Угрюмый

Чонгук был прав в том, что не все проблемы, тем более такие малозначимые, вечны, потому что Лиса уже перестала ложиться с тревожными мыслями о том, как к их отношениям отнесутся родные, как было еще месяц назад.

Теперь она лишь ложится с улыбкой на губах от мыслей про Чонгука после переписки всю ночь напролет а что, имеет полное право, потому что в городе их уже потихоньку перестали обсуждать, да и злость во взгляде Миен все больше и больше пропадает в их сторону. Два дня назад их аж на ужин пригласила, кажется, чтобы таким образом с сыном наконец помириться. И было до пиздеца неловко, честно говоря, но тем не менее после этого ужина, где Миен аж больше трех колких слов не сказала ничего такого, груз с плеч Лисы окончательно упал.

Теперь она может все свои мысли посвятить Чонгуку. А еще успеваемостью в учебе, которая в последние недели все больше и больше ухудшается в силу того, что свободное время Лиса уделяет в основном только своему парню, и думает о нем же, даже если садится за книгами. Как и сейчас, в принципе.

- Ты плохо на меня влияешь, - проговаривает Лиса, задумчиво протирая кулаком свою щеку и восседая на кресле перед рабочим столом в комнате, куда она села с намерениями подтянуть свои знания, но как всегда Чонгук ей так не вовремя позвонил. —

-Что за цитата из сопливых мелодрам? - усмехается Чонгук её словам, прокручивая свободной рукой ручку, и тоже сидя за столом в своем кабинете. Хоть и шутит, но на самом деле не понимает, с чего Лиса это говорит. Каким образом Чонгук на неё плохо влияет?

- Я настолько забила на колледж в последнее время из-за всей этой суматохи в наших семьях, и в особенности из-за тебя, что аж родители начали осуждать и отчитывать меня за оценки, - бурчит Лиса недовольно, реально не зная, в какой момент все пошло не так, и как так получилось, что учителя раз за разом начали на неё жаловаться. Лиса, конечно, никогда круглой отличницей не была, но хотя бы до такого уровня не опускалась даже в старших классах в школе. Нужно это исправить.

- То есть ты обвиняешь меня в том, что сама ленишься учиться? А ты удобно устроилась, - пускает Чонгук смешок, умиляясь от её обидчивого и недовольного голоса, он так хочет увидеть её именно сейчас, она такой милой выглядит, когда злится, потому что её щечки становятся еще больше.

- Я не ленюсь, - возмущается Лиса тому, что этот дурак вместо поддержки еще больше издевается над ней. - Просто мои мысли были заняты в последние недели страхом перед Миен и стрессом, и чуточку тобой.

- Чуточку? - уже Чонгук переспрашивает обиженно, точнее, стараясь так звучать, но все равно не сдерживается и усмехается. Просто, временами их телефонный разговор так забавляет его.

- Да, и то, это из-за того, что ты постоянно звонишь мне во время подготовки к парам, - тоже уже улыбаясь, тянет Лиса игриво, на что Чонгук кусает губы и говорит всего лишь

- Ну-ну, - а потом задумывается. Неожиданно, когда взгляд падает на часы, показывающие еще обед, его посещает гениальная идея. - Так у тебя плохая успеваемость в последнее время говоришь?.. - тянет он азартно, а Лиса же напрягается, не понимая, почему тон его голоса вдруг стал таким воодушевленным. Его радует её неудачи в учебе или что?

- Ну да, - отвечает Лиса, хмуря свои брови и ожидая дальнейших слов Чонгука, уж слишком он загадочно задал последний вопрос.

- Давай позанимаемся вместе и я тебе помогу? Приди ко мне вечером, я как раз сегодня пораньше освобожусь от работы, - предлагает Чонгук, хочет помочь ей с учебой, и имеет на это полное право потому что он круглым отличником был всю жизнь и до сих пор является благодаря упорному, и немного даже ненормальному вниманию со стороны родителей и общества касательно его оценок и знаний. И Чонгук только сейчас радуется тому, что почти все свое подростковое время уделял учебе. Да, звучит глупо, но он так не гордился своими знаниями даже после удачно решенных проектов в мировом рынке, как сейчас от осознания того, что он может помочь Лисе по её отстающим предметам.

- Реально?.. - Лиса широко распахивает свои глаза, вот совсем такого предложения не ожидая. Неужели он станет дополнительно с ней заниматься?

- Сомневаешься в выборе правильного репетитора? - иронично спрашивает Чонгук, услышав её недоверчивый и слишком удивленный вопрос.

- Дело не в этом. Я просто… не ожидала, - честно признается она, а после расплывается в улыбке от осознания всей ситуации. Она и мечтать не могла, что её по этим скудным предметам вызовется потянуть Чон Чонгук. Это так мило, на самом деле, и очень заботливо, что у Лисы в сердце прям теплеет. - Но давай в моем доме? Я не хочу добавить в глазах твоей матери еще один свой минус, и вообще, лишний повод осуждать, - неуверенно спрашивает Лиса, кусая свои губы и вправду не желая заниматься в доме у Чонгука.

- Ну если тебе будет легче, то знай, что мама весь вечер проведет у подруги, у которой день рождения, - вовремя вспоминает Чонгук планы Миен, и в который раз думает о том, что сегодня, реально, очень удачный день для приглашения Лисы к себе. - И вообще, сколько уже можно прятаться в твоем доме для домашних свиданий и встреч? Так что собирай свои книги, через полчаса я заеду за тобой, - приказывает Чонгук, потому что реально надоело при любой удобный момент оставаться у Лисы только из-за того, что она до сих пор боится в открытую встречаться с ним, не говоря уж о том, чтобы ночевать у него. Даже если Миен была бы дома, то Чонгук сомневается, что она бы вообще что-то сказала с учетом того, что она уже почти привыкла к ним. Но Лиса все равно продолжает нервничать и бояться без повода.

- Ладно… - наконец сдается Лиса и пробурчав, вздыхает шумно.

***

- Я хочу посмотреть какой-нибудь ужастик, - тянет Йеджи, и игриво бросает взгляд на Хёнджина, продолжая параллельно выбирать диски для украшения этого вечера в доме у парня.

- Точно не мелодраму? - усмехается Хёнджин тому, что Йеджи такой жанр выбирает для «свидания», и даже сомневается немного, что она потянет этот жанр, уж слишком пугливой и наивной она выглядит со стороны.

- Мы уже прошли через ступень сопливой романтики в отношениях, теперь пришло время и для чего-нибудь по жесче, - пожимает Йеджи плечами, и все же берет диск с ужасами Хёнджину, пока сам он задумывается от её слов.

Снова возвращает те мысли, которые уже неделю мучают его сознание, ведь реально, они уже вышли на новый уровень отношений, что аж в его доме видятся в отсутствии домашних. Да и сопливая романтика превратились в простую романтику и любовь.

- Я вот подумал о новом уровне наших отношений… - тянет Хёнджин задумчиво, наблюдая за Йеджи, которая ставит диск и включает телевизор. - Может, зайдем ещё дальше?

- Как? - усмехается Йеджи и бросает взгляд на своего парня, восседающего на диване и говорящего эти странные слова. Берет попкорн, который стоял на тумбе, и наконец к нему направляется. И хочет бы Хёнджин ответить, сказать, что не прочь бы наконец с её семьёй официально познакомиться в роли парня, и её своей представить, в конце концов, дядя ещё даже не в курсе. Как и слова не говорит, потому что Йеджи неожиданно спотыкается о коврик, и неуклюже прямо в него летит, рассыпав попкорн по гостиной. Вскрикивает от неожиданности, и рукой упирается ему на грудь, смотря прямо в его глаза максимально близко. По округе лежат попкорн, что добавляет ещё больше комичности ситуации, и поэтому Йеджи смеётся.

- Прости, - говорит она весело, и виновато на него смотрит, думая, что он сейчас тоже посмеется от её неуклюжести. Но он не смеётся, наоборот, кажется, он становится серьезнее некуда и вздыхает глубоко, не отрываясь наблюдая за ней своими темными глазами, что ей даже не по себе становится. И в один миг она все понимает, наконец обращает внимание на свою другую руку, которая покоилась прямо в области ширинки Хёнджина от этого Йеджи, кажется, током прошибает, и она хочет бы резко свою эту грёбаную руку убрать, и вообще, встать с него наконец, пробурчав ещё тысячи извинений, но Хёнджин мешает. У Йеджи, кажется, сердце марафон бежит, когда Хёнджин кладет поверх её руки свою, тем самым не позволяя ей отстраниться, а наоборот, ещё больше прижав. Она не сопротивляется то ли от шока, то ли от жуткого интереса вперемешку с азартом, который сейчас вынуждает её покраснеть гуще помидорами и не отрываясь наблюдать за Хёнджином.

- Вот так, - вздыхает Хёнджин почти в её ухо, и Йеджи только позже понимает, что он ответил на её недавний вопрос о том, как им нужно дойти дальше в их отношениях. На самом деле, Хёнджин вовсе не это имел в виду под «дальше», он хотел лишь поужинать с её семьёй, но этот неожиданный вариант ему тоже нравится. Даже очень. Он, чёрт возьми, готов на месте сгореть от этой страсти, который накрывает его сердце с каждой лаской руки Йеджи. Точнее, это он ей помогает своей рукой, надавливает нежно, и делает медленные движения вверх-вниз по своему члену в сквозь штаны. Грубо говоря, дрочит её рукой, пока она дыхание затаивает, вся заливаясь краской и вовсе из реальности выпадая. Но ни разу не думает сопротивляться, и, кажется, и сама увлекается, временами проявляя инициативу и чувствуя, как его половой орган становится все крепче под её/их ласками. А ещё чувствуя, как внизу живота у неё все так странно, стыдно, но приятно тянет от вида такого Хёнджина.

Такого… возбужденного и сексуального: волосы, которые сильно отросли за последнее время, спадают на лоб, вырвавшись от небрежного хвостика, который всегда делает его более привлекательнее по мнению Йеджи; лисьи глаза, смотрящие на неё не отрываясь, пугают и одновременно манят её своими чертиками и туманом, а приоткрытые, пухлые губы до жути возбуждают хотя бы потому, что Йеджи своей щекой ощущает его горячее дыхание, которое становится все шумнее из-за того, что ласки на его члене ускоряются. И Йеджи даже теряется и стыдится немного, отведя взгляд и прикусив свои губы неловко. Подумав о том, что это первый раз, когда она так близка с парнем, и что даже наличие одежды на них ничуть её нервность не убавляет. А Хёнджин это замечает, видит, что она растерялась, и поэтому резко в себя приходит и её руку убирает.

Кашляет тихо, что протрезвить свои мысли, зашедшие слишком далеко, и хватает Йеджи за подбородок, развернув её красное лицо к себе.

- Я, наверное, поторопился… - тянет он виновато, мысленно уже проклиная себя за проявленную спешку без её разрешения. Хотя… Хёнджину казалось, что она согласна до этой секунды, ведь она даже сама временами проявляла инициативу. Но почему она тогда сейчас так расстерялась? Испугалась?

- Ты… ты же ещё раньше ни с кем?.. - спрашивает Хенджин неловко, и прямо в её глаза смотрит, которых она смущённо отводит. И кивает медленно, лишь догадки Хёнджина подтверждая, которые уже давно появились. Она девственница. Так что Хёнджину нужно остыть, подождать, когда она будет готова, а не вот так вот поступать, заставляя её стыдиться и бояться. Да и должно это произойти в более романтичной обстановке, а не в гостиной, с включенным ужастиком за кадром и рассыпанным попкорном по всему дивану, и даже по ним самим. - Кхм, будет лучше, если я пойду в душ, - неловко тянет Хёнджин, намереваясь отстранить Йеджи и помочь ей встать с себя, чтобы блять, помочь себе, у него стояк от недавней их короткой, но тем не менее безумной «игры» так и намеревается вырваться из джинс. Но Йеджи, в один момент почувствовав прилив смелости и уверенности, толкает его обратно на диван и кладет руки на его плечи.

- Научи, - только и шепчет, смотря прямо в его глаза смущенно, но тем не менее решительно, потому что она тоже хочет. Хочет его. Отдать свой первый раз ему. Прямо сейчас. А Хёнджин удивляется, до конца не понимая суть её слов и думая, что все это шутка. Но как только понимает, убеждается, что Йеджи на полном серьезе, то буквально здравый смысл теряет, и конечно не отказывает на просьбу своей леди. Впивается в её губы, как с цепи сорванный, и кладя руки на её бедра, вместе поднимается с дивана. А Йеджи охает от неожиданности, но крепче обнимает его торс ногами, а шею руками, чтобы не упасть, пока он ведет её куда-то. Как выясняется, в свою комнату, ибо Йеджи в следующую минуту уже чувствует мягкую постель спиной, как будто в тумане, и с бесконечной нежностью смотрит на Хёнджина, нависающего над ней, упираясь по бокам от ее головы.

- Я подумал, что «научить» тебя в первый раз надо в комфортной обстановке на кровати, а не на диване с рассыпанным попкорном, - объясняет он тихо, приподняв уголки губ, на что Йеджи головой кивает и свои губы кусает, чувствуя бабочки в животе от неизведанности всей этой ситуации, от того, что она впервые под парнем лежит. И её не может не радовать факт того, что этот парень Хёнджин, и тот факт, что обычные посиделки с фильмом превратились в это. Хёнджин же сглатывает шумно, и в её глаза смотрит для начала, медленно опускаясь ниже на губах задерживается, а потом на выпирающих ключицах. - Ты точно уверена? - переспрашивает Хёнджин, хочет получить заранее конкретный ответ, потому что позже остановиться ему будет трудно, ибо, черт возьми, как же долго он ждал этого мгновения. Хотел трахнуть её с первой встречи, тогда, в этом же доме на вечеринке, да еще и она позже добавляла масла в огонь своими играми и манипуляциями.

-Да. Я хочу отдать тебе свой первый раз так же, как и отдала первый поцелуй, - говорит Йеджи уверенно, а Хёнджин же на мгновение замирает от её слов про первый поцелуй. Она раньше об этом не говорила. Значит… на вечеринке он украл у неё первый поцелуй, который он решил забыть на завтрашний же день? Блять. У Хёнджина злость к себе за прошлые идиотские поступки становится еще сильнее от этой маленькой, но тем не менее, наверное, важной для Йеджи детали, и поэтому он губами к её шее прикасается. Намеревается не разочаровать её хотя бы в плане первого раза, и подарить ей по-настоящему незабываемые ощущения. Целует нежно, временами покусывая и медленно к ключицам опускаясь, параллельно расстегивая её блузку. Распахивает ненужную ткань и открывает вид на аккуратную грудь в черном бюстгальтере, из-за чего Йеджи дрожит вся. Нервничает, и рукой простынь сжимает, когда Хёнджин прокладывает путь из поцелуев по её ложбинке прямо к животу. Ниже.

Еще ниже, что аж до белых шортиков доходит и принимается снять их, пока Йеджи из последних сил держится, чтобы не закрыться с ног до головы одеялом и убежать, настолько она смущается. И думала бы она, что он просто её шортики хочет снять вместе с трусиками, как он неожиданно целует её между ног. Почти там.
Реклама

- Нет! - не выдерживает Йеджи, и вся красная пытается поджать ноги, потому что, черт возьми, это слишком! Что Хёнджин вообще творит?!

- Расслабься, - успокаивающе говорит он, приподнявшись, чтобы взглянуть в её пугливые глаза. Читает в них страх, стыд, неуверенности, но еще и желание. Это и дает ему наглость снова развести её ножки нежно, опаливая её кожу горячим шепотом - Я сделаю тебе приятно.

И Йеджи буквально гипнотизируется от его нежного тона голоса, и переступив через свой стыд, решает довериться ему. Вздыхает полной грудью, сжав сильнее простынь в кулачках, и на потолок смотрит. Губы до крови кусает, когда чувствует его легкий поцелуй внизу живота. Ещё один. Ещё. Пока он не ведет языком по клитору, вырвав из её груди тихий стон и заставив её зажмурить глаза.

- Хенджин… - шепчет она его имя, уже почти до боли сжав руки с каждой его лаской, сносящей крышу. Он был прав в том, что ей будет приятно, и так блять щекотно и тягучее одновременно, что Йеджи даже сама не замечая выгибается ему навстречу. Он её буквально языком трахает, то облизывая клитор, то внутрь заходя, и с каждым разом ускоряясь, отчего Йеджи разжимает свои кулаки, выпустив бедный простынь, и как в тумане находит его голову. Запускает пальцы в его длинные волосы и выгибается в спине, громко застонав, когда дрожит вся, доходя наконец до пика. - Это так… чертовски приятно.. - говорит Йеджи обрывисто, все ещё находясь как будто в тумане и не отходя от эйфории смотрит в потолок, разжав наконец ноги, потому что Хёнджин поднимается с кровати. Подходит к какой-то тумбе и достаёт из неё что-то, Йеджи внимания не обращает на это до тех пор, пока Хёнджин снова не плюхается на кровать, склонившись над ней. Нежно в её глаза смотрит, усмехаясь, и голову набок склоняет, пока кончики его челки почти к его щекам касаются настолько его волосы ахуенно выросли, и настолько маленькое между ними расстояние одновременно. Он такой красивый, что Йеджи взгляд от него не может оторвать. Но она все же отрывает, когда слышит неожиданно в полной тишине звук расстегивающей ширинки и какое-то шуршание упаковки. В шоке глаза распахивает и вниз смотрит, тут же подняв голову от вида, где Хёнджин натягивал на член презерватив. Чёрт возьми! К такому Йеджи была не готова. Она думала, что это все на сегодня…

- Не бойся, - шепчет Хёнджин, видя, как она уже от недавней эйфории отходит и с нескончаемым страхом на него смотрит, поджав ноги плотнее.

- Я слышала, что это больно, - говорит Йеджи, все нервничая и нервничая с каждой секундой и жалостливо на Хёнджина смотря. Она точно так же нервничала, когда Хенджин недавно между её ног уселся. Но тогда это был лишь стыд, а сейчас стыд вперемешку с прямым страхом перед возможной болью и осознание того, что она будет принадлежат Хенджину целиком и полностью, как и он ей.

- Я понятия не имею, честно говоря, что чувствуют девушки во время секса в первый раз, - пожимает он плечами, вполне логично говорит, ибо он не является девушкой, чтобы знать, что они чувствуют во время первого секса, и тем более советы давать, да и с девственницей до этого не спал. - Но я обещаю сделать тебе менее больно и более приятно, - с нежностью говорит, приподняв уголки губ, и прямо в её глаза смотрит, будто прося, чтобы она снова доверилась. И она доверяет. Прикусив губы, кивает коротко, и сглатывает шумно, когда Хёнджин отводит её поджатые ноги в сторону, и медленно входит, ни на секунду не переставая на неё смотреть. Ухватываясь за любую смену мимики: она губы приоткрывает и его плечи через серую футболку царапает, от непривычного и немного даже неприятного ощущения.

Хёнджин дает ей немного привыкнуть, и снова входит, делая первый толчок, она очень влажная, что реально облегчает действия Хёнджина, и буквально заставлять терять голову, что он и сам, не сдержавшись, вздыхает шумно. Снова толкается. И снова. При этом всё еще не разрывая зрительного контакта, пока Йеджи одну ногу ему на бедра закидывает, и крепче за плечи обнимает, плотнее к себе прижимая, и стонет совсем тихо от нарастающего наслаждения вместо тех неприятных ощущений минутой ранее.

- Какая же ты, черт возьми, красивая, - шепчет Хёнджин шумно, добавляет еще большую порцию бабочек в животе Йеджи своим комплиментом, потому что реально, он считает её чертовски красивой. Особенно сейчас, когда губы до крови кусает, чтобы сдержать хоть немного стоны, и лежит под ним с растрепанными волосами, пытаясь неуклюже под его темп построиться. Он рад, что первый у неё во всем, и реально, очень сильно надеется, что хотя бы секс не разочарует её, как тот первый, проклятый поцелуй. Теперь он окончательно откажет отцу на его просьбу в течении многих дней вернуться в Америку уже, к себе домой, потому что видите ли «ты был прав в нашей последней ссоре, Джиу реально оказалась той ещё сукой». Хёнджин, конечно, принимает его извинения за то, что он аж своего сына к брату отправил после очередной ссоры, ради совсем чужой женщины. Но возвращаться «домой» он не станет, не сможет, потому что ни за что не кинет снова эту девушку на своей кровати. Да и находится он уже в доме. В ней.

***

- Ты суровее к своей девушке чем даже преподаватель, - угрюмо жалуется Лиса и возмущенно смотрит на Чонгука, надув свои губы. Но Чонгук, который, черт его дери, даже несмотря на то, что Лиса только последние недели отстает от пар, заставляет её сейчас повторить основы за весь год.

Теперь Лиса понимает, почему его коллеги и вообще, почти все жители городка называют его угрюмым и в прямом смысле уважают его с перебором. Он, конечно, милый, романтичный и простой, но только тогда, когда дело касается отношений. А в плане учебы и работы он сущий дьявол!

- Не ной и решай уже уравнение, - деловито проговаривает Чонгук, и тыкает пальцем в книгу, сидя на кровати рядом со своей девушкой, которая всё не перестает жаловаться. А потом усмехается, узрев эти самые надутые щечки, когда она недовольной бывает. Она фыркает тихо, зло-зло на него смотря и прекрасно понимая, что он играется его довольно-садистская ухмылка прекрасно это доказывает а потом, пробурчав недовольства, принимается решать чертово уравнение. Точнее, старается, и даже очень, чтобы в не повторить основы с самого начала, которых Чонгук вбивал в её голову уже в который час. Ей богу, с такими темпами Лиса не просто потянет по своим отстающим парам немного, но и самой первой отличницей в курсе станет, если конечно не в колледже. И нет, Лиса вовсе не недовольна этим, просто она думала, что Чон будет… нежнее что ли. Она же его девушка в конце концов... Чонгук же, в это время за ней наблюдает, потирая подбородок рукой.

Снова усмехается тому, что Лиса вздыхает устало, записывая ответы в тетрадь, и блять, она такой милой сегодня выглядит благодаря этому небрежному пучку на голове, из которой вылезают пряди, сосредоточенному виду, нахмуренным бровям и злостью на его манеру помощи с учебой. Ну что поделать, привык он уже к такой манере.

- Правильно? - поднимает Лиса неожиданно на него глаза, и тыкает в тетрадку, где она решила заданное ей Чонгуком уравнение. Чонгук наклоняется к ней и заглядывает в тетрадь, анализируя результаты, и, на удивление, понимает, что Лиса наконец все правильно делает. Всё-таки, есть толк от его манеры помощи.

- Поздравляю, тебе не придется на этот раз заново повторять основы, - улыбается Чонгук иронично, таким образом говоря, что она наконец все правильно сделала, а Лиса же губы надувает обидчиво и толкает его слабо. Мог бы и понежнее похвалить её труд и сказать, что все правильно.

- Из тебя вышел бы отличный строгий преподаватель, которого все уважают и так же ненавидят, - проговаривает Лиса обидчиво, и, поднявшись, затекшую шею разминает от неудобной позы полулёжа в течении часов. Чонгук шире ухмыляется от её «комплимента», и приблизившись к ней, помогает ей расслабиться, руки на её оголенные из-за топа плечи кладет, отчего Лиса вздрагивает, совсем такое не ожидая. И медленно начинает ласкать, делая ей массаж в области плеч, шеи и спины. - Ты сегодня попробовал себя в разных сферах, - наконец улыбается Лиса, которой само собой приятно от такой неожиданной нежности со стороны своего парня, который не только из бизнесмена в строго репетитора переобулся, да еще и в нежного массажиста. Сочетание угрюмости и нежности, что, казалось бы, вовсе не он только что заставил её так устать, задав уйма заданий и вынудив все снова и снова с самого начала повторять при малейшей оплошности. Хотя на что еще Лиса надеялась, приняв помощь Чон Чонгука? Но тем не менее, бонус этого учебного ада весьма приятный.

- Ты устала - шепчет Чонгук ей на ухо, и одной рукой убирает её небрежные пряди за ухо. За её спиной сидит, все еще продолжая поглаживать её плечи, ниже опускаясь по спине, это уже не на массаж смахивает, а на прямые интимные ласки, что по коже Лисы аж мурашки бегут. - Может, возьмём перерыв? - предлагает он тихо, опаливая её щеку дыханием, и медленно кладет одну руку ей на грудь, вынудив её затаить дыхание. Лиса кусает губы, не ожидая такого поворота событий, но тем не менее, такой Чонгук гораздо ей по душе чем строгий репетитор, который только что сидел с ней.

Особенно ей по душе эти его нежные и горячие ласки на груди через ткань топа, которая, несмотря на тонкость, все равно мешает Чонгуку видимо, ибо он медленно задирает его, проникая внутрь и лаская её грудь уже спокойно. Чувствуя наслаждение от того, как Лиса дрожит под его руками и дышит часто, покусывая свои губы.

- Ты… запер дверь? - спрашивает Лиса, заливаясь краской и опасаясь того, что их могут застукать и помешать, на что Чонгук совсем даже внимания не обращает, ибо в доме никого нет, а прислуга вряд ли помешает им и зайдет, пока они вместе. Но внимание обратить все же да стоило бы, потому что Йеджи, как оказалось, вернулась уже домой, и именно благодаря её привычке кричать имя брата еще в коридоре, до того, как зайти в его комнату, Чонгук успевает убрать руку с груди Лисы, а Лиса поправить свой топ.

- Брат, ты где? - слишком уже бурно и воодушевленно спрашивает Йеджи, нагло заходя в его комнату, и из-за своего приподнятого с перебором настроение позабыв даже постучаться, в отличие от Чонгука, который материт все на свете мысленно, и Лиса, которая краснеет гуще помидора и неловко ерзает. - О, Лиса, ты тоже здесь? - замечает Йеджи свою подругу, но увы, не замечает, что она прервала очень интересный момент, как и недовольный взгляд Чонгука вперемешку со смущенным взглядом Лисы.

- Кхм… да. Чонгук вызвался помочь мне по учебе, - неловко тянет Лиса, стараясь казаться невозмутимой и как можно незаметнее поправить свой топ, который, как назло, все не ложится нормально, так и крича, что Чонгук ей не только по учебе помогал. Но до Йеджи все еще не доходит, а наоборот, она, как великий слепой, в комнату проходит и возмущенно губы надувает.

- Ты не помогал даже мне по урокам! - дуется Йеджи игриво, на что Чонгук закатывает глаза, понимая, что до его сестры так и не дойдет вся суть ситуации, и что она еще не скоро планирует покинуть комнату. Даже ему немного неловко, особенно стараться прикрыть свой стояк. Ей богу, в этой комнате как будто проклятие какое-то лежит, ибо в который раз их с Лисой прерывают именно в такой момент. - Ладно, я шучу. На самом деле, я хотела поговорить с тобой, но наверное, будет лучше сделать это позже, - тянет Йеджи, у которой настоящая цель визита в комнату брата, это Хёнджин. Точнее, их решительность того самого знакомства с семьями друг друга, о котором просил Чонгук уже долгое время.

Но реально будет лучше, если они обсудят это позже, вечером например, потому что у Лисы и Чонгука, кажется, дела есть, судя по разбросанным книгам и тетрадям на кровати. Да и тема важная, а не та, которую можно обсудить вот так, стоя на пороге.

- Однозначно так будет лучше, - поддерживает Чонгук её, и головой кивает, на что Йеджи улыбается широко, проговорив, что зайдет позже, и к выходу направляется все еще находясь на седьмом небе от какого-то счастья. И сама не хочет серьезных разговоров именно сейчас, либо ей нужно в себя придти, в комнате обдумать случившееся между ней и Хёнджином, обдумать, как же их отношения всё-таки все выше и выше по ступням поднимаются, прям как в её мечтах, которые до этого казались ей слишком недоступными и сказочными.

И как только она выходит, Чонгук наконец с кровати встает и к двери направляется, чтобы запереть, и чтобы, черт возьми, им снова не помешали. Он реально устал быть остановленным на полпути к тому, чтобы трахнуть Лису в своей комнате.

- Так на чем мы остановились? - спрашивает он, уже возвращаясь к ней, пока она смеется от недавней неловкой ситуации и на книгу кивает.

- На пятом уравнении, - издевается, и свою ручку берет, намереваясь заняться учебой, отчего Чонгук брови хмурит и цокает тихо.

- Реально? - спрашивает Чонгук иронично, не понимая, с чего вдруг Лису на книги потянуло, ведь они только что кое-чем поинтереснее намеревались заняться, пока Йеджи им не помешала - А как же «перерыв»?

- Ну, мы достаточно отдохнули, - пожимает плечами Лиса, на самом деле, реально не хотя продолжить перерыв, либо не хочется попадать в неловкие ситуации, если Йеджи вдруг снова постучится в дверь, да и пришла она заниматься к Чонгуку учебой, а не чем-то еще. А Чонгук уже на это недовольно чертыхается, но не настаивает, и поэтому плюхается рядом с ней. Решает протрезветь свои мысли, раз уж эти мысли останутся только мыслями, и к книге наклоняется, читая то самое пятое уравнение.

- Довольно простое, думаю, ты решишь его за короткое время, - делает предположение Чонгук, и самому себе кивает, снова посмотрев на Лису. Задумывается, теперь уже не про облом секса, и даже не про книги. Его просто совсем левые, неожиданные мысли посещают, и поэтому Чонгук заинтересованно в её глаза заглядывает, отчего она непонимающе вскидывает брови. - А какие у тебя планы и желания на будущее? - это пришло в его голову совсем неожиданно, просто он подумал, что раз Лиса так старается в учебе, то определенно имеет цели, и подумал, что за такое долгое время их отношений они успели обо всем поговорить, но только не о планах на жизнь друг друга.

Чонгук, конечно, реалист, и старается особо не верить в планы на будущее и строить их, но все равно интересно, что его малышка хочет от жизни. Он, черт возьми, знает о ней все, начиная от её самого нелюбимого напитка в кафе, и заканчивая её самой любимой плюшевой игрушкой в доме, но до сих пор не знает, кем она хочет быть. Просто они особо не говорили на эту тему по неизвестным причинам. А Лиса же хлопает ресницами, ожидая всего, но уж точно не этого вопроса.

- Ну… - теряется, не зная, что ответить, и задумывается о том, что какие же у неё на самом деле планы и желания. - В ближайшие годы отучиться в колледже, - начинает она с простого и банального, и взгляд отводит, еще глубже задумываясь. - Ну на самом деле, мои планы типичные: завести какую-нибудь собаку, устроиться на работу, желательно связанную с дизайном, окончательно построив свою жизнь, а потом и приняться за создание… - на этом слове заикается, и нерешительно смотрит на Чонгука обратно. - Семьи и брака.

Она свой язык буквально кусает, потому из её уст чуть не вырвалось «нашей семьи и брака». Она не хочет казаться в его глазах наивной дурочкой, да и вообще, они раньше никогда так далеко, аж до брака и общей семьи не заходили в разговорах про свои отношения. А вдруг у Чонгука другие взгляды на мир? И тут Лиса лезет со своим браком и укреплением союза, повстречавшись меньше года с ним. Это, реально, звучало бы глупо и жалко с её стороны, что ей аж даже не по себе становится.

Ей воздуха почему-то в легких всегда не хватает, когда она думает о возможном будущем без Чонгука, и о том, что их когда-нибудь могут достать эти отношения. Так что Лиса предпочитает особо не думать о будущем и строить догадки. Они у неё не всегда радужные.

- А у тебя… какие планы и желания? - всё же спрашивает Лиса, пытаясь понять его взгляды тоже. Они, наверное, слишком сильно отличаются от ее. У неё типичные розовые сопли касательно брака и питомцев, а у него стопудово какие-то мировые проекты. Лиса это не задевает, нет, наоборот, она прекрасно понимает разность их взглядов на мир и воспитания, и именно поэтому только что не добавила то грёбаное «нашей».

- Ну, у меня слишком скучные, потому что почти половину твоих планов я уже прошел: отучился, нашел работу, устроил свою отдельную жизнь. Разве что, планы внутри этой самой работы, как например то, о чем я мечтаю именно сейчас, помочь партнеру построить еще один отель в Тайване, - пожимает плечами Чонгук, подтверждая мысли Лиса, отчего она незаметно вздыхает. Первые после тех самых скандалов с семьями друг друга снова задумываясь о том, что как же сильно их миры отличаются. - А, и еще, — вспоминает Чонгук как будто что-то незначительное, и волосы взъерошивает. - Ждать, когда ты отучишься в колледже, заведешь собаку, устроишься на работу, желательно связанную с дизайном, окончательно построив свою жизнь, чтобы сделать тебе предложение, - конечно Чонгук заметил, как Лиса заикалась только что перед тем, как сказать про брак и семью, и как-то подавленно на него посмотрела. Не решилась, испугалась добавить его в свои планы, чтобы наивной дурочкой не выглядеть. Она, реально дурочка, но не из-за того, что чуть не сказала про их брак и семью, а из-за того, что не досказала.

- Что… - глаза широко распахивает Лиса, и удивленно на него смотрит, думая, что ей послышалось, и чувствуя, как сердце бьется часто-часто. Не заканчивает вопрос, и затыкается, поджав свои губы, пока даже кончики пальцев подрагивают от резкого прилива огромного восторга, страха и нервности одновременно, которых она старается держать, чтобы с писком не накинуться на шею Чонгука. Он только что открыто сказал, что планирует построить вместе с ней брак и семью? Да и не просто сказал, а так уверенно и без заикание, будто он вовсе не о будущем говорит, а о настоящем. Догадкам и планам про будущее на сто процентов верить, само собой, не стоит вообще, потому что в жизни может всякое случиться, но именно сейчас Лиса верит. На целые сто. И поэтому она улыбку свою не скрывает и взгляд на тетрадь опускает, дрожащими руками снова взяв ручку. Хочет закрыть эту тему, пока окончательно не умерла от радости, и в прочем, Чонгук поддерживает её в этом, потому что и сам слишком смущен, хоть и не показывает особо, повернув голову в сторону. Он, черт возьми, буквально заранее предложение Лисе сделал

- Кхм, мы слишком долго отвлеклись, решай уже уравнение, - переводит он тему, стараясь казаться как можно невозмутимым, потому что так сильно он никогда не смущался в своей жизни. А Лиса же игриво фыркает и снова поднимает на него взгляд, почему-то не переставая улыбаться, как дурочка.

- Если не помнишь, это ты отвлек нас сначала идеей про «перерыв», а потом разговорами о жизни, репетитор ты херовый.

- Кстати про перерыв, - вспоминает Чонгук недавний самый большой облом не только из-за проклятой сестры, но и из-за самой Лисы, и усмехнувшись, лицо к ней приближает. - Идея все еще в силе, если что, - намекает, опалив её щеки горячим дыханием, отчего Лиса краснеет, но все еще продолжает азартничать.

- А потом еще возмущаешься, когда я говорю, что ты плохо на меня влияешь и мешаешь учиться, - ведь реально, что Лиса сейчас сама учебой заняться хочет, пока Чонгук все к сексу ведет.

- Ну так я компенсирую все потом. Вот, занимаюсь с тобой дополнительно. И займусь все усерднее и усерднее с каждым твоим вниманием, которое ты уделяешь мне вместо учебы, - оправдывается Чонгук, пожав плечами, и ласкает её щеку тыльной стороной ладони.

- То есть, ты хочешь сказать, что если мы сейчас переспим, то ты потом задашь мне еще больше заданий и станешь более жестоким репетитором?- возмущается Лиса, даже не представляя, куда жестче-то. Чон Чонгук реально страшный кошмар всех учеников и студентов, слава богу, что он не в преподавание пошел, а является всего лишь мэром и бизнесменом только вот, его коллег и сотрудников жалко все равно. Чонгук же на её слова усмехается, и подавшись вперед, целует её губы нежно.

- Что поделать, за сладкое всегда нужно платить, - говорит он издевательски, отстранившись от её губ, отчего Лиса тоже снова смеется.

- Так ты только убавляешь желание спать с тобой, - упрекает Лиса, его методы затащить сейчас её в постель, но все же своим словам противоречит, и сама целует теперь, усевшись на его бёдра. «Перерыв» им реально не помешает, тем более после утомительных двух часов занятий и милых разговоров о совместном будущем. А плата… Да похуй. За сладкое в виде Чон Чонгука, Лисе не жалко даже душой платить. Тем более, если платить надо самому же Чонгуку.

10 звёздочек - прода