1.
Приятного прочтения
Тьма. Она давила со всех сторон, сжимая Билли в узком коридоре, усеянном множеством дверей. Длинные, бесконечные коридоры множились, словно в кошмарном лабиринте, и за каждой дверью, казалось, таилась неизвестность. Билли, с замирающим сердцем, подходила к каждой из них, тщетно пытаясь открыть. Ручки скользили в её ладонях, двери оставались глухи к её усилиям. Отчаяние нарастало с каждой неудачей.
Наконец, в самом конце коридора, она увидела её - последнюю дверь. Дрожащей рукой Билли потянула за ручку. И на этот раз, словно повинуясь некоему зловещему пророчеству, дверь бесшумно отворилась.
За дверью мерцал тусклый свет, освещающий большой стол и кресло, в котором, словно на троне, восседала девушка. Рыжие, словно языки пламени, волосы обрамляли бледное лицо, а в зелёных глазах полыхал недобрый огонь. Билли замерла на пороге, словно парализованная. Сердце колотилось в груди, как птица в клетке.
Девушка медленно поднялась из-за стола. На её губах играла ухмылка, но в ней не было ни тени игривости. Это была насмешка, полная злобы, злорадства и жестокости. Она двигалась плавно, как хищница, выслеживающая свою жертву.
Рыжая подошла к Билли, одним резким движением схватив её за подбородок. Её ледяные пальцы больно сжали кожу. Она заглянула Билли прямо в глаза, словно пытаясь вытянуть из них всю душу.
– Ты снова одна, – прошептала девушка одними губами. Слова, словно отравленные стрелы, вонзались в самое сердце. – Одна. Тебя бросили... опять.
Шёпот рыжей девушки эхом отозвался в голове Билли, превращаясь в навязчивый гул, который нарастал, заполняя все её сознание. Слова бесконечно повторялись, словно высеченные в самых недрах мозга. Билли зажмурилась, зажала уши руками, отчаянно пытаясь избавиться от этого мучительного звука.
И вдруг... тишина. Полная, оглушительная тишина. Словно мир вокруг внезапно отключился. Она открыла глаза, опустила руки. Она стояла в полностью белом помещении, где не было видно ни стен, ни потолка. Только бескрайняя белизна. И тут тишину разорвал оглушительный звук, пронзительный и резкий, как удар молнии.
Билли очнулась, резко села на кровати, задыхаясь и обливаясь холодным потом. Она судорожно провела рукой по лицу, пытаясь стряхнуть остатки кошмара. Растрепанные волосы липли ко лбу. Она выключила будильник, который, словно назло, продолжал истошно звенеть, терзая её и без того расшатанные нервы. Обессиленно опустившись на подушки, она закрыла глаза, надеясь, что кошмар отступил.
Но тут с первого этажа донесся крик – это была Мэгги, ее мама.
– Дорогая? Ты уже встала? У тебя осталось двадцать минут!
Билли поморщилась. Она посмотрела на наручные часы. Действительно, до начала первой пары оставалось всего двадцать минут.
– Черт! – пробормотала она, вскакивая с кровати. Она схватила первую попавшуюся одежду со стула, закинула рюкзак на плечо и пулей вылетела из комнаты.
Мэгги, читавшая книгу за кухонным столом, подняла голову.
– Доброе утро, милая. Кушать будешь? – спросила она, глядя на дочь, которая сонно бродила по кухне, словно призрак.
– А? Что? Нет, нет, мам, я уже опаздываю, я побежала, – выпалила Билли, подбегая к матери. Она отпила глоток кофе из её кружки и чмокнула женщину в щеку. – Пока, мамуль!
Мэгги не успела и слова сказать, как Билли уже выскочила за дверь. Мать лишь с улыбкой покачала головой и вернулась к чтению.
* * *
Билли влетела в аудиторию почти со звонком, едва не столкнувшись с преподавателем, который одарил её недовольным взглядом. Девушка быстро заняла место на своем ряду и, бросив рюкзак, села за парту к подруге.
– О, привет, – запыхавшись, проговорила Билли.
– Дорогая, ну ты как всегда пунктуальна, – с улыбкой ответила Чарли Эйтчинсон. Высокая девушка со смуглой кожей, длинными тёмными кучерявыми волосами и карими глазами. Она была чирлидершей университетской команды по баскетболу, в которой играла Билли. Они познакомились на первом курсе, на тренировке, и вскоре стали близкими подругами.
– Ага, пунктуальность – моё второе имя, – отозвалась Билли, доставая тетрадь из рюкзака. Она положила голову на парту и зевнула, практически сразу погружаясь в сон.
– Эй, ты что, спать собралась? – Чарли легонько коснулась плеча подруги. Билли что-то невнятно пробормотала во сне и окончательно уснула под монотонный бубнёж преподавателя.
– Итак, на следующий вопрос у нас ответит... – Преподаватель поправил очки, которые постоянно сползали с переносицы, и взял журнал. Карандаш скользнул по списку имён. – На следующий вопрос я хочу, чтобы ответила мисс Айлиш. Да, Билли. – В ответ на его слова в аудитории повисла тишина. По рядам пробежался шёпот, и некоторые студенты стали оглядываться на Билли. Чарли толкнула подругу локтем. – Эй, Би? Би, проснись.
Билли поморщила нос и недовольно фыркнула:
– Что?
– Билли, проснись, Би! – Чарли потрясла её за плечо.
– Да что тебе надо?! – Билли резко выпрямилась и воскликнула громче, чем рассчитывала.
– Мисс Айлиш, у вас всё в порядке? – Преподаватель снял очки и положил их на кафедру.
– Извините, мистер Фридман... – Билли опустила взгляд и почесала затылок.
– Ладно, мы поговорим об этом потом. Отвечайте на вопрос, мисс Айлиш.
Билли в замешательстве посмотрела на Чарли: она совершенно не понимала, о чём идёт речь. Эйтчинсон указала на вопрос в раздаточном материале. Голубые глаза Билли пробежались по строчкам, но слова и буквы расплывались, и она не могла собрать информацию в единое целое.
– Мисс Айлиш, если вы не можете ответить на такой элементарный вопрос, вам, возможно, стоит задуматься, зачем вы вообще посещаете мои занятия.
– Нет, нет, сейчас... – Билли с надеждой посмотрела на Чарли. Та вздохнула, наклонилась к ней и прошептала ответ на ухо. Билли стала повторять слова подруги.
– Ну ладно, в целом всё верно. Повезло вам, Айлиш, – проговорил преподаватель и вернулся к объяснению темы. Билли с улыбкой повернулась к Чарли и тихо сказала:
– Боже мой, ты лучшая... Проси что хочешь... Кстати, какая у нас сейчас пара?
– Литература, Би, – с сочувствием ответила Чарли, глядя на синяки под глазами подруги. – Ты плохо спала ночью? Опять кошмары?
Билли опустила взгляд на пол, делая вид, что рассматривает шнурки на кроссовках.
– Дорогая, послушай... Прошло больше года, может, стоит уже отпустить? – Билли отрицательно помотала головой, почувствовав руку подруги на плече, и сжала кулаки.
– Не могу... – тихо отозвалась Билли, не поднимая головы.
Чарли тяжело вздохнула и взяла руку Билли в свою, поглаживая большим пальцем тыльную сторону её ладони. Эйтчинсон знала, насколько Билли влюбчива, насколько сильно привязывалась к своим партнерам, и как тяжело ей было после расставания.
Чарли обняла подругу за плечи, прошептав на ухо:
– Всё, пара закончилась. Пойдём в столовую на бранч, я умираю с голоду.
Билли кивнула в ответ, обнимая себя руками. И действительно, тут же прозвенел звонок, и студенты заторопились на выход. Билли и Чарли вышли из аудитории одними из последних.
– Милая, ты иди, я на минутку, губы подкрашу, – сказала Чарли и скрылась за дверью ближайшей уборной.
Билли снова натянула маску безразличия, стараясь казаться невозмутимой. Сдвинув брови, она достала телефон и пошла по коридору одна. Девушка увлечённо читала новости из мира баскетбола – пожалуй, единственное, что её по-настоящему интересовало в жизни, не считая музыки.
Поглощённая статьёй о том, как "Los Angeles Lakers" в очередной раз обыграли команду из Сан-Франциско, Билли совершенно не смотрела по сторонам, целиком уйдя в свои мысли. И вдруг почувствовала резкий толчок. Зажмурившись, она отшатнулась, уронив телефон. В виске вспыхнула острая боль. Открыв глаза, Билли увидела под ногами россыпь учебников и бумаг, а перед собой – девушку с белокурыми кудряшками, которая стояла, подняв руки в защитном жесте.
– Ох, прости! – Билли первой пришла в себя. – Ты в порядке?
– Да, извини, я тоже тебя не заметила, – незнакомка отряхнула рубашку и присела, чтобы собрать книги.
– Давай помогу, – Билли тут же опустилась на корточки рядом с блондинкой и принялась подбирать листы бумаги. Когда почти всё было собрано, обе девушки одновременно потянулись к последнему учебнику и встретились взглядами. На мгновение застыв, они поднялись на ноги, всё ещё крепко держась за кожаный переплёт.
– Э... – Билли хотела что-то сказать, но при виде этих светло-голубых глаз все мысли словно испарились, оставив в голове лишь пустоту.
Блондинка кашлянула и едва заметно кивнула на учебник, который Билли всё ещё крепко сжимала в руках. Незнакомка потянула книгу на себя, и Билли наконец выпустила её.
Необычная девушка ушла, а Билли так и осталась стоять посреди коридора, провожая её взглядом. Студенты проходили мимо, с любопытством оглядываясь на девушку, застывшую словно статуя. Издалека донёсся возмущённый голос Чарли:
– Твою мать, где тебя носит? Я уже весь университет обегала, а ты тут прохлаждаешься! Эй? – Чарли щёлкнула пальцами перед лицом подруги, приводя её в чувство.
– Что?
– Я спрашиваю, что ты тут делаешь? Стоишь как вкопанная! И что это у тебя на виске?
– На виске? – Билли коснулась головы и, взглянув на пальцы, увидела кровь.
– Где ты успела разбить голову? – Чарли обеспокоенно взглянула на Билли.
– Да ерунда, забей. Слушай, а... тут учится такая девушка... светленькая, с голубыми глазами?
– Билли, ты шутишь? Да у нас пол университета таких! Даже у тебя глаза голубые, – Чарли указала на лицо подруги.
– Ну, у неё такие кудряшки... и волосы в пучок собраны... а ещё рубашка голубая в полоску.
Чарли нахмурилась, потирая переносицу:
– Ты о Лии?
– Лии? Что за Лия?
Чарли хлопнула себя ладонью по лбу:
– Билли, ты серьёзно? Лия Беннет. Она с нами на одном курсе! Ты вообще где летаешь?
– С нами? – Билли вытаращила глаза и удивлённо раскрыла рот, глядя на подругу.
– Билли, может, хоть иногда будешь вылезать из своего внутреннего мира? Она с нами с начала года учится, перевелась откуда-то, кажется, из Флориды. Ладно, пошли уже, я умираю с голоду. – И Чарли пошла по коридору в сторону столовой.