать семь, а я зависим от мужчины, которому далеко за пятьдесят. Я боюсь дышать, когда он рядом. Боюсь пошевелиться.

– Полиция, Тэо. Ты можешь обратиться туда.

– Юнги, у него все подкуплено. Тебе ли не знать, как это работает.

Мин вздохнул и спросил:

– Хорошо, а от меня ты что хочешь?

– Не знаю... Ничего.

Ким встал. Поправил пиджак, волосы, воротник рубашки и пошел к двери.

– Я заплачу за информацию, Юнги.

– Тэо!

– Я уже платил, заплачу еще раз, но с тебя будет кое-что другое. – Ким обернулся, – Достань мне пистолет. Желательно с глушителем.

– Тэодор, что ты задумал?

– Я положу конец этому.

– Убийством? С ума сошел?!

– Он убил мою мать. Он сам признался, но только вот доказательств у меня нет, чтобы донести на него.

От шока Юнги не сразу пришел в себя. Когда же очнулся, то Тэодора уже не было в кабинете, а он стоял возле стола, сжимая кулаки.

***

После работы, вот уже пять дней, он сначала проезжает мимо дома Пака, после стоит возле подъезда несколько минут, наблюдая за включенным светом, а потом едет домой.

Там он сразу же идет в душ, после выпивает пару стопок алкоголя, чтобы быстрее заснуть и ложиться, только не в их общей спальне, а в гостиной, на неудобном диване. В их спальню у него нет желания приходить. Видеть женщину тоже не хочет, поэтому старается избегать ее.

Поджав ноги к груди, Юнги наконец-то удобно улегся и прикрыв глаза, проваливается в сон. Ему казалось, что он даже что-то видел во сне. Какой-то эпизод жизни, который уже прошел, а открыв глаза, обнаруживает, что его щеки мокрые. Неужели он плакал?

Сев, натянув одеяло посильнее, скрыв утренний стояк, Мин тяжело вздыхает, потому что видит проходящую мимо гостиной Инджэ. Женщина даже не взглянула на мужа, что обрадовало его.

Юнги медленно поднялся, сложил постельное белье, прошел в коридор и скрылся в ванной. Быстро принял душ, пришел в спальню, откуда забрал нужные вещи, сложив их в сумку и покинул дом.

Сегодня он не готов к разговору о любовнице отца Инджэ. Да и вряд ли он будет готов заявить о таком. А еще, он просто не верил словам Чана – будь у отца Инджэ любовница, то это определенно отразилось бы на семье.

Юнги выехал в ресторан и прибыл на работу за несколько часов до открытия. Забрав сумку, он зашел через служебный вход, подошел к кабинету и открыл дверь. Зайдя внутрь он сначала застыл на месте, пытаясь понять не кажется ли ему то, что он видит, а после включил свет и уронил сумку.

– Тэодор! – Мин рванул к лежащему на полу другу, одежда которого была разорвана, а лицо в крови.

– Эй! Ким!

Он приподнял голову Тэо, окинув взглядом.

– Тэодор! Открой глаза!

Руки похолодели. Тэо дышал очень медленно.

– Твою ж мать... Тэодор!

Несколько раз тряхнув друга, Мин судорожно достал телефон из кармана и вызвал скорую. Кима забрали через сорок минут.

Уже в больнице, после осмотра врача, тот выдал то, чего Юнги боялся больше всего – изнасилование несколькими людьми, внутренние повреждения и, скорее всего, после этого появится неуравновешенное психическое состояние, которое может привести к суициду.

По словам врача, Тэодору нужен отдых, вмешательство врача и уход с должности, ведь когда он придет в себя и поймет, что произошло, то он вряд ли сможет нормально жить. Больше мужчина в белом халате ничего не сказал. Видимо, остальное он расскажет самому Киму.

Сидя в коридоре, Юнги сжимал телефон Кима, экран которого был треснут. Блокировку введение пароля и отпечатка пальца он никогда не ставил, поэтому Мин смог без труда взглянуть на внутреннее содержание телефона: сообщений нет, только история звонков. В галерее только фотографии Чонгука, где он улыбается. Все слишком просто и даже нет никакой зацепки на связь с Чаном.

Поставив блокировку, Юнги отложил телефон друга, достал свой и увидел пропущенный вызов от Чонгука. Нажав на “перезвонить”, Юнги слушал гудки, а после несколько испуганный голос парня.

– Привет, Чонгук.

– Господин Мин, Тэодора вторые сутки не было дома. Вы не знаете, где он может быть?

Мин поднял глаза, глядя на палату Кима.

– В больнице.

Секундная тишина, а после Чонгук спросил совершенно спокойно:

– Чан постарался?

– Не только. Чонгук, занимайся пока что своими делами. Дом Кима на тебе.

Юнги был готов отключиться, но голос парня остановил его.

– Господин Мин, нужно что-нибудь привезти? Одежду или документы?

– Я сам все привезу.

Чонгук вздохнул. Было слышно, как он, будто бы, расстроился.

– Ладно. Тогда, напишите мне или позвоните, когда он придет в себя.

Юнги ничего не ответил. Просто отключился и убрал телефон в карман. Сейчас ему хотелось побыть наедине самим с собой, но в голове все равно вертелась картина, как он обнаружил Тэодора, лежащего на полу.

Всю весь день и ночь он провел перед палатой друга. Несколько раз он вздрагивал, особенно ночью, когда слышал посторонние шумы в коридоре и сразу же косился на дверь палаты. Юнги знал, что Тэо находится под капельницей, датчиками отслеживания жизненных показателей, поэтому если что и случилось бы, то изнутри раздался бы пикающий звук.

Но этим шумом были просто врачи, гуляющие туда-сюда по коридору.

Потянувшись, Юнги сонно посмотрел в телефон. На часах 7:20 и есть несколько пропущенных от Чонгука, Инджэ и самое худшее, что могло быть – от председателя. Ему так вообще не хотелось перезванивать.

Первому Юнги решил перезвонить позже, поэтому набрал Инджэ. Женщина сразу начала орать и спрашивать, где он находиться, но ответив ей сдержанно, Юнги сказал, что перезвонит ей потом. Следом он позвонил председателю.

– Председатель Ким, вы звонили? Простите, не услышал сразу.

– Где Тэодор? Он что, забыл, что сегодня собрание?

Юнги прикусил губу: что ему ответить? Что его сын в больнице и во всем виноват Чан? Что Чан запугивает его, насилует, а вы этого просто не замечаете? Что?

Руки задрожали.

– Передай ему, чтобы явился на собрание, если он в ресторане. – сказал мужчина и отключился.

Мин встал, выждал несколько минут, дождавшись, когда ноги отойдут от онемения и подошел к двери. Открыл и заглянул внутрь. Тишина давила и только пиканье датчиков нарушало ее. Юнги тихо подошел к койке друга, увидел его и сердце вмиг сжалось. Он страдает уже много лет и никто по настоящему не был к нему добр. Всегда все презирали, ненавидели. В высшем обществе это нормально, но знали бы люди, через что проходит Тэодор. Мало кто выдержал бы подобное и не наложил на себя руки.

Лицо друга такое бледное, что оно почти слилось с наволочкой. Худой. Мин не заметил, как Тэо скинул килограммы веса за этой нервотрепкой. Мин вообще много чего не заметил. Много чего...

Тэодор не явился на собрание.