Лабиринт любви

Темно. Холодно. Тесно. И невыносимо громко. Металл гремел над головой и под ногами, будто её заточили в старую клетку и забыли выключить звук. Что это было за место? Подъемник? Клетка? Могила? Она не знала. Она не знала.. ничего.

Паника подкатила к горлу комом, когда она попыталась пошевелиться. Тело откликнулось с болью в мышцах, как после долгого сна. Пальцы её дрожали. Ноги отказывались подниматься. В голове была только пустота. Словно память кто-то вырвал с корнем, оставив только ощущения. Холод, страх, тошноту.

— Где я? — сорвалось с губ, слабым шепотом.

Глаза привыкали к темноте. Тусклые фонари еле освещали пространство. Она с трудом поднялась на ноги, облокотившись о стену. Пространство вокруг оказалось чуть больше клетки. По углам грубо сложенные ящики. Она подошла к одному. Внутри была еда. В другом — были вещи. И похоже её. Еще один.. животные?

— Что.. — она резко отпрянула, когда увидела двух свиней, дышащих в углу.
— Мать вашу, что это за место?..

Сердце застучало громче. Грудь сдавило. Воздух стал густым, будто лифт опускался, а не поднимался.

— Эй! — закричала она. — Кто-нибудь! Пожалуйста! Пожалуйста, выпустите меня!

Ответа не последовало. Только свиньи хрюкнули в ответ. И звук. Глухой, механический. Она все еще двигалась, куда-то вверх. Она судорожно огляделась, надо защищаться. Надо было найти хоть что-то. Её руки перебрали коробки, пока не нашли нож. Острие было тупое, но в руке лежало надежно. Она вцепилась в него так, словно он был ее последней надеждой.

Тут скрежет усилился. Что-то замедлилось. Затем — резкий рывок. Все стихло, лифт остановился. Сердце в груди застыло, она замерла, вслушиваясь в гул тишины. Тяжелый скрип, будто старые ворота открывались под землей. Перед ней металлические двери. Медленно, с грохотом, они начали расходиться по сторонам. И тогда резкий свет прорезал её глаза. Она зажмурилась, отпрянув назад, поднимая руку, чтобы прикрыться. Глаза её болели. После полной темноты, солнце ударило в лицо, как пощечина. Тело дрожало, воздух стал теплым. Пахло.. землей и.. ванильным кремом?

Девушка открыла глаза и увидела перед собой парня. Светлые волосы, слегка взъерошенные. Ясные, настороженные глаза. Он выглядел так, будто увидел привидение. И в то же время — будто пытался не подать виду, что потрясен. Он был выше её, весь в пыли, с закатанными рукавами. Его лицо было напряжено, но голос оставался удивительно мягким. Она выставила нож, дрожащей рукой.

— Не подходи, — прошептала, голос сорвался. — Я.. я не знаю, кто вы. Где я? Где.. где я?

Парень поднял руку показывая, что не причинит вреда. Но она уже заметила, что он был не один. Она подняла голову и увидела десятки парней. Все смотрели на неё сверху. Кто-то шептался, кто-то смеялся. Чужие, незнакомые, потные лица. Жадные взгляды. Будто она — новый экспонат, свежий воздух или еда. Они смотрели на неё, как на единственную девушку в мире. И она отступила. Сердце сорвалось в пятки. Страх соскользнул по коже.

— Пожалуйста.. — прошептала она, больше не парню, а в пространство. — Уберите их..
Я не знаю, что происходит..

Парень сделал шаг ближе.

— Все хорошо. Ты в безопасности. — он медленно наклонился и протянул ей руку.

— Меня зовут Ньют. А ты?

Она смотрела на его ладонь. Потом — на глаза. Он был другим. Не как те, кто наверху. Его взгляд был спокойным. Не голодным. Не грязным. Просто.. удивленным. Она проглотила слезы.

— Авианна.. — едва слышно ответила она.

— Красивое имя, — тихо сказал он. — Добро пожаловать в Глэйд.

— Глэйд? — спросила она, не понимая.

— Давай, выходи. Я тебе все расскажу и покажу, — произнес парень, протягивая ей руку.

— Ньют, да не церемонься с ней! Вытаскивай, будем знакомиться, — пробормотал один из парней, стоящих в кругу.

От этих слов Авианне стало плохо. Насколько эти парни были тошнотными, что аж бесили. Она хотела что-то ответить, как тут за его спиной появилась фигура.

— Остынь. — бросил парень, и перевел взгляд на девушку. — Не бойся.

Сначала она колебалась, но потом она вышла с помощью Ньюта. В ушах все еще звенело, но теперь — от гулких голосов и собственного страха. Перед ней раскинулась поляна, а вокруг неё возвышались огромные стены, уходящие верх так высоко, что казались частью неба. Авианна остановилась. Она не могла оторвать взгляда от этих серых стен, замерших, как гигантские тюремные стены. От ужаса внутри все похолодело. Клетка. Это клетка. Дрожащие руки, сжатый в пальцах нож и бешеный стук сердца.

— Черт.. — прошептала она, отступая назад, будто стены могли сдвинуться прямо на неё.

Её первым инстинктом было — бежать. Прямо сейчас. Прочь от этих стен, от десятков незнакомцев, от вопросов, что пульсировали в голове. Позади послышались уверенные шаги. Кто-то приблизился и встал рядом.

— Я Алби, — прозвучал спокойный, чуть хрипловатый голос. — Я здесь вожак.

Она не обернулась. Только чуть скосила взгляд в его сторону. Высокий, с уверенным видом. Командующий. Это было видно даже по тому, как он держится.

— Ты наверное в шоке. Это нормально. Мы все такими были, когда лифт привозил нас.

— Я не.. — она хотела сказать «не такая», но замолчала. Её голос звучал слишком тихо, почти жалко.

Алби посмотрел в сторону Ньюта.

— Проведи ей экскурсию. Покажи ей, где что. Пусть осмотрится.

Ньют кивнул.

— Конечно. — и почему-то именно это его голос внезапно стал единственным, кто не вызвал у нее внутренного сопротивления. Она была благодарна, что это поручили ему, а не кому-то другому. Пока не хотелось говорить ни с кем еще. Ни с теми, кто свистел, ни с теми, кто смотрел слишком дерзко.

Ньют подошел ближе, но все еще оставался на расстояний.

— Готова?

Авианна молча кивнула. И шагнула за ним, подальше от лифта, от глаз, от голосов. Её ноги были тяжелыми, но внутри уже зреет голос: как выбраться отсюда?

Ньют шел немного впереди, но иногда оборачивался, чтобы убедиться, что она не отстала. Авианна двигалась молча, прислушиваясь к звукам вокруг — голоса, топот, царапанье инструментов, шорох листвы. Все было чужим и давило.

— Это Глэйд, — начал он. — Как бы паршиво это не звучало, это наш дом. Здесь у каждого есть своя работа, своя зона. Порядок — это все, что нас держит в мире.

Авианна молча кивнула, осматриваясь. Они проходили мимо небольшого огорода, где несколько парней копались в земле. Один из них поднял голову, заметил её — и замер. Другой пихнул его в бок.

— Эй, глянь.. Это что, девчонка? — прошептал он, явно не утруждая себя сдержанностью.

— Первая за все это время, — услышала она где-то сбоку.

— А может, нам и повезло, а? — послышался насмешливый голос. Авианна почувствовала, как по спине пробежал холодок. Они смотрели на неё слишком внимательно. С интересом, с подозрением. Словно она не человек, а странный трофей, редкость, ошибка системы. Её пальцы сжались в кулак. Ньют это заметил, его голос стал тверже.

— Эй! — бросил он в сторону ближайших глэйдеров. — Успокойтесь, шанки. Она только приехала, а вы уже её достаете. Не надо на неё так таращиться.

— Расслабься, Ньют. — фыркнул один из парней. — Мы просто удивлены. Не каждый день видим девушек.

Ньют чуть развернулся к Авианне, чтобы встать между ней и остальными.

— Не обращай внимания, — тихо сказал он. — Они привыкнут. Со временем.

— Надеюсь, они привыкнут раньше, чем я кого-то ударю, — прошептала она в ответ, не отрывая взгляда от земли.

Ньют усмехнулся.

— Вот это звучит уже получше.

Он провел ее дальше — мимо кухни, где Фрайпан, во всю готовил обед для глэйдеров.

— Привет, я Фрайпан. Если будешь голодать обращайся. У нас тут и повара бывают, — подмигнул он.

Ньют слегка усмехнулся.

— Он один из добрых.

— Таких тут не много? — спросила она, все еще настороженно оглядываясь.

— Достаточно. Просто время покажет, кто есть кто.

Чуть позже к ним подошел еще один парень стройный, уверенный, с проницательным взглядом.

— Минхо, — просто представился он, окинув ее коротким взглядом. — Я бегун.

Он говорил спокойно, без намеков и странных взглядов. Это удивило Авианну. Она почувствовала, что этот человек может стать ей союзником.

— Освоишься — подходи. Я покажу, как выживать, — сказал Минхо и ушел.

— Он один из лучших, — заметил Ньют. Он увидел, как у Авианны чуть дрогнули уголки губ. Он на секунду замер, осматривая ее.

— Тебе идет улыбка, — проговорил Ньют, слегка постеснявшись. Она посмотрела на него и они встретились взглядами.

— Вот здесь твоя хижина, — сказал он, остановившись у аккуратного деревянного строения. — Отдохни, а вечером я загляну, будет вечеринка в честь тебя.

— Спасибо, Ньют, — тихо ответила она и открыла дверь. Внутри было просторно и чисто. Возле стены стояли те самые коробки, что она видела в лифте. Рядом — аккуратно расстелена кровать, над ней висела лампа, а у дальнего угла стояло большое зеркало. Она подошла к нему, медленно, будто опасаясь собственного отражения.

Перед ней стояла девушка лет шестнадцати. Золотистые волосы спадали мягкими волнами чуть ниже плеч, слегка взъерошенные после дороги. Голубые глаза сияли, несмотря на усталость, а губы были приоткрыты — то ли от удивления, то ли от страха. Густые брови придавали ее лицу выразительность. Она выглядела красиво, но одновременно — потерянно. На ней была старая клетчатая рубашка, немного великая, и короткие шорты, которые будто были выбраны наугад.

— Вот ты кто, — прошептала она самой себе. — Привыкай, это твой новый дом.

Она опустилась на колени и начала открывать коробки. В одной — одежда: пара футболок, штаны, топики, простая обувь. Все казалось поношенным, но чистым. В другой — блокнот, и пару ручек. Авианна села на кровать, сжав блокнот в руках. Её ждал совершенно новый мир — и она была готова узнать, каким он будет.

***

Вечер опустился на Глэйд, окрасив небо в золотисто-розовые тона. В хижине уже становилось темнее, когда в дверь негромко постучали.

— Это я, — услышала она голос Ньюта.

Авианна подошла к двери и открыла её. Он замер на секунду. Перед ним стояла совсем другая девушка, чем та, что вышла из лифта. Волосы теперь были аккуратно собраны в хвост, а вместо рубашки и шорт на ней была простая футболка и джинсовая юбка и немного потрепанные, но стильные белые конверсы. Ньют скользнул по ней взглядом с головы до ног, на миг задержался на её лице и едва заметно улыбнулся.

— Готова к знакомству с вечерним Глэйдом? — тихо спросил он.

— Да, — сдержанно кивнула она, слегка поигрывая краем юбки от легкого волнения.

Они вместе вышли на поляну. В центре уже пылал костер. Глэйдеры громко смеялись, перекрикивали друг друга, подкидывали ветки в огонь, пили настойку Галли.

— Это у нас почти как традиция, — сказал Ньют, ведя её ближе. — Каждый раз когда привозят новенького, мы устраиваем в честь него праздник.

Авианна остановилась чуть поодаль. Ей все казалось чужим. Слишком шумно. Слишком свободно. Словно она — чужая в их мире, а они все это давно пережили. К ней подошел один парень и неожиданно дружелюбно, протянул металлический стакан.

— Я Галли. Вот, возьми. Не спрашивай из чего, он расслабляет, — ухмыльнулся он.

Авианна взяла стакан, слегка кивнув, и не зная, что еще делать, пошла к ближайшему дереву. Устроилась на его корнях, наблюдая за тем, как пламя отражается в глазах мальчишек. Их смех, выкрики, вспышки у костра — все это было новым, пугающим, но в то же время каким-то настоящим. Она сидела у дерева, сжимая в руках стакан с настойкой. Она все еще не пила, а просто водила пальцем по краю, наблюдая за пляшущим огнем. Рядом кто-то громко засмеялся, другой бросил в костер ветку, из-за чего огонь вспыхнул ярче.

— Можешь не пить, если не хочешь, — раздался рядом тихий, чуть писклявый голос.

Она повернула голову и увидела мальчика лет двенадцати с пухлыми щечками, с кудрявыми волосами и широкой искренней улыбкой. Он сел рядом, не дожидаясь приглашения, и протянул ей кусочек пирога.

— Лучше съешь это. Настойка у нас.. ну, такая себе. Я однажды выпил, потом весь вечер разговаривал с деревьями. Не повторяй моих ошибок.

Авианна не удержалась и впервые за весь день засмеялась.

— Тебе вообще можно это пить? — сказала она, забирая пирог. — Как звать тебя?

— Чак. Самый младший и самый болтливый в этом месте, — важно сказал он. — Но я тебе понравлюсь, я уверен. А ты Авианна, да? Я слышал, как Ньют тебя звал.

— Да, — кивнула она. — Приятно познакомиться, Чак.

— Тут ты быстро ко всему привыкнешь. Глэйд сначала кажется странным, но потом ты начнешь замечать, кто что делает, кто как смеется, у кого какие привычки.. — он чуть понизил голос. — Например, Фрайпан каждый вечер разговаривает с кастрюлями. Минхо вечно злится, но если дать ему еду сразу добрым становится. А Ньют..

— А Ньют? — переспросила она с легкой улыбкой.

Чак подмигнул.

— А Ньют добрый. Только очень грустный, когда никто не видит.

Авианна отвела взгляд на костер, а в груди что-то чуть дрогнуло.

— Спасибо, что сел со мной, — тихо сказала она.

— Всегда пожалуйста. Теперь ты не одна. У тебя есть я, — важно подметил он, и вставая добавил: — А еще, если понадобится, я могу помогать тебе справляться. Ну, за еду конечно.

Она улыбнулась шире.

— Договорились.