grey matter [Russian]

Я посещал могилу своей матери всего два раза в год: на её день рождения и годовщину смерти. Даже тогда я не оставался там долго. Положив цветы, я говорил, что скучаю, а потом мы с папой уходили. Конечно, это может выглядеть не так, как нужно, но мне просто сложно находиться на кладбище морально. Визит на её могилу в середине лета — равноправно аномалии.

Мы с Айрис не говорили, пока шли по ровным рядам. Я прочитал имя своей матери на камне и остановился.

Цветы, которые мы с папой оставили в прошлый раз, совсем высохли и потеряли свой цвет. Небольшие сорняки и виноградные лозы опутывали изгородь, превращая её в живую.

Надпись на могиле я читал около двухсот раз и, конечно же, запомнил. Это неудивительно, ведь я помню все детали, даже малейшие и незначительные. Наверное, именно имя на надгробном камне — это та вещь, которую я всем нутром хотел забыть.

Я не должен был привести Айрис с собой.

Это была глупая идея. Что я вообще делаю здесь? Разве настоящая мать может помочь мне с проблемами, созданными будущей мачехой?

— Ты в порядке, Найл?

Голос Айрис казался ненавязчивым шумом в тишине кладбища. Уверен, она всё так же считает, что я несправедлив к Дебби.

Смешанные эмоции вели непонятный бой в моей голове, и я так старался не показывать этого.

Я зол, расстроен и смущён, а Айрис, стоящая рядом, только усугубляет ситуацию. Как ни странно, у меня никогда не было столько чувств сразу, и мне не нравится это. Было бы хорошо, если это прекратится.

— Ты хочешь поговорить с ней?

Айрис пытается как-то помочь мне, я понимаю, но это не срабатывает.

— Нет, — ответил я.

— Может, ты хочешь поехать домой?

— Нет.

— Посмотри на меня.

Я сделал так, как она просила. Её тёмные волосы, перекинутые через одно плечо, развевались от сильного ветра, а потрескавшиеся светло-розовые губы были поджаты. Я никогда не видел такого живого беспокойства в её карих глазах до этого момента.

— Что? — спросил я.

— Скажи мне, что ты хочешь сделать.

Я оглянулся на могилу. К чему был этот вопрос?

— Ничего, — я пожал плечами, прежде чем сесть прямо на землю, согнув ноги в коленях. Скорее всего, Айрис считает, что я веду себя слишком странно, но тем не менее она подсела ко мне.

— Расскажи мне о ней, — попросила девушка после продолжительного молчания.

— Я был маленьким, когда она умерла, — начал я. — Не помню слишком много.

— У тебя Эйдетизм, — она повернулась лицом ко мне. — Ты, конечно, помнишь.

Она права и знает это.

— Ладно, — я вздохнул, скрестив руки на груди. — С ней мы ходили в библиотеку, когда я хотел, потому что она понимала меня. К тому времени, как рак начал развиваться, я знал об этом больше, чем она и папа.

— Твой папа не понимал тебя так же, как и она?

— Нет, ему явно не нравилась моя эйдетическая память. Думаю, он всё ещё хочет нормального сына, который увлекался бы спортом и жил нормальной жизнью, но я просто не могу быть таковым.

— С чего ты взял, что он хочет, чтобы ты был таким?

— Он всегда поощрял дружить меня с Джейком. Знаешь, мне не очень нравилось, когда он говорил идти к нему, потому что он играет в бейсбол на заднем дворе или устраивает вечеринку, на которой я просто обязан быть. Он хочет такого сына, как Джейк.

Айрис ничего не говорила в течение нескольких секунд.

— Найл, ты не можешь судить своего же отца. Он действительно любит тебя, иначе бы не посадил под арест из-за того, что ты выпил, хотя технически ты уже совершеннолетний. Опять же, так несправедлив к нему, — её голос был мягким, подобным лёгкому дуновению ветра. — Понимаешь, то, что он женится на Дебби — не значит, что он собирается тут же забыть тебя или перестать любить. Он просто изо всех сил старается осчастливить всех вокруг, включая самого себя.

— Это не имеет значения. В конце августа я уезжаю и даже не увижу их ребёнка. Мне всё равно.

— Тебя правда не заботит, что будет здесь после твоего уезда? — она приподняла одну бровь.

— Не совсем, — я закусил нижнюю губу, смотря вниз. — Я хотел уехать в колледж с тех пор, как мне исполнилось двенадцать. Какой смысл изменять своей мечте и оставаться тут?

Посмотрев на надгробный камень своей матери, я понял, что если бы не было её смерти — ничего не изменилось. У меня была бы полноценная семья, никаких проблем.

— Пойдём, — сказал я, вставая с земли. Айрис, всё ещё сидя, посмотрела на меня.

— Ты уверен? — тихо уточнила она.

— Да, я не знаю, почему попросил тебя приехать сюда. Извини.

— Всё нормально, — она протянула руку, и я смущённо взглянул на неё. — Поможешь мне? — объяснила девушка, улыбнувшись лишь уголками губ.

Я сделал глубокий вдох, прежде чем помочь ей встать. Девушка поднялась на ноги, ладонью отряхнув свою юбку, но не отпуская моей руки.

Я старался обуздать свою гермофобию, закрыв её в самом конце разума, но получилось плохо. Айрис смотрела мне в глаза, кончиками пальцев касаясь моей щеки.

— Всё будет хорошо, — произнесла она. Я бы хотел верить в это, правда, но жалость мне абсолютно ни к чему. Несмотря на это, я ничего не ответил, так как непосредственная близость Айрис лишь напрягала меня. Я старался хотя бы кивнуть, но панические импульсы от её прикосновений ударяли в голову раз за разом.

Она улыбнулась мне, опустив взгляд вниз, прежде чем мы начали выходить за ворота кладбища.

Я смотрел в окно всё время, которое мы ехали в машине, наслаждаясь ветром.

— Айрис, — позвал я.

— Да?

— Помнишь, как ты говорила мне, что я должен мыслить менее буквально и более образно?

— Да.

— Я думаю, что ты права. В некоторых ситуациях действительно нужно смотреть на вещи в переносном смысле.

— Я рада, что ты, наконец, понял, — она поощрительно кивнула с улыбкой. Девушка хотела что-то сказать, но её телефон зазвонил, и я увидел имя Джейка на экране.

Айрис шумно вздохнула, кратко взглянув на меня, прежде чем всё-таки принять звонок.

— Привет, — начала она. — Нет, я знаю, извини. Давай просто увидимся завтра, ладно? Я же извинилась. Я всё поняла, ещё раз извини, — она повесила трубку, откинув телефон на заднее сидение. — Мы с Джейком собирались на вечеринку сегодня, и он злиться, что я всё ещё не приехала к нему.

Я ничего не сказал, а просто кивнул, глядя на неё.

— Может быть, отвезёшь меня к Луи? Я хочу поговорить с ним.

— Конечно, Найл, — мне показалось, что она устала от всего этого.

Айрис довезла меня до многоквартирного дома, где жили Луи и Гарри, и попрощалась со мной, прежде чем уехать. Я смотрел, как отдаляется её машина, после чего пошёл к зданию.

Постучав в дверь, я не ожидал увидеть Зейна, но тем не менее передо мной предстал именно он. Он выглядел как-то озабоченно, и вскоре я услышал крик из глубины квартиры.

— Привет, Найл, — произнёс он, закрывая за нами дверь. — Не лучшее время для визита.

— Что происходит? — спросил я, нахмурившись.

— Гарри и Луи поссорились, и это становится довольно серьёзным спором. Лиам пытается играть миротворца, но это сложно, там летает буквально всё. Знаешь, Луи разбил даже любимый стакан Гарри, — тёмные глаза парня казались обезумевшими.

— Из-за чего они повздорили?

— Это старая тема, мы все думали, что они разобрались с этим, но нет, — Зейн устало выдохнул, глядя на меня. — В любом случае, что ты делаешь здесь? У тебя всё в порядке?

— Я просто хотел поговорить с Луи и с тобой, — пробормотал я. — Но, думаю, это подождёт.

Меня прервал громкий звук разбитой вещи, отчего я вздрогнул, а Зейн нахмурился ещё сильнее.

— Заходи, Найл, — громко сказал он, заходя в гостиную, перед тем как повернуться ко мне. — Может, они перестанут ссориться, если ты здесь.

Я смущённо последовал за ним, и когда мы достигли кухни, я чуть ли не поперхнулся воздухом от потрясения.

Осколки стекла были фактически повсюду. Луи стоял с одной стороны стола, сжимая кулаки. Он выглядел так, будто ярость завладела не только его телом, но и разумом. С другой стороны стоял Гарри, но он выглядел скорее подавленным. Его глаза были жутко красными, и он часто дышал, нервно сжимая край своей рубашки. Лиам стоял между ними, не давая им разорвать друг друга на части, честное слово. Все они смотрели на меня.

— Найл, — произнёс Гарри даже слишком охрипшим голосом. — Что привело тебя сюда?

— Я-я... — из головы вылетели все слова. — Мне просто нужно было поговорить с кем-то.

— Да, это похоже на тебя, — начал Луи, скрестив руки на груди.

— Хватит быть таким грубым, — огрызнулся Гарри, и Луи не выдержал, начиная кричать так, будто его слова были концом света.

— Не указывай мне что делать, понял? Если я захочу, я могу быть грубым, это моё решение.

— Мне надоело слушать это!

— Неужели? Давай, скажи, что тебе ещё надоело. Можешь даже написать список!

— В мире не хватит бумаги, чтобы я написал всё, что меня раздражает в тебе! — слова, произнесённые Гарри, повергли меня в шок. Я серьёзно не думал, что настолько приятный и вежливый человек может становится таким ядовитым. Смотреть, как ссорятся эти двое — наверное, самая странная вещь во всей Вселенной.

— Заткнитесь оба! — безнадёжно воскликнул Лиам. — Вы же знаете, что потом пожалеете о сказанном.

— Сколько раз ты говорил об этом сегодня? — вспылил Луи. — Это ссора между мной и Гарри, и вы никаким образом не относитесь к ней.

— Нет, это не так. Я уже закончил разговор, — Гарри упрямо схватил ключи от машины со стола и пошёл к выходу, хлопнув дверью.

Луи смотрел в одну точку пару секунд, прежде чем зайти в комнату. Наверное, это была спальня.

— Нужно убрать всё тут, — пробормотал Лиам себе под нос.

Мы втроём аккуратно собрали все осколки с пола и стола, прежде чем выкинуть их в мусорное ведро.

— Мне жаль, что ты увидел всё это, — сказал Зейн, когда мы закончили уборку и сели за стол.

— Всё хорошо, — я кивнул. — Из-за чего они ссорятся?

— Ну, некоторое время назад Луи не было очень комфортно с его ориентацией, — медленно начал объяснять Лиам. — Гарри же уверен в себе, а Луи отличается. Он иногда думает, что его ориентация определяет его как человека, и это вызывает множество конфликтов.

— Луи просто не хочет отличаться от остальных, — продолжил Зейн. — Конечно, мы никогда не осуждали его выбор, пусть встречается с кем угодно: женщинами, мужчинами, кентаврами, да хоть с двуногой говорящей рыбой, серьёзно. Просто иногда он напрягается из-за этого слишком сильно и вымещает всю злость на Гарри.

— Никто из нас несовершенен, — выдохнул Лиам, подпирая подбородок ладонями. — Даже не близок к этому.

Я скрестил руки на столе, кивая.

— Так, всё в порядке, Найл? — поинтересовался Зейн. — О чём ты хотел поговорить?

— Это уже неважно, — я покачал головой.

Лиам хотел что-то сказать, но закрыл рот, когда из спальни вышел Луи. Он вытащил бутылку воды из холодильника, подсев к нам за стол.

— Гарри, наверное, расстанется со мной, — уверено проговорил он, сделав глоток.

— Да, — согласился Зейн. — Если ты позволишь ему сделать это.

— Я уже позволил. Он же сказал, что закончил разговор.

— Тебе нужно что-то предпринять, Луи.

Парень сощурился, но ничего не сказал.

— Думаю, ты действительно стал частью нашей компании, — Луи поднял взгляд на меня. — Если ты всё ещё здесь после того, что увидел. Извини за это.

Я посмотрел на Зейна, а потом вернул Луи понимающую улыбку.

— Всё в порядке. У каждого из нас свои проблемы.