4.
Тобио ненавидел солнце. Оно раздражало ярким светом и голова начинала кружиться. А температура поднималась до невозможности высоко, дома наполнялись духотой, а душ был единственным спасением. Дождь куда лучше описывал настроение, с помощью прохладной воды, капая на лицо, заливая глаза. Никого на улице, даже бездомные животные забились по углам. Спокойствие и идиллия. Однако не когда это гром. Кагеяма ненавидел гром ещё больше солнечных дней. Грохот бил по ушам и тело, по инерции — не из-за страха, содрогалось. Парень всегда накрывал голову подушкой и засыпал, но в грёбаной психиатрии даже это не помогало. Его достало, что туловище покрывается мурашками при каждом ударе. И это даже не потому, что он боится. Вовсе нет. Это что-то другое. В голову приходит глупая мысль.
— Я могу обнять тебя? — Тобио поднимает взгляд на ошарашеного соседа. — Я не знаю, какой по ощущениям страх и это, скорее всего, не он, но мне неприятно от грозы. — второй не отвечает, только приподнимает одеяло и Кагеяма перебирается туда. Он аккуратно обнимает Хинату, чувствуя тепло его тела. Ровное дыхание касается шеи и грохот отходит на второй план. — О чём ты думаешь?
— Ты странный, но я не против. — хихикает Шоё, устраиваясь поудобнее. Они заснули в таком положении, несмотря на затекающие руки. После этого, Тобио говорил с парнем чаще и, иногда, даже сам начинал разговор. Ну, а ночью, с периодичностью, просил объятий. Сосед никогда не перечил и всегда соглашался. Это радовало. Но Тобио пока не особо понимал, что чувствует радость. Он просто подумал, что неплохо завести первого друга. Хотя бы на время пребывания тут.
Брюнет не влюблялся и, тем более, никого и никогда не целовал. Он видел фильмы, откуда точно знал, как это делается. Но ему не хотелось. Выглядело противно и если бы такое случилось с ним, он бы врезал любому. Парень пытался представить себе поцелуй, но даже не мог выбрать партнёра. Не из-за того, что их дохера. Нет. Просто их не существует. Никто не нравился из-за тупых чувств и эмоций, даже заставить не получалось. Но лёжа в кровати и обнимая Хинату, впервые захотелось. Тобио пробежал взглядом по лицу соседа и остановился на губах. Какого это? Шоё не худший вариант, так как они друзья, вроде, и в одном положении. Он не будет смеяться или что-то в этом роде.
— Я могу поцеловать тебя? — больше сказал, чем вопросил, парень. В ответ короткий кивок и Тобио слегка наклоняется, ища нужный угол. — Точно?
— Только если ты этого хочешь. — выделяет интонацией местоимение, обдовая горячим дыханием.
— Не понимаю, я же предложил, как могу быть против. — Тобио касается губ, а тело бьёт с такой силой, что отдаётся в висках. Сердце стучит, как бешеное. Точно это ощущают при поцелуе? Он касается своим языком нижней губы Шоё и тот слегка приоткрывает рот, позволяя языку Тобио проникнуть внутрь. Он целовал кого-то впервые, но знал, что и как нужно делать. Не знал только, что крышу при этом сносит. Скорее всего, это всё из-за лекарств. Язык задевает второй и скользит к десне, а после Тобио слегка кусает губу, углубляя поцелуй. Руки сильнее сжимают Хинату. Это длится словно вечность, прежде чем они отстраняются и тяжело дышат. Кагеяма опускает голову, утыкаясь носом в макушку, и Шоё ничего не остаётся, кроме как лечь на грудь.
Проснувшись, никого рядом не обнаруживает. В глазах темнеет и Тобио осознаёт, что в своей кровати, не на соседней, где засыпал. На соседней никого, как и во всей комнате. Хината словно испарился, когда обычно всегда был на месте. Тобио подрывается, вскакивая с кровати и начиная бегать по палате. Его нет. Где он?! Это не мог быть сон. Парень опускается на дрожащие ноги, сжимая со всей силы рубашку.
Он плакал впервые. Впервые не от физической боли. Шепча заветное имя, раздирал кожу ногтями, впиваясь настолько сильно, насколько мог. Успокаивающий шёпот послышался у самого уха и тело почувствовало тёплые прикосновения. Резкий поворот головы, встреча знакомых глаз. Лицо всё в слезах, а тело прошибает. Кагеяма всхлипывает, загребая Шоё в объятия и не желая отпускать.
— Я думал, что мне это приснилось. Я так испугался, когда подумал, что тебя не существует. Мне было до одури страшно. Никогда так страшно не было. Я раньше не испытывал такого. Мне кажется, я не смогу без тебя. По-моему, я люблю тебя. — истерика накатывает с новой силой и хрупкое тело вот вот не выдержит натиска. Но он должен был это сказать. Хината тот, кто не считает его больным и тот, кто рядом даже с его ужасным характером. Тобио никогда никого не любил, но он уверен, что чувствует именно это.
— Успокойся. Я здесь и никуда не уйду. Я люблю тебя. — Шоё дрожащими руками гладит по голове и Кагеяма успокаивается, но с пола не встаёт, продолжая сжимать соседа с ещё большей силой.
Они, наверное, теперь встречаются. Кагеяма счастлив, так как чувствует себя обычным парнем с эмоциями и адекватным душевным состоянием. Он осознал, что испытывать их начал, скорее с появлением Хинаты, чем врачей, в его жизни. И неоднократно об этом повторяет, заботливо целуя в щёку. Шоё смеётся, говоря, что Тобио идиот, так как он всегда был нормальным. И тот почти верит в самовнушение. Таблетки продолжает пить, несмотря на косые и злые взгляды парня. Но почему ему нужно прекратить — не понимает. А когда доходит, что свои Хината, похоже, не пьёт, порывается следить за принятием и ходить вместе с ним. Однако получает отказ и, не внушающее доверие, оправдание, что свои он пьёт.
— Мы выйдем отсюда вместе, я представлю тебя родителям и всё будет отлично. Вот увидишь. — Тобио зарывается длинными пальцами в шевелюру. — А твои родители будут рады? — парень осекается, резко останавливаясь, а грудь болезненно сжимает. Это не то, что стоило говорить. — Эм, ну, как думаешь, когда мы выйдем?
— Не знаю, но ты уверен, что мы сделаем это одновременно или что ты продолжишь общаться со мной, когда, наконец, познаешь все радости жизни? — он поднимает любопытный взгляд.
— Конечно! Ты вытянул меня из этого омута, я никогда не прекращу общение с тобой! — он испугано обнимает парня, чувствуя, как тот расслабляется.
— Это твоё решение. — неясно шепчет он. — Ты сможешь прекратить, когда захочешь. Просто прекрати думать и отпусти.
— Вот что ты несёшь. Никуда я тебя не отпущу, и выпишут нас одновременно, ясно? Ты абсолютно здоров, как и я. Так что прекрати всё это. — в ответ какой-то набор фраз, которые Тобио пропускает, целуя макушку.
Психиатр достаёт очередной тест, протягивая его Кагеяме. Мужчина искренне рад, видя изменения, причём огромные, в состоянии пациента. Тот стал улыбаться, делиться переживаниями и уверенно идти на поправку. Любого квалификационного специалиста обрадует такое поведение, особенно, на фоне отчаявшихся. Тобио быстро расправляется с вопросами, которые повторяются из раза в раз. Ответы всё те же и он не знает — плохо это или хорошо. Однако пока ему ничего не говорят, всё, вроде, в порядке. Сегодня, на предстоящей беседе, ему интересно иное. Врачам нельзя раскрывать что-либо из бесед с другими пациентами, но Кагеяма решительно настроен расспросить про своего парня. Ну, хотя бы подвести к намёкам. Так как состояние Хинаты смущает, а его мысли сложно понять.
— Ты сильно изменился. — улыбается мужчина, забирая тест. Пробегает по писанине, кивает и кладёт в папку. — Совсем скоро и родители приходить начнут. — он одобрительно смотрит, выжидая ответной реакции. Кагеяма настраивается и решает начать издалека.
— Я очень благодарен за Ваше лечение. Оно действительно мне помогло. Спасибо. — лёгкая улыбка и немного нервный перебор пальцами, неускользивший от внимания. — Я думал, что свихнусь ещё больше, но это не так.
— Тебе нравится пребывание? Это радует. Нашёл знакомых? Тут не всем можно доверять. — приподнимает брови он, но тут же осекается. — Прости, я не должен так говорить. Это не в моей компетенции.
— Да, я познакомился кое с кем. — Тобио смущённо отводит взгляд. Вроде бы момент идеальный. — Да, спасибо ещё за Хинату. — он ухмыляется, смотря на изумлённого врача. — Всмысле, спасибо, что подселили его ко мне. Я правда благодарен за своего соседа. Шоё помог мне разобраться в себе и, если бы не он, прогресс был бы гораздо медленнее. — ожидая тираду о Хинате и о том, как тот ведёт себя с врачом, возможно, даже о его «заболевании», Тобио замолкает. Однако психиатр мычит что-то нечленораздельное и быстро заканчивает встречу. Это вызывает недоумение, мягко говоря.
Кормили в больнице ужасно, но всё же приходилось есть. Так как Шоё избегал этого, делая вид, что уходит на терапию, Кагеяма всегда старался унести что-то и для него. В этот раз получилось. С красным яблоком в руке он шёл по длинным коридорам, стараясь не реагировать на душераздирающие крики и людей, прилипающих по дороге. Такое ощущение, что Хината и Кагеяма единственные адекватные в этом месте, как бы иронично не звучало. Не считая врачей, естественно.
— Хочешь? — не дожидаясь ответа, он бросает фрукт в руки, закрывая за собой дверь. Реакция — отрицание и брюнет хмурится, ложась рядом с Шоё. — Ты вообще ешь? — Хината заливисто смеётся, зарываясь пальцами в свои же волосы. Тобио перехватывает его руку и тянет на себя, завлекая в тёплые и, как всегда, крепкие объятия. — Я так хочу уйти отсюда. С тобой. А ты? — глупый вопрос, являющийся, по мнению парня, риторическим. — Вот о чём ты сейчас думаешь?
— Ты так часто это спрашиваешь. — он расслабляется.
— Мне просто хочется понять тебя. Я не могу разобраться в твоих мыслях.
— Я всегда думаю о том же, о чём и ты. У нас одинаковые мысли. — Шоё поднимает свой взгляд, расцветая улыбкой.
— Я не думаю о таких вещах, как пение птиц или мурчание кошек. — кривится Тобио.
— Откуда ты знаешь? — сосед поднимается слегка выше. — Ты тоже думаешь об этом. Разница лишь в том, что я говорю о таком вслух. Я говорю то, что ты боишься произнести. — он нежно касается щеки. — Я просто воспроизвожу твои мысли, Тобио.
— Единственное, что я понял — это то, что мне нравится, когда ты зовёшь меня по имени. — Кагеяма притягивает Шоё, кладя руку ему на затылок. Губы накрывают вторые, сразу пропуская язык. Левая рука ложится на талию, пытаясь усадить Хинату на бёдра. Тот сжимает футболку на груди парня, поддаваясь вперёд.
Засыпая под ровное дыхание маленького солнышка, Тобио чувствует себя самым счастливым. Он наконец-то нашёл то, ради чего стоит жить. Осталось только выйти из психиатрии и они будут счастливы. Оба. Вместе.
от автора:
беру слова обратно , главы большие хоть и мало.. прочитайте пожалуйста!!