2.
Из-за моих мыслей я почти не ощущал звучание музыки группы One Direction, что транслировалась по радио так тихо. Этот мужчина предпочитает музыку для девчонок? Это забавляет меня. Нет, любовь – это здорово. Вы дорожите друг другом, вы дарите подарки и ходите вместе в кино. Чем не рай? Но, мне всегда казалось, что любви с первого взгляда не бывает. Выйти замуж за первого встречного, родить детей от этого напыщенного индюка. Да, то, что нужно любой девушки для счастья. Жаль, что я не такой, да и денег у меня почти нет, а кому сейчас важна душа и внутренний мир? Увы, это осталось в прошлом, как и мои мечты о светлом будущем. Если бы все было таким легким и беззаботным, как в их песнях, наверно, люди бы не плакали и не корили себя за какие-то поступки. Если бы боль от разлуки так быстро проходила, как куплеты песен, что бегут, строчка за строчкой. Если бы моя боль так же быстро утихала, как их музыка...
Мы резко тормозим и радио перестает играть оставляя нас с тем мужчиной в полной тишине.
— У меня к тебе ещё пара вопросов, – он чуть оборачивается назад, всматриваясь в мои глаза, — твои родители знают, что ты решил заняться подработкой в столь юном возрасте? – меня смутил этот вопрос, ведь и правда, никто и не знает куда я ушел, а телефон я даже и не решусь брать на их звонки.
— Да, они были в восторге, когда я рассказал им об этом! – лгать я чертовски не умею, но кажется, он повелся, еще раз недоверчиво оглядев меня.
— Хорошо. И последнее, не попадайся ему на глаза, не делай глупостей, ты просто уборщик его дома на несколько дней. Позже я найду замену по приятнее, – я хотел начать уже возмущаться по поводу его отношения ко мне, но он вышел из машины, открывая мне дверь. Мне было слегка неловко от такой заботы, но я послушно поднялся с места, забирая рюкзак с сиденья. Я пошатнулся от увиденного, расценивая все это, как сон. Прекрасный, незабываемый сон.
— Господь всемогущий, – мне пришлось закрыть рот рукой, ведь я никогда не видел такой огромной территории, которая принадлежит одному человеку. Сады, пристройки к двухэтажному белому дому с шикарными розовыми кустами. Видимо, у этого хозяина есть семья, которая живет с ним, иначе, зачем так изощряться? Мы шли мимо небольших фонтанов, на которых красовались скульптуры птиц, что воркуют так нежно и трепетно. Он еще и романтик, отлично, ну чем не мечта... но, у него было то, что кольнуло мое сердце очень глубоко. Лошади. Я всегда хотел покататься на лошадях, иметь свою собственную лошадь, чтобы ухаживать за ней и любить всем сердцем. Бью об заклад, что там их больше трех. Думаю, он выезжает на прогулки с семьей на лошадях. Звучит идеально.
— Тебя-то как зовут? – мы пришли ко входу в дом; к массивным дверям с позолоченными ручками. Это слишком. Черт подери, только не говорите, что это настоящее золото.
— Я Питер Паркер, сэр.
— Отлично. Пит, пойдем за мной, – он грубо схватил мою руку, ведя куда-то на второй этаж по лестнице. Мы подошли к нескольким дверям, за которыми оказались уборная, дальше – спальня, кладовая, комнаты хозяина дома, в которые мне входить строго запретили и комнаты для гостей.
— Запомни, у тебя два часа на то, чтобы убраться тут, намыть полы и приготовить что-нибудь из списков на кухне. Хозяин не из тех, кто любит экспериментировать в еде. И ещё, какие твои требования? – я вздрогнул от его тона ко мне, чуть прикусив губу до легкого покалывания, смотря то на мужчину, то на швабры в кладовой.
— Сэр, мне нужен лишь ночлег и кусок хлеба. Грубо говоря, стол и кров.
— Думаю, Мистер Старк найдет тебе отдельный коврик у конюшни, – брюнет рассмеялся, похлопав ладонью по моему плечу, — за работу, парень.
Он ушел, оставив меня одного на этаже. Все казалось таким огромным, мне никогда не доводилось трогать столь дорогую мебель или такие шелковые покрывала на кроватях. Словно из мультфильмов Disney, и чудилось, что в шкафах с посудой сидит Миссис Потс с Чипом. Я начал со спальни хозяина, протирая все полки, взбивая подушки, чуть вдыхая приятный запах дорогого одеколона. Я поежился, для спокойствия обернувшись на закрытую дверь в комнату. Меня словно заставили встать на колени перед левой стороной кровати, что была ближе к выходу. Совсем невесомо, почти не касаясь подушки я вдыхал запах этого человека, с неподдельным удовольствием окунаясь в мысли о нем; каков он в беседе, какие книги ему интересны, какой он в лице... Я опустил голову на подушки, вдыхая дух дорогой воды глубже. Нечто терпкое, с небольшой кислинкой. Ему, я думаю, очень идет этот аромат. На полках не было множества фотографий с семьей, лишь пара стопок с документами, стеклянные футляры с запонками разных форм и размеров. Слишком пусто для комнаты, где мужчина бы делил пространство с женщиной. А вдруг он одинок? Разведен, быть может? Хотя, меня это вовсе не касается.
Pov. Автор.
Прошел час, а парень уже почти управился со всей работой по дому, что была не такая трудная, как казалась ранее. Он даже помыл лестницу, пару раз с неё чуть не навернувшись вниз из-за скользкой поверхности. Шатен весь взмок, попутно выпивая стакан за стаканом холодной воды, заедая яблоком с кухни. На улице уже стемнело, а силы стали немного подходить к концу, вынуждая Питера прилечь и поспать часик на кровати в той светлой комнате без вещей. Но, ему в голову пришло кое-что более интересное. Тот, сняв с бельевых веревок на балконе вещи, отнес их в первую попавшуюся комнату, кладя на кресло. Успею потом разобрать, подумал юноша. Он идет в самый конец коридора, заходя в, по его мнению, кабинет этого мужчины, что казался больше других комнат раза в два. Стол, засыпанный бумагами и сотнями дубликатов разных документов. Мальчик рассмотрел все договора, изучил все причины увольнений предыдущих уборщиц этого дома.
Домогательства.
Паркер прошелся по книгам, что читал неизвестный ему человек, по коллекции чая в шкафу у кресла, прочел пару журналов, которые небрежно были запихнуты в ящики стола. Все казалось таким грубым, словно тот человек, который зачастую здесь сидит, являлся обыкновенным черствым мужиком с мыслью «все мне должны», не иначе. Такие люди раздражали мальчика, ведь, по его мнению, деньги портят человека, да так, что потом не остается ни единого живого места, ни единой мысли о светлом и добром. Шатен осел на кресло, ощущая его мягкость, соприкасаясь теплой кожей с твердой и холодной поверхностью. Питер опустил взгляд на свои джинсы, который были перепачканы в пыли и грязи, позже тот услышал грохот где-то внизу, чью-то возню. Питер вскакивает с места, пытаясь найти способ выбраться отсюда незаметно. Паника охватывает мальчика и его руки вновь начинают дрожать, как перед встречей с отцом.
— Хэппи, ты приготовил это? – приятный мужской голос доносился с кухни, пока Паркер тихо выходил из кабинета, закрывая за собой дверь.
— Да, сэр, все для Вас, – Паркер оступился, услышав наглую ложь. Это он приготовил, это его труды. Он не выдерживает, сбегая по лестнице, чуть не падая прямо на персону в строгой одежде.
— Простите, что отвлекаю, но это мои труды, это я приготовил, пока убирал ваши... ваш дом. – Лепечет шатен, подходя к мужчине, что молча наблюдал за происходящем. Он... он красивый, мельком подумал парень, сразу же отгоняя от себя подобные мысли.
— Я Питер Паркер, сэр, я... ай! – его хватают за шиворот, выталкивая из кухни, по которой развеялся запах тыквенного пирога. — Стойте, да подождите же, Вы обещали! Пожалуйста! – на вопли приходит тот человек, что был несказанно рад такому подарку к его приходу. На его лице явно читалось удивление, но... может, ему именно такого развлечения не хватало все эти годы?
— Хэппи, оставь ребенка в покое, и что он делает в моем доме? – он так спокойно говорит, но вот парень молчать не в силах, сразу протестуя такому прозвищу.
— Я не ребенок! Мы, – сильные руки отпускают ворот кофты, что теперь сильно смят от хватки. Питер отшатывается от первого, чуть не задев хозяина дома. — Мы договорились, что если, если Вы не будете против, то я буду здесь убираться, мне не нужны деньги, просто хотя бы место в кладовке, где я бы мог спать, пожалуйста, Вы же обещали, Вы же позволили мне остаться.
Pov. Питер.
Я посмотрел на Хэппи, что недовольно устремлял взор на меня, сжимая кулак. Мужчина рядом подошел ко мне, обходя со всех сторон, пока я чувствовал себя просто отвратительно. Словно принимают на работу в бордель. Он же не может быть настолько жесток ко всем своим работникам. Даже кухарка небось с ним спит, да? Все настолько плохо с головой этого донельзя привлекательного мужчины?
— Он взял тебя на работу, – пауза. — В роли домработницы?
— Домработника.
— Сомневаюсь, – я чувствовал напряжение между нами. Он словно поедал мое тело взглядом и теми невесомыми касаниями, что ему казались незаметными. Его пальца коснулись моих ног сзади, обходя шов на джинсах, переходя на пах. Я отшагнул, не в силах удержать свой страх перед ним. Мне все же казалось, что этот человек хладен к мужскому полу. Черт, как же я ошибся, вот зачем сел в машину, для чего вообще решил все это провернуть?
— Мистер Старк, мне стоит объясниться перед Вами и... – тот подходит к Хэппи, что-то говоря ему на ухо, позже мы остаемся одни. На улице уже ночь и старший, видно, очень уставший, но готовый к чему-то еще, хотя скорее всего в его планы не входила беседа со мной. Тот садится на диван, похлопав по месту рядом с ним, развязывая попутно свой галстук. Делал это он очень легко и спокойно, откидывая его в сторону, где по сути вещь лежать вовсе не должна. Специально создает мне работу? Мне пришлось быстро пройти мимо него, садясь рядом, поджимая ноги ближе к груди, забиваясь в угол. Он тихо выдохнул, посмотрев на меня.
— Ты собираешься услышать «да» на твою просьбу о работе здесь, м? – брюнет расстегивает первые пуговицы рубашки.
— В-Вы можете прекратить раздеваться? – остановился он не сразу, чуть раздраженно посмотрев точно в мои глаза. Вот его глаза намного красивее моих, я готов поклясться, что мог бы просто рассматривать их часами напролет.
— Как скажешь, мелкий.
— Я не мелкий, и возраст не главное.
— По тебе не видно. Впрочем, пока это не так важно. Так тебе нужна крыша над головой, да? Я правильно тебя понял? – темноволосый проводит кончиком языка по нижней губе, малость останавливая свой взор на настенных часах.
— Да, я готов к любой работе, лишь бы у меня был ночлег, – старший понимающе кивает, вновь рассматривая меня.
— Твои родители в курсе, что ты...
— Да.
— Отлично, тогда можешь уже прыгать от радости, так как у меня просто нет другого выхода из этой ситуации с тобой, – мужчина встает, показывая, чтобы я шел за ним. Он отвел меня на второй этаж, открывая ключами дверь в средних размеров комнату. Она выглядела почти так же, как его, но еще более однотонно, все в бежевых оттенках, с шкафчиками и креслом у плазмы.
— Можешь въезжать. И, да, мы же не знакомы. Тони Старк, но для тебя я Мистер Старк, ты понял меня?
— Да, Тони, в смысле, Мистер Старк, я Питер Паркер, – я протянул руку, но тот отвел ее в сторону, отказываясь от рукопожатия. Сволочь.
— Это уже не так важно. Завтра в семь будешь делать то, что я напишу тебе в списке, не проспи.
Меня оставили одного, одного со своими мыслями. Неужели мне удалось влезть в такой богатый дом без взлома? С ума сойти. Я прикрыл за собой дверь, оглядев пустое помещение. Мне хотелось лишь отдохнуть и поспать несколько часов под теплым одеялом, но чувство, будто я неосознанно становлюсь содержанкой не давало мне покоя. Мои руки сжимали гладкую простынь, пока глаза рассматривали в полумраке белый потолок. Рядом лежал рюкзак, пахнущий домом, пока я становился чужим для прошлого. Глаза чуть прикрыты, а сердце требует не спать, а думать о ушедшей жизни с родителями. Этот мужчина может мне помочь, он сможет сохранить меня здесь от чужих глаз, но... надолго ли он будет так добр ко мне? Чем ему стоит отплатить мое проживание, помимо уборки дома? Что он может попросить такого от простого ребенка без цента в кармане? Я ребенок, уж можно признать. Простой, без важных интересов, без каких-то недосягаемых способностей. Обычный. Зачем богатым и статным мужчинам юные мальчики в обносках? Точнее, для чего именно?
Я переворачиваюсь на правый бок и поджимаю ноги, чуть ближе придвигая их к животу. Мне не хватает тепла, хочется коснуться чего-то живого, а не холодного и безжизненного, как этот рюкзак. Мне лишь хочется в тепло, которое было... а сейчас его нет. Мне просто нужно пережить это время и все будет хорошо. Я верю, что все будет хорошо.