flower empire

Спустя пять месяцев

Я ещё раз просмотрела вещи, переживая всё ли на месте.

– Нарядные платья здесь, Ваша Светлость, – Минни указала на один из чемоданов-сундуков, думая, что я ищу именно их.

– Тс-с, – шикнула я, оборачиваясь к двери. – Не зови меня Светлостью. Кто-нибудь услышит.

– Простите, сеньора Чан, – в голосе служанки проскользнула вина. – Мне жаль, что вы не берёте меня с собой в столицу. Я очень хотела бы помочь. И совсем не боюсь.

– Будет лучше, если в качестве моей личной служанки поедет Дженни. Мне могут понадобится её... м-м... особые умения, – ответила я. – К тому же, Алиссия или Чонгук могут тебя узнать.

Минни поджала губы, но смолчала, понимая, что так и правда будет лучше.

Последние месяцы были для нас крайне удачливыми, что очень радовало. Чёрная полоса отступила, и дела пошли в гору. Мои синие розы захватили не только Пусан, но и близлежащие города и поселения.

Через три дня в Сеуле должен пройти фестиваль цветов и приём для тех, кто занимается цветочным бизнесом. А затем благотворительный аукцион. Организаторы прислали мне особое приглашение прямо из столицы. Нужно будет оборудовать палатку и выставить свои лучшие и самые редкие сорта.

Конечно, я рассчитывала, что там и смогу презентовать столице свои синие розы. Слухи о них уже вовсю гуляли, некоторые даже присылали своих слуг, чтобы они выкупали розы и отвозили своим господам в столицу. Но, увы, это занимало время. А срок у таких цветов был и так недолгий.

А значит, я надеялась, что получится и в Сеуле наладить производство. Главное, держать способ изготовления моих особых цветов в строжайшей тайне. И если здесь – в Пусане – я могла доверять своим людям, на чужом месте я пока не знала где мне найти подходящий персонал. Но нужно, значит справлюсь.

– Помогу вам отнести вещи, – Бан Чан вошёл в комнату вместе с ещё двумя слугами и взял пару чемоданов.

То, что наши дела стали лучше, вовсе не значило, что мы стали богачами.

Могли содержать дом, слуг, платить врачам и иногда выписывать из-за границы Гробовому Барону редкие розы – кажется, он был тем ещё шопоголиком, когда дело касалось цветов. Я смогла приобрести платья, а не ходить в старых, оставленных в особняке настоящей Вонён. Но в целом, мы явно не шиковали. Все накопления хранили в банке, чтобы пустить их в ход в столице. Там нужно будет снять помещение, купить необходимое оборудование, платить сотрудникам.

– Вонён, долго ещё будешь копаться? Шевели своими куриными лапами! – раздался звучный голос барона. – Экипаж ждёт! Опять прихорашиваешься?

Я вышла из комнаты, подошла к лестнице и посмотрела вниз.

Дядя стоял, опираясь на трость. Его чёрные волосы, тронутые сединой, были тщательно уложены, костюм, сшитый на заказ, сидел идеально.

Пока рот не откроет на вид очень даже приятный мужчина.

Я закатила глаза, а потом ответила:

– Не обязательно орать на весь дом.

Барон развернулся и молча похромал на улицу к уже ожидающему нас экипажу. Белый кот спрыгнул с тумбы и посеменил следом за ним, только пушистый хвост и замелькал.

Я сжала пальцами бисерную сумочку, пытаясь унять волнение.

Начинался новый этап моей жизни. Я уже привыкла к Пусане, здесь всё было предсказуемым. В Сеуле же, помимо расширения бизнеса, меня ждало и нечто другое, о чём я пока предпочитала не думать.

– Вы готовы? – спросил Бан Чан, когда мы едва не столкнулись на пороге.

– Готова, – вымученно улыбнулась я.

– Не переживайте. Я здесь вас не подведу. Ваш бизнес в надёжных руках. Буду каждую неделю присылать отчёты.

– Я волнуюсь совсем не об этом, – потрепала я помощника по сильному плечу. – Знаю, что ты справишься. Скорее о том, что нас ждёт в столице.

– Барон будет рядом. Не смотрите на то, что он с тростью. Он вас в обиду не даст.

Дяде и правда стало лучше. Только вот нога никак не хотела проходить.

Я обняла Бан Чан на прощание. Было грустно оставлять этого здоровяка в Пусане, но он единственный, кто точно не пустит наше дело под откос.

Помахала Минни и Марии, которые стояли неподалёку и утирали слёзы.

Выйдя наружу, я увидела два экипажа. В одном уже сидел Гробовой Барон вместе с Пушистиком. Они строго смотрели на меня в окошко.

Со второго экипажа мне помахала Дженни, широко улыбаясь. Ей предстояло играть роль моей служанки. Мне хотелось бы поехать с ней, всё-таки два дня пути довольно долго, приятная компания мне была бы в радость. Но, увы... придётся терпеть дядю.

– Вам послание, сеньора Чан!

Не успела я сесть в экипаж, как ко мне подбежал мальчишка и протянул простой белый конверт, тяжело дыша.

– Держи, – я кинула ему монетку и взяла послание, уже зная от кого оно.

«Ты не спрячешься от меня, Лиса. Твой отъезд ничего не изменит. Встретимся в Сеуле. Твой добрый друг Тэхен».

В Сеуле?! Он тоже собрался в столицу? Ещё и написал моё настоящее имя. Нужно сразу уничтожить послание, когда будет возможность.

– Что? От твоего поклонника письмецо? – принялся зудеть дядя, едва я забралась в экипаж.

Я промолчала, не желая раздувать эту историю.

Всё это время мне удавалось держать Тэхена на расстоянии. Он даже сменил двух любовниц, но от меня так и не отстал. Время от времени мы ужинали где-то, он дарил мне украшения, не терпя того, что я не хотела принимать подарки. И всё это время ждал... Меня даже поражала его целеустремлённость, граничащая с помешательством.

– Связалась с этим гадом? – снова заладил дядя. – Теперь пожинай плоды. Выбираешь самых отъявленных мерзавцев, чтоб их! Что бывший муженёк, что нынешний любовник.

– Тэхен не мой любовник. А Чонгук всё ещё мой законный супруг. И у меня не было выбора, кроме как просить помощи у местной мафии. Если бы не Тэхен, не думаю, что у меня бы получилось даже просто выжить. Так что не брюзжи, – одёрнула я барона.

Внезапно Господин Пушистик, до этого спокойно сидевший на коленях дяди, впился зубами в его пальцы.

– А-ах ты! – воскликнул барон, отсаживая кота на сиденье рядом с собой. – Пушистый засранец, на её стороне!

– Потому что знает – я права, – отметила я.

Странно, но кот при бароне не разговаривал. Зато любил больше времени проводить с ним, а не со мной.

– Надеюсь, ты готова к встрече со своим муженьком? Говорят, он скоро прибывает в Мадрид, где его ждут со всеми почестями. Они подавили волнения на границе. Вернётся героем.

Я покосилась на дядю и снова промолчала. Но, что было вполне типично для характера Гробового Барона, он не желал успокаиваться.

– Небось уже жаждешь упасть в объятия этой семейки! Иначе чего ты столько лет с ними сидела под одной крышей...

– Да потому что тебе было на меня плевать! – выпалила я, нервно стискивая пальцами кружево платья. – Поинтересуйся ты хоть раз, что с твоей обожаемой племянницей, может и вытащил бы меня оттуда.

Мы обсуждали это миллион раз, и всегда ругались.

Я смирилась с тем, что барону было плевать на девчонку, сбежавшую от него и выскочившую замуж за красавца-герцога. Он ценил в людях хватку и характер. У настоящей Лалисы Чон ничего этого не было. А если и было, то она была слишком юна. И попав в лапы свекрови и властного мужа окончательно сломалась.

Но дяде было невдомёк, что я – не она. Его племянница теперь другая, и дело совсем не в окрепшем характере Бан, как он любил говорить.

– Я тебе говорил, Алиссия пела, что я тебя раздражаю, и ты видеть меня не желаешь. Мол, я плохо влияю на тебя и твою дочь. Зато ты выросла не соплежуйкой, а настоящей Бан, как твоя бабка!

Ну вот. Опять за своё. Дядя был предсказуем. Кажется, бабушка – единственная, кого он уважал.

– Дядя, давай поедем молча, я тебя прошу, – умоляюще произнесла я, глядя на пейзаж за окном.

– Лучше подумай, как нам быть с герцогом Чон.

– Не «нам». Чонгук моя забота, – отрезала я. – Ты, главное, держись подальше. Герцог вряд ли станет терпеть рядом со мной другого мужчину. Он не знает, что ты мой дядя.

– Станет или не станет, а придётся, – ответил барон, поглаживая кота по шёрстке.

Боюсь, об Чонгука дядя зубы может и обломать. Но уговорить его остаться в Пусане я просто не смогла. Уж слишком он жаждал встречи с Теневым Архонтом, который лишил его гробового бизнеса. Я лишь надеялась, что, если разборки будут, они не коснуться меня и моих цветочных дел.

Но я сомневалась, что дядя будет нападать на главаря мафии в открытую. Несмотря на дурной характер, излишнюю браваду и яростное желание мести, он был умён и хитёр. Иначе бы не продержался столько лет в одном из самых прибыльных бизнесов Пусана.

Поэтому я всё-таки надеялась, что он справится и вернёт своё влияние. Хотя мысль о том, что у него начался ранний старческий маразм не покидала меня, о чём я иногда сообщала ему, вызывая приступы гнева.

Я спрятала письмо Тэхена в бисерную сумочку.

Проклятье!

А если Тэхен приедет и столкнётся с Чонгуком?

Я знала, что муж возвращается. Он писал мне, желая сначала приехать в Пусан. Мне пришлось сказать ему, что я сама еду в столицу на фестиваль, чтобы он не искал меня. Про то, что собираюсь задержаться в столице, пока не говорила, обдумывая свои действия.

Прошло почти полгода с нашей последней встречи. Я боялась и, к своему ужасу и стыду, ждала нашей встречи. Я надеялась, что она поможет избавится хотя бы ненадолго от этого тянущего чувства в груди. Я до безумия хотела разорвать нашу связь и стать свободной.

А пока...

Я закрывала глаза и ощущала его руки на своей коже. Так сильно, будто это было наяву.

Убеждала себя, что еду к своей Элене. Скоро увижу дочь и заберу, чего бы мне это ни стоило. Но в эти мысли то и дело проскальзывал её отец. Он смотрел на меня глазами цвета расплавленного янтаря и ждал. И я ждала. Когда наконец смогу обличить Алиссию, снять чужую личину, и Чонгук поймёт, что всё это время я была у него на виду. Что я перехитрила его, обыграла и оказалась сильнее. Поймёт, что им не удалось уморить меня и сломать.

Я прикрыла глаза под мерное качание экипажа и мурчание кота.