Глава 7.
Утро. Я открываю глаза, смотрю на часы, затем на календарь, где сегодняшнее число густо обведено красным маркером, и мгновенно понимаю, что, наконец, настало Рождество, поэтому буквально подскакиваю с кровати и сама раздвигаю шторы, хотя обычно это делает Розэ. Я бодра и полна сил. Никому и ничему не позволю испортить этот день!
Дом уже полностью готов к празднику: каждый этаж, каждая комната украшены различными гирляндами, лентами, игрушками, мишурой и прочим, кроме, конечно, спальни и кабинета Чонгука, поскольку они всегда заперты. Даже во дворе все дышит праздником и радостью.
Только зимний сад остался почти не тронут, потому что мне совсем не хотелось нарушать его гармонию. Единственное, что напоминает здесь о Рождестве, — это несколько горшков с остролистом, ярко алые цветы которого напоминают звезды.
Я стою на опертой на стену лестнице в главном холе, которую на всякий случай придерживает Дворецкий, заканчиваю с последними деталями. Уже полдень, Чонгук задерживается, а ведь говорил, что вернется утром. Надеюсь, у него ничего не случилось. Я безумно волнуюсь, когда пытаюсь представить его реакцию на мою инициативу, ведь он никогда не украшал дом, и совершенно не могу понять почему.
Могу предположить, что ему некогда, поскольку он всегда работает. Но в такой ситуации он мог бы просто отдать распоряжение дворецкому и тот бы все сделал за него, но нет же. Хммм... Я могу сколько угодно ломать над этим голову, но правду вряд ли узнаю.
Вот я уже почти закончила, как вдруг распахиваются входные двери и входит не только Чонгук, но и его отец. Неожиданно. Они поднимают головы и замечают меня на лестнице. Чонгук явно недоволен, кажется, вот-вот начнет меня отчитывать, но первым с улыбкой заговорил господин Чон.
— Кудесница ты моя, спускайся, — он обратился ко мне так, что у меня чуть челюсть не упала. — Я, конечно, еще во дворе понял, что дом превратился в эпицентр вселенского позитива, но внутри все выглядит еще грандиознее. Правда, Чонгук?
Мой муж заметил явный восторг своего отца, поэтому, судя по всему, ругать меня передумал, чтобы не расстраивать и не злить его. На вопрос он молча кивнул и быстро ушел к себе.
Я спустилась со стремянки и подошла к свекру.
— Добро пожаловать, — поприветствовала я его с улыбкой. — Не знала, что вы прибудете вместе с Чонгуком.
— Привет, Лиса. Так получилось, что мы случайно встретились в Гонконге, поэтому решили вернуться вместе, — он осмотрелся вокруг и добродушно улыбнулся. — Наконец в этом доме чувствуется праздник, не то, что раньше.
— А почему Чонгук никогда не украшал его?
— Мой сын слишком серьезен, считает, что глупо тратить время на подобное. Но я рад, что ты взялась за это. Спасибо, что заботишься о нем.
Я немного покраснела.
— Не стоит благодарности. В конце концов, я его жена, я чувствую, что должна делать все это.
— Моему сыну несказанно повезло с тобой.
— Спасибо.
Пока мы мило беседовали, дворецкий и еще пара служанок заносили багаж. Краем глаза я заметила, что сумок больше, чем обычно. Видимо, здесь еще и вещи господина Чона. Может, он переночует у нас?
Судя по всему, этот вопрос отразился на моем лице.
— Да, я сегодня останусь на ночь, но... — он посмотрел на наручные часы, — у меня еще остались кое-какие дела. Во сколько ты планируешь начинать праздничный ужин?
— В восемь, — прикинула я в уме.
— Отлично, я все успею. Вернусь примерно к семи. До вечера, Лиса.
— До вечера.
Я проводила его, закрыла двери и пошла на кухню. Я бы хотела помочь поварам в приготовлении ужина, но мне нужно будет еще самой принарядиться, сделать легкую прическу, поэтому, к сожалению, не получится. Однако это не значит, что я совсем ничего не могу сделать. Например, я могу сейчас заняться десертом, а именно винным желе, которое так понравилось Чонгуку. Ему как раз нужно несколько часов, чтобы застыть.
Потратив на него даже меньше времени, чем планировалось, я заварила чай и пошла в зимний сад. Хотя на дворе Рождество, но это не меняет того, что сегодня еще и воскресенье. Думаю, Чонгук вряд ли придет, поэтому, зайдя сначала в библиотеку и взяв книгу, удобно устроилась на своем обычном месте. У меня есть два свободных часа. Но только я открыла роман, как вдруг передо мной появился мой муж. В недоумении посмотрела на него.
— Что? — спросил он, но не стал дожидаться от меня ответа. — Сегодня же воскресенье.
— Просто не ожидала, что ты придешь.
— Ты же знаешь, я чту традиции. Даже придуманные тобой, — он ехидно улыбнулся одним краешком губ.
— Спасибо, — сразу отложив книгу, я налила чай и ему. Хоть я и не рассчитывала, что он придет, но все же надеялась, поэтому чайных чашек на подносе, как и всегда, две.
— Как прошла твоя поездка? Уладил все дела в нашем филиале?
Чонгук подозрительно на меня посмотрел.
— Как ты узнала, что там возникли трудности?
— Просто филиал в Гонконге самый стабильный и беспроблемный. Если ты все же туда полетел, значит, там произошло что-то важное, требующее твоего личного присутствия.
Он изогнул одну бровь.
— Хвалю за безупречную логику.
— Благодарю, это было не трудно, — мое лицо озарила слегка гордая улыбка. — Так что, все в порядке?
— Теперь в полном.
Чонгук никогда не обсуждает со мной дела, но сегодня капельку рассказал. Думаю, благодаря этим воскресным беседам мы стали немного ближе друг к другу.
Полтора часа в зимнем саду, как всегда, пролетели незаметно. У меня остается еще столько же времени, чтобы подготовиться к праздничному ужину.
К восьми часам я, полностью готовая, спустилась в столовую, чтобы проверить, все ли сделано как я просила. Убедившись, что все почти идеально, я помогла зажечь свечи на невысоких канделябрах, стоящих на столе, которые сама недавно купила для создания полного уюта и торжественной атмосферы. Теперь не хватает только гостей.
Спросив у служанок, где мужчины, я прошла в комнату для дегустаций. Войдя, наблюдала картину, как двое шикарно одетых взрослых мужчин и один молодой человек пробуют разные напитки, тщательно выбирая подходящий для сегодняшнего вечера.
— Господа, ужин подан.
Они резко обернулись в мою сторону.
— Девочка моя, ты как всегда великолепна, — первым делает комплимент мой отец.
Я надела приталенное алое платье в пол из первоклассного шелка с вырезом спереди в виде лодочки, открывающим только ключицы, но сзади полностью оголяющим почти всю спину. Волосы подкручены и собраны в аккуратную прическу, которую дополняет большая красная заколка в виде пера жар-птицы с черным обрамлением. Обула я черные туфли на шпильке.
— Лиса, ты неотразима, — еще один комплимент, но теперь уже от свекра.
— Благодарю, — сдержанную улыбку богатой леди, которую я обычно умело могу держать, сейчас нарушает легкий румянец, поскольку я смущена под пристальным взглядом Чонгука, осматривающим меня с головы до пят.
Чонгук держал в руках две бутылки с шампанским, видимо, не мог определиться с выбором.
— Лучше обе, — сказал он, скорее всего, сам себе, не отводя от меня глаз.
— Прошу, пройдемте в столовую, — пригласила я и сразу же развернулась по направлению к выходу, специально поворачиваясь к Чонгуку спиной, чтобы вовсе его добить.
Я никогда не пыталась его соблазнить, поскольку нахожу данный способ жутко банальным и примитивным, но мне все же хочется, чтобы он смотрел только на меня, чтобы его привлекала только я, и не одним своим телом, но и умом, здравым смыслом и внутренним миром.
Не смотря на то, что ужин со стороны показался бы королевским, причем не только блюдами, но и нашим внешним видом, все же он домашний и достаточно душевный. Наши с Чонгуком отцы часто шутили, рассказывали смущающие порой истории из детства и, если честно, вели себя так, будто с ними сейчас самая обычная молодая семья, где супруги любят друг друга, поэтому некоторые их комментарии ставили меня в неловкое положение. Они забыли, что никакой любви нет.
После пары часов за столом, мы все обменялись подарками. Затем мужчины решили сыграть в бильярд. Я знаю, что в такие моменты женщины обычно не присутствуют при этом, поэтому я за ними не пошла.
— Лиса, ты чего? — обратился ко мне господин Чон, заметив, что они уже отошли на несколько метров, а я все еще на месте.
Я смущенно молчала. Не знаю, как сказать, что я понимаю эту чисто мужскую традицию и не хочу мешать им.
— Догадываюсь, о чем ты думаешь, — обратился ко мне Чонгук. — Но сегодня Рождество. Не оставаться же тебе одной. Идем с нами.
Он протягивает мне руку. Я подхожу, вкладываю свою ладонь в его и одаряю мужа благодарной улыбкой.
Это мужское времяпрепровождение, однако я тоже умею играть в бильярд, поэтому когда я беру кий, на меня смотрят две пары удивленных глаз, а именно мужа и господина Чона: отец лучше многих осведомлен о моих способностях. Именно он учил меня и сейчас явно гордится этим.
Еще два часа пролетели незаметно. Каждый раз, когда я наклонялась к столу для удара, замечала, что Чонгук буквально пожирает меня глазами. Признаться честно, я невероятно удивилась, когда после всего он преспокойно сказал мне «Спокойной ночи». Не понимаю его.
Молодой парень двадцати пяти лет... Что с ним не так? Или, может, со мной что-то не так? Сколько бы я над этим не думала, все равно не могу понять.
Я проснулась посреди ночи из-за странного сна. Чувствуя, что в горле пересохло, я надела халат и поплелась на кухню. Везде горят тусклые бра, как-то даже немного страшновато. Я ускорила шаг. Утолив жажду, я вдруг услышала странный шорох в кладовой, будто там что-то упало.
Представив, как обычно в ужастиках главный герой идет к месту, откуда доносятся звуки, и тут на него нападает какая-то нечисть, я решила не искушать судьбу, поэтому быстро вернулась в спальню. И что это было?.. Не хочу даже думать.
О ночном инциденте я благополучно забыла, поэтому вплоть до Нового года настроение по-прежнему было отличное.
И вот наступил последний день этого года. Утром меня разбудил не будильник, не Розэ или еще какая-нибудь горничная, а жуткий кошмар. Я привстала на подушках, чувствуя на лбу холодный пот и легкую дрожь в руках, но потом снова упала на кровать.
Позже я не могла вспомнить, в чем заключался сон, но в душе осталось какое-то нехорошее предчувствие. От странных мыслей меня отвлекла вошедшая в комнату Розэ, за что я была ей безмерно благодарна.
Сегодня в главном офисе Чонгука грандиозный новогодний корпоратив, поэтому прочь все печали и тревоги! Это будет отличный день и еще более отличный вечер.
По такому случаю я заранее записалась в салон красоты. На меня будут смотреть десятки, если не сотни глаз, поэтому наряжаться самой недостаточно.
Чонгук заехал в салон, чтобы забрать меня. На этом мероприятии мы должны появиться вместе, как муж и жена. Он вышел из лимузина, открыл для меня дверцу, как всегда, галантно подал руку, попутно осматривая меня, но верх платья еще скрывает теплое меховое манто.
— Прошу, моя королева, — он по-своему делает мне комплимент, хотя еще не видел всего.
— Благодарю, мой король, — отвечаю ему, и мы отправляемся на большую вечеринку, где соберутся сильные мира сего.
Как только мы вошли, у нас взяли верхнюю одежду и я увидела наряд Чонгука. Он был одет в шикарный смокинг, а я — в приталенное черное платье, немного расходящееся к полу, которое, хотя и не в пайетках (не дай Бог!), но все же при свете люстр мерцает так, словно усыпано звездами. Оно без бретелек, но плотно держится на груди. Волосы снова подкручены и собраны, с дополнением в виде небольшой диадемы, похожей на тонкую веточку с черными бриллиантами.
Я взяла Чонгука под руку, как и подобает, и мы гордо вошли в главный зал, где уже началось торжество, которое продлится до утра.
Банкетный зал огромен и, разумеется, украшен так, что тут спокойно можно было бы принять императорскую семью. Собственно, сегодня вместо них будем мы с Чонгуком.
Столы с закусками и напитками, небольшой оркестр, множество людей — на таких приемах мне доводилось бывать уже не раз. По правде сказать, мне на них не нравится, все довольно скучно, но положение обязывает. Впрочем, сегодня явно лучше, чем обычно, поскольку я теперь с Чонгуком. Как идеальная семейная чета и хозяева этого вечера, мы принимали поздравления, пожелания, муж несколько раз отходил от меня для короткого разговора с кем-то, но в основном был рядом. Также мы поприветствовали здесь наших друзей: Чимина с Сохи, Джису с Тэхеном, Дженни с ее спутником Каем, с которым я сегодня встретилась впервые, но по первому впечатлению он мне понравился.
До полуночи оставалось пять минут, и оркестр заиграл медленную музыку. — Вы до сих пор ни разу не танцевали, — обратилась к нам Джису. — Думаю, давно пора.