Конец.
Последняя Битва (Рассвет)
Гарри трансгрессировал прямо в гущу сражения. Битва за Хогвартс уже началась, но это было лишь отвлекающим манёвром.
Основной удар Волдеморт наносил по Министерству Магии, чтобы обезглавить весь волшебный мир.
Но его план уже дал осечку. Артефакт Эхо был уничтожен.
Гарри, обессиленный и раздавленный горем, нашёл Кингсли и МакГонагалл, доставив им своё страшное донесение:
— Артефакт уничтожен. Драко... он заплатил цену. Гермиона... она убила Беллатрису, но замок обрушился. Они оба... ушли.
Кингсли, шокированный, но мгновенно собравшийся, осознал масштаб жертвы.
— Значит, Волдеморт не сможет подавить магию. Это наш шанс! — Он поднял палочку.
— Они отдали жизни за этот день! Мы не можем проиграть!
Новость о жертве Драко Малфоя, переданная Гарри, была принята с горьким недоверием, но его смерть, как и уничтожение артефакта, изменила ход войны. Волдеморт, не получив ожидаемого сигнала активации «Эха», пришёл в ярость.
Финальная схватка между Гарри и Волдемортом состоялась в Большом зале Хогвартса, среди руин и грохота.
Гарри не чувствовал больше ни страха, ни даже ненависти. Была только одна всепоглощающая эмоция — решимость. Он сражался за Драко и Гермиону, за то, чтобы их жертва имела смысл.
Он не просто защищался; он использовал всё, чему научила его Гермиона, и все трюки, которые он подсмотрел у Драко, чтобы быть непредсказуемым и смертоносным.
Битва была быстрой и жестокой. В финале, когда Волдеморт метнул Авада Кедавра, Гарри, воспользовавшись древним заклятием, о котором Гермиона упоминала в одной из своих книг, направил силу проклятия обратно, используя силу своей защиты.
Наконец, это закончилось.
Послесловие Войны
Война закончилась. Хогвартс лежал в руинах, а улицы Косого переулка были залиты слезами. Мир, который они спасли, был миром, который они навсегда покинули.
Победа была абсолютной, но она не принесла радости. В каждом зале, в каждом коридоре, где когда-то смеялись Невилл, Джордж (временно), и спорили Драко с Гермионой, теперь царила удушающая пустота.
Гарри Поттер, Спаситель Волшебного Мира, не чувствовал себя героем. Он чувствовал себя выжившим.
Рон, потерявший брата и переживший смерть Гермионы, был сломлен, но его ненависть к Малфою, как ни странно, угасла. Он видел Гарри — видел его скорбь и его одиночество. Он знал, что Гермиона выбрала Драко, и что Драко выбрал смерть ради них. Это было самым горьким примирением, которое только могла принести эта война.
Были найдены тела. Тело Драко, измученное Круциатусом и заклятием, разрушившим его душу, было целым, но лишённым жизни.
Тело Гермионы было найдено под завалом. В её руке не было палочки, но её лицо было умиротворено. Она умерла, сражаясь.
На следующий день после победы состоялись похороны. Их похоронили рядом.
Вечное Кладбище
Солнце опускалось за горизонт, когда Блейз Забини пришёл на кладбище. Он был одним из немногих чистокровных, кто пережил войну, но его семья была уничтожена. Он остался один.
Он стоял между двумя надгробиями. Он не плакал, но его лицо было маской измученной скорби. На вечном кладбище, где склоняются ивы, покоятся они рядом. Два имени, высеченные в камне, принадлежали его лучшим друзьям — тем, с кем он пережил столько всего, и чья жизнь оборвалась в один трагический день.
Надгробный камень Гермионы был простым: Гермиона Джин Грейнджер. Самый яркий свет, который когда-либо знал наш мир.
Надгробный камень Драко был только именем: Драко Люциус Малфой. Искупление.
Блейз опустил на могилы две ветки белого ириса — символа надежды.
Тишина кладбища давила на него, напоминая о пустоте, оставленной их уходом, и о ценности той дружбы, которую он никогда не забудет.
Он опустился на колени у могилы Драко.
— Идиоты, — прошептал он, и его голос дрогнул. — Вы оба, полные, неисправимые идиоты. Ты, Драко, всегда должен был быть эгоистом, но решил стать героем. А ты, Гермиона, всегда должна была быть умной, но решила любить Малфоя.
Он усмехнулся сквозь слёзы.
— Нам было суждено править миром. А вы... вы пошли и спасли его. Зачем?
Их жизни оборвались в один день. Теперь они лежат вместе, символизируя примирение и вечное единение сердец, что нашли покой в объятиях друг друга, преодолев все барьеры мира. Их история — нечто большее, чем противостояние.
Блейз встал, отряхивая мантию. Он был последним из них. Последним, кто знал их тайну. Он был тем, кто теперь должен жить в этом мире, который они спасли.
— Я буду приходить, — пообещал он им тихо.
— Я буду помнить.
Эпилог: Выживший
Прошли годы. Мир был восстановлен. Волшебное сообщество процветало, помня о страшной цене, которую оно заплатило.
Гарри Поттер восстановил Хогвартс и стал главой Аврората. Он был героем, иконой. Но он никогда не находил покоя.
Он посещал их могилы каждое воскресенье. Иногда с Роном, иногда один. Он никогда не говорил о Драко как о злодее. Он говорил о нем как о человеке, который пожертвовал своей жизнью, чтобы спасти его.
Он так и не женился. Он не мог. Образ Гермионы, её смех, её вера, её последняя, героическая жертва, остались с ним навсегда. Он видел её в каждой библиотеке, в каждой умной статье, в каждом сложном заклинании.
Однажды, много лет спустя, Гарри нашёл в старых вещах Драко маленький, потрёпанный дневник, который тот вёл в тайне. На последней странице, написанной всего за несколько часов до их последней миссии, были всего две строчки:
Я не заслуживаю прощения. Но я заслуживаю её.
Гарри закрыл дневник. Он понял всё. Драко Малфой не искал искупления в глазах мира; он искал его в глазах Гермионы. И он нашёл его в своей смерти.
Гарри сидел в тишине своего дома, который был слишком большим и слишком пустым. Он спас мир, но потерял единственных, кто делал его по-настоящему живым. Он знал, что, возможно, они сейчас вместе, где-то за пределами магии и смерти.
Он был героем, но его сердце было разбито. Он был Выжившим, которому досталась самая страшная ноша: жить в мире, где любовь и героизм его лучших друзей стали лишь двумя мрачными надгробиями на вечном кладбище.